Глава 11

Этьен

Я медленно приходил в себя. В голове гудело, запахи почти не ощущались, только на языке имелся вязкий привкус какой — то гадости.

— Что это? — спросил я, заметив сидящего рядом со мной Кирилла.

— Новая разработка Ильи. Круто, да? Вырубает почти мгновенно — и без отдачи.

Кузен так усердно демонстрировал свой дружеский настрой, что я не сдержался — фыркнул.

И не принял того, что он мне предлагал.

— Ты не имел права её забирать.

— Лучше, чтобы она покончила с собой? — приподнял бровь Баев. — Да ты шутник.

— Достаточно было сказать мне, что она собирается это сделать.

— И что? — теперь уже фыркнул Кирилл. — Засунул бы её в клетку?

— Не делай из меня чудовище, — раздражённо ощерился я. — Может, много столетий назад мой предок и похитил девушку из твоей стаи, но он заботился о ней. У обыкновенной крестьянки был личный дом, собственные слуги, и все её щенки были признаны герцогом.

Баев наклонился ко мне и произнёс короткую фразу, которая положила конец нашей многолетней дружбе.

-Я не делаю из тебя чудовище. Но и ты не веди себя, как сын своего отца.

Я хотел было тут же кинуться на Баева, но всего лишь несколько раз позорно дёрнулся на месте, абсолютно беспомощный, а оттого ещё более злой.

— Говорю же, крутая штука, — улыбнулся Кирилл. И тут же, стерев наигранную улыбку с лица, добавил. — Этьен, не дури. Ты не прав.

— Не смей использовать историю моих родителей в борьбе за Таис. И вообще, какое тебе дело до моей суки?

— Она — оборотница моей стаи.

— Прекрати, — криво усмехнулся я. — Она почти человек, даже оборачиваться не может. Зачем тебе такая ущербная сука?

— И пусть не оборачивается, — ухмыльнулся Баев, откинувшись на спинку стула. — Зато у дочки её с оборотом проблем точно не будет.

— Таис носит моего щенка, — рыкнул я, приподымаясь на локтях. — Мой щенок будет расти в моей стае!

— Если только его мать примет тебя как истинного, — издевательски улыбнулся Баев. — Или если её Альфа даст добро на этот брак. А я его не дам. Так что у тебя, брат, всего лишь один путь вернуть назад свою пару — её добровольное на то согласие.

Громко клацнув зубами со злости, я хмыкнул.

— То есть можно считать, что мой смертный приговор подписан? Без Таис я сойду с ума быстрее, чем пройдет действие твоего долбанного лекарства.

— О, не бойся. Я разрешу вам видеться — но только под моим личным присмотром.

— Боишься, что украду? — прищурился я. Бай кивнул.

— Боюсь.

Я же хрипло рассмеялся.

— Никогда не думал, что единственный, кому я по настоящему доверял, всадит мне нож в спину.

— А я никогда не думал, что мальчик, который видел, что вытворял его отец, станет пугать свою пару клеткой.

— Я. Хотел. Разбудить. Её. Волчицу. — Резко ответил я.

— А добился только того, что теперь твоя пара трясётся от страха при одном упоминании твоего имени, — покачал головой Баев. — Действие лекарства скоро закончится. Ты волен уйти, когда захочешь. Можешь потрахать провинившихся самок — они тут, за стеной.

— Ты меня приволок в бордель?

— Прости, но я как- то не рискнул запускать тебя в семейный замок. Ты и так разнёс предостаточно. Кстати, твой порш восстановлению не подлежит.

— Не важно, — вяло кивнул я. — Закажу новый.

Вместе с одеждой. Я чувствовал, что на мне сейчас одежда Кирилла, и это душило меня.

— Где мой телефон?

Кирилл достал сотовый из кармана куртки и швырнул его в меня.

— Я предупредил Марка, что ты какое- то время не будешь на связи.

— А он?

— Собирался собрать Совет Вожаков. — Кирилл уважительно покачал головой. — Хороший бета, верный.

— Чего не скажешь о моих родственниках, — ощерился я. — Тут мне не повезло.

— Посмотрим, что ты скажешь через пару лет.

Я промолчал, мысленно про себя решив, что пару лет я уж точно ждать не буду. Исподлобья наблюдая за Баевым, я потянулся к телефону.

— Я сообщу тебе, когда Тая будет готова с тобой встретиться, — сказал Кирилл, поднимаясь со стула. — Этьен, я знаю, что сейчас ты меня не услышишь, но, надеюсь, что хотя бы запомнишь.

Мой кузен перед тем, как сверкнуть взглядом вожака волчьей стаи, глубоко вздохнул.

— Умные люди говорят, что любящая женщина способна простить своему мужчине всё что угодно. Но при одном важном условии: эта женщина должна быть уверена, что её любовь взаимна.

— Избави меня от дешевой лирики, — скривился я, набирая номер Марка. В это время где — то вдалеке открылись двери, и мы оба услышали протяжный стон получившей наслаждение суки. — И подбери мне другое место. Я здесь не останусь.

— А что не нравится? — тут же ощерился Баев. — Почти как у тебя в замке.

И этот гад вышел за дверь, не дав мне возможности ответить.

— ….Альфа? Альфа, Вы где?

Тая

Проснулась я в большой, светлой комнате, так не похожей на спальню в замке Валуа.

Здесь не было дорогой антикварной мебели, не было и старинных картин в дорогих позолоченных рамах … только светлые, персикового оттенка, стены; белоснежные струящиеся вниз занавески, ограждающие комнату от яркого слепящего солнца и добротная, но лишённая каких — либо декоративных орнаментов, мебель.

А самое главное, и самое приятное, что было в этой комнате — что я проснулась одна.

Откинувшись на подушки, я довольно рассмеялась, сама ещё не веря своему счастью — неужели все мои беды и несчастия закончились? Неужели Альфа моего отца защитит меня от Валуа?

Шестое чувство, правда, подсказывало, что всё будет очень непросто, но всё — равно… У меня был этот день, и это замечательное утро!

Полежав в кровати с полчаса, я решила, что всё — таки надо подниматься, и даже успела застелить постель, когда в комнату осторожно заглянула девушка — горничная, которая помогала мне вчера. Анхелика всего лишь два года назад получила работу в замке, тогда же она стала более усердно изучать русский язык. Но вот удивительно: Анхелика говорила на русском куда лучше, чем я на английском, который зубрила со школы.

— Но у меня же ежедневная практика, — рассмеялась в ответ девушка, когда я сказала ей об этом, пока мы поднимались в комнату. — Альфа, Луна, наследник, даже половина докторов стаи говорят по русски.

— А как так получилось, что русский человек стал Альфой в Испании?

- Оборотень, — улыбнулась в ответ девушка. — Не человек. Альфа наследовал стаю от своего дяди. Его мать была испанкой, а отец — русским.

— Аааа, — понимающе протянула я. Значит, Альфа отца наполовину испанец. — Анхелика, мне вот интересно, а зачем оборотням вообще нужны стаи, Альфы? Разве без этого нельзя прожить?

— Ты что, — замотала в ужасе головой Анхелика. — Это очень, очень плохая идея.

— Это почему?

Девушка на минуту задумалась.

— Ты знаешь, чем отличается общество от толпы?

— Ну, — прикинула я в уме, — общество — структурировано, а толпа — нет.

— Именно, — кивнула Анхелика. — Любое общество: неважно, человеческое ли, оборотней, или, допустим, общество каких — нибудь ученых — ни один живой коллектив невозможен без лидеров, исполнителей, без «полицейских», без мечтателей…

— То есть Альфы — это лидеры стаи?

— Это те, которые обладают силой, сохраняя в стае баланс между двумя лицами, — немного загадочно ответила Анхелика. — Без Альфы, стая почти немедленно распадается. Законы рушатся. Становится тяжело сдерживать свои животные инстинкты. А главное — те, которые подошли к точке не возврата, становятся одичалыми внезапно, уничтожая при этом подчас целые посёлки.

Поёжившись, она тяжело вздохнула.

— Мне мама рассказывала, что когда старый Альфа погиб, стае пришлось нелегко… Тогда многие пытались разбить стаю, разделить земли, даже вывести непомеченных самок, но Кирилл Владимирович — сумел сохранить всё в изначальном виде. И даже приумножил. А теперь с нами ещё и его жена — Альфа — самка. Знаешь, нам очень повезло!

Глядя на её счастливое лицо, я подумала, что, по крайней мере, эмоции этой девушки сильно отличаются от зажатой всегда напряжённой Леры. Это ли не показатель?

Впрочем, тогда я не спешила торопиться составлять своё мнение.

Однако и сейчас, заглянув в комнату, Анхелика открыто мне улыбалась.

— Доброе утро. Выспалась?

— Кажется, да — кивнула я, заражаясь от неё хорошим настроением. — Впервые за долгое время. Сколько времени?

— Всего начало десятого. — Она вытащила из кармана телефон, и набрала какой — то короткий номер, сбросив звонок.

— Если хочешь, сходи пока в туалет, но душ не принимай. Сейчас придет доктор — осмотрит тебя.

— Доктор?

Анхелика кивнула.

— Ты пережила сильный стресс и другие неблагоприятные условия для организма, — как маленькой, заметила горничная. — Доктор может прописать витамины, или травяные чаи… или просто подольше гулять.

Я понимала, что меня просто успокаивают, но… после ужаса замка Валуа, я была рада успокоиться. А потому просто сделала, что она сказала. Сбегала в туалет, и вернулась назад в спальню — так и оставаясь в одних трусиках и длинной футболке, которые мне вчера принесла запакованными Анхелика.

Врач, который появился в комнате спустя каких — то несколько минут, вообще не напоминал доктора. Скорее военного. Коротко подстриженный, с военной выправкой мужчина лет сорока пяти, он был одет в безупречный деловой костюм, и казался чем — то инородным в светлой, утренней спальне.

— Это наш Илья Романович, — представила врача Анхелика, а сама потихоньку смылась из комнаты.

Мне пришлось самой называть своё имя.

— Таисия, но лучше просто Тая.

— Добро пожаловать домой, Тая, — кивнул врач, доставая из небольшого чемоданчика какие — то приборы. — Вы не возражаете, если я возьму у вас анализы? Я понимаю, это не самая приятная процедура, но Альфа просто хочет быть уверен, что с вами всё хорошо.

— Со мной всё хорошо.

— Мы просто хотим убедиться.

Я пожала плечами.

— Пожалуйста.

Мне тут же измерили температуру, давление, взяли кровь, которую тут же поместили в один из хитрых приборов… или это был какой — то специальный контейнер, чтоб кровь не портилась? Впрочем, не важно.

Закончив с анализами, он присел на кровать и попросил:

— Тая, пожалуйста, последите за моим пальцем.

А пока водил пальцем взад — вперед, интересовался о том, как я провела ночь. Как спалось, что я чувствую. Испытываю ли дискомфорт.

— Что вы, всё прекрасно, — замотала я головой, не понимая скептически настроенного выражения лица доктора.

— Н-да, ещё слишком рано, да и вы девушка у нас стойкая, — заметил доктор со странной интонацией в голосе. — Конечно, лучше бы Луна тоже посмотрела… Но у нас ещё будет время.

— Что — то не так? — взволнованно спросила я.

Не то, чтобы физически я чувствовала себя плохо, но …та блондинка, которая мне помогала. Как так получилось, что остальные её не увидели? Вдруг из — за Валуа, я окончательно сошла с ума?

— Что вы, — покачал головой Илья Романович, — никаких проблем по моей части я не наблюдаю, чему очень рад.

Поднявшись, доктор стал собирать всё обратно в свой чемоданчик.

— Я предлагаю вам сейчас спокойно, плотно позавтракать, а где — то через часик, — Илья Романович посмотрел на часы, — …через сорок пять минут вас проводят к Альфе.

Съежившись, я почти моментально отскочила к изголовью кровати.

— Меня отдают, да?

— Отдают? — нахмурился доктор. — Кому?

— Валуа. — Я из последних сил держалась, чтобы не заплакать. — Валуа требует меня назад?

— Голубушка, — покачал головой Илья Романович, — Вы правда считаете, что Альфа может быть таким …гм… недалёким?

Встретив мой испуганный взгляд, он по — доброму улыбнулся.

— Альфа Баев послал лучших своих воинов, чтобы привести вас домой. Были затрачены ресурсы, а наши оборотни почти полностью пропустили полнолуние, из — за чего будут целый месяц маяться со своим зверем. Как вы думаете, пошёл бы наш Альфа на такой шаг, если бы знал, что вас придётся почти сразу вернуть мужу?

— … но, возможно, какие — то открывшиеся обстоятельства.

— Альфа всегда всесторонне изучают любые обстоятельства, прежде чем отдать приказ, — взявшись за ручку двери, Илья Романович произнес. — Не волнуйтесь, Тая. Всё будет хорошо.

Когда он вышел, мне вдруг почудилось, что уже за дверью он добавил «когда — нибудь», но… зачем бы врачу говорить такое?

Правда, как следует подумать об этом времени у меня не оказалось: ворвавшаяся в комнату румяная Анхелика везла за собой тележку с завтраком как минимум на целую роту.

— Не знаю, что именно ты любишь, поэтому захватила всё, — правильно истолковав мой взгляд, улыбнулась девушка. — Подожди, сейчас принесу одежду и обувь.

— Можно, я сначала в душ? — спросила я.

Анхелика кивнула.

— Как хочешь. Только поторопись, а то всё остынет.

Несмотря на то, что еда пахла замечательно, мне всё же хотелось сначала принять душ. Смыть с себя свой липкий страх.

— Если тебе нужны чистые полотенца и новый купальный халат — возьми в тумбочке, — крикнула Анхелика уже из коридора, — там, где я тебе показывала утром.

— Спасибо, да, — крикнула я в ответ, мысленно ловя себя на мысли, что я ведь и правда оказалась в стае моего отца всего лишь несколько часов назад. Ещё вчера, в это время, мне казалось, что моя жизнь кончена — а я сама превратилась в пустую куклу для секса одного озабоченного оборотня.

Воспоминания о том, как Этьен насиловал меня в последний раз, заставили меня вздрогнуть.

— В ванну, — напомнила я самой себе. — Мне срочно нужно принять ванну.

Точнее, душ.

Это ночью я около часа отмокала в глубокой белоснежной ванне, согреваясь после долгой дороги, и одновременно с этим смывая с себя всю грязь пребывания в замке Валуа.

Сейчас же… сейчас это были просто гигиенические процедуры.

Быстро освежившись, я не стала доставать новые полотенца и халат, а воспользовалась вчерашними. Вряд ли в Испании меняли полотенца каждый раз после принятия ванны, а потому я восприняла слова Анхелики как учтивую гостеприимность. Мне же совершенно не хотелось причинять лишних забот этой доброй, милой девушке.

Расчесав волосы пальцами, я решила, что сначала позавтракаю, а потом закончу наводить свой утренний марафет.

А завтрак мне, между прочим, принесли (то есть привезли) просто царский.

Слопав пару йогуртов с настоящими фруктами, толстую вафлю с каким — то ягодным джемом, я залакировала всё большим бутербродом с сыром. Затем допила кофе и устало, но довольно откинулась на стуле.

Оглядывая, сколько съела… я растеряно посмотрела на Анхелику.

— Кажется, я оголодала, — неловко заметила я.

— Просто перенервничала, — махнула рукой горничная. — Ну что, готова посмотреть свой новый гардероб?

Ещё один? — сжалось у меня сердце. Но я тут же сделала глубокий вздох, приказывая себе не сравнивать то, что происходило в замке Этьена с нынешней ситуацией. Меня привезли в стаю отца почти голую — в лохмотьях, оставшихся после когтей Этьена, и одном одеяле. Мне на самом деле была нужна одежда.

— Представляешь, мне девчонки сказали, что тебе за одеждой бета ездил, — вытаскивая вещи из фирменных пакетов и раскладывая их на кровати, поделилась со мной сплетнями Анхелика. — Альфа сначала послал одного из своих охранников с горничной, но бета вызывался сделать это сам.

Я как раз рассматривала несколько очень дорогих комплекта нижнего белья — абсолютно точно моего размера.

Вздрогнув от слов Анхелики, я изумлённо протянула:

— Гильермо ездил мне за одеждой?

— Ты знаешь бету! — воскликнула Анхелика. И уже совсем другим тоном произнесла:

-Ты его пара, да? Он поэтому о тебе так заботится?

— С чего ты взяла?

— Знаешь, Альфа платит мне очень хорошие деньги за работу в замке. Но это, — кивнула Анхелика в сторону пакетов с вещами. — Тянет на три — четыре моих месячных зарплаты.

Растерянно посмотрев на девушку, я тихо спросила:

— Думаешь, надо от всего отказаться?

— Ты с ума сошла! — рявкнула Анхелика и даже топнула ногой в знак осуждения. — Говорю же: был приказ Альфы. Бета просто сделал это по — своему. Скажешь ему спасибо — и на этом всё. Пусть поухаживает дальше.

И подмигнув мне, горничная перевела взгляд на часы.

— А сейчас давай — ка торопиться, тебе через пятнадцать минут надо быть у Альфы.

Собралась я быстро.

Пока чистила зубы и нормально причёсывалась, Анхелика отобрала для меня простое, в немного спортивном стиле, темное платье с капюшоном. К нему шли то ли лосины, то ли просто плотные колготки, и черные замшевые полусапожки.

Быстро нарядившись в обновки, я ещё пять минут нервно болтала с Анжеликой ни о чем.

Точнее болтала горничная — а я лишь задавала глупые вопросы.

Когда же время вышло, девушка проводила меня вниз — в кабинет Альфы.

Где за массивным большим столом меня уже ожидал хозяин кабинета и стаи, а в кресле напротив — рядом с ещё одном пустым креслом, расположился утренний доктор.

— Присаживайся, — махнул рукой в сторону пустого кресла Кирилл Баев. Утром, при естественном свете, он казался ещё мощнее. Наверное, массивность — это вообще отличительный признак всех альф …и бет.

Присаживаясь в кресло, я внимательно посмотрела на Альфу.

— Начну издалека. — Отчеканил Баев. — Твоя семья. Я понятия не имею, почему в архивах новосибирской стаи нет вообще никакого упоминания о твоём отце. По закону — каждый оборотень обязан получить разрешение на проживание в чужих землях, но с твоим отцом вышла какая — то темная история. Они говорят, что старый архив уничтожен, но при этом даже ни один из стариков не может рассказать, что конкретно произошло с Анатолием Кузнецовым.

— Он… мой отец может быть живым? — спросила я, затаив дыхание.

— Нет, — прикрыл глаза Баев. — Личность твоего отца давно погибла — это совершенно точно.

Странно он как — то это произнёс… видимо, сказывается вынужденная двуязычность — не к месту подумала я, задавая уже следующий вопрос.

— А в вашей стае… есть какие — то упоминания о моем отце?

— Хоррооший вопрос, — произнёс — почти прорычал Альфа. Так, что я непроизвольно вжалась в кресло. — Твой отец долгое время был воином стаи, и не очень понятно, когда он решил уйти с этой должности. Возможно — когда встретил твою мать.

— А возможно, что никогда?

— Почему ты так думаешь?

— Ваш отец — Владимир Баев — заплатил огромные деньги родителям моей матери. Мой папа был связан с криминалитетом?

— Нет, — покачал головой Альфа. — Совершенно точно — нет. Можешь не беспокоиться.

— Но… деньги… огромная сумма.

— Это привычная практика стаи в отношении тех, кто теряет своих кормильцев. Я же хочу выразить огромное сожаление, что стая пропустила твоё взросление. Когда после гибели моего отца, разные части нашей стаи оказались под угрозой, мне пришлось спешно перекраивать управление своими землями. В родном городе твоего отца на место беты не нашлось никого лучше молодого мальчишки. Он просто недосмотрел.

Баев поднял тяжелый взгляд на меня.

— Ты не должна была проходить через своё взросление одна. Я прошу у тебя прощения.

Не до конца ещё усвоив законы оборотней, я потому не понимала, за что этому суровому Альфе просить у меня прощения.

— Вы же не знали, — промямлила я в ответ. — И потом, я как — то справилась.

— Как — то — не значит хорошо, — отрезал Баев.

— Вы спасли меня вчера, — упрямо покачала я головой. — Вытащили из замка Валуа.

— Кстати об этом. — Кирилл Баев тяжело вздохнул. — Могу я быть с тобой предельно откровенен?

— Разумеется, — быстро кивнула я. — Откровенность — всегда лучшая политика.

— Илья? — посмотрел Альфа в сторону врача.

— Пока не вижу никаких проблем, — возразил врач. — У Вашей гостьи, Альфа, удивительно устойчивая психика. Правда, если бы Луна…

— Не сейчас, — возразил Баев и вперил в меня тяжелый, властный взгляд. — Этьен требует вернуть тебя назад.

Меня тут же затрясло.

— Но вы ведь не отдадите… — я вспомнила всё, что говорил мне меньше часа назад Илья Романович. — Я ведь могу туда не возвращаться?

— Я могу тебе обещать, что мы определенно будем бороться. Видишь ли, у нашего народа есть одно главное правило: истинные пары нельзя разлучать. Существуют, конечно, некоторые оговорки, но ни одна из них не применима к тебе. Зверь Этьена признал тебя своей истинной парой.

— Но я этого не признавала.

— Скорее всего, потому что ты полукровка, — пожал плечами Баев. — А может, потому что просто не знаешь, что это такое.

— Что вы почувствовали, когда впервые увидели герцога Агнулемского, Тая? — мягко поинтересовался Илья Романович. — Не стесняйтесь, сейчас не время для смущений.

Покраснев, я честно призналась.

— Я почувствовала сильное желание… и какой — то зов.

— Зов, именно, — кивнул Кирилл. — Этого будет достаточно, чтобы вас объявили истинной парой.

— Что это значит? — обеспокоенно взглянула я на Альфу. Какие там смущения — я должна была выяснить, что происходит, и как уберечь себя от Валуа.

— В нашем мире возможны два вида браков: по соглашению — когда оборотень находит сильную самку, и договаривается с её Альфой о браке. И второй брак — между истинными парами. В этом случае, разрешение Альфы со стороны стаи самки не нужно.

Баев пригвоздил меня тяжелым взглядом.

— Вы с Этьеном — истинные. И ему, по факту, не нужно моё разрешение.

— А моё согласие! Моё согласие ему тоже не нужно? — всхлипнула я, сжимая кожаные подлокотники кресла.

— У тебя активная метка, — кивнул в сторону моей шеи Альфа, — он укусил тебя, ты укусила его. И вы истинные. Брак заключен.

— Но я не знала! — Я даже вскочила со своего места, пытаясь доказать правдивость своих слов. — Это было как наваждение… Как будто это была не я.

— На это мы и будем упирать, если дело дойдет до Совета Вождей. Ты не знала, Этьен мог воспользоваться свой силой, чтобы принудить тебя нанести ему метку… Но признаюсь честно, у него на руках все козыри.

— И что теперь будет? — воскликнула я, почувствовав успокаивающее пожатие Ильи Романовича. — Неужели никому не будет дела, что я скорее повешусь, чем останусь жить с ним?

— Тая. — Альфа пристально посмотрел мне в глаза. — Я сделаю всё возможное, чтобы оставить тебя в своей стае. Но это действительность, к которой ты должна быть готова. Пока же Этьен не подавал никакого прошения в Совет.

— Тогда…

— Успокойтесь, Тая, — попросил Илья Романович, — сядьте в кресло.

Я же не отрывала взгляда от Альфы.

— Чего мне ожидать? К чему готовиться?

— Я уже сказал, что не отдам тебя без боя. Но.

Его «но» жутко мне не понравилось, как и пауза после этого.

— Я не могу запретить Этьену видеться с тобой.

— НЕТ! — закричала я, моментально каменея. — Только не это!

— Он не сможет тебе ничего сделать, — произнес Баев, у которого в этот момент непроизвольно задергались желваки на лице. — Каждый раз при ваших встречах будем присутствовать либо я, либо мой бета.

При упоминании беты, я непроизвольно выдохнула. Гильермо был один из мужчин, которые вывезли меня из замка Валуа, и он, конечно же, не допустит насилия со стороны Этьена.

— Неужели эти встречи так необходимы? — только и спросила я тихим голосом.

— Да. — кивнул Альфа. — Если бы это касалось только Этьена, я бы нашёл способ тебя не беспокоить. Но эти встречи нужны в том числе и тебе.

— О чем вы говорите? — я окончательно потерялась, совершенно не понимая, как мне могут оказаться нужны встречи с Валуа.

— Илья Романович, — перевёл взгляд на врача Альфа.

— Понимаете, Таечка, — повернулся ко мне доктор. — Поскольку оборотни не совсем люди, некоторые процессы у нашей расы кардинально отличаются от того, как это происходит у людей. У нас мгновенная регенерация, особи нашей расы куда сильнее и выносливей. Но за это оборотни расплачиваются низкой рождаемостью и сложной беременностью. В отличие от человеческих женщин, оборотницам нужно не только хорошее питание и облегченный режим дня. Постоянный контакт с отцом ребенка — главное условие нормального протекания беременности и развития плода.

— Что вы имеете в виду? — не поняла я. — Как присутствие мужчины может влиять на женщину и ребенка? Или это образное выражение?

— Это прямая констатация факта, — покачал головой Илья Романович. — Как Альфа воздействует на рядовых оборотней своей силой вожака, так и будущий отец воздействует на своего малыша, питая его силой… Это очень сложный процесс, мы можем разобрать с вами это позднее, — предложил мне доктор. И ласково посмотрел на меня.

Сложный процесс беременности??? О чём он сейчас???

— Нет.

Я покачала головой, нервно улыбаясь.

— Нет. Я не могу быть…

Мне, блять, тридцать лет — и за всё время пребывания в замке Этьена я ни разу не подумала о том, что такое возможно! Как так???

Я посмотрела на доктора.

— Вы хотите сказать…

— Вы беременны, Тая — заулыбался Илья Романович.

Я не улыбнулась — оскалилась.

— Нет, — рыкнула я гневно, отчего улыбка у врача тут же пропала. — Я не могу быть беременна от этого чудовища.

Зарывшись руками в волосы, я принялась раскачиваться в кресле.

— Нет, это ошибка. Я не беременна.

— Никакой ошибки нет, — подал голос Илья Романович. — Тая, вам надо просто принять….

— Я не хочу быть беременной от этого чудовища, — завизжала я, вырывая куски кожи из подлокотников. — Не желаю иметь что — то от него!

— Срок маленький, — ровным тоном заметил Баев. — Хочешь сделать аборт?

Аборт…

— Но, Альфа! — вскочил изумленный доктор. — Вы же…

— Это её право. — Отрезал Баев и строго взглянул на меня. — Тебе решать.

Аборт.

Альфа почти прожигал меня черным непроницаемым взглядом, давая самой принять решение. Несмотря на явное возмущение со стороны доктора.

— Она решит сама, — повторил Баев, и доктор тут же повержено затих.

А я… как можно легко принять такое решение?

Несмотря на то, что новую жизнь в моё тело принесла не любовь, не нежность, а грубое, почти звериное, соитие, я не могла решиться на убийство.

Как бы там не было, ребенок не виноват в том, что со мной делал его отец.

Закрыв лицо руками, я то ли рассмеялась, то ли расплакалась.

Совсем недавно я обвиняла свою мать в том, что она недостаточно меня любила. А теперь сама оказалась в её шкуре.

Не чувствуя никакой любви к будущему ребенку.

Напротив — я злилась на Валуа, который насильно оплодотворил меня; злилась на саму себя — за то, что не подумала об этом раньше; злилась даже на ребенка, из — за которого Этьен стал навсегда частью моей жизни.

Подняв взгляд на Альфу, я тихо спросила.

— Вы сказали, что во время беременности я должна буду общаться с Валуа. Что подразумевается под этим… — Мой голос непроизвольно дрогнул. — …общением?

— Это и подразумевается, — никак не реагируя на моё смущение, спокойно ответил Баев. — Для ребенка полезно и даже необходимо, если отец будет прикасаться к животу матери… но и простое присутствие поможет плоду. Наши технологии идут в ногу со временем, — кивнул в сторону доктора Альфа. — Так что никаких близких контактов от тебя не потребуется.

Помолчав, Альфа уточнил.

— Если сама не захочешь, конечно.

Я фыркнула и замотала головой.

— Это всё, что ты хотела узнать? — осведомился Кирилл Баев.

— А после родов? — тут же спросила я, чувствуя, что Альфа хочет свернуть разговор. — Если я захочу родить, но не захочу возвращаться к Валуа, что будет после родов. У меня отнимут ребенка?

— Если бы ты ждала самца, то несомненно, — кивнул Баев. — Но девочка не может наследовать стаю, поэтому твой ребенок останется в моей стае — если ты не захочешь обратного.

— И Валуа не сможет это оспорить?

— Разумеется, я не смогу запретить отцу видеться с родной дочерью. — спокойно возразил Альфа. — Но если ты будешь против, девочку ему никто не отдаст.

— Подождите, — замотала я головой. И нервно хихикнула. — Почему вы так уверены, что у меня будет девочка. Если я и в самом деле беременна, то беременность не может быть больше одного месяца, а, как мне известно….

— Ты носишь дочь, — оборвал меня Альфа. — Можешь даже не сомневаться.

— Как я уже говорил, оборотни отличаются от людей, и поэтому… — встрял доктор, начав объяснять какие — то различия между видами, но Альфа прервал и его.

— Думаю, сейчас не стоит детально вдаваться в подробности. Тая, Этьен уже здесь и ждёт вашей встречи.

Заглянув Альфе прямо в глаза, я забыла как дышать.

— Мне не хотелось бы откладывать эту встречу. Объясню почему: ты сильно напугана, Этьен сильно разозлён. Чем скорее вы погасите эти эмоции, тем лучше это будет для вас обоих.

— Я бы, честно говоря, ещё бы подождала…

— Кроме того, пока Этьен злой и не может себя контролировать, я, как вожак твоей стаи, имею все права обезопасить тебя любыми подручными мне способами. Поверь, сейчас с ним разговаривать будет намного легче, чем потом.

Я понимала, что должна довериться Альфе, но … это было так тяжело сделать.

Наконец, я кивнула.

— Как скажите.

Альфа прикрыл глаза.

— Молодец, девочка. Сильная. Я в тебе не ошибся.

Он подтянул к себе сотовый и набрал чей — то номер.

— Да. В оранжерее. Прямо сейчас. Предупреди Настю.

Кирилл Баев бросил короткий взгляд на доктора.

— Илья?

— Всё уже готово, — тут же подтвердил врач. — Вещество должно подействовать буквально через несколько минут — как минимум на пару часов Тая будет в полной безопасности. Ну и мы вместе с ней.

Честно говоря, я быстро потеряла нить разговора между врачом и Альфой. Они говорили почти шифрами — явно этого не осознавая. В любое другое время я бы с удовольствием начала бы анализировать их речь, стоить гипотезы, но…

Дочка. У меня будет дочка.

Я приложила руку к плоскому ещё животу (вру — после обильного завтрака живот просто не мог быть плоским), и мысленно представляла, какой родится моя дочь. Будет ли похожа на меня, моих родителей, или возьмёт внешность Этьена? И как я смогу полюбить её, если она будет напоминать мне моего насильника?

Я резко дернулась в кресле, понимая, что эти мысли ни до чего хорошего меня не доведут. Я ведь тоже росла с мыслью, что моя мама оставила меня сиротой по одной причине — я напоминала ей об отце, который обижал её… Так неужели я продолжу эту ужасную цепочку ненависти?

Я хотела — искренне хотела об этом не думать. Но не могла.

— Пойдемте, Таечка, — ласково взял меня под локоть Илья Романович. — И ничего не бойтесь. Вас никто не даст в обиду.

Этьен

Я вытребовал себе нормальный коттедж, плотно позавтракал — и теперь ждал встречи со своей парой. Прям как на собачьей случке. Сейчас придет заводчик — приведет суку.

Правда, сука — то с приплодом.

Мысль о том, что Тая уже понесла, согревала моё сердце. Даже Кириллу с его Альфа — сукой понадобилось больше года, чтобы Настька залетела, а нам хватило и месяца. Да и трахались мы не так уж и часто… Мысль о сексе заставила мой член окаменеть.

Ничего, вот выбью всю дурь из своей девочки, заберу её обратно в свой замок — и дам себе волю… Оказывается, только секс с парой может погасить страсть. Та шлюха из шатра — я мог трахать и спускать в неё сколько угодно, но лучше от этого мне не становилось.

Так что придётся за всех отдуваться одной Тае.

Представив себе, как именно она может отдуваться, я тяжело задышал, ощущая, что долгого напряжения просто не выдержу. На стенку полезу.

И ведь что обидно — у Кирилла притяжение пары чувствовали и Кирилл, и Настя. У меня же, из-за того, что Тая — полукровка без волчицы, за двоих огребаю один я.

Наконец, в коттедж заглянул один из охранников Бая и объявил, что вскоре состоится моя встреча с Кириллом и Таис. Но перед этим мне сделают какой — то укол.

— Нет. — Отрезал я, выпуская Альфа силу. А затем с удовольствием наблюдая за тем, как корчится от боли парень. Правда, почти сразу же у меня ожил сотовый.

— Я понимаю, что башку тебе снесло окончательно, — спокойно протянул Баев, — но ещё одна подобная выходка — и тебя навсегда выкинут с территории моей стаи.

— Не посмеешь, — рыкнул я, ожесточённо ощерившись. — Пока моя беременная пара находится здесь.

— Твоя пара, Этьен, твоя. А значит, и твои проблемы. Я всё сказал.

И он бросил трубку.

Я утробно зарычал, чувствуя, что ещё немного — и окончательно сойду с ума. Кирилл не может выгнать меня со своей земли, пока Таис остаётся у него. Это ведь навредит и моей девочке, и её беременности!

Отпустив парня, я тяжело вздохнул.

Ладно, он где- то прав. У меня и в самом деле от всех этих новостей снесло башку…

— Укол, Альфа, — осторожно демонстрируя мне шприц, с опаской произнес парень. — Альфа приказал.

Сплюнув на землю, я вынужден был подчиниться.

— Ладно, раз Альфа приказал, — передразнил я подобострастный тон охранника.

Закатал рукав рубашки и дал охраннику сделать мне укол. А потом мы просто стояли в дверях коттеджа и смотрели на унылый февральский пейзаж.

Ждать пришлось сравнительно недолго. Баев позвонил не мне — он набрал этому парню, давая ему инструкции куда и как меня проводить. Находясь сравнительно недалеко от охранника, я без труда слышал всё, что говорил Баев. Бред же… Мой кузен — почти брат — обращался со мной как с опасным преступником.

— Входи в оранжерею только, когда подойдут ребята из подстраховки, — вещал Кирилл. — Под воздействием препарата, все способности Этьена на время будут заблокированы. Но всё равно, поосторожней. Этьен слишком сильный Альфа, доведенный сейчас до бешенства.

— Хорошо, Альфа. Как скажите, Альфа. — закончив разговор, охранник вскинул голову, чтобы огласить мне приказ своего вожака, но я уже сам направился к месту встречи, игнорируя шестерку своего кузена.

Оранжерея.

У рачительного хозяина, не какого — нибудь плебея с плохой кровью, всегда имеются места, где приятно отдохнуть. Библиотека — для книжной тишины, кабинет — для расслабления ума или бассейн — для расслабления тела. Оранжереи тоже были почти необходимостью — цветущий сад круглый год обожали женщины всех возрастов.

Я некстати подумал, что пока я в своей оранжерее трахал на теплой земле горячих девок, Баев использовал свой зимний сад для прогулок с женой и сыном в ненастные дни… А теперь эта сволочь ещё и заграбастал мою красавицу.

Мне хотелось рычать, крушить всё вокруг, но я как — то сдержался.

Когда мы с баевской шестёркой вошли внутрь стеклянного помещения, я ожидал увидеть только Баева и Таис, но размер делегации удивил даже меня.

Кирилл стоял чуть впереди моей пары, перекрывая своей массивной фигурой весь обзор. Рядом с Таис находился его русский доктор — Илья. Четыре охранника впереди, два — сзади.

И в центре всего — моя испуганная девочка.

— Таис, — зарычал я, чувствуя, что она недавно плакала. — Таис!

Внезапно задрожав всем своим телом, она тут же поспешила спрятаться за Ильёй, который так и не посмел поднять на меня взгляда.

— Что ж, — кивнул Кирилл, — давайте начнем.

Я понимал, что передо мной сейчас стоял не близкий друг, не мой дальний, но всё же родственник. А чужой Альфа. Враг.

— Этьен, мы с Таей поговорили и пришли к определенному соглашению.

— Моя сука не имеет права ни на какие соглашения, — ощерился то ли я, то ли мой зверь. Скорее всего, мы оба.

Кирилл жёстко усмехнулся и будто пропустил мои слова мимо ушей.

— Насколько я понял, Таис согласна не делать аборта и регулярно встречаться с тобой во время беременности на территории моей стаи, — посмотрев на девушку, будто ещё раз подтверждая эти договорённости с ней, медленно произнёс Баев.

— Что, — фыркнул я, а потом … я не понимал, как Кирилл мог допустить этот разговор. И слово, которое заставило зверя взять вверх над человеком.

— Никакого аборта, — пролаял я, перекусывая чью — то руку. Хруст костей, кровь меня не смущали. В отличие от шокированного взгляда Таис. — Никакого убийства моего ребенка!

Я раскидал охранников как беспомощных котят, я упивался их кровью и наслаждался их болью, специально ломая парней так, чтобы их регенерация заняла большое количество времени.

Аборт. Как она могла только об этом подумать.

Лишь Баев сумел меня затормозить.

— Прекрасный эффект. Да, Илья? — с издёвкой рыкнул Кирилл, с трудом удерживая меня за шею. — Уводи её отсюда немедленно. Ты же видишь, он невменяем.

Таис в это время начало тошнить.

Стонали раненые оборотни, чья регенерация ещё только началась; Таис, поддерживаемая Ильёй, медленно, между спазмами, отползала в сторону, Кирилл пытался прижать меня к земле… И вдруг, посередине всего этого раздался звонкий голосок Таис.

— О, — воскликнула моя девочка, неожиданно подняв голову. — Какое счастье, что она тоже приехала!

Подняв взгляд вслед за ней, я увидел, что как через боковую дверь с улицы к нам направляется Настя.

— Я не успела поблагодарить вас вчера, — оттирая рот ладонью, протянула Таис. — Спасибо огромное, что помогли мне сбежать. Если бы не…

Несмотря на то, что я хорошо относился к Настьке, я был готов растерзать её сейчас за то, что она сделала. Но Таис снова меня удивила.

— … это были не вы! — изумлённо воскликнула моя пара. А затем выдала совсем уж странное. — У вас, случайно нет сестры? С такими же волосами?

Тая

Я не хотела идти в оранжерею. Знала, что он будет там — и что он будет непредсказуем. Если бы только у меня было время для медитации, я бы сумела настроиться… но времени не было.

А ещё беременность… Если Альфа и доктор правы, если у меня будет дочь, сумею ли я принять её? И как забыть всё то, что происходило в момент её зачатия?

— Тая? — обернувшись, Кирилл Баев вопросительно посмотрел на меня.

— Не дайте мне ошибиться, — всхлипнув, прошептала я. — Просто не дайте.

Не знаю, каким образом Альфе удалось меня понять, но он, едва заметно улыбнувшись, произнес:

— Не волнуйся, она будет восхищаться и тобой, и твоей силой.

Покачав головой, я горько заметила.

— Какая сила? Вы же видели, что я трясусь как перепуганный заяц.

— Страх в природе вполне нормальная, даже здоровая реакция, — ответил Баев. — И он пройдет, когда ты вспомнишь, что тоже родилась хищником.

— Как… он, — мой голос предательский вздрогнул.

— Как я, — кивнул Кирилл Баев. — Как моя жена. К сожалению, ты видела не слишком приглядную часть жизни оборотней, но насилие и принуждение встречаются даже у людей.

— Но не в таком количестве, как у оборотней, — покачала я головой. — В стае Этьена…

Я горько вздохнула и отвела взгляд.

— Илья, — поняв, что я не собираюсь заканчивать мысль, обратился к доктору Баев. — Раз Тая — часть нашего клана, ей нужно найти какое — нибудь занятие. Как думаешь, помощь в детской будет не слишком обременительна?

— Хмм…. нет.

— Отлично, — Баев широко мне улыбнулся. — У Влада есть няня, которая помогает моей жене, но недавно у нас появился воспитанник, который пока тоже только привыкает к Испании. Думаю, вам будет полезно общество друг друга.

Доктор перевёл изумлённый взгляд с меня на Альфу.

— Что такое, Илья Романыч? — не понял Кирилл Баев.

— Как всегда восхищаюсь вашим мудрым решением, Альфа, — почтительно склонил голову перед Баевым доктор.

Альфа весело фыркнул и мы продолжили свой путь к месту встречи.

Я, признаюсь, до последнего надеялась, что нам придется долго плутать; или что Этьен задержится. Однако как только мы вместе с охранниками вошли в изумительный зимний сад, полный цветущих тропических растений, так почти сразу же одна из небольших дверей снаружи открылась — и в помещение вошёл незнакомый мне мужчина… и Валуа.

Я, оказывается, успела забыть, какой он высокий и мощный… Белоснежная злая улыбка цвела сейчас его на смуглом, загорелом лице — а сверкающие, зеленые глаза, казалось, готовы были прожечь дыру в неугодных ему оборотнях.

Сильный самец, — услышала я как — будто про себя чей — то чужой голос. — Наш самец, от которого мы ждём щенка.

Меня бросило в пот от этих ужасных мыслей — ведь я не могла — НЕ МОГЛА — думать таких вещей… Восхищаться, радоваться встречи с насильником? Нет уж, увольте!

Испуганная, подавленная, я принялась оглядываться по сторонам, ища возможность убежать. Но тут меня полоснуло его взглядом.

— Таис! — рыкнул Этьен, отчего меня почти подбросило вверх от желания? — Таис!

Пребывая в ужасе от происходящего — я казалась самой себе сейчас ненормальной мазахисткой, исчадием ада, которому не место рядом с нормальными людьми… Инстинктивно понимая, что всё это вина Этьена, я поспешила спрятаться за спину доктора, чтобы хоть как — то уменьшить его влияние на меня.

— Давайте начнём, — произнёс Кирилл Баев, своим голосом обрывая мои ненормальные мысли. Я моргнула, чувствуя опять только правильные вещи: Этьен Валуа — насильник, похититель, преступник. Мужчина, с которым я не желала иметь ничего общего.

— Мы с Таей поговорили и пришли к соглашению, — сообщил Этьену Баев.

После этой фразы Альфы, образ Этьена внезапно «поплыл», и теперь он выглядел ещё более устрашающе: волчья оскаленная пасть на человеческом лице, и ярко — желтые глаза.

Валуа раздражённо фыркнул:

— Моя сука не имеет права ни на какие соглашения.

Его злой взгляд нашёл меня даже за спиной доктора.

Взгляд, который не обещал ничего хорошего. Я как будто снова оказалась в его замке — в его комнате, его кровати… Сколько раз в день он имел моё тело? Сколько ночей подряд я засыпала и просыпалась с его членом внутри себе — прижатая сильными руками к каменно — твёрдому телу?

Сильный самец? Возможно, так оно и было, только я, к несчастью, не была жаждущей его сукой.

-Насколько я понял, — полностью проигнорировав фразу Этьена, продолжил тем временем Баев. — Таис согласна не делать аборта. Она также согласна регулярно встречаться с тобой во время беременности на территории моей стаи.

Альфа Баев оглянулся, будто ещё раз хотел подтвердить мои слова. И пропустил тот момент, когда взгляд Этьена потерял всякую осознанность.

— Никакого аборта, — то ли прохрипел, то ли пролаял француз, кидаясь на своего охранника.

Это было… ужасно. Я как будто попала в фильм ужасов — не в ванильные «Сумерки», в настоящий хоррор, где оборотни — просто чудовища и людоеды.

Само осознание того, что мне приходилось спать с этим… да что там спать: глотать сперму этого чудовища, было непереносимо.

Меня замутило.

Сдерживая тошноту, я пыталась судорожно считать по себя числа — то, что обычно так хорошо мне помогало; пыталась смотреть на всё происходящее со стороны — и не думать, что этот рвущий сейчас живое мясо зверь пришёл за мной.

Этьена, в конце — концов, перехватил Альфа, который даже в этой ситуации сумел сохранить хладнокровие. Рыкнув что — то доктору, он потребовал скорее вывести меня из оранжереи.

И в этот момент…

Моё либидо, мой внутренний голос, моё сумасшествие протестующее заворчало внутри меня.

Оно, моё сумасшествие, пришло в восторг от силы своего самца.

Осознав ужас всего происходящего со мной в том числе (я не чудовище!!!!!!), меня начало тошнить.

Я пыталась взять себя в руки, пыталась перекрыть своим сознанием ту часть себя, которой нравилось всё звериное. И в этот момент в оранжерею вошла моя избавительница.

Я забыла обо всём на свете.

Вот же она, пришла. Она существует! А я ведь всерьез стала думать, что блондинка мне тогда привиделась.

— Какое счастье, что она тоже приехала! — воскликнула я, обращаясь… надеюсь, не к Этьену. Но если он взял её с собой сюда, может, всё не так и плохо?

Но почти сразу же я поняла, что вошедшая девушка — не та женщина, что помогла мне вчера.

Те же волосы, те же странного цвета глаза.

Но лицо другое, взгляд — куда более… моложе, что ли.

— У вас, случайно нет сестры? — невпопад спросила я на русском. — С такими же волосами?

Девушка — а это была на самом деле молодая девушка — заливисто рассмеялась.

— У меня их несколько, но все названные.

Переведя взгляд с меня на окровавленного Валуа, она с укоризной воскликнула.

— Этьен, прекрати, ты пугаешь свою пару.

— Она… моя… — зарычал Этьен, пытаясь вырваться из захвата Баева.

И лишь подоспевший сзади доктор с помощью вколотного лекарства прекратил нападение француза.

— Ты как раз вовремя, прелесть моя, — сдавая обездвиженное тело Валуа своим воинам, протянул странной блондинке Баев. — Познакомься с Таисией.

— Я уже знаю, что вы — истинная пара этого красавчика, — кивнув в сторону Этьена, который сейчас выглядел скорее чудовищем, чем красавчиком, заметила девушка. — А я — Настя, жена Кирилла.

Оказавшись рядом с Альфой, она по — кошачьи ласково прижалась к его боку.

— Спасибо, что отвлекала, — став как будто на десять лет моложе, мягко улыбнулся жене Альфа Баев. — Займешься нашей родственницей?

— Хочешь, чтобы она помогала мне с Ильей?

— Хочу, — кивнул Баев. — Мальчишке нужна помощь, а она выжила одна, без стаи. Ты против?

— Совсем нет, — покачала головой девушка. — Ты хорошо придумал. Но Этьен должен рассказать.

— Он не расскажет, Насть.

— Ты уверен? 152e1bc

— Рассказать — значит, признать слабость. А мой кузен ненавидит любое проявление слабости.

— Знаешь, однажды всё может измениться.

— Она…? — непонятно о ком спросил Альфа, на что его жена покачала головой.

— Я не знаю…Не уверена. Но он не сможет без неё.

— Это я как раз как никто другой понимаю, — пожал плечами Кирилл Баев. — Но моя главная задача — сохранить свою стаю, Настя. Свою.

Девушка грустно вздохнула.

— Что ж, надеюсь, тебе не придется снова делать этот нелегкий выбор.

— В этом случае, — вдруг по — звериному ощерился Альфа. — Любые промахи если и случатся, то будут на совести самого Этьена.