Глава 23. Только ради тебя

Возвращаюсь во дворец на деревянных ногах. Страх ещё раз в жизни встретить Каяна был так велик, что я старалась даже не думать о подобной возможности.

А сейчас, выходит, это не просто «возможность», это факт – мы с ним встретимся здесь, на моей территории, в Солнечном дворце… и в качестве кого мы предстанем друг перед другом?

…

Что я вообще могу противопоставить праву императора Го забрать меня обратно на север?

Дядя чётко сказал, что не будет ему мешать. Старейшины и приближенные лорды поддержат его в любом случае: не зря они столько лет правят востоком вместе.

Выходит… за меня тут и заступиться некому?

– Ну, что, где твоя показная самоуверенность? Где задранный подбородок? – слова Сайоры, брошенные где-то в коридоре дворца, вырывают меня из размышлений, вынуждая поднять голову и встретиться с той глазами, – Гордая принцесса востока сдулась, стоило мужу упомянуть о приезде императора Го. Интересно, твой хозяин позволит Аэрону высечь тебя плетью за непослушание? Обязательно спрошу его разрешения сделать это на сегодняшнем пиру в честь делегации севера!

– Пир в честь делегации? – свожу брови, глядя на неё всё ещё рассеянным взглядом.

– Естественно! Такие гости редко заезжают к нам, – скалится Сайора, которой крайне нравилось следить за выражением моего лица.

– Такие гости по всем правилам военного положения вообще не должны быть допущены в столицу, но вы пропускаете их в самый дворец, полагая, что цель императора – я?.. – смотрю на неё, как на ненормальную, – Не знаю, в курсе ли вы, дражайшая тётушка, но Каян способен убить всех гостей в зале, просто щелкнув пальцем. Надеюсь, приветствовать нашего врага придут все приближенные дяди? Я бы вам ещё посоветовала позвать всех своих подруг – ну, и сына не забудьте. Да и сами обязательно приходите.

– Ты!.. Да как ты смеешь?! – мгновенно ощетинившись, восклицает Сайора.

– Не понимаю сути претензий: это ведь вы зовёте врага востока к себе в дом, а не я, – безразлично протягиваю, а потом прохожу мимо.

В покоях меня уже ждали прислужницы, желающие исполнить свою святую обязанность – подготовить овечку на заклание хищнику, хозяевам на радость. Не имея душевных сил слоняться без дела и предаваться рефлексии, решаю не упускать возможность в последний раз ощутить себя принцессой. И позволяю им творить со мной всё, что было запланировано.

Таким образом убив время, прохожу в свою спальню, чтобы облачиться в платье, и застываю.

– Другой вариант, – произношу ровным голосом, с трудом, но взяв гнев под контроль.

– Другого варианта нет, Ваше Высочество, – отвечает одна из служанок, низко склонив голову.

Иду к своему шкафу и распахиваю его. Ещё утром он был полон нарядов на любой вкус – однако, сейчас пустовал.

– Значит, останусь в том платье, что носила сегодня, – хочу вернуться за ним в купальню, как две служанки перегораживают мне ход.

– Его уже забрали и унесли. Платье для вечера приготовлено супругой правителя. Невежливо будет отказываться, – произносят они четким голосом.

– Вы что, бессмертные? – спрашиваю у тех без эмоций.

– Надеемся на понимание принцессы! – и вся группа служанок склоняется в самых низких поклонах, почти сгибаясь пополам.

– Вон из моих покоев, – прикрывая глаза, произношу.

– Ваше Высочество…

– Вон! – рявкаю на них так, что девушки вздрагивают и выбегают в коридор.

Затем подхожу к белому платью, рукава которого были сделаны из плотного кружева, как и зона декольте… глубокого декольте, из-под которого будет видна часть ожога.

Прикасаюсь к ткани на рукавах… да, такое грубое на ощупь кружево ещё нужно поискать. Под ним мои свежие раны однозначно дадут о себе знать…

– Что ж, не следовало расслабляться, – произношу вслух, глядя на наряд сверху вниз.

Самое смешное, что на здоровом теле это платье будет сидеть прекрасно, подчеркивая все достоинства хозяйки и останавливая на ней взгляды гостей. Но на мне оно подчеркнёт лишь все уродства, приобретенные за годы моих тренировок и противостояния сильным мира сего.

Одеваюсь и подхожу к зеркалу.

…

Находясь на расстоянии в десяток метров, я ещё смогу всех обмануть – прикрыв ожог на груди своими волосами, которые мне пришлось спешно распускать и перекидывать на левую сторону. Но вблизи картина будет печальной.

– Надеюсь, Джай будет не сильно злорадствовать, – протягиваю бездумно и выхожу из покоев.

Весёлый пир должен начаться с минуты на минуту.

В коридоре передо мной встают два стражника, без каких-либо слов предлагая смириться с конвоем и следовать в сторону «праздника».

Полагаю, дядя решил, что я попытаюсь сбежать через главный вход. Болезный, он не в курсе, что нынче я ходок через окна. В Холодном дворце расстояние до земли могло бы меня покалечить, но в Солнечном – я имела все шансы спрыгнуть вниз и пересечь всю дворцовую территорию до стены, отделяющей резиденцию правителя от столицы, на своих двоих. Так что, пожелай я сбежать, я бы это сделала.

И никто бы меня не остановил – даже без пилюли. Потому что в нашей страже нет ни одного воина, способного победить меня.

Тут тебе не север. Все сильные маги востока сидят по своим домам и в ус не дуют: на службу государству их вынудит пойти лишь приказ о военном положении и, подкрепленное законом, требование защитить родную землю.

С лёгким удивлением отмечаю, что начала допускать пренебрежительный тон в отношении местных порядков, – пусть мысленно, но всё же…

Когда я перестала гордиться всем в Цай – безоговорочно?..

…

Останавливаюсь перед дверьми и жду, когда их передо мной откроют. Затем вхожу в танцевальный зал с гулко бьющимся сердцем. Все уже были здесь. И делегация из севера, и местная знать, и даже моё дражайшее семейство. Ещё одно предположение дня – дядя хотел сделать из моего появления отдельный номер, но что-то пошло не так.

Потому что на меня никто не смотрел. Нет, все взгляды знати были направлены на Каяна, стоявшего в глубине зала в белоснежном мундире, к которому Сайора в данный момент подводила какую-то хорошенькую цаянку – очевидно, дальнюю родственницу матери Аэрона. Девушка млела и смотрела на императора Го глазами Алинэ, только прибывшей на север и влюбившейся во всех представителей мужского пола разом.

Наблюдаю со своего места за тем, как широко растягиваются улыбки на губах Керона и его жены. Как все вокруг начинают расхваливать красоту юной девы, и как комплименты отпускают самому Каяну. Нет, я их не слышала своими ушами. Но видела по лицам. Всё действие в глубине танцевальной залы превратилось для меня в какое-то странное представление – почти спектакль, в котором всё, за что я раньше любила Цай, обращалось прахом. Мудрость? Гордость? Мощь? Величественность?

Медленно выдыхаю из себя воздух, смешанный с глубоким разочарованием.

Ничего не осталось от прежнего Цай. Я вижу перед собой бескостных стариков, лебезящих перед молодой силой.

Вновь перевожу внимание на девушку, неловко покачнувшуюся во время разворота и так удачно припавшую к груди императора севера. Ловлю на себе взгляд Керона и понимаю – всё пошло так в номере, устроенном лично для меня.

Дядя хотел, чтобы я всё это видела. Узрела, так сказать, своими собственными глазами, как тот, кто должен был стать моим мужем, берёт в руку ладонь другой девушки, хрупкой цанской красавицы, которая, вполне возможно, скоро станет законной женой императора Го – потому как моё положение в «гареме» Каяна не помешает тому взять законную супругу.

…

Сердце опускается в пятки…

…

Какой будет прекрасный брак.

И какой желанный – для обеих сторон.

…

– Ваше Высочество… – знакомый взволнованный голос вынуждает меня оторвать взгляд от сильных мира сего и перевести его на…

– Алинэ? – изумленно шепчу.

– Ваше Высочество, с вами всё хорошо! – герцогиня сжимает меня в объятиях, наплевав на какой-либо этикет, и долго не отпускает.

Кладу ладонь ей на спину и тихонько похлопываю.

– Конечно со мной всё хорошо. Как может быть иначе? – шепчу, широко раскрыв глаза и не позволяя себе плакать.

– Как? КАК? Вы посмотрите, что они устроили! – начинает возмущенно шептать Алинэ, отпуская меня, а затем резко разворачивает спиной, – Хотя, нет, не смотрите: даже мне сложно смотреть на то, что там происходит. Простите меня, Ваше Высочество, но что стало с Цай? Как они до этого… – Алинэ замолкает, встретив мой пустой взгляд, – Ещё раз прошу прощения, Ваше Высочество. Я не должна была позволять себе лишнее. Я…

– Алинэ.

– Да?

– Зови меня по имени.

– Хо… хорошо, – медленно кивает герцогиня, с легкой тревогой всматриваясь в моё лицо.

– А теперь расскажи – почему ты здесь? И была ли ты в герцогстве? Виделась ли с отцом? – перевожу тему, радуясь той позиции, в которой оказалась.

Лицом к герцогине и спиной к Каяну.

Мне нужен был отдых от той картины, что, казалось, уже намертво въелась в мои глаза.

– Его Величество после вашего побега в первую очередь пришёл ко мне, – произносит Алинэ, опустив голову, – мне кажется, сперва он хотел объявить мне о том, что я навсегда останусь на севере… но потом сказал, что мы покинем столицу сразу после съезда дипломатов. Вначале я не поняла, чего он хочет больше – убить вас или вернуть обратно. Но когда… – герцогиня только успевает поднять взгляд, как тут же переводит его куда-то за мою спину и вздрагивает, – Ваше Величество, – произносит, приседая и склоняя голову.

Сердце перестаёт стучать, а к щекам приливает кровь. Медленно разворачиваюсь и смотрю в темные глаза Каяна, возвышавшегося надо мной.

Каяна, стоявшего слишком близко.

Каяна, едва сдерживающего свои эмоции, а от того – такого незнакомого мне и такого… такого… Пораженная собственным открытием, стою и пытаюсь осознать – когда это произошло? Когда этот человек со столь притягательной, но холодной, как снег, красотой, стал дорог мне?.. Я хочу узнавать его?.. Хочу проводить время за изучением всех его черт, всех выражений его лица и всех его реакций?..

Тем временем император севера опускает взгляд на моё декольте, и его глаза темнеют ещё больше.

– Кто… выбирал этот наряд? – задаёт вопрос владыка севера.

– Не я, – всё, что могу выдавить из себя в его присутствии.

Да, тётушка совершенно точно знала, во что будет одет Каян. И подобрала мой наряд словно в насмешку над моим плачевным положением.

Я могла быть его невестой, могла быть его женой, но стала лишь бесправной наложницей.

Действительно – не смешно ли?..

Не замечаю момента, когда теплые пальцы императора отодвигают локон и прикасаются к краю ожога – и теперь стою, как громом пораженная: даже для женатой пары подобные прикосновения – чрезмерная вольность! Что он делает?!

– Ты снова прошла через это, – произносит Каян, глядя на мой шрам, как загипнотизированный, затем его взгляд соскользает на моё плечо, где из-под кружева виднелся свежий порез… глаза императора становятся почти черными… он хватает мою руку, умудрившись сделать это резко лишь для зрителей, но касаясь меня мягко и даже осторожно… затем начинает осматривать плечо, предплечье и даже кисть, слишком чётко демонстрирующую факт недавних сражений.

На костяшках моих пальцев всё ещё были покраснения…

– Наложница императора севера слишком любит сражаться, – неодобрительно качает головой дядя, появляясь рядом вместе со своей женой.

Он назвал меня наложницей Каяна вслух. Даже не принцессой Цай или своей племянницей.

Просто. Наложницей.

Слышу смешки и перешёптывания вокруг, и сжимаю зубы, удерживая в себе желание влепить Керону смачную пощечину, а потом перерезать себе горло, дабы сохранить достоинство.

– Моя невеста – принцесса Цай. И её тело на севере – неприкосновенно. – Медленно произносит Каян, не отрывая глаз от порезов под кружевом. – Так объясните мне, владыка востока, что произошло? Почему руки моей избранной в свежих ранах?

Тишина.

Гулкие удары моего сердца сотрясают грудную клетку… Я даже вижу, как пульсирует кожа на месте ожога…

– Ваша не… – пытается переспросить дядя, недоверчиво глядя на Каяна, а я замечаю то, что давно пора было заметить.

Прекрасная цаянка, подведенная к императору севера несколькими минутами ранее, стоит в углу зала и плачет, окруженная родственниками.

Кажется, сватовство не удалось.

– Мне непонятно удивление на вашем лице. Брачный договор между нашими странами был подписан моей кровью. – Чеканит Каян с откровенным холодом в голосе. – То, что мы ещё не успели сыграть свадьбу, не значит, что её не будет.

Подписан… кровью?

То есть, Каян ещё будучи ребёнком дал брачную клятву?..

…

ТАК ВОТ, ПОЧЕМУ МАКОТ НАЧАЛ ЗАЩИЩАТЬ МЕНЯ?!

Наш брак был заключен уже тогда, когда я завершила ритуал у его статуи!

Встречаю глаза своего жениха и изумленно смотрю на него, тут же начиная медленно тонуть в этой бездне…

– Но Аянэ сбежала от вас… – неловко замечает дядя, разрываясь между мной и моим женихом.

– Я дал ей время попрощаться с домом, – отрезает Каян, без эмоций глядя на правителя востока, – и приехал, чтобы забрать обратно. Ты готова уйти? – он опускает взгляд на меня.

Киваю, продолжая тонуть в густой темноте, обрамленной острыми ресницами…

– Джай, займись вопросом размещения, – бросает Каян Первому генералу, чье присутствие я даже не заметила, будучи в полном раздрае чувств.

– Но, постойте!.. Покои для наших дорогих гостей давно готовы! Мы будем рады… – дядя замолкает, когда император севера беспардонно перебивает его:

– Судя по ранам на теле моей будущей жены, гостеприимство востока оставляет желать лучшего. В таком свете Солнечному дворцу я предпочту простой постоялый двор.

Бросив эту фразу, Каян кладёт руку мне на спину и решительно ведёт на выход.

Мы разлучились всего на несколько дней. Что произошло? Почему… почему я наблюдаю такие разительные перемены?

Возможно ли, что Его Величество и впрямь захотел сделать меня своей супругой – или всё дело в возможности поставить восток на место?

Сердце вновь ухнуло в пятки.

Ну, что я за мечтательница?

Конечно, Каян принципиально отверг заискивания дяди! Он ненавидит Цай и сделает всё наперекор ожиданиям его правителя.

А если гордость востока сможет задеть резкий отказ от предложенной Кероном невесты и возвращение на север никому ненужной принцессы Цай в качестве жены императора Го – Каян это сделает.

Поджимаю губы и опускаю взгляд в пол, ощущая боль в месте ожога. Не сразу, но понимаю, что бессознательно сдавливаю пальцами настрадавшуюся от ударов молнии кожу. Убираю руку от декольте, прикрывая новые ссадины волосами.

Тем временем мы выходим из Солнечного дворца и пересекаем территорию резиденции правителя восточного гиганта.

– Если ты переживаешь о своих вещах – они тебе больше не понадобятся. Мы купим тебе новые, – произносит Каян, по-своему расшифровав моё поведение.

Похоже, мои внутренние метания не скрылись от его глаз…

Молчу, ничего не отвечая.

Смотрю на стражников у ворот, напряженно наблюдавших за приближением Каяна и переводивших на меня не менее напряженные взгляды. С тем усатым – мы много раз вступали в тренировочные поединки, а тот, что помоложе, не раз наблюдал мои вылазки в город с очередным заданием, которое я сама себе выдумала.

– Принцесса, с вами… – начинает, было, усатый страж, очевидно желая поинтересоваться, точно ли со мной всё в порядке.

– Ваше Высочество, – отрезает Каян, строго взглянув на мужчину, – перед тобой будущая жена императора Го. Обращайся к ней соответственно её статусу.

– Они не желают мне зла, – негромко произношу, ощущая неловкость и стыд за происходящее. Эти двое знают меня едва не с рождения – как и многие стражники во дворце. Это я, невежа, не запоминала их имён…

После моих слов Каян как-то слишком резко повернул голову, но я, не желая видеть холод в его глазах, опустила взгляд.

Через врата в Солнечный дворец проходили так же – молча.

Когда вышли на шумную столичную улицу, я, ожидая увидеть экипаж с гербом, начинаю озираться. Но Каян не останавливается и ведёт вперёд – туда, где стоял Джай, подняв правую руку вверх.

О… Первый генерал выбрал постоялый двор прямо напротив резиденции дяди? Кажется, репутации Солнечного дворца будет нанесён непоправимый ущерб.

Подходим к четырёхэтажному зданию с богатой вывеской…

– Ваше Высочество, – склоняет голову Джай, приветствуя меня, из-за чего мои глаза слегка округляются.

Но удивляться некогда: меня ведут внутрь помещения… где не было никого, кроме воинов севера. Похоже Первый генерал выкупил всё заведение на сутки.

– Алинэ, – слышу голос Каяна и с лёгким изумлением наблюдаю за тем, как тот передаёт ей небольшую коробочку и жестом подзывает одну из прислужниц, стоявших вдоль стены с опущенными головами.

– Да, Ваше Величество, – герцогиня неожиданно берет меня под руку и ведёт за девушкой в белом чепце на второй этаж. Затем на третий. И, наконец, на четвертый… – Здесь мы сами, – говорит прислужнице, открывшей дверь снятой комнаты, и заводит меня внутрь.

– Горячая вода почти готова, – замечает та совсем тихим голосом.

– Тогда неси. Но потом сразу уходи, – командует Алинэ, и девушка уходит.

– Алинэ, что происходит? – спрашиваю у герцогини.

– Ваше тело… как много у вас новых ран! – схватив мои руки в свои, восклицает Алинэ голосом, полным страданий.

– Я жива, как видишь, и это самое главное, – подняв брови, произношу успокаивающе, – что касается моих шрамов…

– Вы же сами говорили, что их увидит только ваш муж! Неужели хотите, чтобы Его Величество каждый раз страдал, глядя на ваше тело? – лицо Алинэ искажается от боли, а у меня голова начинает пухнуть от количества вопросов…

– Несомненно, страдания императора Го не могут радовать меня, однако… – начинаю издалека, хотя откровенно не хочу говорить о том, как Каяну будет неприятно смотреть на меня обнаженную!!!

– Вы что, до сих пор не поняли? – хмурясь, резко спрашивает Алинэ.

– Не поняла? Чего? – свожу брови, вторя ей.

И в следующий момент в комнату входят прислужницы с тазами, полными горячей воды.

Когда купель была наполнена, герцогиня выгнала девушек и повела меня за перегородку.

– Вам нужно хорошо промыть все раны, – сообщает спокойным голосом и помогает избавиться от платья.

– Алинэ, это не твоя забота, – замечаю сдержанно.

Не пристало герцогине обслуживать наложницу императора севера.

– Моя! Мне её поручили! – неожиданно яростно отрезает Алинэ.

Я даже застываю с открытым ртом.

– Быстро полезайте в воду!

Забираюсь в купель, тут же начиная ощущать облегчение: внутри точно был растворен настой из ранозаживляющих трав…

– Что насчёт твоего отца? Ты сообщила ему о том, где ты? – спрашиваю мягко, спустя несколько минут неловкого молчания.

– Сообщила. Он получил мои письма, благодарю вас, – бурчит герцогиня, не желая отпускать ситуацию.

Ту самую ситуацию, в которой я вообще ничего не понимала.

– Но как же ты успела? Ведь прошло всего… – протягиваю размеренным голосом – и быстро хватаю её за ладонь, разворачивая к себе внутренней стороной, – Алинэ! Ты скакала верхом все дни пути?! – восклицаю, едва не выпрыгивая из купели.

– Скакала! И что? Это запрещено, что ли? – отскакивает от меня герцогиня.

– Покажи свои ноги! – требовательным голосом произношу.

– Не покажу! – ещё на шаг отступает Алинэ.

– Каян заставил тебя скакать в его темпе трое суток, а ты печёшься о моих царапинах?! – повышаю голос.

– Не говорите ничего Его Величеству! Я сама! Сама захотела не быть обузой!

– Он заставил тебя ухаживать за мной, не позаботившись о твоём собственном самочувствии! – ударив рукой по воде, восклицаю.

– ПОТОМУ ЧТО ОН НЕ ЗНАЛ О МОИХ НЕУДОБСТВАХ! Он думал только о вас!!! И я тоже думала только о вас! – кричит в ответ Алинэ, вынуждая меня затихнуть, – И не смейте обвинять нас в этом! Если вы сами не способны о себе позаботиться, то это сделаем мы – без вашего согласия!

– Когда это я не могла о себе позаботиться? – возмущенно спрашиваю.

– Когда? Когда?! Да всегда!!! – выпаливает Алинэ.

– Не путай проблему с временными трудностями. Если мне что-то не нравится, я всегда могу сбежать!

– Прошу вас, не сбегайте больше никуда, – неожиданно тихо произносит герцогиня, опустив взгляд.

– Я… – хочу сказать, что не могу этого обещать, но что-то меня останавливает, – я хочу, чтобы ты позаботилась о себе. Прямо сейчас. Я сама способна высчитать время, необходимое для распаривания кожи.

– Я должна намазать все ваши раны мазью, – достав коробочку из кармана, произносит Алинэ.

– Я выскажу Каяну за то, что он заставил тебя ехать верхом три дня, – предупреждаю её.

Позволять ей ухаживать за мной таким образом… это чересчур!

– Я приму такую же ванную, как ваша. Но, пожалуйста, не говорите ничего Его Величеству! Он действительно не знал, – просит герцогиня жалобным голосом.

Она влюбилась в него, что ли?..

– Алинэ… почему ты следуешь за Каяном? – осторожно уточняю у неё.

– Я следую не за ним, – качнув головой, отвечает та, затем пальцем проверяет воду, – пора выходить. Я подам вам полотенце.

И, больше не возвращаясь к теме, герцогиня обтирает меня, после чего наносит мазь на все мои раны – и старые, и новые. По запаху я узнаю средство Вдовствующей Императрицы и удивленно… молчу.

– Вам нужно немного поспать. На расслабленном теле целебные свойства мази проявятся лучше всего, – и Алинэ подаёт мне почти невесомую ночнушку из мягкой ткани, другой рукой приподнимая одеяло.

Облачаюсь в предложенное и ныряю в постель.

Глаза как-то сразу закрываются, и, как бы я ни старалась контролировать процесс, уставшее от всех переживаний, тело в итоге проваливается в глубокий оздоровительный сон.