Глава 56

Моя тайна раскрыта, папа все понял. На его лице изумление вперемешку с ужасом и растерянностью, а я судорожно соображаю, как быть дальше.

– Мало ли на свете братьев, которых зовут Лев и Вадим? – поднялась на ноги. Голос дрожит, и я покашляла, прочищая горло. – Пап...

– Живо в дом, - прикрикнул он на меня, как на маленькую, непослушную девочку, которая уроки еще не сделала и рвется гулять. – Ты… - он смотрит мимо меня и шумно дышит, рот открывает и закрывает, как рыба, из воздуха пытается выловить какие-то слова и не может. – Вера, ты в своем уме? Ты что сделала?

– Ничего, - попятилась, когда папа резко встал на ноги и едва не споткнулась на ступеньках. Схватилась за резные перила. – Ты не так все понял.

– А что тут непонятного? – он шагнул на меня и взял под локоть, потянул в дом. – Крутятся рядом с тобой, как пчелы вокруг цветка. Приехали сразу после нас в эту глушь, скажешь, случайно? И давно это у вас? С кем из них? – прорвало отца.

Он посмотрел на мою шею, и в глазах гнев сверкнул. Он что-то еще сказать хотел, но распахнул дверь и в прихожей столкнулся с мамой. Мама обулась в сандалии, на плече придерживает розовую пляжную сумку, на голове у нее широкополая шляпа, а на губах беззаботная улыбка.

Которая сразу сползла, едва мама взглянула в мрачное лицо папы.

– Что еще случилось? – спросила она упавшим голосом.

– Собирайся, едем домой, - папа прошел мимо нее в коридор. И, не оборачиваясь, бросил. – Все вопросы задай своей старшей дочери.

Меня резануло это слово "своей", не "нашей", будто из-за Хазовых папа перестал папой быть. Но какой еще реакции я ждала от него, что он от такой чудесной новости в пляс пустится? Вечеринку закатит? Салюты в небо выпустит и будет кричать; горько!

Проклятье.

Родители меня возненавидят.

В глазах слезы блеснули. Опустила голову, мимо встревоженной мамы скользнула в коридор. Ворвалась в свою комнату и начала, комкая, сбрасывать вещи в спортивную сумку. Покосилась на шикарный букет, что остался лежать на смятой постели и зажмурилась.

Утром на озере с Хазовыми, когда они для меня пикник устроили – все было волшебно. Я самой себе не казалась развратной и грязной. И даже надежда появилась на общее будущее с этими мужчинами.

Но сейчас, после взглядов и слов папы хочется по щекам себе надавать, до звона, до белых вспышек перед глазами.

Никогда бы отец не смирился.

– Что ты опять устроила? – прозвучал позади приглушенный голос Любы. Сестра закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. – Папа чернее тучи, приказал мне собирать вещи. Мама уверена, что это из-за вас с женихом, - выделила она интонацией. Потопталась у двери. – Ты слышишь меня, вообще, Вера?! Я с кем разговариваю?

– Иди к черту, - огрызнулась и закинула сумку на плечо.

– Что? - пораженно переспросила сестра.

– К черту, - повторила и двинулась мимо нее к выходу. Толкнула плечом, и Люба послушно отступила. В себя она пришла, когда я уже была в коридоре, вслед мне прилетело визгливое:

– Ты с ума сошла? Ты это из-за них? Думаешь, тебя, как Надю, в другую страну увезут и ты там будешь жить в шоколаде? Ты дура, Вера!

Не ответила, вышла из домика и достала на ходу телефон. Покосилась на парковку и машину родителей, невольно замедлила шаг.

Ждать, когда все выйдут? Папа снова посмотрит на меня, как на самое большое разочарование в жизни. И, может, он прав.

Но времени назад не повернуть, я уже влюблена в этих братьев, и я, правда, бесстыжая, если ни о чем не жалею.

– К черту, - повторила вслух и побрела по тропинке вдоль домиков. Хазовы говорили, что здесь совсем рядом город. А там ходит общественный транспорт. Сяду на автобус или электричку, доберусь до дома...

Нет.

С моим начальником все решится лишь к понедельнику, Хазовы обещали. Поэтому домой мне нельзя. И в гостиницу ехать не стоит, ведь там нужен паспорт, а если Игорь меня до сих пор ищет и найдет – от этой мысли плечами передернула, задрожала.

На улице духота стоит, а меня морозит, по голым рукам мурашки бегут. Машинально шагаю вперед. По левую сторону домики, а по правую высится густой лес. Тропинка стала шире, как ручеек в реку впадает она вылилась в ухабистую деревенскую дорогу.

– Толкай! - крикнул лысый мужик из окна старенькой машины. И еще двое покатили его дребезжащую колымагу по залитой солнцем дороге в сторону базы.

Небо безоблачное, оно высоко-высоко. Солнце слепит и, кажется, что в радиусе сотни километров все выжжено, впереди будто пустыня и укрыться негде.

Но делать мне нечего, не возвращаться же. Позади остались родители и сестра, их осуждающие взгляды.

Воткнула наушники в уши и со вздохом поплелась вперед.

До городка добралась спустя пятнадцать песен и лишь завидев здание автовокзала поняла, что мне так ни разу никто и не позвонил. Родители не слепые, чтобы мое отсутствие не заметить, да и Люба видела, что я ушла с сумкой.

Неужели всем плевать?

Поморщилась, от мысли этой отмахнулась, как от назойливого комарья, что жужжащей стайкой преследовали меня всю дорогу. Уверенной походкой приблизилась к лоткам с хот-догами и газированной водой. Купила бутылочку теплой минералки, посмотрела на часы.

Хазовы собирались вернуться вечером на базу. Но что если я сама приеду сейчас к их квартире? И там их дождусь, во дворе.

– Банку пива, - попросил совсем рядом хриплый голос и на прилавок упали смятые деньги. Покосилась на покупателя.

И он тоже повернулся на меня.

Секунды мне хватило, чтобы узнать в этом небритом типе одного из охранников Игоря. Две секунды, чтобы заметить черный джип, припаркованный у него за спиной.

– О-па, - парень тоже меня вспомнил. И ухмыльнулся. – Какая встреча. Я-то думал...

Резко развернулась и со всех ног ломанулась к зданию вокзала.

– Эй! - крикнули мне вслед. – Стой ты!

Нашли, меня нашли! Егор вернулся в город, а быки Игоря вытряхнули из него, где находимся мы с семьей. Меня сейчас поймают, привезут в тот ужасный дом и...

Толкнула стеклянные двери и влетела в зал ожидания, сумкой едва не снесла рамку металлоискателя, внутри нее проскочила и нырнула в гущу людей, в попытке затеряться в толпе.