Глава 19. Ответ Первого генерала

– Где её нашли?

– Вблизи гор, на самом краю дворцового комплекса. От её тела продолжает идти дым! И одежда…

– Позовите Первого генерала! Это входит в зону его ответственности.

– Уже отправили людей.

– Куда её нести?

– Эй… это не она ли…

– Тише, не видишь, кто рядом? Это люди Вдовствующей императрицы.

– А они-то что здесь…

– Его Величество идёт!!!

– Почему её тело дымится?! – первый знакомый голос… разъяренный… и, кажется, взволнованный.

– Ваше Величество, её нашли у самых гор во время грозы. Возможно…

– Несите во дворец. Живо!

Тишина…

Кажется, моё тело больше не принадлежит мне. Вытерпеть такую боль было просто невозможно – но почему сейчас я ничего не чувствую?

Пытаюсь открыть глаза. В покоях полумрак из-за прикрытых штор. И очень пахнет лекарственными травами… этот аромат не просто витает в воздухе! Моё собственное тело – вот, что источает данный запах.

А это что? Почему моя грудь забинтована?

– Ваше Высочество! – изумленный голос Алинэ звучит из угла покоев, затем герцогиня подбегает ко мне, заметив движение на кровати, – Ваше Высочество! – и девушка начинает плакать, не в силах смотреть на меня.

– Алинэ, что произошло? Почему ты плачешь?.. – испуганно спрашиваю у неё.

Неужели Каян отменил своё обещание, решив, что я пыталась сбежать?

– Ваше Высочество, зачем вы это сделали? Я слышала все их разговоры, пока сидела в своей комнате! Вы сами побежали навстречу молнии! Вы захотели умереть?! Почему вы не сказали, что вам было так нестерпимо плохо? Как вы могли так поступить с теми, кто беспокоится о вас?! Ваше Высочество!!! Пообещайте, что больше никогда так не сделаете! – плачет герцогиня, а я понимаю, что она не знает…

Не знает, зачем я это сделала.

– Я не могу тебе этого пообещать, Алинэ, – осторожно приподнимаюсь на локтях, напряженно глядя вперёд.

Тело, вроде, слушается. Никаких осложнений я не ощущаю, что не может не радовать.

– Что?! Что вы такое говорите?! Вы теперь всё время будете смерти искать?!?! – начинает кричать на меня герцогиня в порыве праведного гнева.

– Тише, девочка… – мягко кладу ладонь на её руку, не желая, чтобы сюда ещё кто-нибудь пришёл, – я не планирую искать смерти. Я планирую стать настолько сильнее, насколько это возможно.

– Сильнее?! Вы пролежали в постели целый день! Когда вас принесли сюда, вы были на грани смерти! На вашем теле такой ожог! И ваше состояние… Я не уверена, что та молния не повлияла на вашу психику – то, как вы ведете себя… это не нормально!!!

– Алинэ, – крепко сжимаю её руку, заставляя тихо вскрикнуть и умолкнуть, наконец, – давай по порядку. Что у меня за ожог?

– На груди, – послушно отвечает герцогиня, опуская взгляд, – со стороны сердца. Вдовствующая Императрица этой ночью вернулась во дворец с какой-то склянкой, и Его Величество немного успокоился… вас перебинтовали, и с тех пор никто не видел, что стало с вашей кожей. Но, судя по всему, та мазь имеет какой-то обезболивающий эффект: вы совсем не показываете признаков…

– Его Величество успокоился? – зацепившись за слова, уточняю.

Выходит, вдова принесла то же средство, которое помогло Каяну избавиться от шрамов.

Теперь мне понятно, насколько беспощадны молнии, и как тяжелы тренировки с использованием этого небесного бедствия… Если бы не пилюля Ро’уна, вполне возможно, я бы и впрямь умерла.

– Я не знаю, что за отношения у вас с императором севера, но, пока вы лежали без сознания, он вёл себя так, словно вы являетесь очень важной персоной в Холодном дворце, – ни с того, ни с сего вдруг делится Алинэ, – весь вчерашний день за вами ухаживали лучшие лекари, а сегодня с утра мне позволили быть рядом с вами и следить за вашим самочувствием.

– Что со Вторым генералом? – спрашиваю, собравшись с мыслями.

– Со Вторым генералом?.. Не знаю… почему вы спрашиваете о нём? – хмурится Алинэ.

То есть, Каян не узнал, кто надоумил меня сделать это? Хорошо. Я бы не хотела, чтобы Ро’ун пострадал.

– Потому что его нет рядом с тобой, – нахожу логичный ответ на вопрос герцогини, – обычно ты приходила в его сопровождении или в сопровождении Джая.

– Да, но сейчас они все на совещании. Кажется, у севера появились какие-то проблемы на границе: я уже почти неделю слышу обрывки фраз о переносе войск на запад.

Соседи начали проявлять активность? Это помощь или совпадение?

– К слову о тех, кто появляется рядом со мной… Ваше Высочество, я тут кое-что обнаружила… даже не знаю, как бы это так объяснить… – мнётся Алинэ, хлопоча лицом и вызывая во мне тонну любопытством.

– Говори, как есть, – предлагаю коротко.

Тогда герцогиня поднимается на ноги, подходит к окну и открывает шторы, впуская в комнату дневной свет. А затем возвращается обратно к моей постели и произносит негромко:

– У меня в платье на днях появилось вот это… понятия не имею, что это, но пахнет, как какое-то целебное средство, – и перед моим изумленным взором, из кармана Алинэ появляется маленькая пилюля, идентичная той, что была передана мне Вторым генералом, – я не рискнула попробовать, решив, что эту вещь специально подбросили недоброжелатели, но сохранила на всякий случай…

– Дай её мне! – требовательно вытягиваю руку и получаю своё сокровище.

Ро’ун позаботился о том, чтобы я имела возможность впитать силу молнии ещё раз – на случай, если его передвижения ограничат.

– Что это, Ваше Высочество? – напряженно спрашивает Алинэ.

– Это подарок друга. Никому о нём не говори – иначе у друга будут большие проблемы, – внимательно смотрю на герцогиню и дожидаюсь кивка.

Затем убираю пилюлю под наволочку подушки и облегченно выдыхаю.

Уверена, второй раз это будет проще.

Опускаю взгляд на свою ладонь, ощущая покалывание кожи на кончиках пальцев…

Если даже после первого раза я ощущаю немалый заряд в своём теле, то, что будет после второго?..

Кажется, я становлюсь мазохисткой…

– Вы даже не смотрите туда, – неожиданно всхлипнув, замечает герцогиня, – вы уже смирились с тем, что ваше тело теперь изуродовано?..

Поднимаю брови и перевожу взгляд на свою забинтованную грудь под лёгкой ночной сорочкой.

– Алинэ, шрамы меня не пугают – если они не на моём лице, – отвечаю спокойно, – в конце концов, видеть их будет только мой муж.

Встретившись с ней глазами, застываю, осознав, что только что сказала.

– Вы… ещё надеетесь… – то ли изумленно, то ли озадаченно, но точно – потрясенно переспрашивает Алинэ.

А затем из коридора начинают доносится голоса, и дверь в мои покои открывается.

Каян смотрит прямо на меня, и его взгляд настолько интенсивен, что мне становится неловко.

– Почему она сидит? Разве лекарь не говорил, что принцесса должна лежать? – в слегка грубоватой манере спрашивает он у герцогини.

– Я не смогла остановить её, когда… – мямлит Алинэ, испугавшись такого напора.

– Оставьте нас. Все, – отрезает Каян, и вся его многочисленная свита вместе с герцогиней выходит из моих покоев. – Судя по всему, вы поправились, – произносит он, подходя к моей постели.

– Вашими стараниями, – осторожно киваю, не понимая, чего от него ждать.

– Задавать вопрос – зачем вы это сделали, полагаю, бессмысленно, – режет император каждым словом.

– Я хотела проверить, смогу ли выдержать удар молнии с моим уровнем техники, – решаю ответить честно, чтобы между нами не было недомолвок вроде «на самом деле я хотела убить себя».

Это не так, и я не хочу, чтобы ко мне относились, как к поехавшей умом смертнице.

– Кто вам сказал, что так можно делать? – задаёт четкий вопрос Каян, и я, наконец, понимаю, что я на допросе – а не в компании заботливого опекуна.

Становится немного легче.

– Прошу прощения, но… всё вокруг буквально кричит об этом, – протягиваю аккуратно; когда император сводит брови, демонстрируя недовольство, поясняю лучше, – вы – Повелитель Грозы, у вас Грозовая Дюжина генералов. Все вы можете использовать силу молний… – чуть развожу руки, как бы намекая, что ошибиться тут трудно.

И никто мне об этом не говорил, так что обвинять можно только мою смекалку!

Вроде неплохо получилось… не понимаю только – купился ли Каян?

– Это чудо, что вы не умерли, – по слогам произносит Его Величество, не отрывая от меня напряженного взгляда.

– Это воля небес, – слабо улыбаюсь, желая напомнить о своих связях.

– Так хотели получить защиту от меня? – прищурившись, холодно уточняет Каян...

– Так хотела получить защиту, – исправляю его вариант.

Вынести Джая с одного удара я хочу намного больше, чем затевать бой с Каяном.

В конце концов, с последним я не справлюсь в любом случае – а Первого генерала можно застать врасплох.

– Я запрещу вам любые передвижения по территории дворцового комплекса, – склонив голову на бок, произносит Каян.

И как-то мягко произносит. Мне даже чудится в этом ответе…

– Значит, я буду смиренно ждать случая, когда молния ударит ровнёхонько в мою спальню, – решаю не циклиться на странной мысли и отвожу взгляд.

– Аянэ, – выдохнув, Каян опускает голову, – я не трону вас, если вы так не хотите этого. Но, прошу, не ставьте меня в такое положение.

– В какое положение? – пытаюсь угнаться за его мыслью.

– Когда я вынужден думать о вашей безопасности в моём дворце вместо того, чтобы думать о безопасности своего народа на границе, – устремив на меня взгляд, отвечает Его Величество.

Значит, Алинэ верно расслышала – у севера какие-то проблемы с западом.

Почему он так смотрит на меня?..

Поджимаю губы, вновь отводя глаза.

– Я не хотела отвлекать вас, – в итоге произношу, признавая за собой небольшую долю вины.

Все эти дни он был вымотан, а я добавила ему хлопот.

Но, кто бы знал, почему меня вообще беспокоит данный факт?!

– Я искренне рад это услышать, – чуть тише отвечает Каян, и наши глаза вновь встречаются.

Да что же это?.. Почему он так смотрит?.. И почему внутри меня что-то отзывается на этот взгляд?

Император вдруг поворачивает голову в сторону двери, так и не взглянув на последнюю. И поднимается на ноги, делая от моей кровати шаг назад.

А я с легким изумлением пытаюсь понять, когда это он успел присесть на неё?..

– Ваше Величество, она действительно покинула столицу, – стремительно входя в мои покои, произносит Джай и направляет на меня ледяной взгляд.

– Значит, это всё-таки она… – протягивает Каян, чье выражение лица моментально меняется.

Хмурюсь, пытаясь понять, что происходит.

– Вы умеете выбирать себе сообщников, принцесса Аянэ, – изображая на лице нечто очень далёкое от улыбки, протягивает Джай.

Ро’ун молчит, глядя куда-то мимо меня.

Так, о чём вообще речь?

– О чём он говорит? – поворачиваюсь к Каяну.

– Вы можете не говорить этого мне, но я могу догадаться, кто вас надоумил бросаться под молнию, – сухо отвечает Его Величество, – к тому же, время для прогулки было выбрано просто отвратительное… – он ещё суше улыбается, глядя в сторону, – матушка не перестаёт меня удивлять.

– Вдовствующая Императрица никак с этим не связана, – нахмурившись ещё больше, говорю.

– Не отрицайте, всё слишком очевидно, – отмахивается от меня Каян, даже не делая попытки прислушаться.

А до меня доходит его логика… и впрямь… всё слишком очевидно.

Поворачиваю голову и смотрю на Второго генерала, продолжавшего игнорировать моё присутствие в комнате.

Он специально устроил всё таким образом?..

– Вы смотрите на моего брата, ожидая его заступничества за вашу благодетельницу? – фыркает Джай, кажется, очень довольный тем, что вдову явно ограничат в возможностях после этого случая.

– Я смотрю на вашего брата, изумляясь тому, что хоть у кого-то среди присутствующих есть чувство такта, – отбиваю с холодом.

Затем поднимаю брови, когда до Первого генерала так и не доходит. Перевожу взгляд на Каяна…

– Покиньте покои принцессы, – неожиданно резко требует император, только сейчас вспомнив, что я всё ещё не одета, и присутствие посторонних мужчин в моей комнате, пока я в кровати, просто неприемлемо.

Если честно – удивлена! Не думала, что результат будет таким… полагала, Каяну плевать на то, насколько смущающей была вся эта ситуация. И что дело закончится очередным оскорблением.

– Ваше Величество, кто там чего не видел? Её одежда была почти вся в подпалинах… – протягивает Джай, даже не думая, что это требование прозвучало серьёзно.

– Немедленно покиньте спальню моей наложницы! – повышает голос Каян, не на шутку разозлившись на своего ближайшего друга.

Роун спокойно идёт к двери, а Джай медленно делает шаг назад, недоверчиво глядя императора.

– Ты кричишь на нас… из-за неё? – изумленно переспрашивает он, – Кем она стала для тебя?

– Её статус тебе известен, – чеканит Его Величество, с холодом глядя на своего Первого генерала.

– Это же фикция. Нам всем прекрасно известно, что вы… – Джай переводит взгляд на меня и замечает едва заметную усмешку на моём лице.

О, да! Этот момент я буду вспоминать со смаком!

Кажется, моя реакция выводит Первого генерала из себя – но сказать он об этом не успевает, потому что воздух в комнате начинает трещать от напряжения.

Пораженная, перевожу взгляд на Каяна и ещё больше изумляюсь…

Он… взбешён.

По-настоящему взбешён.

Ро’ун хватает брата за локоть и выводит из покоев, после чего за ними закрывается дверь.

– Я благодарю вас, – произношу негромко, опустив голову.

– Ваш ожог. Дайте взглянуть, – император бросает резкие фразы и вновь разворачивается ко мне.

И пусть его гнев был сдержан, а на лице застыло бесстрастное выражение, я четко вижу – как трудно ему даётся это показное спокойствие.

Постойте, что он сказал?..

Резко прикрываюсь одеялом.

– Вы высокого мнения о себе, – сухо отрезает Каян, следя за моими действиями, – но меня интересует только ваш ожог.

– Я могу осмотреть его без вас, – заверяю со всей искренностью.

– Мазь должна была подействовать, и я хочу увидеть результат. К вашему обнажению это не имеет никакого отношения.

– Имеет! Прямое!

– Аянэ.

– Ваше Величество, пригласите лекаря! И ему я всё-всё покажу! – вновь заверяю честно, но в одеяло вцепляюсь со всей своей силы.

Каян плотно закрывает глаза и медленно выдыхает.

– Без разницы, – бросает в итоге и выходит из моих покоев.

Пораженная происходящим до глубины души, лежу под одеялом и ещё некоторое время смотрю ему вслед. Если смотреть с точки зрения человека, прошедшего через то же, что и я вчера, – только много раз… то его желание посмотреть на ожог вполне понятно.

Однако, это грудь.

Не хочется заострять внимание, но всё же – грудь, мягкость которой он ощутил на себе два дня назад… и теперь предоставлять ему возможность рассматривать уродливый шрам от ожога…

Нет. Резко мотаю головой, решительно не принимая такой ход событий.

При всей моей выдержке… нет.

Спустя некоторое время осторожно выбираюсь из своего укрытия и спускаю с плеч ночную сорочку. Затем начинаю разматывать бинт. Смотрю на место ожога.

Хм… не то, чтобы я не была рада результату… но я ожидала большего от молнии. Или меньшего – от чудодейственного лекарства Вдовствующей Императрицы.

Шрам был. Но в том-то и дело – что шрам. Заживший. Бледный. Похожий на кляксу на левой стороне моей грудной клетки.

С этим не то, что можно жить – с этим можно ходить на балы без глубокого декольте! Некоторые фасоны нарядов вполне себе справятся с задачей прикрыть эту метку.

Так и буду её называть – метка молнии!

И могу предположить, что шрам и вовсе сойдет на нет, если я продолжу пользоваться средством вдовы: в конце концов, на торсе Каяна кожа гладкая и мягкая, не смотря на его тренировки в секретном зале молний – как я решила называть про себя то загадочное место…

Облегченно выдохнув, натягиваю сорочку. А затем ловлю себя на странной мысли – это вообще нормально? Почему моя реакция такая спокойная? Разве я не должна сейчас лить слёзы, сокрушаясь над своей испорченной (пусть и на время) красотой?..

Несколько секунд пялюсь в пространство, а затем ложусь в кровать и закрываю глаза, решив не тратить силы на этот странный анализ. Оздоровительный сон – это то, что мне сейчас нужно больше всего. Над остальным буду думать потом.

Когда просыпаюсь в следующий раз, в моих покоях горят свечи, потому что за окном уже темно. Сейчас явно поздний вечер…

Приподнимаюсь на локтях и с удовольствием потягиваюсь, а затем улавливаю запах.

Еда!

Тут же спрыгиваю с постели, моментально запутавшись в распущенном бинте, который я забыла вернуть на место днём, и который теперь опутывал едва не все моё тело; отбрасываю ткань в сторону, иду к столу и усаживаюсь в кресло.

А затем начинаю поглощать пищу. В буквальном смысле – не разбирая, просто забивая живот едой. Настой из душистых трав, стоявший под крышкой в пиале, завершает мою варварскую трапезу, и я с удовольствием откидываюсь на спинку кресла. Несколько минут просто сижу, радуясь бытию и вообще самой возможности жить.

А потом начинаю испытывать нечто странное. Словно легкий жар… безобидный… даже немного приятный…

Улыбаюсь себе самой. Возможно, это заряд молнии бродит сейчас по моему организму, насыщая кровь.

Сижу ещё пару минут, и улыбка медленно сползает с моего лица.

Нет, это не тот жар. И вовсе не поглощенная сила сейчас бродит внутри меня.

Резко выдыхаю, схватившись за подлокотники кресла.

Меня отравили.

Это Любовный Яд.