Глава 22

— Нет, Аня, это не дело, — хмурится мама. — Еву я в Ростов забрать не дам. Ты и себя загубишь, и ребенка под удар поставишь. Что, если в следующий раз те отморозки, которые на вас напали, решат взять ее в заложники? Или станут стрелять на поражение?

— Ты думаешь, они не доберутся до нас здесь, если захотят? — пожала плечами я и прикурила сигарету.

— Перестань курить при ребенке! Чему ты ее учишь?! Дома, тоже при ней куришь?!

— Только на кухне, когда она смотрит мультики в гостиной. Я нервничаю, прости.

— Нельзя вот так, в омут с головой из-за мужика, с которым знакома всего несколько дней! Он тебя поманил, и ты готова бежать! Только он тебя бросит. У него таких, как ты, Ань, знаешь, сколько?

— Мам, я возвращаюсь в Ростов. Это не обсуждается.

— Ева останется здесь. У меня с пятницы начинается отпуск, я займусь ребенком. Хоть читать ее научу. А то — пять лет, а она еле-еле буквы складывает.

— Ее в садике учат. Я плачу деньги за подготовку к школе.

— Чему могут научить в этом садике?! Только плохим словам! Ребенка дома надо читать учить, а не скидывать с себя обязанности на чужих тетенек.

— Мам, ну, что ты завелась? Справляюсь, как могу.

Я затушила сигарету и отправилась складывать вещи.

Ева пришла в гостиную. Забралась на диван, подобрала ножки и тоскливо взглянула на меня.

— Мам… а почему папа нас бросил?

Я замерла. Сглотнув ком в горле, отложила вещи в сторону и подсела к ней.

— Не знаю, милая… Честное слово, не знаю.

— Он не вернется больше? Никогда?

Взглянула на нее, и стало нехорошо.

— Если захочет вернуться, наши двери всегда будут открыты.

— А как же Константин?

— Ева! С чего ты взяла, что Константин имеет к нам какое-то отношение?

— Ты же к нему ездила, да? Бабушка и дедушка из-за этого злятся. И деда Жора злится.

— Они зря волнуются. Константин не имеет к нам с тобой никакого отношения. А для папы наши двери всегда открыты. Если он захочет, может прийти. Я обустроюсь на новой работе, и заберу тебя. А пока погостишь немного у бабушки, ладно?

— А если те дяди в черном снова придут, мам?

— Не придут. Здесь есть дядя Жора, он полицейский. Он их ни за что не пустит.

— А ты? Как ты будешь там одна? Кто тебя защитит?

— Они не придут, Ева. Скорее всего, они уже нашли то, что искали.

Дочка придвинулась ко мне и крепко обняла своими маленькими ручками.

— Я не хочу, чтобы ты уезжала, мамочка…

— Это ненадолго. Будем болтать каждый вечер по видеосвязи. А потом я за тобой приеду.

— Обещаешь-обещаешь?

— Обещаю.

Прижала ее к себе и ощутила, как в душу закрадывается тревога. Нашли ли на самом деле страшные люди в черном то, что искали? Или я блефую, чтобы успокоить дочку?

Мама заглянула в гостиную.

— Аня, дядя Жора завтра едет в Ростов. Он тебя подбросит. Только встать надо будет рано.

— Ой, спасибо ему! Хоть в автобусе не трястись полдня! — обрадовалась я.

А Ева совсем сникла.

— Не грусти. Я заберу тебя через несколько дней, — пообещала ей.

Только почему-то сама не верила в свое обещание. И в то, что все будет как прежде — наша с ней жизнь в маленькой однушке, бег по кругу — в детский сад, в магазин за продуктами, домой — и с утра снова в детский сад, тоже не верила. Как будто нападение на нас с Евой раскололо жизнь на «до» и «после». И каким бы тяжелым не было это «до», оно уже не вернется.

… Ранним утром дядя Жора погрузил две моих дорожных сумки в багажник служебной машины. Я попрощалась с дочкой и родителями, и села рядом с крестным. Было невыносимо уезжать без Евы, но в глубине души я боялась брать ее с собой. Как знать, чем еще может обернуться моя связь с Валерой? Вдруг нас в следующий раз действительно решат расстрелять, не задавая лишних вопросов?

— Подключим твою квартиру к программе «Защита дома». Этим вневедомственная служба охраны занимается. Будут вести наблюдение за лестничной клеткой, а у тебя в прихожей будет установлена тревожная кнопка. Чуть что не так — жмешь, и они приезжают через пять минут. У них офис рядом с твоей многоэтажкой расположен, — вещал дядя Жора.

— А это дорого будет стоить? — насторожилась я.

— Первый месяц бесплатно, а потом, я надеюсь, ты вернешься к нам.

— Это с чего у тебя такие надежды?

— Потому что с Покровским серьезных отношений быть не может ни у кого. Не рассчитывай, что он влюбится и женится. С ним номер не пройдет, Аннушка. Он серьезных отношений боится, как черт ладана.

— У меня нет никаких отношений с Покровским! — вспыхнула я. — И откуда ты вообще про него что-то знаешь?

— Ага, свекрови своей будешь рассказывать, что у тебя ничего к нему нет. А я тебе вот что про него скажу. Легально он занимается только продажей недвижимости. Компания принадлежит его семье. Они в девяностых ее организовали, и как-то выстояли, хотя в те времена за квартиру и убить могли. Туда я так понимаю, он тебя и зовет работать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Да, кажется, туда, — рассеянно согласилась я.

— А остальные его дела — это не бизнес. Это образ жизни, нацеленный на получение прибыли всеми доступными способами. У Покровских это в крови. У его брата Игоря, у сводной сестры Ники. У мачехи. Но самое большое зло — это твой Константин. После смерти родного отца он у них вроде главы семьи.

Я насупилась и отвернулась к окну. Кажется, всю дорогу мне придется слушать размышления дяди Жоры на тему того, какой скользкий путь выбрала его крестница.

К полудню мы приехали в город.

Еще три часа товарищи из службы вневедомственной охраны топтались в моей маленькой квартире, устанавливая какую-то тревожную кнопку.

Когда они, наконец, оставили меня одну с комплектом ключей от новой входной двери (из какого-то прочного металла, который просто так не пробьешь, даже из автомата), я выдохнула.

И принялась за уборку.

После всего, что произошло в этом помещении, мне хотелось привести его в порядок. Смыть страшные воспоминания и навести уют.

На уборку ушло два часа. Завибрировал звонком сотовый телефон, взятый у мамы на прокат. Взглянула на номер — показался незнакомым. Взяла трубку.

— Ты когда приезжаешь? — без приветствия взорвался в ушах голос Покровского, и я вздрогнула от неожиданности.

— Приехала уже.

— На такси?

— Нет, крестный меня привез.

— Тебя? А дочка?

— Дочка осталась пока у мамы с папой.

— То есть, ты уже в Ростове и без дочки?

Почувствовала, как он улыбается, и в сердце что-то кольнуло.

— Выходит, что так.

— И что ты планируешь делать сегодня вечером?

— Только закончила уборку. Планирую принять душ и заварить чай.

— Тогда и на меня тоже завари.

Я сглотнула. Стало не по себе.

— На тебя? Но ведь…

— Чай, Аня. Я предпочитаю черный, без сахара.

В трубке раздались короткие гудки.

По спине поползла паника. Он что, заявится ко мне домой?!

«А ЕСЛИ ЗАЯВИТСЯ?!»

