Глава 40

Ева

— Я искупаю сына, можешь пока отдохнуть, — произносит Виктор, заходя вечером в комнату.

Я почти все приготовила для купания и сейчас растерянно смотрю на него. Он появился в моей комнате совсем неожиданно. Я почему-то думала, что Виктор еще не приехал, хотя в последний месяц только и ждала его возвращения. Мне нужно было быть готовой к его появлению, успокоиться и понять, как себя вести.

Чем больше времени проходило, тем сильнее из памяти стирались ночи с Русланом и тем острее вспоминалось то, что произошло между нами с Виктором. Осложняло все еще и то, как Виктор вел себя с Кириллом. Так, будто он и вправду его сын. Он переодевал его, купал, носил на руках и баловал покупками, которые чаще привозил сам, а не передавал через прислугу.

Не забывал он и обо мне. Его забота сквозила во всем: в приказах, отданной людям, что на него работали, в подарках, что он дарил и даже в тоне, которым разговаривал со мной. Я ощущала себя маленькой девочкой, о которой заботятся. Я не думала о том, как быть, если вдруг что-то изменится, потому что видела, что все останется, как прежде. Виктор не менял своих решений, ухаживал за мной, дарил цветы, украшения, был внимательным и вежливым.

С того самого момента, когда мы позволили себе забыться на кухне прошло уже немало времени. Виктор не позволял себе больше ничего подобного, лишь смотрел с вожделением, но не подходил, не касался, не пытался даже дотронуться. Сдерживал свои порывы, если таковые и были.

Я ощущала себя принцессой, которую берегут от невзгод и не понимала, чего хочу на самом деле. Меня невидимыми магнитами тянуло к мужчине, но я всячески противилась этим чувствам, боялась их. Это казалось мне неестественным, да и как-то слишком быстрым мне показался переход от одного мужчины к другому.

Я выхожу из комнаты и оставляю сына с Виктором. Прогуливаюсь по дому, чтобы отвлечься и возвращаюсь когда малыш уже искупан и запеленован. Теперь его нужно уложить спать, что я и делаю. Забираюсь на кровать, беру малыша на руки и даю ему грудь. Виктор никуда не уходит: остаётся в комнате и садится в кресло, расположенное в углу. Под его взглядом я смущаюсь, потому что все еще помню, что между нами произошло на кухне. Я бы с радостью забыла этот момент, но он никак не выветривается из памяти.

После кормления Кирилла, перекладываю сына в кроватку и нервно оглядываюсь. Виктор все так же сидит на своем месте и следит за мной взглядом. Рассматривает, изучает, а потом встает и приближается, правда, не нарушает те жалкие метры, что остаются между нами.

— У меня сегодня встреча с друзьями. Составишь мне компанию? С Кириллом няня придет посидеть.

— Куда мы пойдем? — решаю спросить, чтобы знать, что одевать.

— Просто на встречу. Ничего особенного. Посидим, пообщаемся, познакомишься с их женами.

— Хорошо.

На самом деле я жутко волнуюсь, что мне придется знакомиться с друзьями Виктора. Они наверняка мужчины взрослые и жены у них могут быть куда старше меня. Хорошо, если они, так же как и он, предпочитают девушек младше. Тогда мы хотя бы сможем пообщаться и поговорить на общие темы. Как себя вести в обществе взрослых женщин попросту не знаю.

Собираюсь довольно быстро, надеваю легкое вечерное платье, наношу макияж. Для встречи с друзьями этого ведь достаточно?

Через час мы покидаем дом. Предварительно я оставляю для няни молоко и говорю, что Кирилл должен спать около трех часов, после чего его можно покормить и он уснет на всю ночь. Няню зовут Ирина. Она говорит, что все поняла и сделает в точности так, как я и прошу. Уезжая, оставляю Кирилла в надежных руках.

По дороге пытаюсь расспросить у Виктора, что это за друзья и к кому конкретно мы едем, но он не спешит мне рассказывать и говорит смазано. В результате я решаю не узнавать больше ни о чем, отворачиваюсь к окну и остаток пути провожу, наблюдая за городом.

Мы приезжаем довольно быстро, вместе выходим из автомобиля. Виктор помогает мне, когда я едва не падаю, цепляясь за камень, который совсем не заметила. Удерживает меня за плечи, озабоченно спрашивает, все ли со мной в порядке.

— Да, всё в порядке, — заверяю Виктора, хотя мне не по себе рядом с ним.

— Идем, — он берет меня за руку. — Нас уже ждут.

Я шагаю за ним. По пути осматриваю территорию. В темноте замечаю ярко освещенные асфальтированные дорожки, кустарники растений, деревья и несколько топиариев. Судя по последним прихожу к выводу, что в этом доме есть дети, иначе зачем устанавливать вечно зеленые фигурки животных, если не для детей.

Дверь нам открывает прислуга. Нас проводят в большую светлую гостиную, где на диванах сидят шестеро человек. Три женщины и трое мужчин, они увлеченно о чем-то разговаривают, а когда замечают нас, замолкают. Двое из них встают, видимо, они являются хозяевами дома, и поспешно идут к нам.

— Добро пожаловать, — произносит девушка.

Женщиной ее назвать у меня не поворачивается язык, потому что на вид ей не более тридцати. Она приветливо улыбается, а затем обращается к Виктору:

— Познакомишь нас, наконец, со своей женой?

— Ева, — он улыбается, представляя меня.

— А я Розанна, — девушка кривится. — Мои родители были со странностями, поэтому выбрали самое необычное имя. Можешь звать меня Розой. Идем, познакомлю тебя с остальными.

Она увлекает меня за собой, вынуждая отпустить руку Виктора.

— Это Снежана и единственная с нормальным именем — Марина, — представляет остальных.

— Приятно познакомиться, — отвечаю, улыбнувшись, чтобы казаться приветливой. — Я — Ева.

Только одну из присутствующих я могу назвать женщиной. Марину. На вид ей около сорока, но выглядит она шикарно: лицо практически без морщин, но видно, что подтянуто благодаря специальным омолаживающим процедурам. Марина светловолосая, довольно привлекательная, с голубыми глазами и пухлыми большими губами. Снежана рыжеволосая, худенькая, на вид ей как и мне, она сидит рядом с мужем и практически не разговаривает с другими.

Звезда вечера — Розанна. Она развлекает нас, рассказывает смешные истории и в итоге даже Снежану ей удается разговорить и отвлечь от мужа.

Я отдыхаю здесь и совсем не чувствую себя лишней.

Мужчины о чем-то увлеченно разговаривают и примерно через час уходят.

— Куда они? — спрашиваю у Розы.

Та отмахивается.

— Играть, конечно же. Им скучно в нашей компании, через пару часов они вернуться.

Я понимаю, что остальным привычно такое поведение их мужчин, я же не знаю, как мне быть. С одной стороны я нашла общий язык со всеми, а с другой… где Виктор и почему он оставил меня одну так надолго?

За разговорами и вином проходит вечер, мы веселимся, делимся секретами. Я узнаю, что у Розы есть маленький ребенок, но он сейчас у бабушки, а они с мужем могут спокойно насладиться друг другом. Среди нас детей нет только у Снежаны, но она смеется и говорит, что ей еще рано. Вино явно развязало ей язык и она делится всеми секретами, которые только может рассказать.

Я не замечаю, как разговор касается интима. Роза хвалится, что муж от нее практически не отстает, Марина отмахивается, мол, уже всё испробовали и теперь они желают друг друга не так сильно, а Снежана, хоть и скромничает, но все же говорит, что у них тоже все прекрасно и ее муж Радмир трудится над зачатием. Молчу только я, не зная, что говорить.

Мне неприятно слушать, что у других все хорошо, в то время, как наша с Виктором семья только фикция. Пока девушки разговаривают, я поедом съедаю себя изнутри, пытаюсь понять, что же, в конце концов происходит и чего я хочу. Но главное, чего желает Виктор. После того дня на кухне он ведь даже касался меня исключительно из необходимости, в то время как я… ждала? Господи, я ведь действительно ждала от него решительных действий.

Надеялась, что он решит за нас? Я сгорают от стыда за собственные мысли и лишь отмахиваюсь от Розы, когда та пытается спросить, что со мной.

— Я выйду на улицу, тут душно.

Я поспешно покидаю дом и стою на крыльце безумно долго. Любуюсь темной ночью, жадно хватаю ртом холодный вечерний воздух и смотрю на большую лепешку луны, что возвышается надо мной. На глаза наворачиваются слезы, а от холода я вынуждена обхватить себя руками. Понимаю, что Виктор ни в чем не виноват и делает лишь то, что обещал. Я ведь должна сама что-то сделать, как-то показать ему, что готова, что хочу…

Утираю слезы и пытаюсь успокоиться. Понять, чего же я хочу и правда ли это? Возможно, на меня так действуют гормоны? Я ведь взрослая женщина и мне нужен секс. Это рационально. После родов мое тело изменилось, но я испытываю желание, которое только усиливается в присутствии Виктора. Он заставляет трепетать мое сердце и постыдно сжимать ноги, потому что внизу живота разливается приятное тепло, а там все ноет от непреодолимого желания.

Когда я возвращаюсь, приходят и мужчины. Виктор удивленно смотрит на меня, но ни о чем не спрашивает. Снежана явно перебрала и Радмир, подхватив ее на руки, несет на выход. Виктор говорит, что нам тоже пора, ведь дома нас ждет малыш. Я рада уехать, но стоит нам оказаться внутри автомобиля, как я снова начинаю думать о том, что случилось на кухне месяц назад. Украдкой смотрю на Виктора, на его мужественные черты лица, на сильные мускулистые руки. Под пиджаком я угадываю кубики пресса, которые трогала и…

— Я нравлюсь тебе? — спрашиваю, прежде чем успеваю подумать.

— Ева? — непонимающе произносит Виктор.

— Я нравлюсь тебе? — повторяю. — Ты испытываешь ко мне влечение? Возбуждаешься, когда…

— К чему ты клонишь?

Виктор просит водителя остановить и покинуть машину. В этом я с ним солидарна. Наш разговор явно не для посторонних ушей.

— Ты избегаешь меня, — произношу, так и не дождавшись ответа на свой вопрос. — Не касаешься меня и…

— И что? — Виктор явно не ожидает от меня такого напора.

Удивленно смотрит и ничего не предпринимает. Я же чувствую, как все тело покалывает рядом с ним. Буквально ощущаю энергетику, парящую между нами и то, как я завожусь с полоборота. Сама не понимаю, как начинаю повышать голос, как сыплю упреками.

— Закрой рот! — чеканит Виктор, сжимая руки в кулаки. — Я обещал тебе, что не трону, а ты требуешь…

Он замолкает. Смотрит на меня.

— Чего ты хочешь?