Глава 36

Вера

Перевернулась на другой бок. Потом на спину. Уставилась в потолок.

– Черт возьми, - отбросила в сторону одеяло и сползла с постели. Босыми ногами прошлепала до окна и распахнула створку. Высунулась на улицу.

Уже три часа прошло, а их до сих пор нет. Уехали без предупреждения и неизвестно, когда появятся. А я должна сидеть и ждать?

Облокотилась на подоконник и с тоской уставилась в пустой двор. В доме напротив всего пара окон светятся – тоже не спят, полуночники. Не знаю, что делать и представляю, чем там заняты люди. Четыре утра – они уже на работу встали или еще не ложились? Бессонница?

У меня точно. Хазовы уехали, и я места себе не найду. Спать хочется, но закрываю глаза – и под закрытыми веками пляшут развратные картинки того, что в этой постели творилось несколько часов назад. Тело до сих пор ноет, и я, как наяву, ощущаю на себе мужские руки и губы. Я словно чувствую взгляды, и кожу приятно покалывает.

– Дура, - обругала себя и поправила бретельку бюстика. Я надела новое белье, которое мы выбирали вместе со Львом. Мне взгляды Хазовых понравились, они до нутра меня жгли, я хотела, чтобы на меня снова смотрели с жадностью и нетерпением. Ну как можно быть такой идиоткой?

Влезла в свои джинсы и футболку. Собрала волосы в хвост и улеглась под одеяло. Зажмурилась и мысленно приказала себе спать. В открытое окно дует ветер, он приятно холодит кожу. Прислушиваюсь к звукам, но там тишина. У меня мысли скачут, мешают мне.

Зачем я продолжаю ждать этих адвокатов? Может, мне вместе с родителями уехать на базу? Игорь никак не узнает, что я там, если никому не говорить – это решение показалось таким простым и верным, что я поразилась, как мне это не пришло в голову раньше. Уехала бы я утром – и бы сейчас не краснела, вспоминая о том, как занималась сексом сразу с двумя мужчинами.

Я ошиблась, но еще могу все исправить. Не станет Игорь шерстить все базы всех озер области, он же не всемогущий, у него просто не хватит людей.

Вскочила на ноги и достала из сумки телефон. Набрала номер сестры и проверила вещи – деньги здесь, документы тоже. Покидала к ним новые трусики и пару футболок, снова набрала сестру.

За окном уже рассвело, и Люба точно видит десятый сон. Слушаю гудки, упорно набираю ее номер, опять и опять.

– Да, - наконец-то прозвучало в трубке злое и хриплое. – Вера, ты совсем уже? Время видела?

– Ты отвезла родителей на базу? – проигнорировала упреки – не до того мне сейчас.

– Нет, - после паузы буркнула Люба. – Они не захотели. Мне надо было их силой тащить? Как ты себе это представляешь?

– Я же тебе сказала, что это очень важно, - присела на постель. – Неужели нельзя было…

– Слушай, ты обо мне вспоминаешь только по праздникам, - пошла в атаку Люба. – А тут вдруг звонишь и, ничего не объясняя, требуешь, чтобы я родителей увезла из города. Во что ты влипла, расскажешь, может?

Повисло молчание. Я кусаю ногти и прикидываю, о чем можно сказать Любе.

Ни о чем – она услышит про Хазовых и неизвестно, что будет. Нам в прошлый раз хватило ее интервью и ток-шоу, а привлекать внимание сейчас, когда Игорь меня ищет – самоубийство.

– Ясно, - поняла мое молчание Люба. – Ты мне не доверяешь, но при этом какой-то помощи ждешь от меня. Иди ты к дьяволу, Вера, - выругалась сестра и отключилась.

Посмотрела на потухший экран и засунула сотовый в сумку. На помощь Любы я особо не рассчитывала, но попытаться стоило. Повесила сумку на плечо и вышла из комнаты. В прихожей остановилась и проверила замки.

Не заперли меня – так уверены, что я наш договор не нарушу и никуда не денусь. А я его и не нарушаю – просто он больше не действителен. Поколебалась, надо ли оставить записку, что ухожу. И со злостью тряхнула волосами.

Мне ничего не оставили, они молча сбежали, сразу после секса. И я тоже уйду по-английски.

Осторожно отперла дверь и высунулась в подъезд. Под потолком горит яркая лампочка, вокруг висит тишина. Прикрыла створку и, прижимая к себе сумку, застучала подошвами по ступенькам. На улице на миг замерла на крыльце и оглядела двор.

Не помню, как меня сюда привезли – я в те сутки так устала, что веки разлепить не могла.

Завертела головой, высматривая среди высоких деревьев выход со двора. И вздрогнула, когда услышала гул машины. Выезд вон там – за какой-то кирпичной постройкой, украшенной граффити. Звук оттуда идет.

Хазовы возвращаются? Каким-то шестым чувством понимаю, что это они.

Спрыгнула с крыльца и присела за кустами сирени, что растут под окнами. Сощурилась сквозь листву.

Машина проехала вдоль соседнего дома и остановилась на углу возле подвала. Схлопали двери, наружу вышли двое мужчин. И я против воли состроила им гримасу, словно Хазовы меня видят. Они, негромко переговариваясь, двинулись к подъезду. Я покосилась на часы.

Пять утра. Где эти двое шатались всю ночь? Ревниво проследила за ними, будто если Хазовы с женщинами были, то с ног до головы обвешаны трусиками и от них за километр несет сладкими духами.

Они приблизились к подъезду, и я притихла за сиренью. Уловила обрывки разговора про каких-то свидетелей и ночь понедельника. А потом пискнул домофон, и брякнула железная дверь, отрезая от меня мужчин.

Сейчас они увидят, что меня нет. И что будут делать? Или в комнату ко мне не зайдут, спать завалятся, а как только приспичит – вспомнят, что я рядом, и меня можно еще раз поделить на двоих.

От этой мысли в носу защипало.

Нет, пусть оба к дьяволу катятся, пусть себе ищут другую ночную игрушку. Недостатка в желающих точно не будет.

Поднялась и по влажной траве пробежала вдоль окон. На углу у подвала свернула, покосилась на их машину и остановилась. Закусила губу.

Записку все-таки нужно оставить – решила.

Им это понравится.

Достала из сумки помаду, скрутила колпачок и занесла руку над лобовым стеклом.