Под Давлением
Симулятор «Черный Отсек» оказался еще более пугающим, чем она могла себе представить. Не обычная кабина, а огромный, сложный комплекс, способный имитировать самые экстремальные условия. Они с Кайденом вошли в темный, узкий люк, который тут же с шипением запечатался за ними. Внутри царил полумрак, воздух был холодным и влажным, пахло металлом и… тлением. Вокруг — имитация поврежденного отсека космического корабля: искореженные переборки, свисающие кабели, неработающие пульты управления, обломки оборудования. Слабые аварийные лампы лишь подчеркивали атмосферу разрушения и безнадежности.
— Условия: потеря атмосферы, поврежденные системы жизнеобеспечения, ограниченные ресурсы, — голос Кайдена прозвучал рядом, спокойный и четкий, несмотря на гнетущую обстановку. — Ваша задача, кадет Рин — восстановить подачу кислорода и энергии в отсек, используя аварийные протоколы и подручные средства. Время ограничено. Я буду наблюдать.
Он остался стоять у входа, ставшего теперь стеной, словно часть интерьера, его фигура почти сливалась с тенями. Лина же должна была действовать. Она двинулась вперед, ориентируясь в полумраке. Каждый шаг отдавался эхом. Она искала аварийный пульт, обходила завалы, пытаясь найти рабочие узлы. Тренировки с Кайденом научили ее многому — быстро оценивать обстановку, искать уязвимые места, использовать окружение. Но здесь, в этой пугающе реалистичной симуляции, все казалось невероятно сложным.
Воздух становился все разреженнее. Лина чувствовала, как начинает кружится голова, перед глазами появляются мушки. Индикаторы на ее учебном скафандре (который они надели перед входом) предупреждающе мигали. Система жизнеобеспечения симулятора явно была настроена на предельный реализм.
Она добралась до аварийного пульта. Он был поврежден. Панель разбита, провода оборваны. Стандартный протокол — поиск запасного пульта или ремонт этого. Но времени не было. Паника начала подкрадываться.
«Успокойся, Лина, — приказала она себе. — Думай. Нестандартно. Что бы ты сделала на Земле?» На Земле она бы попыталась соединить провода напрямую. Или использовать свою силу. Силу…
Она посмотрела на поврежденный пульт, на оборванные кабели. Она сосредоточилась, вспоминая то чувство потока энергии, которое испытывала, воздействуя на турели или замки. Она протянула руки к оборванным проводам, пытаясь почувствовать их «суть», их функцию. Она не знала, как это работает, просто хотела, чтобы они соединились, чтобы энергия пошла.
Она почувствовала знакомое покалывание в кончиках пальцев, слабый гул в голове. Провода в ее руках замерцали слабым синим светом, а затем, словно под невидимым воздействием, их оборванные концы сдвинулись, приблизились друг к другу… и соединились. Не идеально, не герметично, но достаточно, чтобы восстановить контакт.
Лина поспешно нажала на уцелевшую кнопку на пульте. Замигала зеленая лампочка, послышался тихий гул — система жизнеобеспечения начала восстанавливаться! Воздух в отсеке стал плотнее, дышать стало легче. Сработало! Ее сила сработала!
Она обернулась к Кайдену, чтобы сказать ему об этом, но замерла. Он вышел из тени и стоял всего в нескольких шагах, его лицо было обращено к ней. Он все видел. В его глазах больше не было холодной непроницаемости. Было… изумление. Глубокое, нескрываемое изумление, смешанное с чем-то похожим на… опасение? Он быстро моргнул, и маска вернулась на место, но Лина успела увидеть трещину.
— Неплохо, кадет, — произнес он ровно. — Неортодоксальный ремонт. Эффективный. Можете объяснить?
— Я… я просто… соединила провода, сэр, — пробормотала Лина, не зная, что сказать о силе.
— Я видел, кадет, — его голос стал тише. — Я видел, как провода соединились без физического контакта. Как энергия… отреагировала на вас. Что это было?
Ситуация была напряженной. Он знал. Он видел ее силу. Но прежде чем Лина успела ответить, симулятор, который до этого работал идеально, внезапно затрясся. Раздался пронзительный вой сирены, свет замигал еще сильнее, а затем — громкий треск! Часть искореженной переборки над ними с грохотом обрушилась, заваливая проход.
Это не было частью симуляции. Или, по крайней мере, не должно было быть. Что-то пошло не так. Лина инстинктивно вскрикнула и отпрянула, но обломки падали слишком быстро.
Кайден бросился к ней. Одним стремительным движением он подхватил ее, прижал к себе, закрывая своим телом, и рванул в сторону, уходя от основного удара. Тяжелая металлическая балка рухнула буквально в сантиметрах от их голов. Они упали, прижатые друг к другу, в узкую нишу между обломками и стеной. Пыль висела в воздухе, освещение погасло окончательно, оставив их в полной темноте и тишине.
Непосредственная опасность миновала. Они были целы. Но оказались заперты в этой тесной нише, прижатые друг к другу его сильными руками. Адреналин все еще бушевал в крови, дыхание сбилось у обоих. Ощущение его тела, плотно прижатого к ее, было ошеломляющим. Она чувствовала его силу, его тепло, запах его формы, его тяжелое дыхание у своего уха. Он не отпускал ее сразу, его хватка была сильной, почти болезненной.
Напряжение, копившееся между ними на протяжении недель тренировок, взглядов, саркастических пикировок, в этот момент достигло критической точки. Они были на пределе. Физически, эмоционально. И в этой кромешной тьме, прижатые друг к другу после пережитой опасности, все барьеры, все маски, казалось, рухнули.