Эпизод 19

Алый свет озарил кабину.

Тело первого пилота взорвалось почти сразу.

Брызги крови метнулись в стороны и окатили лицо второго пилота. Тот схватился за штурвал, но красный луч резанул мужчину по шее, и тот рухнул замертво прямо на панель управления.

Оставшийся без пилотов, верхолёт дёрнулся в воздухе.

— Штурва-а-а-ал! — истошно закричал кто-то из охраны.

Трое сразу кинулись тушить пожар, вспыхнувший в салоне, один метнулся в кабину пилотов, но я оказался быстрее, да и размером поменьше, а значит — проворнее. Проскочил над перегородкой, как чёртова белка, соскользнул в кабину, оттолкнул изуродованное тело второго пилота и вцепился в скользкий от крови штурвал.

Красный луч снова ударил в стекло и опалил мне волосы на макушке.

Я отпустил штурвал и пригнулся, прячась за мертвецом. Ему снова досталось — луч прожёг его ещё раз, взрывая останки тела. Меня не просто забрызгало кровью, а окатило, как из ведра.

— Держите штурвал, мать вашу!! — рявкнул Маямото где-то позади меня. — Оками, бери разгон!! Телепортируй машину!

Я нашарил ладонью желоб со стержнями заклинаний телепортации. Их было три, но ни один не подавал признаков готовности к работе — скорости не хватало. Мой мозг в это время вспоминал, чему учила меня Мидори.

«Летаешь, как стрекоза в припадке!» — возмущалась она тогда.

Именно это я и решил сделать. Навалившись на штурвал, рванул вправо и вверх, креня машину в сторону, будто заходя на круг, а потом так же резко повернул влево.

Всех, кто был в верхолёте, бросило в сторону.

— Оками! Мать твою!! — опять заорал Маямото. — Набирай скорость! Что за зигзаги?!

Он бы мог этого не говорить, я и сам понимал, что нужно набирать скорость и валить из этого пекла. Жить хотелось не только ему, но и мне.

Только на залитой кровью панели управления мигали несколько датчиков.

— Лопасти! — выкрикнул я. — Они сожгли лопасти! Слева отказали все!

Верхолёт снова дёрнулся в сторону и накренился — теперь уже без моего участия. Одно стало ясно: скорости мы уже не наберём, а значит, не телепортируемся. Спасти нас могла только мало-мальски мягкая посадка.

Я ещё больше накренил машину, на этот раз действительно заходя на круг, и направил падающий верхолёт в сторону реки, в самую широкую её часть, которую приметил поблизости.

Господи, только бы дотянуть…

— Садимся на воду!! — рявкнул я, перекрикивая гул падающей машины и вой ветра. — Держитесь!!!

Моя измазанная в крови рука нашарила ремень безопасности и быстро его защёлкнула.

Позади в салоне все смолкли, даже Маямото перестал выкрикивать приказы.

Дымя и дёргаясь в агонии, машина стремительно летела к берегу. Одной рукой я продолжал наваливаться на штурвал, а второй контролировал соляные знаки на панели и невольно мне казалось, что невидимые пальцы Мидори снова легли на мою ладонь, направляя движение.

«Не дёргай рукой».

«Спокойно».

«Плавно».

«Если будешь падать, молись Богине Неба Ковентине. Это не спасёт тебя от смерти, зато будет чем заняться».

Земля приближалась, верхолёт гудел, кабина дрожала. Чужая кровь смешалась с потом и каплями стекала по моим вискам и переносице, разъедая глаза похлеще любой кислоты.

Сощурившись и напрягшись до боли в мышцах, я держал штурвал и смотрел вперёд, в потрескавшееся и прожжённое стекло. Ветер трепал волосы, уши закладывало от перепада давления.

Мысленно я уже рассчитал траекторию. Если сохранится та же скорость и тот же угол пике, то будет шанс спастись.

До реки оставалось немного.

Ещё немного.

Я стиснул зубы. Молитва Жрецов на языке воздушных магов сама собой всплыла в памяти.

«Обращаюсь к благословенной Богине Неба, великой Ковентине! Подари мне лёгкость и силу мысли! Пусть её полёт будет стремительным, а небеса чистыми! Пусть она вознесёт меня вместе с собой!..».

Нахрена я вообще это вспомнил — сам не понял.

Оно просто вспомнилось.

Машина дёрнулась и сделала последний рывок вперёд. Блестящая водная гладь возникла перед глазами, как надвигающийся океан, и заполонила собой пространство перед носом машины.

— Приготовиться! Уда-а-ар! — Это последнее, что я успел выкрикнуть перед тем, как верхолёт с адским шумом, скрежетом и гулом пропорол поверхность реки.

От удара меня чуть не перерубило ремнём безопасности. Рёбра сдавило вместе с лёгкими, дыхание застряло в глотке, аж сознание помутилось. По телу пронёсся жар, голова дёрнулась вверх и назад, кресло пилота подо мной затрещало.

Через разбитые стёкла хлынула вода.

Шум и бурление перекрыли другие звуки.

Ослабевшей рукой я нашарил ремень безопасности и еле убрал его с себя, затем обернулся и глянул на салон. Один охранник погиб в пожаре; оставшиеся трое уже освобождали Маямото от ремней безопасности и выбивали дверь машины.

Тем временем вода стремительно поглощала верхолёт.

Я быстро зацепился за подголовник сиденья, подтянулся и ногами выбил остатки стекла на двери кабины.

Верхолёт продолжал опускаться в пучину, шипя воздухом.

Выбравшись в окно, я перелез на крышу и переполз в ту сторону, где охрана вышибла дверь. Маямото был уже в воде, и вид у него поменялся — в лице появились звериные черты, плечи стали мускулистыми. Он уверенно держался на воде и быстро осматривал округу.

Заметив меня на крыше, он крикнул рычащим голосом:

— Дер-р-ржись р-р-рядом!!

И мощными рывками погрёб в сторону восточного берега реки.

Я прыгнул в воду и поплыл следом. Сейчас Маямото был для меня не только особо охраняемым лицом. Он мог стать и моим спасением. Это был сильный маг, а, судя по всему, крушение верхолёта было только разминкой — битва с чароитами ещё не закончилась.

Маямото выбрался из воды первым.

Его тело стало выше и мощнее, оно глыбой поднялось в свете луны. Теперь это был Полузверь. Он стоял ко мне спиной, и я не видел его лица, но, судя по силуэту, Маямото превратился в существо, имевшее кошачьи черты.

Его окружили три уцелевших охранника: двое со щитами Стражей, третий — Жрец. Через несколько секунд присоединился и я.

Впятером мы быстро оглядели берег.

За несколько километров от нас, на западном берегу реки Андр, шёл грандиозный бой. Отблески вспышек мерцали в ночном небе, звуки залпов эхом гремели по всей долине.

— Уходим к гор-р-ам, — тихим рыком скомандовал Маямото и посмотрел на меня.

От взгляда его пожелтевших глаз с вертикальными зрачками по телу пробежали мурашки.

Маямото повёл плечами и вытянул позвоночник, как котяра. Кажется, я даже услышал кошачий рык внутри его утробы.

— Оками, дер-р-жись р-рядом. Впер-рёд!

Он постоянно требовал, чтобы я держался рядом. И я держался.

Мы побежали вдоль берега, стараясь уходить под прикрытие кустов и деревьев, но это нас не спасло. Через несколько минут впереди блеснуло алое марево, и в его свете появились пятеро.

Высокие, в чёрных плащах.

Чароиты — ошибиться было невозможно. Их глаза мерцали точками в темноте, как тлеющие сигары.

Вся группа сразу рванула на нас, разбегаясь в стороны и окружая. Я выхватил трубку-метатель и выпустил по противникам два заряда заклинаний, выбрав именно те, что били по площади градом — прицелиться в кого-то одного было невозможно.

Двоих чароитов сшибло сразу, ещё один увернулся от ударов, а четвёртый выпустил в ответ свет своих адских глаз, сжигая часть града ещё на подлёте.

В ночном небе прогрохотали красно-зелёные вспышки.

В это время двое Стражей выставили заслон из щитов и отправили мощнейшую таранную волну в атакующих. Жрец выхватил бубен и забарабанил, как бешеный, насылая волны паралича на всех чароитов сразу.

И щиты, и паралич задержали нападающих и даже отшибли их назад, но совсем ненадолго.

Через несколько секунд все пятеро пустили в контратаку такой яркий поток света, что вокруг вспыхнули не только кусты с деревьями, но и сама земля. Ночь озарилась алым, и в буре пламени я всё больше узнавал лица своих врагов.

Это были те самые чароиты, что напали на свадьбу.

Во главе их банды шла женщина. Именно она кричала тогда в истерике, когда я убил её подельника Римона. Это точно была она. Высокая, молодая, с длинными чёрными волосами, распущенными по плечам.

Она шла прямо на нас, не стремясь прикрыться, будто бессмертная.

Маямото прищурился, вглядываясь в её лицо. Он узнал эту женщину, хотя на свадьбе делал вид, что впервые её видит.

— Ну иди сюда, крошка Джад, — прошептал он. — Папочка тебя встретит.

Страха в его голосе я не заметил. Лишь звериный азарт и угрозу.

— Пятеро против пятерых. Станцуем, — добавил он уже громче и внезапно издал такой рык, что завибрировал воздух.

Его пиджак лопнул на теле, затрещав по швам, а тело увеличилось ещё больше.

Маямото ухватил меня лапой за плечо, не сводя глаз с приближающейся женщины.

— Когда совсем прижмёт, задействуй свою сверхспособность, Волчара. Иначе мы все тут ляжем. Джад никого не оставит в живых. Эта бешеная сука нас живьём сожрёт за своего убитого мужа. Она ждала именно меня. А заодно и тебя, ведь это ты убил Римона. Сначала нужно убрать её, затем всё остальное. Помоги мне это сделать!

Маямото отпустил моё плечо, а потом сделал то, чего бы я никогда от него не ожидал.

Оттолкнулся от земли прямо с места, подлетев метров на пять, уцепился когтями за ствол ближайшего дерева с горящей кроной, а затем таким же мощным рывком кинулся вниз.

Скорость его прыжков была запредельной.

Он сшиб женщину с ног — та даже светом ударить не успела — и они кубарем прокатились по берегу, а затем рухнули в воду.

Рык Маямото оглушил округу. Он навалился на женщину и ударил её когтями точно в голову. Сейчас это был совсем не торгаш, это был зверь, еле сдерживающий себя в кровожадности. А ведь я тоже буду изучать Линию Охотников и, возможно, когда-то стану таким же…

Об этом я подумал на границе сознания, потому что уже рванул к Маямото с перезаряженной трубкой-метателем, но добежать не успел — сбоку метнулся красный луч.

И снова меня спасла реакция.

Я прыгнул в сторону, упал плашмя на живот, во влажную траву берега, и, не медля ни мгновения, перекатился в воду. Вскипевшая влага зашипела, в лицо ударил горячий пар, но от луча я всё же увернулся.

— Взять живым! — услышал я приказ одного из чароитов.

Кого именно он имел в виду, задумываться я не стал.

До Маямото оставалось метров тридцать. Он продолжал драться с женщиной, и о таких схватках должны слагать легенды.

Оба противника были одинаково сильными.

Маямото обрушивал мощные удары на женщину, топил её, рычал и всё больше входил в раж, не давая противнику прицелиться светом глаз.

Высокая и сильная, женщина отвечала такими же мощными ударами и больше пускала в ход ноги. Она била ими с такой силой и скоростью, что Маямото отшатывался, запрокидывая голову.

Они сцепились насмерть.

Полузверь набрасывался на женщину с нарастающим гневом, а та ловко уворачивалась от его когтей, но порой пропускала удары, и её отшвыривало в реку. Свет её глаз постоянно промахивался, лучи резали ночное небо, как прожектора, но в зверя не попадали. Вода бурлила, взрывалась брызгами, нагревалась и шипела на телах дерущихся.

Воздух пропах гарью. Клубы пара скрыли часть берега.

Пока противники сражались, сцепившись телами, прицелиться и выстрелить в женщину было нельзя. И тогда я решил использовать кое-что другое.

Отскочив от очередного луча фагнума, мелькнувшего над моей головой, я шагнул дальше в воду, а затем нарисовал в воздухе знак «крылья» вместе со «стрелой вверх».

Сфера эфира.

Это был большой риск, но хуже всё равно некуда. Либо рискнуть, либо сдохнуть. Была надежда, что с освобождением моего астрального тела увеличилась и сила моего атласа, а значит, и эффект соляных знаков, что были в нём начертаны.

Меня выбросило из воды на несколько метров, но вместо того, чтобы сразу же исполнить знак «стрела вниз», я нарисовал другой.

Цуо.

Сфера холода.

Прямо в полёте опустил руки и начертил соляные знаки «треугольник», сгрёб побольше воздуха и пустил его вниз, направляя поток магии с высоты прямо на место схватки Маямото и Джад.

Ледяной ветер ударил в воду.

Раздался хруст.

Часть реки тут же сковало льдом, а вместе с ней и Маямото с Джад. Те просто вмёрзли в реку по самую макушку.

Это всё, что я успел увидеть перед ударом о воду, потому что «стрелу вниз» нарисовать уже не успел. Моё приводнение было жёстким. Если бы внизу была не река, а земля — я бы кости переломал и вряд ли выжил, но вода смягчила падение.

Рухнул я ближе к середине реки. Меня протащило течением и швырнуло на камень.

Колено пронзило болью, его будто раздробило от удара.

Ах ты ж мать его!

Зацепившись руками за злосчастный камень, я еле выполз и лёг на него животом. На берегу продолжался бой. Один из чароитов был мёртв, как и один из Стражей. Он лежал без головы прямо у воды, а второй бился сразу с тремя чароитами. Его таранные волны сгорали, не долетая до врага, и жить охраннику оставалось считанные секунды.

Значит, пока четверо против четверых.

Хотя… уже нет.

Страж сгорел на моих глазах, вспыхнув вместе со своим щитом. Теперь осталось трое против четверых — и совсем не в нашу пользу.

Я нашарил трубку-метатель у себя на поясе и быстро зарядил его заклинанием «мини-пушка». Теперь главное — точно прицелиться. Вскарабкавшись на камень и уперев в него колени, я положил трубку на плечо и выстроил прицел, наведя его на замороженную фигуру Джад.

Выдохнул и задержал дыхание, чтобы руки не дрожали.

Палец лёг на соляной знак трубки, и заряд метнулся к цели. Отдачей меня оттащило назад, и я чуть не завалился обратно в воду.

Заклинание образовало ядро, мерцающее зеленью, и сработало точно, как надо — ударило и смело женщину на берег, а там её уже встретил Жрец, и на этот раз он не стал пользоваться бубном. Мужчина кинулся на врага с кинжалом, и если бы он успел ударить — Джад была бы мертва.

Но он не успел.

Трое чароитов, добившие Стража, сразу же переключились на последнего охранника — Жреца. Так он и вспыхнул алым огнём вместе с кинжалом, занесённым над шеей Джад.

Теперь нас осталось двое: я и Маямото.

А чароитов — четверо.

Хоть Джад и лежала сейчас в отключке, но остальные трое красноглазых представляли не меньшую опасность. Тем временем Маямото уже выбрался изо льда и готовился кинуться на приближающихся чароитов, но я рявкнул ему, что было сил:

— В сторону-у-у-у-у!

Он шарахнулся вбок, а я молниеносно перезарядил трубку, отправляя в неё последний стрежень с заклинанием «звёздный град», и немедля пустил его в чароитов.

По берегу снова прогрохотало.

Зелёные звёзды ударили по площади и взрывами отшибли всех троих. Маямото тут же бросился на добивание. Первого оглушённого чароита он порвал надвое за пару ударов, тот даже не успел понять, что с ним случилось.

Трое против двух.

И снова не в нашу пользу.

Я сунул трубку в пояс, оттолкнулся от камня, нырнул и поплыл в сторону берега. Плавал я хорошо, спасибо кадетскому корпусу и тренировкам в бассейне. Правда, экипировка сильно мешала, да и ушибленное колено адски болело при каждом движении.

Добравшись наконец до берега, я сразу рванул к Маямото, прихрамывая на правую ногу.

Он в это время дрался с двумя чароитами. На женщину у него просто не было времени, а она в этот момент как раз приподнялась на локтях и посмотрела прямо на меня.

Её лицо исказил гнев.

В эту секунду я понял, что преследовала она в первую очередь не Маямото, а меня, ведь именно я убил её мужа, и она это видела.

Одним движением Джад вскочила на ноги и кинулась в мою сторону, забыв обо всех. Её глаза вспыхнули алым светом фагнума. Это был жуткий момент. Высокая тварь в алом зареве, готовая с меня кожу содрать, приближалась с бешеной скоростью, а я бежал ей навстречу.

От Джад мне было уже не уйти, поэтому прямо на бегу я призвал свой психодух, и он откликнулся. Сверхспособность явилась, когда мне было нужно, подчинившись моей воле.

По телу пробежал уже знакомый мороз.

И на этот раз никаких чёрных жил не возникло.

Я ощутил прилив сил, белое сияние озарило светом моё тело и сразу погасло. Психодух был готов к бою, только Джад в меня не целилась. Она отлично знала, что я могу отразить свет фагнума и убить любого, как убил на свадьбе её мужа Римона.

Женщина отправила свет не в меня, а обожгла землю вокруг.

Она заключала меня в ловушку из красного пламени, из которого бы я уже не выбрался, а это она умела делать даже получше своего мужа. Слепящий свет за секунды вспыхнул со всех сторон, и теперь бы мне никакие заклинания не помогли.

Ни кинжалы, ни сюрикены.

Ничего.

Маямото в это время был занят, его атаковали беспрерывно, не давая даже отвлечься, а Джад всё приближалась ко мне. Огненная ловушка вокруг меня смыкалась.

Я метнулся в сторону — в единственный разрыв в пламени, но тут услышал рычанье Маямото:

— Оками! Бер-р-регись!

Через мгновение в меня ударил луч другого чароита. Он попал точно мне в грудь. По ощущениям, я будто сгорел заживо, но в то же время психодух принял удар и отправил его в контратаку.

Прицел я выстроил моментально. Сделал всё так, как контролировал полёт сюрикенов: повернул голову, спланировал траекторию взглядом и указал цель.

Лучи из моих глаз прожгли чароита, будто резанули по нему раскалённым лезвием. Он вспыхнул и через несколько секунд взорвался на куски, забросав Маямото кровью.

Психодух хоть и отразил свет фагнума, но от боли не спас.

Меня повело в сторону, и я рухнул на колени. Жар фагнума обжёг внутренности, разнося адскую боль по телу. Тем временем огненная ловушка вокруг меня уже сомкнулась, отрезая путь к спасению.

Я еле поднял голову.

За стеной огня стояла Джад и улыбалась.

Моя рука тут же скользнула вниз, но женщина мгновенно среагировала, отправив огонь к моим ногам.

— Только дёрнись, ублюдок! — рявкнула она. — Подними руки!!

Я не стал испытывать судьбу и медленно приподнял руки, оставив их на уровне груди. От боли меня клонило к земле, но я всё же держался на коленях.

Женщина прошла через стену красного огня и остановилась напротив меня.

Она не атаковала.

Понимала, что если ударит светом, то я отправлю такой ответ, который не оставит ей ни единого шанса. Но в то же время, она понимала, что всё же поймала меня, ведь ни трубкой, ни другим оружием я воспользоваться не мог.

Так мы и смотрели друг на друга.

— Ты умрёшь не здесь и не сейчас, сидхов ублюдок, — сказала Джад, сощурив красные глаза. — А сейчас сними пояс с оружием. Медленно.

Я опустил правую руку и медленно отщёлкнул крепления на поясе.

— Брось в огонь!

Пришлось откинуть пояс вместе с оружием в красное пламя. Трубка с заклинаниями и кинжалы мгновенно вспыхнули и сгорели.

— И ленту с предплечья!

Я отстегнул ленту с сюрикенами, их постигла участь пояса.

Не сводя с меня глаз, женщина нахмурилась, будто вдруг что-то поняла.

— А ведь ты такой же, как те… из поезда… Иномирец…

Внутри меня похолодело.

Значит, она тоже была в поезде Караванного портала. Она участвовала в похищении пассажиров-Иномирцев. И возможно, она была одной из тех, кто случайно отправил меня сюда, что-то сделав с моей капсулой.

Побеждая в себе дрожь, я снова приподнял правую руку на уровне груди, совсем близко к жилету, расстёгнутому наполовину. Там, в наплечной кобуре, ждал своего часа револьвер с заклинанием «смертельная ловушка», готовым пленить и телепортировать врага туда, куда мне нужно.

Как сказал Галей: «Эти заклинания используй только в самом крайнем случае, когда точно будешь уверен, что тебе нужен не мёртвый враг, а враг для допроса».

И глядя на Джад, я уже понял: она и нужна мне для допроса.

Женщина сделала шаг ближе, чтобы досмотреть меня, и гаркнула:

— А теперь вста-ать!!

В ту же секунду моя правая рука скользнула за ворот жилета и выхватила оружие. Легендарный револьвер Фуми Галея сработал безотказно.

Он знал своё дело.

Как и я.

Молниеносное движение руки, взвод курка, прицел, выстрел.

От удара заряда в грудь Джад отбросило назад, прямо в её же пламя, а затем случилось невероятное. Женщину сковало чёрными корнями-плетьми, возникшими будто из земли. Сплело так крепко и резко, что тело Джад выгнулось, она вскрикнула от боли и неожиданности, а потом её поглотил чёрный туман.

Крик женщины утонул в треске синих молний телепортации.

Пламя вокруг меня сразу же погасло.

Я выдохнул, опустил руку с револьвером и повернул голову в ту сторону, где должен был драться Маямото и последний чароит. Только его противника уже не было в живых. Торговец стоял в своём людском облике, а около него лежал труп чароита.

Толстяк внимательно смотрел на меня и мой револьвер.

— А ты не прост, господин Оками, — наконец произнёс он с уважением и удивлением в голосе. — Не зря я в тебя столько золота вложил.

Я убрал револьвер в кобуру и склонился к земле, не в силах больше стоять на коленях и держаться прямо.

— Может, забудем про долги, господин Маямото?

Тот подошёл ко мне, ухватил подмышки и помог подняться.

— Если бы у меня была возможность, парень, я бы загнал тебя в ещё большие долги и заставил бы до конца жизни на меня работать.

Он оглядел поле прошедшей битвы, сгоревшие деревья и кусты, погибших и залитый кровью берег.

— Неплохо. — Потом снова посмотрел на меня. — Куда ты дел Джад?

— Туда, откуда она уже не выберется, — хрипло ответил я, от слабости всё больше наваливаясь на руки Маямото.

Он покачал головой и потянул меня за собой вдоль берега, в сторону гор.

— Джад ничего тебе не скажет. Убей её. Она лучше выгрызет себе сердце, чем заговорит. К тому же, не найдётся того мага, который удержит её в плену.

— Найдётся, — тихо сказал я, подумав о Галее. — Лучше скажите, на кого вы работали сегодня?

Маямото устало выдохнул.

— А как ты думаешь? Кому бы такой, как я, не смог отказать в услуге с риском для жизни?

Я приостановился, подгибая раненую ногу, и глянул Маямото в глаза.

— Императорский Дом? Вы для них старались? Ловили чароитов на якобы краденную партию фагнума? Так?

Маямото нахмурился.

— Ты слишком много об этом думаешь, парень. Твоя задача — охранять мою шкуру. И сегодня ты справился на отлично. Заслужил хороший отдых. Поверь, я умею устраивать своим парням хороший отдых. Мои целительницы тебя обработают, поставят на ноги и сделают тебе приятно. И если выберемся отсюда, вместе помянем ребят, отдавших за меня жизнь.

Он хотел добавить ещё что-то, но тут в небе загудели лопасти.

Появился верхолёт.

Маямото задрал голову и внимательно вгляделся в кабину пилота.

— Это люди Военного Дома Снегова. Не могли раньше прилететь, говнюки.

Машина приземлилась на открытом участке у берега, и из салона вышли несколько человек в синей форме. Пятеро мужчин и девушка.

— А вот и госпожа Акула, — прошептал Маямото. — Ну берегись, пацан. Сейчас эта рыба покажет нам свои зубы…