Глава 33

В тишине я демонстративно поедала пирожное.

Димка уже привыкла ко мне, поэтому спокойно сидела за столиком и наблюдала из-под ресниц. Ее соперницы возмущались, презрительно хмурились, гневно перешептывались и поглядывали на принца, а он… Он сидел, смотрел на меня, пока не приказал другу:

— Лагром, подай такое же.

Когда ему поднесли, послал мне озорной взгляд и, широко раскрыв рот, одним укусом отхватил половину пирожного!

Я перестала жевать, гадая: что это?! Селебрину скучно? Он подначивает меня, подбивая на новые выходки? Пока судорожно раздумывала, один из друзей принца боднул другого в бок локтем и… за один присест съел целиком нежный крем со своей сладости.

Когда поднял голову, его губы и нос были измазаны глазурью, и выглядел мужчина в дорогом костюме на удивление смешно. Не удержавшись, я склонила голову к плечу и засмеялась.

Что я творю?! Чтобы успокоиться, закрыла ладонью глаза и сомкнула зубы, но тут к моему смеху присоединился еще один — красивый, нежный, как колокольчик. Не глядя на его обладательницу, я была готова поклясться: это принцесса Эвискарии. Нет, однозначно творится что-то ненормальное!

Второй мужчина, Лагром, сообразив, что оставаться более аккуратным, чем принц, не следует, с грустным лицом взял с подноса пирожное. Сладкое он не любил. Это читалось по его многострадальному виду, но как верный и опытный придворный, он открыл рот и попытался повторить подвиг друга… Не вышло. Измазался, да еще так печально нахмурился, что к нашему смеху присоединился и смех Селебрина.

Стало весело. Даже снобки-претендентки перестали шушукаться. И только маркизета стала темнее ночи.

— Ах… — помахала она ладонью у лица. — Мой веер!

Он у нее точно есть, но намек мне понятен. Я кивнула и перевела взгляд на Селебрина, безмолвно спрашивая разрешение сбегать за необходимым.

— Эрнестина, поделитесь с маркизеттой веером! — он тоже понял маркизету, однако на поводу не пошел. Даже больше, целенаправленно поддразнивал ее.

О, Божечки! Только этого мне не хватало.

Димея тоже не сдавалась.

— Мне нужен мой веер, — отчеканила она и, склонив голову, как упрямый барашек, послала принцу многозначительный взгляд, который, уверена, знаком ему с детства.

— Чуть позже, — отмахнулся он.

Димкины соперницы, сообразив, куда дует ветер, начали тоже лакомиться и пачкаться кремом. А потом почти все, как одна, начали кокетливо слизывать его со своих губ и пальцев. Они надеясь соблазнить принца, но делали это одновременно, чересчур с огоньком — и выходило уже не пикантно, а комично.

Селебрин закрыл ладонью глаза, опустил голову и расхохотался. Ему смешно, а я ощущала на себе колючие, полные ненависти взгляды.

Отсмеявшись, он встал с кресла и насмешливо потребовал:

— Если все насладились изысканным вкусом пирожных мастера Дести, давайте поиграем во что-нибудь… — посмотрел на меня, ожидая предложений.

Я знать не знаю, как развлекаются аристократы Элирии! Почему он меня спрашивает?

— В салочки? — предложила тихо первое, что пришло в голову.

— Замечательная идея, — неожиданно улыбнулся Селебрин, принимая вариант. — Я вожу.

— Да! Да! — повскакивали с мест девушки. Воспитание воспитанием, но когда есть шанс заинтересовать принца — надо действовать решительно. Их же сам принц ловить будет!

— Поиграем, — Димея тоже встала, бодро повела плечами и ревниво оглядела соперниц. Потом меня… Если после салочек с участием маркизеты не будет покалеченных — то только чудом.

Принимать участие во всей этой возне, оттягивая снимание от моей подопечной на себя, у меня не было. А уже после бессонной ночи и вовсе. Попыталась улизнуть, но Лагром разгадал мои намерения, подхватил под локоть и потащил на поляну.

— Пустите! Дайте мне спокойно посидеть! Пожалуйста! — взмолилась я, еще надеясь на жалость.

— Неужели не желаете внимания принца? — умные, темные глаза мужчины испытывающе прищурились. Уже не юнец, далеко не красавец, но в нем определенно чувствовались порода и спесь. — Его Сияние приказал — извольте подчиниться.

— И довести претенденток до истерики? Ему же потом выслушивать возмущения.

— Вас это так волнует? — со стороны наша беседа походила на милую, даже романтичную, однако шепот Лагрома был ехидным.

— Меня волнует мозоль, — соврала я. Ее не было, но после приступа Димеиной ревности может появится чего похуже. Лучше найти предлог и удрать потихоньку с чужого праздника жизни.

— Как мелочно! — растянул губы в надменной улыбке он. Тонкие усики сделали его усмешку еще живописнее.

— Снимите сапоги, улучшенные магией, наденьте самые обычные и узнаете, каково ходить с камешком в обуви! — проворчала я, копируя тон.

— Лагром, как вы мило общаетесь! — окликнул нас принц.

— Лея Ольха сама прелесть, — солгал тип с самым искренним видом.

— И нежность… — тихо добавила я и тоже улыбнулась мило. Не только ему играть в коварные игры.

— Вот вы как, — прищурился Лагром, не ожидавший от служанки вероломства.

— Я бы с удовольствием перестала разыгрывать комедию перед претендентками и сбежала. Они и так ядом брызжут.

— Обязательно передам ваши пожелания Селебрину, — ухмыльнулся он. Подвел меня к принцу, поклонился и отошел. Но я ощущала на себе его взгляд.

— Лагром вас не обидел? — любезно уточнил Селебрин, игнорируя недовольство претенденток. Они как бабочки мельтешили в ярких нарядах перед ним, а он со мной общается. Ох, не простят мне этого! Не простят!

— Нет.

— Вот и славно. Не доверяйте ему. Его племянница одна из претенденток.

— Час от часу не легче, — насупилась я и приготовилась к игре, точнее, чтобы незаметно улизнуть, но не успела ахнуть, Селебрин подхватил меня и закружил в воздухе.

— Вы с ума сошли! — зашептала я, растерявшись. — Меня же потом на кусочки мелкие разорвут!

— Я не позволю!

— Они исподтишка справятся.

— Посмотрим, — серьезно ответил он, однако же поставил меня на землю. И на виду у всех заглянул мне в глаза.

— Хотите посмотреть на мой трупик? — я вздохнула и состроила самую умилительную рожицу, какую только могла.

— Все будет хорошо, — совершенно серьезно, без доли шутки заверил Селебрин. В его глазах мне даже померещилась злость. — Но если вы желаете, Ольха, можете уйти. — И прежде чем я успела обрадоваться, добавил: — Но я хотел бы, чтобы вы остались.

Остаться — равнозначно прыгнуть в котел с кипящим ядом… Угу-угу.

— Будь я родовитой фрей, ваша симпатия стала бы для меня радостью. Но… — я не успела договорить, к нам подошла противная глазастая блондинка и попыталась, кокетливо улыбаясь, оттеснить меня от принца.

— Ваше Сияние, позвольте завязать вам глаза… — заискивающе промурлыкала она.

Я не обиделась. Наоборот, обрадовалась, но подмога пришла внезапно и совершенно неожиданно.

— Что принцу Селебрину делать — решать только ему. И кому завязывать глаза, не вашего ума дело, — нежный голосок так внезапно перешел к резким, угрожающим ноткам, что мне стало страшно. Такой принцессе перейдешь дорогу, а потом не найдут ни рожек, ни ножек. — Его Сияние желает общаться с леей. Значит, ему с ней интереснее, чем с вами.

— Он и вас игнорирует! — прошипела красотка, покрываясь некрасивыми красными пятнами.

— Меня невозможно игнорировать, — ответила как истинная принцесса эвискарийка и, подхватив Селебрина, повела нас с поляны к дороже, чтобы увести на прогулку. Вот так просто и действенно.

— Это моя компаньонка! — донеслось вслед. — Моя!

Дименька зорко следила за разворачивающимися действиями, все больше походившими на цирковое представление. И отдавать без боя принца не собиралась.

— Конечно, моя милая госпожа! — проворковала я, прикидываясь дурочкой. Быстренько высвободила руку из руки принцессы, подхватила Димею и подтолкнула ее к эвискарийке. — Я за веером! И зонтиком! — И пока все не пришли в себя, бросилась бежать.

Волнение и топографический критинизм вывели меня к оранжерее, которую я прежде не видела. Тончайшие, казавшиеся хрустальными, стены утопали в зелени. Украшенные и усовершенствованные магией, они представляли собой невероятно красивое зрелище.

Я невольно остановилась и стала разглядывать сверкающие на солнце ячейки, арки, пока не заметила, как в бриллиантовой гуще сверкнул маленьким флажком белый хвост.

— Снежок? — тихо позвала я прохвоста.

Не отозвался, но я уверена, что это однозначно он!

Неужели опять шпионит?

Желая добиться от хитрюги ответа, я огляделась и ринулась за ним.

***

Кустик за кустиком, я кралась за котом как тень, пока не пришлось переходить дорожку, посыпанную цветным гравием.

Я старалась двигаться бесшумно, но едва ступила на насыпь — раздался предательский шорох. Снежок вздрогнул, встревожено обернулся. Увидев меня, переменился в мордочке, и на моих глазах напряженная, сосредоточенная моська стала удивленной, затем вовсе любопытно-ехидной, точь-в-точь как человеческая. И даже взгляд осмысленно-умный!

Мы смотрели друг на друга, скрестив взоры, а потом он внезапно подпрыгнул, сделал в воздухе невообразимый кульбит и сиганул в заросли.

— Стой! — крикнула я в полголоса. Огляделась по сторонам и бросилась за ним.

Думал, сбежать? Ха! Я по утрам раньше бегала на стадионе, чтобы зачет сдать и в форме быть. А уж когда на кону разоблачение шпиона, я вовсе стремительная и упрямая!

Подхватив юбки, я бежала за Снежком. Конечно, под кустами у корней я бы, как он, не пролезла, но я быстренько оббежала фигурную изгородь и нырнула под вьющийся плетень.

Почти удалось. Вот только наступив на длинный подол, я запнулась и упала. Звук моего падения вышел таким сочным, что грациозный, ловкий Снежок, мохнатый зад которого мелькнул и скрылся в соседних зарослях, остановился и высунул розовый нос.

Огромные синие глаза прошлись по моей фигуре, распластанной на траве, как лягушка на солнечной кочке, сощурились… А потом мне померещилось, не иначе, что он укоризненно покачал головой, осуждая мою невоспитанность, чем только раззадорил меня. Теперь уж я от него не отстану!

Сомкнув зубы, я подоткнула подол и с удвоенным рвением ринулась за ним.

Расстояние между нами, позволяло пройдохе полюбоваться незабываемым зрелищем. Прищурив глаз, белый засранец с необычайно ухоженной шерсткой, горделиво поглядывал за моими мучениями. Но когда понял, что упрямства мне не занимать, нахмурился, издевательски покачал хвостом-трубой и вприпрыжку помчался дальше.

— Все равно поймаю! — решительно прошептала я и, радуясь, что на мне зеленое платье, на котором не заметны травяные разводы, встала на четвереньки и шустро поползла под цепкими зелеными кустами.

Заросли, изгороди? Плевать! Я поймаю этого прохвоста за этот самый хвост!

Он убегал, периодически оборачивался, проверяя, преследую ли я его или отстала? И каждый раз находя меня взглядом, на его мордочке читалось возмущенное: «Отстань, ненормальная!»

Это еще кто из нас ненормальный?! Поманила его пальцем.

В ответ Снежок закатил глаза. Еще немного, и покрутит лапой у виска, потому что он необычный кот. Почему я раньше не замечала очевидного? Это же мир магии! Здесь все возможно!

Преследуя обманщика, я вошла в раж и позабыла, что ношусь по императорской резиденции. Лишь когда нырнув в очередной межкорневой проход, выбралась на солнечную поляну с белой красивой беседкой в центре, из которой внезапно донеслись громкие, четкие голоса, вспомнила, кто я и где. Но было поздно.

В ажурной мраморной беседке, возвышавшейся на высоком основании, сидели Мелдея и ее статс-фрея Нилена. Совсем рядом, почти надо мной. И если бы они не наблюдали неотрывно за соседним участком, где Селебрин развлекался с девушками, заметили бы меня.

Они общались громко, а я, ошеломленная, не могла понять: как же не заметила, не услышала их?

«Если только они использовали купол тишины и полог невидимости…» — подсказал скромный опыт.

Вот же «повезло» мне угодить в неприятности! Распластанная на земле, я судорожно начала придумывать, как выбраться из щекотливого положения? Надо бы покашлять, обозначить, что я упала и случайно нарушила их уединение, однако услышанная фраза, произнесенная императрицей, заставила меня замереть и вслушаться в беседу.

— … Она не из тех, кто подчиняется, но и не таких укрощали. И мальчик определенно положил на нее глаз.

— И все же план рискованный, — осторожно, взвешивая каждое слово, задумчиво произнесла фрея Нилена. Она сухарь, но в общении с императрицей в ней чувствовались искренние уважение и забота. — Может случиться скандал. Вплоть до военных действий на границе.

— Элирия сильна, — осадила ее Мелдея. — Будет бряцание оружием, возможно стычки на границе, но в здравом уме никто не пойдет на Элирию. Ты сама знаешь, что чаще империи рушатся, подточенные изнутри. Я этого так боюсь. И сделаю все, чтобы она была на нашей стороне.

— А если план пойдет не так как задумывалось изначально? — тихо спросила Нилена.

— Пока это секрет, и все можно отыграть назад, — надменно ответили ей. — Я ночами не сплю, пытаясь предугадать ход событий. Все так сложно и рискованно. Но рискнуть следует.

— Да, ставки велики, — согласилась статс-фрея и притихла, позволяя Мелдее высказаться, выплеснуть наболевшее.

— На кону будущее Элирии. Будущее моего сына! — кровожадные нотки мелькнули в голосе первой женщины империи. — Только уже скоро секрет перестанет быть секретом. Воронье уже слетается.

— Что говорит Его Светлейшее Сияние?

— Асельен измотан проклятым недугом! — с отчаянием выдохнула Мелдея.

— Ты уверена, что хочешь впустить врага в семью?

— Ни в чем я не уверена! — нервно и раздраженно прорычала императрица, злясь на свое бессилие. — Но я готова рискнуть, только бы у моего мальчика был шанс. Он ведь станет великим императором! Я уверена в этом! У него есть характер, тщеславие, гордость, сила, воля, ум! Кто другой вынес бы столько, сколько выпало на его долю?

— Несомненно! — подхватила с жаром Нилена.

— Я устала сидеть и выжидать… — от грохота жалобно звякнула посуда…

Любит Мелдея стучать кулаками. Я едва не вскрикнула и не выдала себя. А учитывая, какой разговор я застала — если застанут за подслушиванием, мне не жить! Надо убираться скорее подальше, пока не заметили.

***

Медленно, поочередно переставляя руки и ноги, я ящерицей поползла назад к лазейке, через которую попала на злополучную поляну. Когда приблизилась, оглядела узкую дыру и удивилась, как через него умудрилась протиснуться сюда?

Но делать нечего, надо выбираться. Оглядываясь, прицелилась, чтобы попасть ногами в лазейку, сделала несколько осторожных движений назад и, как по закону подлости, зацепилась подолом за корневища. Куст дернулся.

Оцепенев от страха, я замерла.

К счастью, на шелест листьев не обратили внимания. Выждав немного, я осторожно отцепила ткань, задрала ее, открывая ветру коротенькие панталоны, и собралась протискиваться дальше. У меня почти получилось! Я уже наполовину выползла, когда услышала приближающиеся шаги, а затем увидела мужские гвардейские сапоги, шагающие по мощеной дорожке! Сейчас свернет и увидит мои голые ноги и зад!

В панике я пулей вылезла обратно, прижалась телом вдоль корней, как гусеница переросток, и притихла.

Совсем рядом со мной, чеканя шаг, прошел мужчина. Еще раз свернул, поднялся по ступенькам в беседку, что-то передал Мелдее.

— Жди ответа, — небрежно бросила она гонцу.

Мужчина откланялся, спустился и спешно скрылся за зелеными зарослями. Точнее, его тело скрылось, а вот сапоги исполинского размера я хорошо видела за стволами живой изгороди.

Сердце тревожно заколотилось в груди: как теперь выбираться?

Неожиданно совсем рядом, почти надо мной чихнула Мелдея.

— Спаси Светлая! — пожелала статс-фрея Нилена. — Засиделись мы. Сотворить телепорт?

— Нет, хочу пройтись…

Скоро они покинут беседку и тогда наткнутся на меня! Понимая, что путь отступления отрезан, я едва не взвыла.

Оставаться на месте нельзя. Меня только чудом еще не заметили. Поэтому, гонимая страхом, я поползла в противоположный угол поляны. Если дамы решат спуститься по ступенькам, есть шанс, что меня не заметят. Однако когда почти добралась, заметила: беседка имела второй выход в виде навеса из вьющихся лиан с красивым мелкими цветами.

И через какой они пойдут?

Времени на раздумья не было. В гуще зелени легче затеряться, нежели на коротко подстриженном газоне, поэтому зигзагами, полируя животом землю, я добралась до разросшейся цветочной клумбы.

Частично спряталась в раскидистых листьях и… нос к носу столкнулась со Снежком.

Мы уставились друг на друга.

Оценив мой растрепанный вид, пыльный лиф, мокрую от напряжения и волнения спину, панику в моих глазах, кот не только не издал ни звука, но и любезно оставил мне укрытие, а сам нырнул в следующую клумбу.

Спасибо, конечно, прохвост, однако… твое новое укрытие как раз на предполагаемом пути моего бегства. Оценив ситуацию и решив рискнуть, я поползла за ним. Если он хочет остаться незамеченным, пусть выводит отсюда. Уж проходимец-то знает как выбраться — то-то снует по дворцу как у себя дома.

Трудно сказать, что испытал Снежок, когда я опять заявилась к нему.

Покосился на меня, потом закатил глаза, вздохнул и… нырнул в сень арки, увитой зеленью.

Не знаю, удирал ли от меня или помогал, но я упорно следовала за ним.

Снежок недовольно сопел, однако терпел мое вынужденное соседство.

Так мы выбрались к оранжерее.

Я слышала, что она протяженная, славится великолепием и изобилием цветов, и требует не только большого вливания магии, но и труда садовников, которых тут полно. Эх, я бы предпочла выбраться в менее ограниченное пространство. Но выбирать не приходилось. Так я хотя бы смогу сделать вид, что ничего не подслушивала.

Вскочила на ноги и, на ходу отряхиваясь, побежала в оранжерею, надеясь скорее найти выход.

Увы, обрадовалась преждевременно. Через стеклянные стены я увидела в соседней оранжерее несколько слуг, которые спорили о чем-то, и в сотый раз пожалела, что поддалась глупости и оказалась между молотом и наковальней.

— Вот же! — простонала и метнулась обратно, но на дорожке заметила белое платье Мелдеи и бардовое статс-фрей Нилены. Они шли сюда!

«О, Божечки!» — взмолилась я. Да лучше бы я осталась ползать в кустах!

В оранжерее прятаться негде. Между тем они приближались.

В отчаянии я нырнула за раскидистый куст в большой кадке, от которого сладко пахло. Поджала ноги и притихла. Если повезет, пройдут мимо, а потом я выбегу на поляну.

Мне оставалось только надеяться на чудо.

Мелдея с советницей зашли в оранжерею. Неспешно шагая, они миновали почти половину. Я уже обрадовалась и почти поверила, что все удалось, когда Нилена ахнула:

— Судьбонос зацвел!

Я не знала, что это за растение, но сердце екнуло в дурном предчувствии. И верно, они двинулись к тому самому кусту, за которым притаилась я.

Если выживу, никогда больше не подойду к ароматным цветам, потому что от них одно зло. Для меня во всяком случае.

Подобрала юбку, вжалась спиной в большую цветочную кадку. От легкого толчка ветви растения закачались, и на меня посыпалась пыльца.

Я поморщилась, потерла лицо о плечо, чтобы смахнуть желтую пыль, но часть ее попала на нос. Скорее зажала его рукой, да поздно. Щекотание и явственный позыв к чиханию появились почти сразу.

Озноб пробрал меня. Я начала судорожно строить гримасы, водить носом, чтобы удержаться от чиха, но не везет мне на цветы в Элирии.

Сдерживаясь из последних сил, я напряглась… Рядом, предчувствуя беду, вынырнул Снежок и вскочил мне на колени, пытаясь отвлечь, уговорить еще немного потерпеть. Его испуганные круглые глаза смотрели со страхом и мольбой, и я особенно четко осознала, в какую серьезную передрягу мы попали. Меня обнаружат и прибьют на месте. Это конец.

Все бы отдала, только бы не чихнуть. Зажала ладонями рот, сомкнула губы, но… тело сотряс спазм, в грудь рефлекторно набрался воздух, я чихнула. И ощутила, как из-под моей спины рывком выдернули кадку.