Глава 38

Рейнер отсоединил зажимы и чуть растер мои измученные вершинки. Он мягко скрутил их в пальцах и интенсивно потёр, чтобы восстановить кровоток. Однако заботясь обо мне, он задевал телом ленту и вновь и вновь заставлял меня стонать от движения крюка. Наконец Рейнер освободил мне ноги и руки, а затем добрался до моей косички и развязал ленту. В последний раз он ввел в меня крюк максимально глубоко, а затем извлёк совсем. У меня же напротив, как будто все силы вышли вместе с этим интимным аксессуаром. Мои коленки подогнулись, а глаза устало закрылись. Рейнер тут же подхватил меня и понес куда-то. Я же лишь пыталась отдышаться и прийти в себя. Наконец мужчина уложил меня на одну из кожаных лежанок и завел мои руки за голову. Снова мягкие наручники защелкнулись на моих запястьях и щиколотках. Однако на щиколотках наручники были на длинной цепи. – Запру здесь мою непослушницу, – пригрозил он, избавляясь от одежды. – Буду выпускать только чтобы покушать. Я страстно дышала, высоко поднимая грудь. Как бы я ни была обессилена, но отсутствие разрядки не позволяло мне бездействовать. – Сэр, – жалобно протянула я. – Я хочу Вас, сэр! – Ты такая горячая, Агния, – Рейнер наконец полностью разделся, развел мне ноги пошире и сел между ними. – Настоящий огонь. Я буду играть с тобой сутки напролет. Я облизнула пересохшие губы, горя от похоти, слушая речи Рейнера. Как горячо он говорит. Вроде угрожает, но как сладко от этих угроз! Мужчина подтянул мои колени к груди и зафиксировал меня в таком постыдном положении. Затем подложил мне под поясницу кожаную подушечку и пробрался пальцами к моим складочкам. Он не старался быть нежным и мягким. Мой Господин испытывал голод и желал удовлетворения. Он и так знал, что мне все понравится. Не лаская меня, он раскрыл до ужаса влажные складочки и тут же приставил свою плоть. Я раскрыла рот, понимая, что наконец-то сейчас это произойдет. Но проявила нетерпения, и сама двинулась тазом навстречу. Конец плоти скользнул внутрь, и Рейнер с силой толкнулся в меня. Я застонала и выгнулась грудью, но Рейнер тут же сжал мое полушарие и вдавил меня обратно в лежанку. – Какая-то у меня слишком смелая прислужница, – усмехнулся он. – Ты ещё до конца не поняла, что я твой Хозяин, а не любовник. Но ничего. Я займусь тобой. Рейнер крепко схватил меня за бедра и вбивался в меня так мощно, что я почувствовала жжение внутри. Я заскулила и засучила руками в своих оковах. Рейнер же при этом навалился на меня всем тело и теперь схватил за плечи. Я оказалась полностью придавлена его телом, а его бедра вбивались в меня, лишая последней капли воли. – Сэр… – едва слышно выдохнула я, но Рейнер зажал мне рот рукой, наслаждаясь полной победой над моим телом. Властно двигая бедрами, мужчина всё глубже проникал в меня, терзал мое лоно, сжимал мое плечо и впитывал ладонью мой писк от каждого толчка. Мой Господин подавлял меня и морально, и физически, но мне все равно было хорошо. Я чувствовала его страсть, голод; чувствовала, что он немножко потерял контроль. Он наказывал меня такими мощными проникновениями, но не причинял неприятной боли. Была только приятная. Такая, от которой томительно внизу живота. От которой грудь обретала сверхчувствительность. Рейнер ещё ускорил темп, но на этот раз убрал ладонь и накрыл мои губы жадным поцелуем. Он терзал мое тело, губы, лоно. Терзал меня всю, как дикий зверь. Его неистовые толчки отдавались во мне вибрацией. Как вдруг он замер глубоко во мне и потерся пахом о промежность. По мне словно разряд тока прошёлся. Рейнер будто пробудил меня от всех прежних чувств и приблизил мою разрядку. Я застонала ему в рот, лаская язык моего Господина. Я хотела показать, что мне нравится. Что мне хорошо. Но Рейнер и так это знал. Он толкнулся в меня ещё несколько раз и так же плотно потерся об меня, и в этот момент меня накрыло мощной волной. Меня бросило в жар. Все мое тело содрогнулось под моим Господином. И я замерла, закрыв глаза. Рейнер же толкнулся в меня сам и выгнулся в своей собственной разрядке. Заполняя меня собой, помечая как свою вещь, используя меня до последней капли. Когда же он разорвал поцелуй, я безвольной опустила руки и голову. У меня не осталось больше сил. Я была словно выпотрошена, но каждая клеточка моего тела горела от благодарности. Как же мне хорошо!