ГЛАВА 5

Чуть помедлив, Брайен подошел к ловушке и, присев на корточки, посмотрел в глаза той, которой до смерти хотелось задать трепку. Впрочем, смертей на сегодня уже хватит.

— Вы намерены ругаться или читать нотации? — со вздохом спросила Кейра. — Если вздумаете насмехаться…

Ей не удалось закончить фразу, потому что Бен пихнул подругу локтем. Кейра поморщилась и замолчала.

— Милорд, мы так рады вас видеть! — с напряжением проговорил Бен, явно решивший перехватить инициативу в разговоре. — Вы поможете нам освободиться?

Брайен усмехнулся и нарочито медленно потянулся к заговоренному ножу, спрятанному в голени сапога. Судя по изредка вспыхивающим на веревке искрам, та была сплетена магом. Такие вещи непросто было уничтожить.

И все же раздражение требовало выхода. Наверное, поэтому он, держа нож в руке, поинтер есовался:

— И как вам роль плененной принцессы, миледи?

Ответ — острый, резкий, не менее раздраженный, чем его вопрос — последовал незамедлительно:

— Роль не так уж отвратительна, как я думала. Но выбор рыцаря вызывает вопросы.

Брайен проглотил усмешку и уверенным движением принялся разрезать веревку, чтобы освободить язву, волосы которой на солнце переливались всеми оттенками лаванды.

— Вы правы, — с иронией согласился он. — Мне скорее больше подходит роль чудовища, чем рыцаря.

Раздался треск рвущейся веревки, и в плетеной ловушке образовалась прореха. Брайен расширил ее и, протянув руку, помог Кейре выбраться из капкана, в который та угодила по собственной глупости. Бен торопливо, словно боялся, что его тут забудут, последовал за подругой.

Пожалуй, не стоило брать этого парнишку с собой. Утром ему показалось, что идея неплоха. Если рядом с Кейрой будет близкий человек, она не захочет убежать.

Кажется, он снова начал судить людей по себе. Уже неоднократно обжигался на этот счет и вот опять.

— Благодарю, — мрачно проговорила Кейра, выпрямившись. Ее пальцы все еще сжимали его ладонь, и это прикосновение отзывалось теплом в груди. И волнением на уровне магии. — Я приношу свои извинения за неудачную попытку побега.

Он невольно восхитился выдержкой этой девушки. Не каждый сможет с таким достоинством принять поражение да еще и отнестись к нему с иронией. Но больше всего Брайена зацепило отсутствие страха в глазах Кейры.

И вовсе не потому, что та была уверена в собственной безопасности, нет. Это Брайен знал, что не навредит Кейре, но у нее не могло быть никаких гарантий на этот счет.

Она не боялась его просто так, вопреки логике. Возможно, она была готова к любому исходу событий. И эта внутренняя сила, спрятанная в столь хрупкой оболочке, заставила его невольно зауважать ее обладательницу.

— Вы просите прощения за саму попытку побега или за то, что она провалилась?

Судя по тому, как изогнулись тонкие губы девушки в намеке на улыбку, скорее второе, чем первое.

Забавно. Никогда прежде ему не доводилось встречать столь смелых женщин.

Кейра открыто посмотрела ему в лицо. На мгновение он замер, завороженный тем, что в увидел в ее глазах — надежду, усталость, желание выстоять любой ценой — собственное перевернутое отражение. По спине пробежали мурашки, а дар в груди заволновался, словно в те далекие годы, когда Брайен еще не научился контролировать магию. Возможно, Кейра тоже почувствовала что — то странное, потому что она распахнула рот и застыла, будто бы на полуслове, а затем болезненно охнула.

Мгновение, наполненное необъяснимым напряжением, разбилось, как стекло.

Брайен нахмурился:

— Что с вами?

— Лодыжка…

Кейра потерла ногу и растерянно подняла глаза. Брайен без колебаний нагнулся и подхватил девушку на руки. Как и вчера, когда он переносил ее через лужу, тепло ее тела отозвалось в нем предвкушением. Рефлекторно он прижал к себе Кейру сильнее, желая, чтобы та оказалась к нему еще ближе.

В этот миг он совершенно забыл о Бене, но тот теряться не стал.

— Это вовсе не то, что вы подумали, милорд! Мы не собирались бежать!

Брайен резко обернулся к мальчишке.

— Нет? — хмыкнув, уточнил он. — А что вы тогда делали в лесу?

Под его скептическим взглядом Бен развел руками:

— Дык. Г уляли!

Брайен едва сдержался, чтобы не рассмеяться, а вот Кейра в его объятии громко фыркнула. Судя по всему, она тоже удивилась, что ее проделку можно назвать как-то иначе, чем побег.

— Мы идем? — нетерпеливо поинтересовалась она.

Брайен немного замешкался. Покосившись на девушку, которая обвивала его шею руками, он пытался понять, что именно его беспокоит. Явно не ее побег — этого он ждал. Конечно, драка немного отвлекла его, поэтому Кейре и удалось так легко скрыться, но в конце концов он бы все равно нагнал ее. С его опытом гончей при дворе это было бы несложно.

— Идемте, — коротко сказал он. — Вам нужен лекарь.

Освободив ненадолго руку, он призвал в ладонь стихию огня и направил пламя на поверженных разбойников. Судя по платкам, те принадлежали к банде Ронди — того еще головореза, за голову которого назначена приличная награда. Тела разбойников, словно сухие дрова, вспыхнули огнем. Краем глаза Брайен заметил, что Кейра поднесла к носу рукав, видимо, не желая вдыхать едкий дым, и отвернулась. Выражение ее лица насторожило Брайена.

Бен же с любопытством наблюдал вплоть до момента, пока тела разбойников не рассыпались черным пеплом. К счастью, на это не потребовалось много времени: сил у Брайена после сытного обеда хватало.

— Что ж, на этом все. Возвращаемся в трактир, — сказал Брайен.

В интонации прорезались нотки человека, привыкшего командовать. Мельком он отметил, что Кейра не в восторге от этого. Похоже, на нее нельзя давить. Так сильно любит свободу и независимость?

Бен послушно устремился по тропинке в нужную сторону. Иногда он оборачивался, чтобы убедиться, что с Кейрой все в порядке. Но понятливо не сбавлял шаг. Брайен в очередной раз подумал, что сообразительный парнишка далеко пойдет. Если, конечно, не сгинет на улице.

— Вы никогда раньше не сталкивались со смертью?

Ему действительно стало любопытно.

Кейра вздрогнула от его слов и чуть помедлила, прежде чем ответить.

— Я уже видела смерть, она меня не пугает. Но предпочитаю не смотреть ей в лицо.

— Боитесь?

Одного взгляда было достаточно, чтобы понять: его предположение ошибочно. Дело было вовсе не в страхе.

— Нет, — просто ответила Кейра.

Она не стала ничего пояснять, лишь сжалась в его объятиях. Брайен ощутил иррациональное желание как — то облегчить боль от ее ран. Те, несомненно, у нее были.

— Что бы ни было в вашем прошлом, от чего бы вы ни бежали… Я смогу защитить вас. Кейра покачала головой хрипло проговорила:

— В столице? Вы действительно считаете, что в силах обыграть орден верховных магов?

Она раздраженно тряхнула волосами и даже попыталась выскользнуть его рук, чтобы встать на ноги, но он удержал ее. И импульсивно, совершенно импульсивно добавил:

— Доверяйте мне. Вместе мы можем стать сильнее, чем по отдельности.

То, что случилось в следующее мгновение, удивило и его самого. Зрачки Кейры расширились, затапливая собой радужку. Лавандовые волосы потемнели до темно — фиолетового оттенка, а самого Брайена прошибло странное, необъяснимое волнение. В груди разлилась незнакомая прежде уверенность в собственных силах. Ему даже показалось, что до этого момента он недооценивал свой потенциал. Попроси его сейчас кто-нибудь сплести заклинание первого уровня, и он бы сделал это.

— Доверять? — тихо спросила Кейра. — Вы и сами мне не доверяете. Снова защищаетесь, хотя я не могу применить к вам магию.

Брайен тряхнул головой, скидывая наваждение, и вернулся в реальность.

— Защищаюсь? — с непониманием переспросил он.

— Рыжие искры в ваших волосах, — пояснила Кейра. — Они выдают вас.

Бросив эту фразу, она одарила его раздосадованным взглядом и решительно выпуталась из его хватки. Ее ноги подрагивали, когда она заковыляла в сторону Бена, успевшего отойти от них на довольно приличное расстояние.

Брайен посмотрел ей вслед и пораженно дотронулся до макушки, а затем поднес ладонь к глазам. Кейра, как и тогда, ночью, не лгала: на коже переливались и вспыхивали светом рыжие искры.

Да темные боги в свидетели! Что это, интересно, значит?

& & &

Дом Брайена произвел на меня сильное впечатление. Зеленый плющ оплетал добротный серый камень, на покатой крыше, покрытой коричневой черепицей, играли блики солнца. Дом был двухэтажным и небольшим (если сравнивать с моим родовым поместьем), но все в нем говорило о надежности, присущей и его владельцу. Подъездная дорожка, вымощенная булыжником, вела к парадному входу через зеленый густой сад. Я не нашла ни роскошных фонтанов, ни изысканного пруда с золотыми рыбками. Наоборот, дом поражал своей лаконичностью и какой-то суровой эстетикой. Никаких лишних безделушек на каминных полках, картин на стенах и даже подушечек на диванах и креслах. Словом, ни намека, что этого функционального пространства хоть раз касалась женская рука.

Впрочем, судя по подозрительному взгляду, которым меня одарила экономка, мне и не дадут тут ничего менять. Не то чтобы я собиралась, но все же…

Выросшая в большом доме, я знала, как важно хорошо ладить со слугами — и с высшим эшелоном вроде экономки и дворецкого, и мелкой рыбкой, которой являются горничные и лакеи. Пожалуй, если бы я действительно планировала играть роль жены Брайена, я бы попыталась понравится мисс Батлер — тощей, как вобла, высокой женщине с тщательно зализанным пучком на голове и льдом в светлых, почти бесцветных глазах. Но я все еще лелеяла мысли о побеге, поэтому едва удостоила женщину взглядом. А заодно проигнорировала и тщательно завуалированный интерес дворецкого — низенького, пухлого мужчины с сединой. Кажется, тот был настроен куда более дружелюбно, чем экономка.

— Вилсон, срочно вызови лекаря, — бросил Брайен, переступив порог со мной на руках.

— Мисс Батлер, подготовьте покои для моей жены.

Лицо экономки вытянулось, но всего на мгновение. Очевидно, она обладала хладнокровием, потому что сумела быстро взять себя в руки.

— Конечно, милорд. А…

Ее взгляд многозначительно метнулся за спину Брайена, где с ноги на ногу переминался Бен. Всю оставшуюся дорогу после неудачного побега он провел возле меня. Вероятно, опасался гнева Брайена.

Признаться, я сама его ждала. И чувствовала себя сбитой с толку из-за удивительного спокойной реакции мужа на мою выходку. Ни ругательств, ни угроз. Он словно принял мое поведение как должное! Даже за драку ничего не высказал, хотя пара его бойцов, полезших наводить порядок, изрядно схлопотали.

Еще и с рук не спускает. Впрочем, подозреваю, это как раз для того, чтобы я снова чего — нибудь не учудила.

Я досадливо поправила платок, прикрывающий волосы. Жаль, что краску приходится обновлять после каждого обращения к дару.

— Это Бен, — равнодушно пояснил Брайен. — Выделите ему комнату в крыле слуг и займите какой-нибудь несложной работой.

— Я и сложную могу потянуть, — оскорбленно вставил Бен и мотнул головой. — Я способный.

Лучше бы он этого не говорил. Брайен посмотрел на него так, что мальчишка тут же притворился ветошью и почти слился с интерьером холла. Пожалуй, все вместе мы представляли собой забавную картину: я, трепетной ланью застывшая у мрачного Брайена на руках, Бен, вертлявой лисицей крутящийся рядом со мной, и дворецкий с экономкой, ожидавшие чего угодно, но не возвращения милорда с женой и каким-то парнишкой в подранной одежде не первой свежести.

К слову, о свежести. Все бы отдала за возможность принять ванну. Конечно, портал изрядно сэкономил время, но после нескольких часов верхом я ощущала себя буквально провонявшей лошадиным потом.

— Распорядитесь насчет ванны, — не то попросила, не то потребовала я, склонившись к уху Брайена. — Мне нужно привести себя в порядок.

Губы случайно коснулись его мочки, и он вздрогнул — едва заметно, но я успела уловить этот момент. Словно в ответ, и по моему телу прошла мимолетная дрожь. Странная, неуместная реакция…

— Мисс Батлер, моя жена желает принять ванну.

— Конечно, милорд. Я скажу горничным принести воды.

Брайен кивнул и, все так же не выпуская меня из объятий, направился к лестнице, ведущей на второй этаж. Остальные участники этой сцены остались на том же месте. Занавес в моей голове медленно и торжественно опустился, но оваций не последовало.

Тяжелые сапоги Брайена принялись пересчитывать ступени, сминая собой ворс ковровой дорожки.

— Я могу передвигаться и самостоятельно, — напомнила я.

Впрочем, если начистоту, я не особо стремилась к этому. Оказалось, что, когда тебя носят на руках, это не вызывает внутреннего протеста. Особенно если это делает человек, которому хочется доверять.

Что? Хочется доверять?!

Я закусила губу. Только этого мне и не хватало!

Брайен, очевидно не подозревающий об обуявшей меня панике, усмехнулся.

— Я видел, как вы хромаете. Ни к чему геройствовать, я в состоянии о вас позаботиться. «В состоянии о вас позаботиться».

Эти слова задели те струнки моей души, о которых я уже и позабыла. Сердце сжалось, а затем забилось с удвоенной силой. Ненадолго я словно выпала из реальности, полностью погрузившись в захлестнувшие меня чувства, а затем очнулась и стряхнула наваждение.

Будучи эмпатом, я знала, как сильно людей путают чувства. Нет, доверять стоит только разуму.

Брайен толкнул ногой дверь комнаты и со мной на руках переступил порог. Лишь после этого он осторожно отпустил меня. Я огляделась. Просторная спальня с высоким потолком отличалась все той же лаконичностью, что я успела заметить внизу. Кровать, лишенная балдахина, была тщательно застелена. На тумбочке рядом с ней стоял кувшин с водой. Чуть левее, за камином, — письменный стол со стулом. Еще дальше высился шкаф. На стенах висели полки, заставленные книгами. В окно, прикрытое портьерами, ярко светило солнце. Его жаркие лучи скользили по темному паркету, образуя замысловатую игру света и тени.

Никакой помпезности. Пожалуй, в этом что-то есть.

— Это моя спальня, — сдержанно сказал Брайен. — Сегодня мы с вами спим здесь. Завтра нам подготовят смежные покои, и мы сможем переехать туда.

Я покосилась на кровать и попыталась выдать ироничный ответ:

— Вам так нравится спать на полу, что вы решительно не желаете ночевать в другой комнате?

— Я решительно не желаю выпускать вас из поля своего зрения, — поправил меня Брайен и вдруг добавил: — Приношу свои извинения, но в этот раз мы с вами разделим постель.

Я вздрогнула и, настороженно отступив на шаг, с подозрением покосилась на него. Он намекает на то, что мы будем спать в одной кровати или на что — то еще?

С одной стороны, мы уже ночевали вместе, и ничего страшного не случилось. С другой… После моего неудачного побега мы с Брайеном странным образом будто стали ближе. Возможно, это чувство возникло из-за смерти разбойников: разделить смерть, даже в таком виде, всегда чревато сильными эмоциями. Адреналин связывает похлеще иных пут. Но именно из-за этого неуместного ощущения близости мне бы и хотелось держаться от Брайена на расстоянии. Ночь в одной кровати не отвечала моим представлениям о личных границах.

Я склонила голову, рассматривая Брайена. Высокий, широкоплечий, он стоял в шаге от меня и спокойно наблюдал за мной. На лице с острыми скулами и отпечатком чужой, незнакомой красоты ни тени нетерпения или сомнения. Признаться, я завидовала его умению держать себя в руках.

Интересно, он чувствует то же, что и я? Многое бы отдала за возможность прочесть его страхи и желания! Как же тяжело разговаривать, когда не знаешь, чего ждать от человека!

— Вас что-то смущает?

Его голос вывел меня из задумчивости, и я поняла, что пялюсь на своего мужа слишком долго, неприлично долго, чтобы просто отвернуться. Озвучить вопрос, который не давал мне покоя, я не решилась. Вместо этого, мельком взглянув на кровать, я вновь посмотрела на Брайена и негромко проговорила:

— Я не смогла увидеть вашей сути, поэтому, признаться, чувствую себя немного. непривычно. Люди для меня — открытая книга. Но не вы.

Брайен усмехнулся, а затем стал серьезным. Обойдя меня, он подошел к застеленной постели и опустился на нее. Матрас прогнулся под его весом. Я осталась стоять на месте

— настороженная, но не испуганная.

Я не боялась Брайена. Где-то не доверяла, да, где-то хотела выиграть у него, но страха не испытывала. Хотя после демонстрации его силы в лесу стоило бы.

У моего супруга оказался сильный дар. Необычайно сильный.

— Значит, такое с вами впервые? — спросил Брайен и, подавшись вперед, оперся локтями на колени. — Прежде вы всегда имели преимущество?

— Я бы не назвала это преимуществом, — поморщилась я. — Но в целом вы правы.

Брайен немного помолчал, а затем его губы изогнулись в улыбке — тонкой и мимолетной.

— Боюсь, вам придется действовать так же, как и всем остальным — полагаться на свою интуицию и доверять людям, ориентируясь на их поступки, а не слова.

Я пожала плечами, стараясь не показать, что меня задела ирония, сквозившая в его интонациях.

— Никогда не верила чужим словам, — ответила я и сложила руки на груди, словно отгораживаясь. — Только своему дару.

— Но привыкли из-за него чувствовать себя исключительной, верно?

Я поморщилась и поджала больную ногу, не понимая, к чему ведет Брайен.

— Возможно. Все люди, одаренные магией, так или иначе это чувствуют. Что в этом плохого?

— Ничего, — после паузы сказал Брайен. — Вопрос в том, на что еще нас толкает магия?

— Простите?

Вспомнив наш первый разговор в темнице, я торопливо прикусила язык. Брайен не любил пустых извинений.

— Забудьте, — помрачнев на мгновение, отмахнулся он и встал с постели. — Г орничные принесут вам воды, а я ненадолго отлучусь. Ваши волосы… С ними придется что — то сделать.

Я рефлекторно поправила платок на голове, делающий из меня девушку — простушку из деревни, и кивнула.

— Мне нужна краска: химическая или натуральная, разницы нет. Вы можете распорядиться и.

Брайен перебил меня.

— Лучше я сам отправлюсь на рынок. Не хочу, чтобы по дому поползли слухи.

— Звучит разумно, — согласилась я.

В душе разлилось облегчение. Кажется, Брайен трепетно относится к моей тайне. Возможно, он сумеет ее сохранить. Хотя бы до того момента, пока я не сбегу.

Разговор прервал стук в дверь. На пороге оказались две горничные с тяжелыми ведрами воды, от которых исходил горячий пар.

— Я оставлю вас, — деликатно проговорил Брайен. — За лекарем уже послали, поэтому скоро лодыжка перестанет вас беспокоить.

Я криво улыбнулась, собираясь пошутить про ампутацию, но в последний момент передумала. Не стоит демонстрировать свой нрав при посторонних. Брайен говорил со мной как с равной, как это было принято у меня на родине. Но в Иолании к женщине зачастую относились как к малому, неразумному ребенку, нуждающемуся в опеке и контроле.

— Благодарю, милорд, — кротко выдала я, чем заставила Брайена нервно споткнуться на ровном месте.

Ладно-ладно, я тоже умею играть по правилам! Не стоит так удивляться. Я, конечно, сумасшедшая, но границы дозволенного тоже вижу.

Смешно, если подумать. Значит, нарушить брачные обеты для меня — раз плюнуть. А вот испортить образ сурового бойца в глазах прислуги — моветон. Поистине, отец был прав: нет ничего забавнее человеческих принципов.

Как только за Брайеном закрылась дверь, горничные принялись наполнять водой ванну, спрятанную за едва заметной дверцей в стене. Стараясь не наступать на ногу, я осторожно подошла ближе. Дома мы пользовались магическими артефактами, чтобы освободить от столь тяжелой работы слуг, но в Иолании не все сословия могли себе это позволить. Вот и здесь холодная вода спокойно текла из крана, а горячую приходилось носить по старинке с кухни. Значит, денег хватило только на один артефакт. Что ж, все равно неплохо.

Конечно, мне пришлось отказаться от помощи горничных. Я не могла позволить им увидеть мой естественный цвет волос, а купаться в платке было бы странно… Пусть лучше думают, что их госпожа — пуританка до мозга костей и раздевается пред ликами богов только в одиночестве.

Я с удовольствием опустилась в теплую, пахнущую цветочным мылом воду. Ладони тут же зачерпнули шапку белоснежной пены. Полюбовавшись ею, я, как ребенок, сдула ее, а затем расслабленно откинулась на бортик медной ванны и прикрыла глаза. Перед внутренним взором предстала картина, увиденная в лесу: разбойники, падающие замертво. Их остекленевшие взгляды будто вернули меня на три года назад — в прошлое, которое я так мечтала забыть. Я до сих пор помнила, как округлился рот брата, когда его грудь пронзила магическая рапира боевика. Смертельное ранение, ни одного шанса на выживание.

Но ни одного шанса и на муки. Братьям, в отличие от меня, не пришлось голодать, скрываться, лгать и использовать свой дар направо и налево, позабыв заветы предков.

Так ли уж странно, что я с легкостью нарушила брачные обеды? После того, через что я прошла, это уже не казалось чем — то подлым. Обычное желание мышки выжить в лапах кошки.

Нет больше маленькой и наивной Кейры. Есть беглянка Кейра Ивори — любимица лаванды, лишенная рода отступница.

Интересно, как далеко я могу зайти, если понадобится?

Я все еще думала об этом, пока вместе с дорожной пылью смывала с себя и усталость. Я так давно не имела возможность нормально принять ванну, что увлеклась и вспомнила о времени, лишь когда вода окончательно остыла. Памятуя о лодыжке, я осторожно поднялась, потянулась к пушистому махровому полотенцу и едва не выронила его из-за неожиданного стука в дверь.

— Миледи, — раздалось из коридора, — прибыл лекарь. Вы позволите себя осмотреть?

— Минутку! — крикнула я и торопливо набросила на плечи халат, а затем потуже затянула пояс. Подумав немного, обернула мокрые волосы полотенцем. — Да, пусть заходит.

Дверь отворилась, и порог переступил мужчина средних лет. В его волосах поблескивала первая седина, а под глазами залегли темные круги. В руках он сжимал ручку кожаного чемоданчика.

— Леди Гарланд, меня зовут мистер Крайлер. Прошу прощения, что заявился к вам в покои, но в записке вашего мужа говорилось, что дело срочное.

Судя по выражению лица, Крайлер ожидал увидеть как минимум смертельно раненого солдата, а не относительно здоровую молодую леди прямиком из ванны.

— Боюсь, мой муж немного преувеличил срочность проблемы, — проговорила я и жестом попросила лекаря присесть. — В дороге я повредила лодыжку. Ничего серьезного, но травма причиняет мне боль.

— Что ж, тогда я понимаю волнение лорда Гарланда: женщины не должны испытывать боль. Это удел мужчин.

В памяти пронеслись сцены родов одной из родственниц, и я проглотила усмешку. Пожалуй, о боли некоторые женщины знают побольше мужчин…

Я опустилась на постель и позволила мистеру Крайлеру осмотреть больную лодыжку. Как только его пальцы коснулись обнаженной кожи я чисто рефлекторно обратилась к дару: сработала привычка, приобретенная на улице. Когда знаешь страхи и желания человека, легче понять, стоит ли видеть в нем угрозу или нет.

Сознание привычно разделилось. Часть меня отвечала на вопросы мистера Крайлера, а другая — исследовала его суть, осторожно и незаметно. Желания, представленные в виде детской карусели с лошадками, залитой солнцем, я обошла и сразу спустилась по склизким высоким ступеням к страхам. Я почти дотронулась до двери, толкнув которую, оказалась бы в царстве тьмы и холода, но в последний момент отдернула руку.

Зачем я сейчас прибегаю к дару? Возможно, Брайен прав, и я просто слишком привыкла полагаться на него?

Преподаватели говорили, что столь опасную магию нельзя использовать попросту. Цель должна оправдывать средства.

Насколько логично обратиться к магии именно сейчас?

— Сейчас будет немного больно, — голос мистера Крайлера ворвался в мои мысли и заставил меня вынырнуть в реальность, — потерпите пару секунд.

Лодыжку обожгло огнем, и я беззвучно охнула. Чужая магия — теплая, ласковая, как солнечный день, пахнущая морским прибоем, пронеслась по моему телу и безошибочно нашла то место, где в ней нуждались. Мгновение, и боль отступила, оставив после себя только легкость и бодрость.

— Благодарю вас, мистер Крайлер. Вы — волшебник.

Я целомудренно поправила полы халата, прикрывая ноги. Лекарь деликатно отвел взгляд и покосился на стоящую возле двери горничную, которая все это время наблюдала за нами с легким любопытством.

— Не больше, чем ваш муж, леди Гарланд. Он — талантливый маг. А вы обладаете даром?

Я заметила, как свернули глаза горничной. Той явно не терпелось в числе первых узнать столь важные подробности о новой госпоже.

— К сожалению, боги не одарили меня милостью, — вежливо ответила я, изобразив легкую грусть. — Впрочем, женщине сложно сладить с такой природой.

— Вы правы, — добродушно согласился мистер Крайлер и поднялся на ноги. — Женщине достаточно обладать красотой и скромностью. Ответственность, которая порождает магия, женщине ни к чему.

Я удержала на лице маску светского интереса, чудом не скрипнув зубами. Мне, наследнице Ивори, было странно слышать о страхе перед ответственностью.

Пожалуй, доброжелательный сексизм хуже любого другого. Когда тебе открыто хамят, ты знаешь, что ответить. Но если заботливо ограничивают, прикрываясь твоими интересами… Здесь все сложнее.

Тем не менее, я дружелюбно распрощалась с лекарем. Стоило двери за его спиной захлопнуться, как я нетерпеливо взглянула на горничную.

— Как тебя зовут? — миролюбиво поинтересовалась я.

— Лаура, миледи, — ответила та и присела в реверансе.

— Бена — мальчика, что прибыл со мной — разместили? С ним все хорошо?

Признаться, я волновалась за Бена. Меня мучила совесть, что парнишка сорвался с места и бросил родных. Впрочем, зная Бена, тот едва ли чувствует себя обделенным. Возможно, для него это станет билетом в новую жизнь? Я не любила военных, но Брайен верно заметил: воинское дело — одна из немногих возможностей пробиться наверх для тех, кто родился на самом дне.

Интересно, почему Брайен сказал тогда об этом с такой уверенностью?

Я поймала себя на мысли, что рассуждаю так, словно забыла о побеге, и поморщилась. Приходилось признать, что я расслабилась. Было очень заманчиво довериться Брайену и разрешить ему позаботиться о себе, но последние три года научили меня одному: полагаться стоит только на себя.

Так что я попытаюсь снова. И уже завтра.

— Ему выделили отдельную комнату в крыле для слуг, миледи, — ответила Лаура. — С ним хорошо обращаются, не волнуйтесь. Вы желаете поужинать в комнате или внизу?

— Лучше в комнате, — рассеянно ответила я. — Поездка была изматывающей.

Лаура понятливо кивнула и вскоре исчезла за дверью, чтобы вернуться спустя несколько минут с подносом, полным еды. Водрузив его на стол, она поинтересовалась, чем еще может помочь, и, получив отрицательный ответ, оставила меня. Я проводила ее долгим взглядом, мельком подумав, что наверняка с такой горничной было бы комфортно. Да, она любопытна, но при этом услужлива и держится за свою работу. Прикоснувшись к ее запястью, я увидела, что самый главный ее страх — умереть в нищете — не позволит ей лишиться своей нынешней должности.

Словно подтвердив мои догадки, Лаура задернула шторы (уже свечерело) и зажгла огонь в камине. В Иолании с наступлением темноты всегда ощутимо холодало. Помнится, в первое время меня это удивляло: палящий зной днем, и холодный дождь ночью. Не самый приятный климат, но ко всему можно приспособиться. В частности, при помощи магии местные, несмотря на все проблемы, снимали урожай два раза в год.

Я перенесла поднос поближе к камину и, поколебавшись, опустилась на расстеленную перед ним меховую шкуру. Стянув с волос полотенце, я пропустила влажные пряди сквозь пальцы. Сушить длинные волосы естественным путем — одно мучение, хорошо бы успеть до того, как отправлюсь в постель. Глаза и правда слипались. День выдался долгим.

Меня едва не сморило к тому моменту, когда после короткого стука в дверь в комнату вошел Брайен.

Часть 6

Кейра сидела на полу у камина. Ее длинные волосы рассыпались по плечам и в свете огня переливались всеми оттенками лаванды. Брайен мельком скользнул взглядом по обнаженным икрам, которые виднелись в подоле халата и напомнил себе, что с этой девушкой его связывает только деловое сотрудничество.

Именно по этой причине ему не стоит рассматривать ее лицо, по которому скользили мягкие тени, и спрятанную за безразмерным халатом хрупкую фигуру. Все мысли должны касаться исключительно тех планов, которые он намерен реализовать при помощи ее дара.

Он втянул носом воздух в попытке вернуть себе душевное равновесие, но зря. Ноздрей коснулся аромат цветочного мыла, исходящий от волос Кейры, и Брайен поспешил сделать пару шагов в сторону, чтобы оказаться подальше.

— Я купил краску для волос, — опустившись на стул с высокой спинкой, проговорил он.

— Краска магическая, поэтому не должна слезть сразу же.

Кейра обернулась и, подтянув коленки к груди, заинтересованно уточнила:

— Думаете, она выдержит, когда я обращусь к дару?

— Судя по стоимости краски и тем обещаниям продавца, что я услышал, — непременно. Но сам бы я не стал так безоговорочно этому верить.

Кейра понятливо кивнула и, уткнувшись подбородком в колени, покосилась на огонь, облизывающий дрова за чугунной решеткой.

— Вы правы, было бы неплохо проверить. И желательно на вас или Бене, а не на ком — то из придворных.

Брайен оценил тонкость намека и дернул уголком губ. Поза Кейры — уставшая, в чем-то по-детски беззащитная — вызывала в нем неуместное желание подойти и опуститься рядом. В выражении глаз, в наклоне головы он видел себя, но в прошлом. Брайен на собственном опыте знал, что такое безнадежность и одиночество, толкающие на самые безрассудные поступки. Пусть сама Кейра, кажется, и не отдавала себе отчета в том, что чувствует.

С эмпатами, говорят, такое случается. Они превосходно разбираются в чужих эмоциях, но свои предпочитают держать под замком.

Видимо, из страха не справиться с ними.

— Придворных вы увидите не сразу, — после паузы ответил Брайен. — Для начала придется пошить вам необходимый для светских мероприятий гардероб. Впрочем, вы лучше меня знаете, что из вещей потребуется для появления на ближайшем балу в статусе моей жены.

Он внимательно наблюдал за Кейрой, поэтому не упустил момент, как та на мгновение переменилась в лице. В ее позе появилось едва заметное напряжение.

— С чего вы взяли, что я разбираюсь в тонкостях дворцового этикета?

Брайен усмехнулся и откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди.

— Бросьте, Кейра. Вы кто угодно, но не городская девчонка. Вас выдает снобизм.

Кейра превосходно играла свою роль, но погорела на мелочах. Например, она не набрасывалась на еду, даже если была голодна, а пользовалась ножом и вилкой. Она с отвращением поглядывала на грязные руки подавальщицы в трактире. А еще держалась с достоинством даже тогда, когда падала от усталости.

Этим качествам сложно научиться на улице. Если умение читать и писать еще можно объяснить добротой священнослужителей в храмах, то такие привычки — нет.

— Считаете меня снобкой?

И снова его поразило, как легко она принимает проигрыш. Кажется, если для него, Брайена, важно было стать победителем, то Кейра предпочитала вовсе не участвовать в играх. Старалась быть выше этого.

Вот и сейчас она не стала ввязываться в спор.

Снобка даже в этом.

— Да, но вам идет, — признался он и протянул стеклянную колбочку. — Можете не рассказывать о своем прошлом, знаю — солжете. Но, будьте добры, нанесите на волосы краску. Смывать ее не нужно, она впитается почти моментально.

Кейра помедлила, а затем поднялась на ноги, забрала у него стеклянный пузырек и подошла к висящему на стене небольшому зеркалу в круглой раме. Брайен сжал ладонь. В том месте, где кожи коснулись пальцы Кейры, пробежала дрожь, а затем сверкнули искры. Брайен судорожно подавил волнение дара. Да что с ним такое? Почему его магия так странно реагирует на Кейру?

— Вам неинтересно, откуда я и кто мои родные? — спросила она и, открыв колбочку, зачерпнула черную вязкую субстанцию, пахнущую чем — то резким.

— Интересно, — не стал лгать Брайен. — Но я предпочту ничего не знать об этом, чем услышать ложь. В конечном итоге, даже если вы решите никогда не рассказывать мне об этом, я приму ваш выбор. Прошлое должно оставаться в прошлом и не мешать настоящему.

Тонкие пальцы, старательно распределяющие краску по волосам, дрогнули. Кейра застыла. Брайен поймал ее взгляд в отражении в зеркале.

— Не могу с вами согласиться, — медленно проговорила она, смотря на него, но будто не видя. — Прошлое сделало нас теми, кто мы есть. Вычеркни прошлое, позабудь его, и попросту потеряешь себя.

— А если прошлое несет в себе только боль и не дает дышать?

— Значит, следует дышать через раз.

Брайен хмыкнул. Такая словесная пикировка приносила ему удовольствие. В своем окружении он редко встречал достойного, интересного собеседника. И еще реже этим собеседником оказывалась женщина.

Кейра подняла волосы, закручивая их в высокий пучок, и взгляду Брайена предстала тонкая шея с едва заметной круглой родинкой. Эта картина вызвала в нем бурю противоречивых эмоций: от неловкости, будто он подглядывал за чем — то интимным, до дрожи странного предвкушения и легкого, почти неуловимого желания прикоснуться к нежной коже Кейры губами.

Последнее заставило тряхнуть головой, чтобы привести в порядок мысли.

— В чем именно заключается ваш план?

Кейра покончила с краской и теперь, повернувшись, смотрела на него открыто и с тщательно завуалированным скептизмом. Очевидно, его стратегические способности вызывали у нее большие вопросы.

Видимо, у нее были определенные предубеждения к боевикам. Брайен и сам знал, что многие его коллеги — отличные ребята, но в политику их лучше не пускать. Максимум, что те смогут: стать символом какой — то борьбы, чтобы затем превратиться в пешку в чужих играх.

Брайен заколебался. Ему не хотелось раскрывать карты, поэтому он ограничился расплывчатым ответом.

— Я хочу узнать страхи и желания некоторых людей при дворе. Не волнуйтесь, вам ничего не угрожает. Я представлю вас как свою жену, и брачная отметка на руке убедит всех в правдивости моих слов, а заодно усыпит бдительность. Никто не будет ждать подвоха от такой красивой девушки, как вы.

На комплимент Кейра отреагировала с легким раздражением. Это и позабавило, и удивило Брайена.

— Хотелось бы чуть больше конкретики.

— Вы получите ее, как только я начну вам доверять.

По взгляду Кейры он понял: намек был считан верно. Он ни словом не упрекнул ее в провалившемся побеге, но не позабыл о нем. Более того, Брайен прекрасно понимал, что ему стоит держаться настороже: его жена не из тех, кто легко сдается. Она предпримет еще одну попытку и уже скоро.

Если, конечно, не произойдет что — то такое, что изменит ее мнение. Брайен уже сломал всю голову, пытаясь понять, что это может быть.

К счастью, судьба сама все расставила по своим местам. И буквально на следующий день.

***

Утро встретило меня яркими лучами солнца, падающими сквозь неплотно задернутые шторы и… легким похрапыванием в ухо. Сначала я испуганно замерла, судорожно пытаясь понять, где нахожусь. Высокие потолки с деревянными балками были мне незнакомы, так же как и лаконично обставленная комната. Чужие сильные руки на талии, прижимающие меня к себе, тоже не вызывали доверия. Страшась того, что могу увидеть, я осторожно обернулась через плечо и с облегчением выдохнула: на постели рядом со мной спал Брайен. Во сне он притянул меня к себе и, кажется, я не особо сопротивлялась. Во всяком случае, моя спина соприкасалась с его обнаженным торсом, что посылало по телу волну мурашек. Его губы уткнулись мне в шею, а его спокойное, ровное дыхание щекотало кожу, зарождая внизу живота сладкое томление.

Ладно, Кейра, не паникуй! Ты точно помнишь, чем закончился вечер. После короткого разговора ты, не раздеваясь, легла в постель и довольно быстро уснула. Не случилось ничего такого, из-за чего стоило бы нервничать.

Я осторожно, стараясь не разбудить Брайена, попыталась выпутаться из его объятий и откатиться подальше, но не получилось. Стоило мне дернуться, как Брайен моментально распахнул глаза. Даже спросонья его взгляд отличался сосредоточенностью.

На мгновение повисла неловкая пауза, в течение которой мы оба внимательно смотрели друг на друга. Мне в голову пришло, что Брайен все — таки красив. До этого момента я никак не могла оценить его внешность из-за ее чужеродности, но сейчас, когда его светлые волосы растрепаны со сна, а сам он, такой теплый, пахнущий луговыми травами и кедром (аромат его магии — уникальной, как отпечаток пальцев) лежит рядом со мной, прикрытый лишь одеялом… Пожалуй, не стоит себе лгать. Сейчас Брайен кажется мне очень привлекательным.

Это открытие заставило меня занервничать.

— Вероятно, вы перепутали меня с одеялом, милорд, — вежливо проговорила я. — Ночью похолодало.

Что, к слову, было правдой. Камин прогорел к утру, и до появления солнца в комнате было зябко.

— Скорее вы, миледи, перепутали, — не менее светским тоном откликнулся Брайен. — Помнится, это вы пришли ко мне под бок греться.

Я фыркнула. Да не может быть!

— Чем докажите?

— Честного слова недостаточно?

Наткнувшись на мой многозначительный взгляд, Брайен хмыкнул.

— Тогда признаю себя проигравшим в этом споре. Будем считать, что это я пришел к вам ночью, а не наоборот.

— Естественно, так и было! — возмутилась я и прикусила язык.

Память неуверенно подбросила смутное воспоминание, где именно я перекатилась на сторону Брайена, а не наоборот.

Вот же! Темные боги в свидетели!

— Как скажете, — без тени иронии ответил Брайен.

С этими словами он отстранился от меня и, отбросив одеяло в сторону, поднялся с постели. Я торопливо отвернулась: Брайен спал обнаженным. Краем глаза я все равно успела заметить и его широкие плечи, и рифленую спину, и упругие ягодицы. Сердце в груди екнуло, а дыхание ненадолго участилось.

Разум между тем с удивлением отметил, что Брайен не стал со мной спорить. Он уступил с таким достоинством и легкостью, будто ему это ничего не стоило. Даже дома, в моем родном окружении, мужчины зачастую любили настоять на своей точке зрения, даже в мелочах. А тут…

Я искоса взглянула на Брайена и тут же снова торопливо отвела глаза. Его тонкие пальцы, как у музыканта, застегивали длинный ряд пуговиц на темной рубашке.

— После завтрака мы отправимся к лучшей в городе модистке, чтобы сшить вам гардероб. Сколько вам понадобится времени, чтобы собраться?

Я оперлась локтем на подушку и легла на бок. Брайен уже оделся, и теперь мне не приходилось краснеть, глядя на него. Впрочем, легкое чувство неловкости все равно осталось.

Странно. Никогда не считала себя пуританкой.

— Не более получаса.

Брайен кивнул.

— Отлично, тогда жду вас внизу. Позавтракаем и сразу поедем в город.

Я молча проводила его взглядом и только после того, как хлопнула дверь, выдохнула с облегчением. Кажется, совместная жизнь предполагает чуть больше сложностей, чем мне думалось изначально.

Слава богам, уже сегодня у меня будет своя спальня! Еще одного такого пробуждения моя гордость не выдержит.

И не только гордость…

Бежать. Бежать. Бежать.

Эта мысль рефреном повторялась в голове всю дорогу до роскошной лавки, в которой работала модистка. Ее имя мне ни о чем не сказало, но умение держаться и советы, данные исключительно по делу, — расположили меня к ней.

Миссис Картер сразу же усадила Брайена в кресло с чаем и печеньем в уютном холле, а сама вплотную занялась мною. Стоило ей услышать, что заказ будет масштабным, как ее глаза сверкнули азартом.

— Что ж, миледи, не волнуйтесь. То, что ваш гардероб потерялся в дороге, конечно, трагедия, но вполне поправимая.

По голосу миссис Картер слышалось, что та не особо поверила в легенду, озвученную Брайеном. Впрочем, ей хватало такта, чтобы удержаться от расспросов. Хлопнув в ладоши, она позвала в комнату с мягкими диванчиками и обоями в цветочек, куда мы удалились, еще двух девушек. Те занялись снятием с меня мерок.

— К вашим темным волосам и белой коже прекрасно подойдет зеленый шелк, — мурлыкала миссис Картер, перебирая образцы тканей. — Или, возможно, если хотите что-то более смелое. Как насчет алого атласа? Брюнеткам позволительна легкая дерзость!

Я невольно покосилась в зеркало на стене. В его серебристой, тщательно отполированной глади действительно отражалась темноволосая девушка — ни намека на фиолетовые пряди! Мы не проверили стойкость краски, поэтому пока я побаивалась применять свой дар, хотя у меня чесались руки это сделать. Судя по слегка насмешливому взгляду, который Брайен периодически кидал на меня, мои мучения не прошли мимо его внимания.

Неужели он прав, и я использую дар так часто, что впала от него в зависимость?

Колокольчик на двери зазвенел, извещая о новом посетителе. Миссис Картер оторвалась от каталога с образцами ткани и, извинившись, оставила меня на попечение двух услужливых девушек.

Она неплотно прикрыла дверь, и до меня донесся голос посетителя.

— Миссис Картер, мой заказ готов?

— Конечно-конечно! Держите, в первой коробке шляпа, а во второй — то, о чем вы меня просили…

В интонациях миссис Картер прорезались игривость и загадочность, из чего я сделала вывод, что заказ носит интимный характер. Мало ли, ночная сорочка особо рода или что — то в этом роде. Меня бы это не заинтересовало, если бы не одно «но»: голос говорившего мне показался знакомым.

— Я на минутку, посоветуюсь с мужем, — улыбнувшись, сказала я девушкам.

Те понятливо кивнули, и я выскользнула в холл. Делая вид, что меня вовсе не волнует посетитель, я направилась к стоящему в углу креслу, в котором расположился Брайен. Нагнавший меня в спину голос заставил вздрогнуть, а затем быстро, буквально на пару секунд обернуться. Неужели.

— Благодарю, миссис Картер. Вы — волшебница!

Так и есть! Высокий, плотного телосложения мужчина, одетый, словно франт, был мне знаком. Его суровое, будто высеченное из камня лицо с белесыми бровями и тонкими губами я бы узнала из тысячи, ведь оно уже три года снилось мне в кошмарах.

Это его рапира пронзила грудь Нила — моего младшего брата.

Вдох-выдох, Кейра! Вдох-выдох.

Перед глазами предстала сцена трехлетней давности — такая же яркая, как в тот миг, когда я ее увидела. Она пронзила меня, словно удар ножа в сердце.

Темное небо озарила молния, разрезавшая свинцовые тучи. На землю обрушился дождь. Позади меня полыхал магический огонь, погасить который не могли ни вода, ни песок. Языки пламени перекинулись с дома на пристройку для слуг, а дальше — на конюшню, откуда доносилось испуганное ржание лошадей. Я в ужасе обернулась. Мокрые фиолетовые волосы хлестнули по лицу.

— Не-е-ет!!!

Один из головорезов метнул кинжал в спину убегающей прочь Софи — моей горничной, которую я знала с самого детства. Словно услышав мой крик (я была слишком далеко), Нил бросился на врага с кинжалами. Что мог противопоставить боевику четырнадцатилетний мальчик, пусть и одаренный даром иллюзий? Ничего. Если бы Нил руководствовался разумом, а не чувствами, он бы не полез в драку. Но Нил всегда выбирал эмоции. В отличие от меня, он не боялся их, а смело шагал им навстречу. Как и в ту ночь, когда налетел на типа, посмевшего напасть на его возлюбленную.

Не зря мама говорила, что влюбленность погубит Нила. Иногда эмпаты оказываются неплохими пророками: слишком часто мы имеем дело с человеческой природой. Слишком хорошо знаем, на что способны люди.

Нил не успеть вступить в драку. Рапира другого негодяя пронзила его прежде, чем он успел что-то предпринять. Я не могла увидеть, скорее почувствовала, как он болезненно дернулся, чтобы затихнуть навсегда.

Софи пробежала пару метров, а затем тоже упала навзничь, убитая кинжалом боевика. Ее широко распахнутые глаза, казалось, уставились прямо на меня.

Я зажала рот руками, чтобы не закричать. Меня надежно укрывала зелень густых кустов. Бархатный черный брючный костюм, потяжелевший от воды, неприятно лип к коже, волосы спутанной мокрой гривой трепал ветер. Раскаты грома мешались с треском огня, пожирающего мой дом. И все, что я могла в тот момент сделать — это молча смотреть, даже не понимая, что плачу. Мне словно вырвали сердце: дыра в груди болела так, что мне пришлось упасть на колени: ноги не держали, я дрожала.

— Все мертвы?

Мужской окрик одного из боевиков заставил меня вздрогнуть и попятиться — дальше в кусты, к дыре в заборе, о которой знали только я и Нил. Даже слуги понятия не имели о тайном лазе. Или угодливо делали вид.

— Где старшая дочь? Кто-нибудь видел девку?

Голос — сиплый, хриплый, интонация — слегка презрительная и уставшая. Говоривший (тот, кто убил Нила) сбросил капюшон, и я вдруг замерла, стараясь вобрать в память мельчайшие детали — и белесые брови, и тонкие губы-ниточки, и грубое, ничего не выражающее лицо… Запомнить, чтобы знать, кому я могу отомстить.

Я не видела лиц остальных, но то единственное, что мне удалось рассмотреть, никогда не забуду, как собственное отражение.

И сейчас это самое отражение, словно призрак в темном, затянутом белесой паутиной зеркале, стояло в двух шагах от меня и благодарило миссис Картер за вовремя выполненный заказ.

Немыслимо!

Первым порывом было подойти и, схватив со стойки перо из чернильницы, вогнать его в шею убийцы — прямо в сонную артерию. Пусть я не умею драться, но детство, проведенное с мужчинами, тренирующимися для того, чтобы защищать себя в бою, дало многое. Например, теоретические знания, которые мне безумно захотелось проверить на практике.

Голову заполонил алый, обжигающий туман, и именно он заставил меня полностью потерять контроль над ситуацией. Я действительно шагнула к стойке — к миссис Картер, стоящей за прилавком, и убийце брата.

Мою руку перехватили на полпути, да так резко, что я не успела среагировать. Мгновение, и я оказалась прижата к груди Брайена. Возможно, со стороны это объятие выглядело страстным и нежным, но в реальности больше напоминало тиски — такие же надежные и жесткие.

— Дорогая, тебе нужна помощь в выборе?

Я подняла глаза на Брайена. На его губах играла мягкая улыбка, но во взгляде плескалось хорошо читаемое предупреждение. Его руки сжимали мою талию, готовые удержать на месте в случае необходимости.

На мгновение я представила, как вырываюсь из его хватки, но проснувшийся разум подсунул более реальную вероятность такого исхода. Скорее всего, я буду неловко трепыхаться в руках Брайена, как кукла на веревочках на сцене уличного театра.

В нашу сторону обернулись миссис Картер и ненавистный мне убийца. На лицах обоих сквозили легкое любопытство и едва заметная усмешка.

«Ох уж эти молодожены!», — так и не сорвалось с губ одного из них, но буквально повисло в воздухе.

Ладно, Кейра. Вдох-выдох, вдох….

— Верно, любимый, — проворковала я, запрокинув голову. — Можно с тобой обсудить цвета моего гардероба?

— Девушки с радостью продемонстрируют вашему мужу всю палитру, — вставила миссис Картер.

И не дадут ничего обсудить.

— Здесь немного душно, — замявшись, призналась я и демонстративно прикоснулась к плоскому животу. — Простите, мне бы хотелось выйти на воздух на пару минут.

Миссис Картер понимающе кивнула, в ее взгляде промелькнула работа мысли. Видимо, она уже прикидывала, какие модели мне стоит предложить с учетом «моего положения». Безымянный убийца, до этого рассматривающий меня с легким любопытством, поскучнел и отвернулся. Едва ли беременные замужние дамы были в его интересах.

— Конечно-конечно! — замахала руками миссис Картер. — К слову, у нас есть комната отдыха, где можно спокойно привести мысли в порядок.

Конечно, только в этой комнате наверняка и на стене есть уши!

— Нет нужды волноваться, — тактично вставил Брайен и подтолкнул меня в сторону выхода. — Мы скоро вернемся, миссис Картер.

— Не сомневаюсь, — поддакнула та.

Убийцы вовсе ничего не ответил, молча подхватил свои коробки и вышел первым. При виде его спины у меня снова зачесались руки. Если нанести удар в шею сзади.

Брайен, словно почувствовал мое настроение, сплел наши пальцы. Представляю, как романтично это выглядело со стороны, но я считала его поступок правильно: вырвать ладонь стало почти невозможно.

Улица оглушила меня стуком лошадиных копыт и скрипом колес проезжающего мимо экипажа. Я словно долгое время была под водой, где звуки притупились, а затем поднялась на поверхность.

— Кто он? — негромко сказал Брайен, не глядя на меня.

Его взгляд был прикован к убийце, неспешно удаляющемуся в сторону элитной кофейни.

— Человек, достойный смерти, — уверенно проговорила я и, не раздумывая, выдохнула:

— Хотите новый договор?