Глава 10

– Вы что? Я не стану этого делать, – здравый смысл вновь взял надо мной верх, и я попыталась вырваться. – Сделаешь еще хоть одно лишнее движение… – чувственно пригрозил мне Рейнер, – и пожалеешь. На этот раз мне стало немного страшно. А вдруг он из тех, кто любит секс с элементами насилия? Вдруг он любит давать пощечины, или что похуже? Это я бы ни за что не приняла. Одно дело, если он ударит меня по заду, и совсем другое если по лицу. Наверное, животный страх всплыл в моих глазах, так как Рейнер поспешил меня утешить. – Я не обижу свою послушную девочку, – сообщил он. – Мою расторопную прислужницу. Если не будешь меня слушаться, все равно не обижу. Но учти: я знаю, как добиться своего. Поэтому не начинай сразу с препирательств. Их прибереги для более интимной обстановки. – Господин Браун, – у меня пересохло во рту от волнения, но мужчина тут же меня перебил. – Сэр, – он жестко стиснул мою талию. – Сэр, – выдохнула я. – Сюда могут войти… Я не могу… Не сейчас… Пожалуйста. Как бы меня ни заводила эта ситуация, но все же я не была рабыней своего либидо. Я умела видеть грань и вовремя останавливаться. Рейнер просто не захочет взглянуть на меня как на сотрудницу после такого. – Только не на работе… – продолжала я. Сейчас главное выиграть время. А потом… Потом я снова откажу ему. Не могу я дойти до такого. Как бы сильно эмоции не били в голову, но я перестану себя уважать, если буду спать со своим боссом прямо в его кабинете. – Ты сделаешь это сейчас же, – строго проговорил он. – Приступай. Уже час дня. Все расходятся на обед. Так что никто сюда не сунется. Да, точно. В нашей компании действует правило, что за любую сверхурочную минуту, тебе начисляется дополнительная плата. Это прописано в наших трудовых договорах. Поэтому строго с часу до двух ни один из сотрудников не имеет права побеспокоить другого, только если это не форс-мажор. Также Вагнер приветствовал дополнительную занятость сотрудников. Он регулярно проводил в стенах офиса различные курсы по повышению квалификации, а еще мотивировал сотрудников на получение второго и третьего высшего образования. Поэтому сотрудник мог оставаться в офисе хоть до полуночи, главное, чтобы после шести он не работал и не отвлекал других, а занимался самообразованием. То же касалось и утреннего времени до девяти утра. – Сэр… все равно… – снова начала я, но на этот раз Рейнер тихо рыкнул и прижал меня лицом к стене. – Что ж, моя прислужница явно любит, когда ее принуждают. Отлично. Я тоже такое люблю. Я зажмурилась от страха, и тут Рейнер медленно потянул мою юбку вверх. Я дернулась, но была слишком плотно прижата к стене, чтобы помешать процессу. Ой-ой, у меня там такие трусики, что я никак не могу показать их Рейнеру! Я затрепыхалась в его захвате, стараясь одернуть на себе юбку, но этим лишь еще больше возбудила аппетит Рейнера. Наконец он поднял мою юбку и обнажил ягодицы. На спинке красных трусиков танга белыми буквами было написано «Your property» – твоя собственность. Вся краска тут же бросилась мне в лицо, заставив меня гореть от стыда. Да, я любила откровенное и провокационное нижнее белье! Ну и что тут такого?! Под строгой юбкой-карандаш никто его не видит. А я чувствую себя в таком белье уверенной и неотразимой. Кто же знал, что мой новый босс захочет залезть мне под юбку? – Ты ж моя девочка, – мужчина погладил меня по ягодице, – подготовилась. Я даже смягчу немножко твое первое наказание. Я закусила губу, не зная куда себя от смущения. Мужчина сдернул мои трусики, заставив меня перешагнуть через них, а затем сжал их в кулаке. – Я оставлю это себе, – сообщил он и сунул их в карман своих брюк. – Сама продолжишь или тебя устраивает принуждение? – Нет, – выдохнула я, чувствуя, что уже вся промокла. – Дальше не надо… – Значит, продолжу я, – сообщил он. Затем перехватил мои запястья в одну руку, а второй вытащил мою блузку из-за пояса юбки и стал ловко расстегивать все крючки. Моя блузка имела крой корсета с множеством крючков на талии. У меня уходило порой целых пять минут, чтобы все застегнуть, и это раздражало. Однако она так красиво подчеркивала мне грудь, что каждый раз я готова была пожертвовать лишним временем на крючки, ради красоты. У Рейнера же так ловко получалось отстегивать эти крючки, будто он каждый день этим занимался. Расстегнув ее полностью, Рейнер с любопытством взглянул на мой лиф, где красовалась еще одна провокационная надпись «I’m Yours» – я Ваша. – Что ж, ты заслужила даже маленькую награду, – довольно усмехнулся он. – Прислужница Агния. Ты хочешь стать моей фавориткой? Я тяжело дышала, а моя грудь высоко поднималась, поэтому ответ для Рейнера показался очевидным. Но все же ради приличия я снова дернулась, а мои собранные в романтичный пучок волосы раскололись и рассыпались по плечам. Мужчина же тем временем расстегнул бретельки моего лифа и снял его с меня окончательно. Затем он резко развернул меня к себе, стянул волосы на затылке и насильно поставил на колени. – Ласкай себя, – приказал он. – Грудь и промежность. Ты не покинешь мой кабинет, пока не выполнишь все мои приказы. – Сэр, – я жалобно сдвинула брови, показывая, что больше ничего не могу сделать. Мое эмоционально состояние скакало от чувства стыда до чувства страха, и обратно. Пульс стучал в висках. Губы пересохли. А колени предательски дрожали. Возбуждение то накатывало и обжигало мне все тело, то сходило на нет, оставляя после себя чувство унижения. – Давай, – подбодрил меня он, – совсем немножко. Я вижу, что моя прислужница уже вся горит. Но я хочу добавить еще капельку румянца на твои щечки. Прикоснись к себе. Я жду. Мужчина придвинул ногой офисное кресло и уселся в него, тем самым еще больше расставляя акценты власти между собой и мной. Я снова жалобно взглянула в черные глаза Рейнера, но поняла, что его действительно ничто не остановит. Тогда я двумя руками накрыла свою грудь и несмелыми пальчиками нашла свои вершинки. Мое дыхание тут же стало тяжелым, а легкое опьянение брызнуло мне в кровь. – Зажми их, – руководил мной Рейнер, – и скрути. Я подчинилась и закрыла глаза и от наслаждения. Ласкать саму себя, когда на тебя смотрит мужчина, такое горячее удовольствие. – Скрути сильнее, – приказал он, придвинув меня за волосы к себе. – Я хочу услышать твой стон, жалобный и требовательный одновременно. Я подчинилась и действительно сделала себе больно, чтобы издать искренний стон. – Теперь вниз, – приказал он. – Погладь себя пальчиками. Без проникновений. И не зарывайся глубоко. Погладь только губки. Сгорая от стыда, я спустилась правой рукой к себе под юбку и тихонько провела пальцами как мне приказали. Ощущения были таким яркими, что мне бы хватило буквально пять таких прикосновений, и я бы получила разрядку даже не проникая в себя. – Нет, – Рейнер догадался о том, что я уже на пределе. – Вернись к груди. Я снова подчинилась, окончательно забывшись где я и с кем. – А теперь проси, – его приказ отдавал металлом. – Просись служить мне. Обещай быть самой послушной и исполнительной прислужницей. И главное, попроси свое первое наказание. Я устало открыла опьяневшие глаза и раскрыла губы, чтобы произнести свою первую клятву моему Господину… Но действительно ли я смогу это сделать? Ведь назад уже дороги не будет.