Глава 22 · Джордан

В следующий четверг Пайк разрешает мне поехать на летние курсы на его пикапе. Кроме того, он всю неделю ездил на работу с Датчем, оставляя мне свою машину. И даже упомянул о покупке еще одной, притворяясь, будто ему нужно что-то «менее громоздкое» для поездок в город, но я-то сразу поняла, что это лишь оправдания, чтобы пересадить меня на что-то получше старого «фольксвагена».

Конечно же, я отказалась. Пайк практически восстановил мою машину, так что в ближайшее время можно не задумываться о ее замене, пока она не сломается вновь.

Я подъезжаю к дому и паркуюсь у обочины. На подъездной дорожке Датч и Пайк возятся с моей машиной. На самом деле с ней возится Пайк, а Датч сидит неподалеку на садовом стуле и попивает пиво.

Подхватив рюкзак, я пересекаю улицу и подхожу к ним.

– Привет, парни, – весело приветствую их я. – Как дела?

Пайк поворачивает голову и через плечо скользит по моему телу взглядом от макушки до пальцев ног. Я еле сдерживаю улыбку, а он тут же отворачивается и вновь начинает ковыряться под капотом.

Сегодня я проснулась около двух часов ночи оттого, что он прокладывал дорожку из поцелуев вниз по моему животу, а потом старательно вылизывал мою киску, заставив меня кончить дважды.

Мы заснули только часа в четыре. Из Пайка просто прет энергия, и даже моих сил едва на это хватает, так что сегодня я чувствую приятную усталость. Каждый сантиметр моего тела ноет от полученного удовольствия, а все мысли занимает лишь он. Но я не хочу в него влюбляться.

Вернее, хочу, но лишь после того, как разберусь, что между нами происходит. Ведь Кэм может быть права, что это лишь интрижка.

– Все хорошо, милая, – отвечает Датч, опуская банку пива себе на колено. – Мы как раз обсуждали, что машина практически готова.

Я подхожу к «фольксвагену» и вижу, как Пайк что-то закручивает гаечным ключом.

– Серьезно? – Я хмурю брови. – Она на ходу?

– Почти, – взглянув на меня, говорит Пайк.

Отлично. Было бы здорово перестать напрашиваться в попутчики. По крайней мере, на какое-то время.

– Спасибо, – говорю я, затем поворачиваюсь к Датчу. – Как мне вас отблагодарить? Приготовить бутерброд? Принести пива? Бесплатно посидеть с детьми?

Он смеется.

– О, не беспокойся. Я заметил, как красиво выглядит дом Пайка, так что не сомневаюсь, что он просто не слезает с тебя.

– Ой, ты даже не представляешь, насколько прав, – дразню я. – В последнее время мне приходится сильно попотеть.

Покосившись на меня, Пайк дергает рукой, отчего гаечный ключ звякает, а болт слетает с резьбы.

Я же расплываюсь в улыбке, разворачиваюсь и, поднявшись по ступенькам, скрываюсь в доме.

Добравшись до кухни, ставлю сумку на стол рядом с ландшафтной моделью, достаю бутылку воды из холодильника и иду наверх. Из шкафа в прихожей достаю полотенце, затем прохожу через спальню Пайка в его ванную. Он уже закончил ремонт в общей ванной, но у меня так и не нашлось времени перенести вещи отсюда. Да и в планах пока этого нет.

Закрыв дверь, раздеваюсь до нижнего белья и запускаю плеер на телефоне. Как только комнату заполняют звуки Hurts So Good, мочу зубную щетку, после чего выдавливаю на нее полоску зубной пасты.

Но тут внезапно открывается дверь, заставляя меня вздрогнуть. На мгновение меня охватывает испуг, пока не осознаю, что это Пайк.

– Это было не смешно, – закрыв за собой дверь, говорит он и строго смотрит на меня.

– Я и не пыталась тебя рассмешить, – бормочу я с зубной пастой во рту.

Губы Пайка изгибаются в едва заметной улыбке, когда он подходит ко мне сзади и, развернув меня, прижимает к раковине.

– Пытаешься выбить меня из колеи?

Я лишь улыбаюсь в ответ.

– Ты часто так делаешь, – обвинительно говорит он, но я-то знаю, что он не сердится.

Пожав плечами, разворачиваюсь, выплевываю пасту и прополаскиваю рот.

– Ничего не могу с собой поделать, – вытерев рот полотенцем и посмотрев на него через зеркало, признаюсь я.

– Мне не нравится твоя колея, там слишком тесно для нас обоих.

Его руки скользят по моему животу, а затем он прижимает меня к своей обнаженной груди и целует в шею.

– Жаль, ведь мне очень нравятся тесные места, – шепчет он.

Я поворачиваюсь к Пайку и, встретившись с ним взглядом, расстегиваю его ремень.

– Тебе нужно принять душ, – говорю я. – Датч еще не ушел?

– К сожалению, нет… – Он перехватывает мои руки, пресекая приставания.

Я подхожу к душевой кабине, открываю дверь и включаю воду.

– Знаешь, если я доставляю тебе много хлопот, то могу съехать отсюда, – предлагаю я. – Эйприл звонила сегодня и предложила интересный вариант.

Пайк поворачивается ко мне и, скрестив руки на груди, прислоняется к раковине.

– Эйприл? – переспрашивает он. – Откуда у нее твой номер? И что за вариант?

Расстегнув лифчик, я бросаю его на пол, затем стягиваю трусики. Его взгляд скользит по моему телу и замирает на груди – его любимой части.

– Ее брат не смог найти арендатора для своего дома, – объясняю я. – И Эйприл подумала, что я могла бы там поселиться. Они даже не просят арендную плату, главное – чтобы я поддерживала чистоту в доме. Представляешь, целый дом для меня одной.

Я шагаю под душ и протягиваю руку, чтобы закрыть дверь, но Пайк не дает мне это сделать.

– Это было очень мило с ее стороны, – говорит он, хотя по его виду не скажешь, что он действительно так думает.

А затем начинает расстегивать джинсы, видимо, решив присоединиться ко мне.

Я киваю с самым невинным видом.

– Ага. Она просто ангел. Такая бескорыстная.

– Верно. – Он выгибает бровь и, шагнув в душевую кабинку, закрывает за собой дверь.

Мы оба чертовски хорошо понимаем, что я своим появлением в тот вечер обломала ей все веселье, поэтому Эйприл может сколько угодно строить из себя любезную особу, но мне известно, что таким образом она пытается убрать меня с дороги.

– И что ты ей ответила? – спрашивает Пайк, подставляя волосы под струи душа.

– Сказала, что подумаю.

– Но, оставшись здесь, ты сэкономишь больше денег, – напоминает он. – Поэтому и думать не о чем. Верно?

Усмехнувшись про себя, я принимаюсь намыливать мочалку. Его мотивы тоже небескорыстны.

– Эйприл переживает, что мне может быть здесь неуютно, – объясняю я. – Ведь мы живем в доме вдвоем…

Внезапно он прижимает меня к стене, и дыхание перехватывает, а мочалка выскальзывает из рук. Ладонью он скользит вниз по животу, а второй поднимает и отводит в сторону мое колено. После чего начинает выписывать круги вокруг клитора, отчего тот начинает пульсировать, а в ногах появляется слабость.

– Тебе неуютно? – тихим хриплым голосом спрашивает Пайк.

– Нет. – По телу проносится возбуждение. – Но, может, это тебе неуютно, что в доме живет кто-то еще? Может, она решила, что я тебе мешаю.

Пайк встречается со мной взглядом и медленно качает головой.

– Если ты переедешь, я лишусь всего, что мне так нужно в этом доме.

Он все быстрее массирует клитор, едва касаясь губами моих, а затем погружает в меня палец.

Дыхание перехватывает, и я закрываю глаза, когда его губы прижимаются к моим в нежном и медленном поцелуе, пока его палец входит в меня снова и снова.

– Лишь ради встречи с тобой я спешу домой каждый день. Ты чертовски сладкая, – проведя языком по моей верхней губе, шепчет он.

И отстраняется. А через мгновение медленно и аккуратно двумя пальцами вновь проникает в меня, при этом прижимая к стене. Я запрокидываю голову и мычу от удовольствия, пока он смотрит на меня.

Боже, как же он хорош. Опустив руку между нашими телами, я сжимаю его член.

– Она правильно делает, что присматривает за тобой, Джордан, – говорит он, покусывая мою нижнюю губу. – Ты слишком молода для того, что мне хочется с тобой сделать.

– Я не так уж и молода, – дразню в ответ я. – На самом деле уже достаточно взрослая для многих вещей.

– Уверена? – стонет Пайк, когда его член увеличивается и твердеет в моей ладони. – Держись, малышка.

Вытащив пальцы, он обхватывает пою попу, а затем приподнимает и прижимает к стене. Его длинный, твердый и возбужденный член тут же упирается в мою киску.

Да.

– Пайк! – доносится до нас крик Датча.

Мы тут же вскидываем головы, Пайк опускает меня на пол и, обернувшись, вглядывается в матовое стекло.

– Я в душе! – выкрикивает он, заслоняя меня от посторонних глаз.

– Я уже понял, – шутит его друг. – Твой телефон звонил несколько раз. Похоже, это Линдси. Я оставлю его у раковины.

Пайк прижимается ко мне так близко, что Датчу при всем желании не разглядеть меня за матовым стеклом.

– Ага, спасибо, – отвечает Пайк.

Я прикусываю нижнюю губу, но мне не удается удержаться от небольшого озорства. Поэтому я скольжу губами по подбородку Пайка и сжимаю в ладони его член.

– Джордан… – тихо рычит он.

Я еле слышно хихикаю в ответ.

– Тсс… – шикает он на меня.

– Я пока включу игру, – кричит Датч. – И подожду тебя внизу.

– Хорошо.

На мгновение повисает тишина, затем Датч спрашивает:

– А… где Джордан? Я не видел ее внизу.

– Откуда мне знать? – выпаливает Пайк в ответ, явно теряя терпение. – Может, уберешься уже отсюда?

– Ладно, так и сделаю, – говорит он, а затем добавляет: – Просто скажи ей, чтобы не забыла собрать вещи с пола, когда вылезет с тобой из душа.

Мои глаза расширяются, а рот открывается, и я едва успеваю прижаться лицом к Пайку, чтобы подавить смех.

Вот дерьмо.

Как только дверь ванной закрывается, Пайк опускает голову мне на плечо, и на смену возбуждению приходит смущение.

Спасибо, Датч.

* * *

Позже тем же вечером я просыпаюсь от ощущения, будто вот-вот упаду. Открыв глаза, вижу перед собой Пайка. Он поднимает меня на руки, просунув одну руку под спину, а вторую – под колени.

– Что ты делаешь? – спрашиваю я, вновь закрывая глаза и теснее прижимаясь к нему.

– Поспишь со мной? – спрашивает он.

Поспать с ним? Он еще спрашивает? Несколько ночей мы провели в его кровати, но все же я старалась больше времени проводить в своей постели на случай, если Коул вернется домой и начнет меня искать. Или зайдет в комнату к отцу и обнаружит меня там. Мне хочется, чтобы Коул узнал о нас, – я не собираюсь скрывать наши отношения от кого-либо, – но мы оба решили, что ему пока лучше оставаться в неведении.

Когда Пайк укладывает меня в кровать, я накрываюсь простыней.

– Может, мне лучше раздеться? – дразню я.

– Не вздумай. – Заперев дверь, он обходит кровать и забирается на другую сторону. – Завтра рано вставать, а мне и так будет тяжело уснуть рядом с тобой, несмотря на одежду.

Приподняв руку, он ждет, когда я свернусь калачиком у него под боком и положу голову ему на плечо, а затем обнимает меня.

На меня тут же накатывает умиротворение. Как же приятно.

Я провожу пальцами по его груди и животу, а затем обнимаю Пайка покрепче и смотрю на него в темноте.

Мы на совершенно разных этапах наших жизней. Когда-то он спросил, что я в нем нашла. Хотя я и сама могла бы задать этот вопрос.

– Куда ты смотришь?

Я отвожу голову назад и скольжу губами по его коже.

– Я тебе завидую.

– Почему же?

Я пожимаю плечами.

– Ты так легко со всем разобрался, – говорю я. – А я постоянно беспокоюсь, удастся ли мне окончить колледж, получится ли стать дизайнером. Найду ли я друзей и свое место в мире или мне придется каждый день тащиться на ненавистную работу, как сестре, отцу и всем моим знакомым. – Я вновь смотрю на него. – Ну, кроме тебя. Кажется, будто ты там, где хотел быть, и ни о чем не жалеешь. А я сомневаюсь во всем.

С моих губ срывается тихий смешок.

– Вернее, не во всем, – исправляюсь я, – но частенько чувствую себя глупой из-за того, что говорю, как поступаю, какие решения принимаю. Я всегда сомневаюсь в себе. И, кажется, была бы счастливее, если бы держала свой чертов рот закрытым, а голову – опущенной.

Пайк крепче прижимает меня к себе.

– Счастливее или спокойнее?

А разве это не одно и то же?

Хотя я понимаю, что он имеет в виду. Кораблю спокойнее в гавани, но их строят не для того, чтобы они стояли в порту.

– Думаю, эти опасения возникают у тебя из-за того, что все вокруг старались привить тебе мысль, что ты недостойна их внимания, Джордан, – говорит он. – Родители, бывший из школы… даже Коул. Ты давала людям шанс проявить себя, а они им злоупотребляли. И это их вина, а не твоя. – Пайк приподнимает мой подбородок, и наши взгляды встречаются. – Так что не стоит думать, что это как-то связано с тобой. И не позволяй никому пробуждать в тебе эти опасения. Ты невероятна.

На моем лице появляется неуверенная улыбка, а в голове возникают тысячи сомнений о наших с ним отношениях, но я отбрасываю их, стараясь жить сегодняшним днем. Мне нужно было это услышать. Единственный человек, который так со мной разговаривает, – это Кэм.

Но услышать от Пайка это приятнее еще и потому, что я могу поцеловать его.

– К тому же я стал таким, как сейчас, лишь потому что у меня не было другого выбора, – добавляет Пайк. – Если бы жизнь сложилась иначе, я бы с удовольствием поступил в колледж или отправился попутешествовать. Возможно, даже носил бы костюм на работу. – Его мышцы напрягаются. – Я завидую тебе. У тебя все еще впереди, и ты все еще можешь стать тем, кем захочешь. Перед тобой открыто множество дверей и дорог.

Я не думала об этом. Интересно, что изменилось бы в его жизни, если бы Коул не родился?

– О, а ты классно смотришься в костюме, – говорю я. – Ты должен как-нибудь надеть его и сводить меня на свидание. К тому же ты еще ни разу не видел меня в платье.

Пайк молчит, поглаживая большим пальцем вверх-вниз по моей руке. Но мне и самой все понятно. Он покажется со мной на людях лишь в том случае, если мы уедем из города.

Я делаю глубокий вдох и запираю беспокойство в дальнем углу.

– Когда я впервые увидел тебя, мне показалось, будто меня огрели по голове, – шепчет он. – У тебя такое тело, что при одном прикосновении к нему захватывает дух.

Я улыбаюсь, стягиваю трусики и, перекинув ногу через него, усаживаюсь на его бедра.

Пайк резко выдыхает и сжимает мои бедра.

– Но это чувство лишь усилилось от твоих поступков. Например, когда ты принесла мне обед, когда дважды надрала мне задницу в подсобке бара или когда сказала, что мне нужно купить плитку и выложить фартук за мойкой, при этом сравнив меня с пещерой. – Он смеется. – Джордан, ты заставляешь мое сердце биться так сильно, что даже становится больно. И то, кто ты есть, твои слова и поступки лишь пробуждают во мне желание прикоснуться к тебе. Желание не отпускать тебя.

Продолжая смотреть мне в глаза, Пайк заправляет прядь волос мне за ухо.

– Ты сожалеешь о том, что происходит между нами? – спрашивает он.

Я отрицательно качаю головой.

– Все в порядке, – успокаивает он. – Можешь сказать мне правду, даже если она мне может не понравиться. Я все пойму.

Наклонившись, я зарываюсь пальцами в его волосы.

– Сожалею, что не могла перестать пялиться на тебя, когда переносила коробки после переезда, – признаюсь я, – что мне нравится, когда ты молчишь и наслаждаешься просмотром фильма вместе со мной. Сожалею, что мой желудок сжимается каждый раз, когда слышу шаги в твоей комнате по утрам, потому что знаю, что скоро увижу тебя. – Я провожу рукой по его груди и шее. – Сожалею, что, заходя в комнату, тут же ищу тебя глазами, что после твоего ухода на работу мне приходится идти в душ, потому что у меня в голове постоянно крутятся фантазии о тебе, и они настолько возбуждающие, что у меня не хватает сил ждать твоего возвращения домой.

Его пресс напрягается, когда он слегка выгибает спину, чтобы прижаться своим членом к моей киске.

– А еще сожалею, что не стала бы ничего менять, – продолжаю я, – что не могла не испытывать этих чувств.

Я перекидываю ногу обратно, затем вновь сажусь ему на бедра, но в этот раз спиной. Стянув футболку через голову, отчего волосы рассыпаются по спине, смотрю на него через плечо.

Его член тут же твердеет, когда я начинаю тереться о него, вращая бедрами.

– Ты убьешь меня, – стонет Пайк.

Я провожу пальцами по волосам, чувствуя, как его руки скользят по моим бокам к груди.

– Со сколькими женщинами ты спал? – спрашиваю я.

– Со сколькими мужчинами спала ты? – парирует он. – Хотя лучше не отвечай.

Я ухмыляюсь, не собираясь его слушаться.

– До тебя? С двумя.

– Больше, чем с двумя, – перефразирует мой ответ он.

– Есть ли что-то, что ты хотел бы сделать, но боишься?

Я продолжаю раскачиваться на нем, пока он не сводит взгляда с моей задницы.

– Почему ты спрашиваешь?

– Мне просто интересно, оправдываю ли я ожидания человека с богатым опытом, – объясняю я.

Он встречается со мной взглядом.

– Во-первых, я не назвал бы свой опыт богатым. Во-вторых, у меня есть множество идей, что сделать с тобой, как только мы успокоимся и перестанем срывать друг с друга одежду, когда я переступаю порог этого чертового дома каждый день, – шутливо ворчит он.

Я опускаюсь на него, положив голову чуть выше его плеча, и рука Пайка тут же скользит мне между ног.

– Я возьму себя в руки не раньше, чем ты перестанешь доставлять мне столько удовольствия, – обещаю я.

Он целует меня, затем встречается со мной взглядом, и в его глазах светится что-то важное.

– Не думай о других женщинах в моей жизни, – говорит он. – Потому что у меня не осталось о них ни единой мысли.

Мое сердце падает в пятки, пока мы продолжаем смотреть друг другу в глаза, и меня переполняют эмоции.

Я…

Слова так и вертятся на языке.

Я…

Наши губы встречаются, и от щетины на щеках и его запаха я чувствую себя уютно.

Я не могу любить тебя. Я ведь не люблю тебя, правда?

«Это душевный порыв, – скажет он и добавит: – Ты еще ребенок. И просто все нафантазировала».

Я люблю тебя.

– Джордан, боже, – выдыхает он. – Что ты со мной делаешь?

То же, что ты делаешь со мной.

Но тут начинает звонить его телефон. Мы пытаемся игнорировать его и не прерывать поцелуя, но через мгновение Пайк со вздохом отстраняется.

– Черт, – шипит он, подняв сотовый и посмотрев на экран.

Я целую его в щеку и прикусываю подбородок.

– Подожди минутку, малышка.

Пайк садится, и я откатываюсь в сторону, чтобы не мешать ему разговаривать.

Но он свешивает ноги и встает с кровати.

Я тут же натягиваю простыню, чтобы прикрыться.

– Привет, – говорит он.

С того конца трубки доносится мужской голос. Думаю, это звонит Коул.

– Да, – отвечает Пайк, выпрямляясь и проводя рукой по волосам. – Да, извини, закрутился. Не подумал, что у тебя что-то срочное.

Пока Коул что-то говорит, Пайк слушает задержав дыхание.

– Коул, я…

Но тот перебивает его.

– Черт, не думаю, что это хорошая…

Пайк снова замолкает и слушает сына. А через мгновение вздыхает и кивает.

– Хорошо, – говорит он. – Да… Отлично. Увидимся завтра.

Повесив трубку, он бросает телефон на кровать, затем падает на спину рядом и потирает лицо руками.

– Что случилось? – спрашиваю я.

– Помимо того, что я разговаривал со своим сыном, пока его бывшая девушка голая в моей кровати?

Я хмурюсь от этих слов.

Он поворачивает голову и смотрит на меня.

– На самом деле у нас есть проблема посерьезнее. Готовься.