Глава 13

Этьен

Оправдания Кирилла звучали жалко. Никакое появление Луны не могло служить причиной его вероломного вторжения вмои земли и похищения моей пары. Кроме того, я знал Баева как облупленного, а потому хорошо видел, что он играет со мной, пытаясь навязать свои правила.

Это злило.

Я мог ожидать подобного от злейших врагов, от ближайших конкурентов, но нет от Бая… Только не от него.

Мысленно усмехнувшись, я решил, что это был его выбор — подобные игры мне были не в новинку, и я охотно включился в предложенную многоходовку, собираясь между делом добавить в неё свои правила.

— Лекарство, которое тебе ввели, — тем временем сообщил Кирилл, демонстрируя мне что — то на дисплее своего телефона, — Будет действовать ещё пару дней. Большая фора, чтобы успокоиться и взять над своим зверем контроль.

Взглянув на меня, он усмехнулся.

— У меня подобной возможности не было. Приходилось справляться как — то самому.

— Не сравнивай, — зарычал я. — Настя тогда жила на территории твоего клана. И не носила под сердцем твоего щенка.

— Зато рядом с ней ошивался московский наследничек. И брат, не пахнувший братом, — пожал в ответ плечами Кирилл. — Кроме того, у меня не было повода навещать её.

— Кстати об этом, — пропустил я мимо ушей жалобные воспоминания кузена. — Когда я увижу Таис?

— Завтра же. Надеюсь, ты поймешь меня правильно: пока мы не убедимся, что ты в состоянии сам контролировать своего зверя, на ваших встречах всегда буду присутствовать я.

— Даже так? — выгнул я бровь. — Может, ещё и график мне составишь?

— За графиком — к Илье, — ощерился Кирилл. — Я не врач и не знаю, как часто Тае понадобится твоё присутствие.

Бывший друг стал молча освобождать меня от цепей.

— Судя по всему, я здесь надолго. Надеюсь, я могу привести на твою территорию своих помощников? — поинтересовался я, отшвыривая от себя остаток мяса.

Кузен отрицательно покачал головой.

— Прости, брат, в нынешней ситуации будет лучше, если ты воспользуешься помощью оборотней моей стаи.

Я криво усмехнулся: понимает, гад, что рискует… Что ж, я и не рассчитывал, что он согласится. Поднялся и направился к выходу, на ходу бросив своего бывшему лучшему другу:

— Я хочу увидеть Таис завтра сразу после завтрака. Приведи её в мой коттедж.

И, не дожидаясь ответа Серильо, побрёл в свой временный дом.

Выбравшись на улицу, я сощурился из-за яркого, бьющего прямо в глаза, солнечного света — и глубоко вздохнул, наслаждаясь свежестью воздуха. А ещё воздух доносил до меня запах Таис, отчего огонь желания мгновенно разгорался у меня в груди. То ли зелье, которым пичкали, не до конца сработало, то ли его эффект распространялся на один лишь специфический участок, но мой член, не прикрытый сейчас никакой одеждой, уже принял гордую позицию. Правда, невзирая на всё моё неуёмное желание, сейчас я всё же осознавал, что незамедлительная атака ни к чему хорошему не приведет, и осознание этого как — то сдерживало моего волка…

Но запах Таис всё — равно был сладким, дурманящим.

Несмотря на то, что я находился сейчас даже не просто на землях оборотней, а в самом поместье одного из Альф, баевские волки удивленно провожали меня долгими, внимательными свербящими спину, взглядами.

Подумаешь, голый мужик в крови (накапало от мяса) и с каменным стояком. Впрочем, стояк как раз и не был проблемой — не привыкнув ни в чем себе отказывать, я отправился прямиком к коттеджу, где благочестивый Баев держал провинившихся самок, собираясь спустить там пар.

Честно говоря, я никогда не был большим любителем трахать наказанных девок, предпочитая драть тех, которые сами лезли в мою кровать… Но сейчас я просто не мог утерпеть. Свежий воздух, в котором угадывался запах моей истинной пары, служил настоящим афродизиаком.

Добравшись до нужного мне места, я вошёл в комнату, где уже «трудились» несколько самок.

— Альфа, — мурлыкая словно течная кошка, подползла ко мне одна из свободных девок. — Какая честь, что Альфа соседней стаи почтил нас своим визитом.

Она только- только прикоснулась полными губами к головке моего члена — явно желая проиграть, как я тут же, схватив её за голову, с силой насадил её рот на свой каменный член до самого конца. До жестких волос на моём лобке.

Девка дернулась, но сопротивляться не стала, принявшись послушно демонстрировать свои умения в «глубокой глотки». Это было так хорошо, что я кончил почти сразу, застав суку не только проглотить всё до капли, но и хорошенько вычистить мой член.

— Желает ли Альфа взять меня в другие места? — ещё не до конца отдышавшись, поинтересовалась сука. Усмехнувшись, я молча схватил её за волосы и потащил к дивану, на котором оставалось место для наших утех.

Пока парочка охранников на двоих имели одну суку на одном конце дивана, я швырнул свою девку на мягкий подлокотник другой стороны — попкой кверху. И тут же размашисто вошёл в неё.

— Да, Альфа, да… — скулила мокрая от моих действий сука. Грубо трахая подмахивающую мне оборотницу, я вдруг некстати вспомнил о Таис, и о том, как долго я подготавливал её к соитию. Она никогда не становилась влажной для меня просто так — в отличие от этих, всегда ко всему готовых девок.

Она не желала меня, сопротивлялась мне.

Злясь на свою пару, я ещё сильнее вколачивался в стонущую подо мной суку.

— Да… — кричала она. — Да, пожалуйста, ещё!

Прогнув суку ещё ниже, я стал совершать резкие, сильные толчки, приближая семяизвержение. В это время одна из только что появившихся в комнате девок (судя по запаху, она только что принимала душ), подползла к нам на коленях, устроилась у меня между ног и послушно открыла свой явно рабочий ротик.

Вытащив из тела первой суки свой член, я готов был уже разрядиться в горло второй, но тут первая протяжно завыла:

— Альфа, в меня. В меня, пожалуйста! Я фертильная — и сегодня самый благоприятный день…

— Что ж… тебе достанется в другой раз, — похлопав членом по лицу ожидающей своей порции девки, я тут же вставил свою палку обратно в тело первой суки, почти моментально выстреливая внутрь неё.

Какое — то время нас обоих захватила волна наслаждения, которую продлевал шаловливый язычок нижней девки.

— Фертильная, говоришь, — вытаскивая свой ещё не до конца опавший член из тела первой суки, поинтересовался я.

— Сегодня самый благоприятный день для зачатия, — закивала девка, преданно заглядывая мне в глаза. — Чем сильнее самец, тем больше шансов… для неизбранных.

Если бы всё было так просто, у Альф не было бы проблем с наследниками, с нехорошей ухмылкой подумал я. — С другой стороны, если сука и в самом деле понесёт, от меня не убудет воспитать ещё одного щенка.

Усмехнувшись, я дал нижней девке почистить мой пенис. И пока она старательно вылизывала его, почувствовал новый прилив желания.

Оттолкнув нижнюю, я по — новой вставил первой суке, которая громко охнула от моего вторжения.

— Сильно орёшь, — рыкнул я, взглядом разрешая одному из парней присоединиться к нашей компании. Суке тотчас заткнули рот членом — и теперь она, нанизанная на сразу два агрегата, могла лишь невнятно мычать и вертеть бедрами… что ещё сильнее насаживало её на меня.

Я провёл в борделе баевской стаи почти весь день, перетрахав большую половину девок, и даже поразвлекавшись с теми, кто отбывал свою повинность в клетках.

Суки в клетках напоминали мне о собственной ошибке — надо было сразу же, как только Таис написала то долбаное письмо о помощи в российское консульство — надо было ещё тогда запереть её клетке — и сейчас мне не пришлось бы унизительно выпрашивать у Баева свидания со своей собственной парой.

Отец был прав — мужик не должен проявлять малодушие ни к кому, даже к своей суке…

Что ж, будет и мне наука.

Сейчас же, оттрахав кучу девок, я был даже рад, что в отличие от Насти, Таис не Альфа — самка и вообще не имеет нормального зверя. В истинных парах нормальных оборотней есть такое неудобство как связанные чувства. Когда оборотень хранит верность своей суке не только потому, что если вдруг она уйдет, он сдохнет без неё, но и потому, что любая её боль десятикратно отдается в нем — и неважно, чем именно продиктована эта боль.

Впрочем, судя по поведению Таис, ей наплевать и на меня, и на то, кого я трахаю…В первые дни её пребывания в моем замке я вроде бы ощущал всплески её ревности, но потом… потом всё как — то исчезло.

Неважно, подумал я, из последних сил удерживая своего волка от броска. Даже после того, как девки полностью меня выдоили, зверь всё — равно испытывал неимоверную жажду женского тела и стремился к той единственной, которая могла погасить его нужду. Нет, не сегодня.

И даже не завтра.

Завтра я буду нежным, ласковым, искреннее раскаивающимся в своем поведении мужем.

Тая

Утром во время осмотра Илья Романович осторожно заметил, что дольше тянуть уже не стоит.

— Твоей малышке нужна помощь отца, — делая какие — то записи в компьютере, пояснил доктор. — Я, конечно, распоряжусь, чтобы тебе начали давать витамины и микроэлементы. Но… это работает только с людьми, не с оборотнями.

Я вздрогнула и затравленно посмотрела на врача.

— Тая, тебе не о чем волноваться. Во — первых, Альфа всё будет держать под своим контролем. Он будет находиться с вами всю встречу. Во — вторых, тебе даже не обязательно поддерживать разговор с герцогом де Валуа. Его рук на твоём животе будет более чем достаточно. Ты же в это время можешь… ну, хотя бы, слушать классическую музыку. Понимаешь — не о чем волноваться. Просто воспринимай это как одну из неприятных, но нужных процедур.

Я машинально кивнула, не очень, впрочем, веря, что у меня получится проигнорировать Этьена. Но был ли у меня выбор — не было.

Не помня себя, я позавтракала — точнее, заставила впихнуть в себя что — то из еды. И как только Анхелика увидела, что моя тарелка опустела, меня тут же проводили к Альфе, попросив накинуть верхнюю одежду.

Альфа с Владом на руках ждал меня у лестницы.

— Доброе утро, — поздоровался Баев, цепким взглядом пройдясь по моей фигуре. — Как твоё самочувствие? Ничего не тревожит?

Влад, увидав меня, тут же разулыбался и принялся рассказывать что — то о блинчиках, которые он съел на завтрак, о том, что собака Пёс опять куда — то он него убежал — и он плакал, пока не пришёл папа.

При этом малыш так сильно смешивал и коверкал русский с испанским, что понимала я от силы процентов двадцать из всего, что он говорил. Остальное — просто догадывалась.

— Тая? — напомнил о себе Кирилл Баев. Я покачала головой.

— Только предстоящая встреча и беспокоит.

Альфа склонил голову на бок.

— Я беру Влада с собой.

И эта фраза сказала мне больше, чем все ласковые убеждения доктора.

— Пойдем, Тая, — схватил меня за руку маленький Влад. — Пойдем гулять.

И мы «пошли». Я уже неплохо освоилась в поместье, а потому догадывалась, что мы направляемся в сторону коттеджей, расположенных на некотором удалении от главного здания резиденции Альфы. Утро было такое солнечное, такое яркое, что хотелось радоваться этому дню, хотелось бегать, смеяться вместе с Владом… но я просто шла, стараясь подавлять нервную дрожь и вместе с тем пытаясь улыбаться.

Как во сне, мы дошли до одного из самых больших коттеджей, который стоял прямо у опушки леса. Молодой мужчина в строгом костюме открыл нам дверь и, продемонстрировав свою преданность Альфе (церемониально ему поклонившись), проводил нас в гостиную. Где, допивая свой утренний кофе, нас встретил Этьен.

Стоило мне только войти в комнату вслед за Альфой и его сыном, как Этьен тут же вскинул голову, легко поймав мой взгляд.

Это… это было трудно. Я пыталась оставаться спокойной, пыталась внушить себе, что всё это на благо ребенка, и никакая опасность мне не угрожает… но все предыдущие поступки Этьена говорили об обратном. Меня затрясло. Я уже было хотела броситься назад, как маленький Влад, засмеявшись, вырвался из рук отца и помчался в сторону Валуа.

— Дядя Тьен, дядя Тьен, ты знаешь, что я ел сегодня на завтрак? — спросил мальчик, вскарабкиваясь к Этьену на колени.

Этьен моргнул — и атмосфера в комнате значительно потеплела. Не до уровня температуры солнечного испанского утра, но всё же…

— Может быть кофе, — вежливо предложил Валуа. — Или чаю?

Оба мужчины не сговариваясь, посмотрели на меня.

— Нет, спасибо, — закашлялась я, пытаясь скрыть своё смущение.

— Мама аблар эсто чай полезно, — скороговоркой протараторил Влад. — С мёдом и молоком.

— Владимир, — позвал сына Альфа. — Иди сюда.

Вытащив сотовый, он продемонстрировал его мальчику.

— Тут новая серия твоих любимых мультиков вышла.

— Папочка! — радостно воскликнул мальчик, улепетывая с колен Валуа обратно к отцу. Альфа и его сын тихо устроились за самым дальним столом и, включив мультик на телефоне, полностью перестали обращать на нас внимание.

— Таис, — позвал меня по имени Этьен. Зеленые глаза его при этом непонятно сверкнули.

— Подойди. — Приказал не мой Альфа. И я пусть медленно, но всё же выполнила его приказ.

Поднявшись со стула, Этьен оказался рядом со мной, возвышаясь надо мной; подавляя меня своей силой и мощью.

Он протянул ко мне руку — и, не в силах побороть свой страх, резко подалась назад.

Взгляд Этьена тотчас изменился.

— Я думаю, вам будет удобней на диване, — оторвавшись от мультика, предложил Альфа Баев. — Тая может сесть на диван, Этьен — рядом, положив руку ей на живот. Этого вполне хватит.

Валуа, сверкнув желтым волчьим взглядом, кивнул мне в сторону дивана.

Усевшись на краешек, я с опаской ждала его дальнейших действий.

И вот тяжелая, горячая мужская рука опустилась на мой живот. В первые секунды я ничего не почувствовала — только его руку, которая одним своим касанием вытеснила все мысли из головы.

А потом я вдруг ощутила какое — то странное тепло.

— Как моей жене живётся в чужой стае? — осведомился Этьен ровным голосом. — Как это — добровольно подчиняться Луне стаи, когда сама являешься Луной стаи мужа. Тебе не кажется это странным, а, Таис?

— Тая находится в стае своего отца, — снова встрял в наш разговор Альфа Баев. — Наша стая ей не чужая.

— Она не была с вами знакома! — ощерился на кузена Этьен. — По факту, моя стая стала первой стаей оборотней, с которой познакомилась Таис.

— Да, но меня там не любили, — покачала я головой. — Сразу же, с первого дня.

Этьен резко повернулся ко мне.

— Ты — Луна стаи, и поэтому могла легко поставить зарвавшихся оборотней на место.

Я пожала плечами, решив не вдаваться в детали.

— Что? — нахмурился де Валуа. — Что было не так, Таис?

— Тая, ты можешь не беспокоиться и говорить открыто. Зверь Этьена, во первых, контролем, — пояснил Баев. — Во — вторых, тебе он точно ничего плохого не сделает.

Услышав последнюю фразу Альфы я сначала горько рассмеялась, а затем мой смех плавно перетёк в тихие всхлипы. Боясь напугать Влада, я плакала почти беззвучно — но всё — равно плакала.

— Что происходит? — сузил глаза Этьен, в которых сейчас чувствовалось… что, беспокойство? Но он ведь не мог за меня беспокоиться! — Это беременность на тебя так влияет?

— Это ты на меня так влияешь! — честно ответила я. — Ты — главная причина всего происходящего, Не оборотни твоей стаи, ни Альфа Баев, который просто спас меня от необдуманного, страшного шага.

— …вот спасибо, хоть кто — оценил, — буркнул Альфа, увеличив звук телефона, чтобы маленький Влад не отвлекался.

— … ты — главная причина того, что мне не хотелось жить.

— Ты даже не пыталась прижиться среди моих оборотней, — покачал головой Этьен. — Хотя у тебя были все возможности для этого. Ты — Луна моей стаи, первая и главная её сука.

Я горько усмехнулась, молча покачав при этом головой.

— А это там не Илья гуляет? — посмотрев в окно, спросил у сына Баев. — Хочешь побегать с Илюшей?

— Да, папа, — тут же радостно закивал малыш, вскакивая из — за стола.

Я громко задышала, беспокоясь, что Альфа сейчас уйдет — оставит меня наедине с Этьеном. Но он все лишь передал сына охраннику и тотчас вернулся назад на своё место.

— Серильо, — прохрипел Этьен. — Выйди.

— Прости, брат, — отрицательно покачал головой Альфа Баев. — Если бы дело касалось только вас двоих… Но Тая беременна.

Валуа громко клацнул зубами и пристально посмотрел на меня.

— Рассказывай. — Велел он, надавливая на меня своей Альфа — силой. — Всё — рассказывай.

Этьен

Я привык к тому, что суки сами радостно прыгают ко мне в кровать; что любая самка готова на всё. Нет, не из-за того, что я такой обалденный мужик: оборотницы привычно велись на силу вожака, человеческие суки — на бабки и власть.

Сейчас же, слушая неприкрытую правду, которую говорила Таис, я не мог не признать, что она другая. Она искренне сожалела о том, что я вмешался в её жизнь. Моей паре, оказывается, очень нравилась её маленькая холупа на окраине города, нравилось ходить на работу и подчиняться начальникам. Ага…

Я не мог понять, как это может быть лучше собственного замка, многомиллиардного состояния и вхождения в древний европейский род, но… моя сука находилась сейчас под ментальным воздействием моей силы, а потому просто не могла врать.

— Почему ты хотела покончить с собой? — задал вопрос со своего места Кирилл. Волк внутри меня дернулся, не принимая даже вопроса, который задал кузен. Но я, надавив на зверя усилием своей воли, повторил его своей паре.

Я знал: мой родственник может быть очень хитрым, и все эти побасёнки про самоубийство могли быть простым преувеличением — и как — бы легальным оправданием Бая его вмешательства в мои дела.

Но…

Моя пара внезапно громко заплакала.

— Я просто хотела, чтобы это всё закончилось.

— Всё закончилось? — не понял я. — Что ты имеешь в виду? Ты понемногу привыкала жить в стае, привыкала к стране.

Таис горько усмехнулась.

— Что? — рыкнул я. — Рассказывай.

— Тая, как ты относилась к Этьену? — снова встрял в наш разговор кузен.

На что моя пара напряженно замерла.

— Говори, — рыкнул я, ещё сильнее давя на неё своей силой.

Таис тяжело вздохнула.

— Моя мама, — медленно протянула она, — долгое время не спала с отцом. Не знаю, что между ними произошло. Бабушка говорила, что маме было больно после родов… А однажды отец не утерпел. Он ведь был не просто человеком — оборотнем.

Таис так сильно выделила последнее слово, что сразу стало понятно её отношение к нашей расе.

Моя пара храбро посмотрела мне в глаза.

— Маме хватило ума быстро сообразить — отец не опустит её и не изменится. И тогда она сбежала от него единственным возможным способом.

Понемногу успокаиваясь, он вытерла мокрое от слёз лицо ладонями.

— Но я вот что думаю: хотя бы до моего появления они любили друг друга. Я смотрела их фотографии, старые видео. Какое — то время они были по — настоящему счастливы.

— А ты, Тая? — задал вопрос из своего угла Баев. — Что чувствовала ты?

— Когда именно? — подняла голову моя пара. — Когда какой — то незнакомец приволок меня в свой номер и изнасиловал? Или когда он вдруг внезапно решил, что я — его мифическая идеальная пара и не спрашивая моего мнения просто уволок меня к себе в страну, потребовав между делом удовлетворить его… хотя это было только началом.

— Но ты ведь тоже не оставалась равнодушной к моим ласкам, — рыкнул я, нарочно скользя рукой вниз — там, где находился бутон её страсти. Хорошо, что кузен находился далеко и сидел таким образом, что не мог наблюдать за моим манипуляциями. — Ты текла для меня.

— Я слышала, что оборотни легко возбуждаются, — усмехнулась моя пара. — И оборотницы, в том числе.

Она посмела резко встать, сбросив мою руку. И я, при Кирилле, не мог надавить заставить её остаться на месте.

— Возбуждение, даже оргазм — не может быть главной основой счастья. — Дерзко ответила Таис. — Иначе я бы давно завела себе для счастья вибратор.

ЧТО????? КАК ОНА ПОСМЕЛА????

Я дернулся, чувствуя, что прямо сейчас, при Кирилле, разложу ее на диване и докажу ей, что именно у нас, оборотней называется оргазмом. Но Бай, не вовремя поднявшись со своего места, кивнул Таис.

— Я думаю, на сегодня хватит.

А потом я ещё полтора часа торчал, как привязанный, к окну, высматривая Бая.

Когда кузен, наконец, соизволил вновь появиться на моём пороге я уже почти дошёл до ручки.

— Прости, — повинился Баев, явно чуя моё раздражение. — Илюха опять чудит. А Настя его боится.

— Значит, о своей паре печешься, а о моей — нет? — Рыкнул я. — Или, скажешь, Таис не занимается этим мальчишкой по твоему приказу?

Кирилл прошёл в комнату и устало упал в кресло.

— Почему же — занимается, — непрерывно крутя какую — то железяку в руках, протянул он. — Занимается, потому что мне кажется, что эти двое могут помочь друг другу.

— Интересно, чем? — съёрничал я. — Вообще — то, Таис беременна.

— Она пока на очень маленьком сроке. И Илья физически не опасен. Почти, — тут же уточнил Бай. — В любом случае, рядом с ними всегда полно охраны.

— Что ж тогда ты Настю жалеешь…

— Настя иногда случайно заглядывает в его мысли… и это изводит мою пару.

Кузен тяжело вздохнул.

— У Таи нет таких способностей, зато она может научить мальчика контролировать своего внутреннего зверя.

— Ты думаешь, что именно это с ней происходит, да? — прищурился я. — Думаешь, что она сама контролирует свою волчицу?

— Так считает Настя, — признал Кирилл. — И я ей верю. Ты же чувствуешь — иногда она пахнет как настоящая оборотница.

— Очень редко.

— Когда забывает, что надо бояться, — покачал головой брат. — Кстати, ты сегодня услышал достаточно, или нужны какие — то новые доказательства?

— Спасибо, — язвительно фыркнул я для проформы. — Последнего представления мне хватило с лихвой.

На самом деле, я понимал, что трясущаяся от страха пара — совсем не то, что я хотел бы получить от жизни. А трясущаяся от страха пара, убежавшая в чужой клан — подавно становилось очень большой проблемой, превращая внутренние дела во внешние.

— Кстати, — осторожно поинтересовался я, не желая вызывать подозрения у Баева. — Мне показалось, или от одежды моей пары несло сегодня твоим бетой?

— Всё может быть, — пожал плечами Кирилл, хотя я ждал совсем иного ответа. Выходит, Ги не просто охранник и сопровождающий. Мне это жутко, жутко не понравилось.

— Напоминаю тебе — она моя пара, — ощерился я, посмотрев брату прямо в глаза.

— Пока Тая сама этого не признает, — покачал головой Кирилл. — Нет.

Я вздрогнул.

— Ты понимаешь, чем мне это грозит? Понимаешь, что без неё я быстро сойду с ума, превращусь в неконтролируемого монстра. Ради чего всё это, Бай? Ради всего лишь одной рядовой полукровки ты рискнёшь своим другом и родственником?

Кирилл хмыкнул.

— Этьен, я прожил от Насти отдельно целый год — и как — то не сошёл с ума. Если постараешься — у тебя тоже всё будет хорошо.

— Мы уже говорили об этом. Настя всё время жила на территории твоей стаи.

— И я тебе могу снова повторить, что у меня не было предлога для встреч, какой есть у тебя.

— А твой бета? Можешь ли ты гарантировать, что Ги будет и дальше оставаться всего лишь её охранником. Или у тебя есть какие — то дальнейшие планы?

— Ты ведь не думаешь, что я стану тебе врать? — иронично приподнял бровь Баев. — Хорошим бы я был Альфой, если бы использовал отличного бету в качестве простого охранника.

Не знаю, как я сумел сдержаться. Хотелось прямо сейчас разорвать Бая, затем Гильермо, а затем найти и утащить Таис обратно в свой замок, спрятать в своей спальне — там где было её место. Но я каким — то чудом сдержался.

— Не ломай мебель, — кивнул на стол с гранитной столешницей Кирилл. Я, оказывается, каким — то образом успел превратить часть стола в щепки.

— Этьен, ты сам сказал, что ты мой родственник и друг. Но Тае я должен. Если бы Андрюха не проморгал эту ситуацию с её отцом, девчонке не пришлось бы взрослеть в одиночестве, боясь сойти с ума.

— Так Гильермо действует по твоему приказу?

— Разумеется, нет, — фыркнул Баев. — Он видит то же, что и я: испуганную, запутавшуюся девушку, которой нужна дружеская поддержка. Я не в том статусе, чтобы оказывать ей такую поддержку; Настя постоянно занята в госпитале. Да и потом, она боится именно мужчин, Этьен — а оттого Гильермо самая лучшая кандидатура для её исцеления, как бы пафасно это сейчас не прозвучало.

— Ты не боишься, что я его разорву при встрече?

— Он достаточно смышленый, чтобы не ходить твоими тропами.

— При этом ты не собираешься ограничивать их общение, я правильно понимаю? Одежда Таис не пропиталась бы его запахом, если бы они не проводили много времени вместе.

Кирилл вздохнул.

— Этьен, я не позволю тебе исковеркать жизнь Тае. Твоя мать заслужила клетку, Тая — нет. И если ты не сможешь исправить своих ошибок, то не сможешь забрать свою жену из моей стаи. Более того, я буду приветствовать её союз с Гильермо только для того, чтобы ваша девочка росла в полной любящей семье, а не в удушающей атмосфере ненависти. Подумай, что ты сможешь дать своему ребенку?

Я не думал, я чувствовал. Чувствовал, что закипаю… и волчьи клыки на своём лице.

— Держи, — Баев кинул мне ту самую железяку, которую только что крутил в руках. Это оказалось небольшим металлическим пеналом. Открыв его, я увидел два уже наполненных лекарством шприца.

— Сделай один укол в шею прямо сейчас, второй — завтра утром. И сможешь соображать хладнокровно.

— Значит, мудрый Альфа всё же перестраховывается, — усмехнулся я.

— Просто не хочу потерять друга и какую — никакую, но родню, — фыркнул Кирилл.

Первый укол я себе сделал незамедлительно, сразу после того, как остался один. Мне как никогда был нужен холодный рассудок, не скованный звериными страстями.

Я пытался, как мог, просчитать поведение Кирилла — ничего не выходило. То ли Баев по — лисьи пытался меня запутать, то ли он знал куда больше, чем озвучивал.

Пока я раздумывал над этим не очень приятным обстоятельством, позвонил Марк, и встревоженный тон его голоса моментально заставил меня напрячься.

— Альфа, у нас в стае возникла проблема.

— Какая? — моментально собрался я. Мне ещё неприятностей в стае не хватало.

Марк тяжело вздохнул.

— Лера, когда наводила порядок в комнатах Луны, нашла кое — что…к сожалею, глупая девка решила, что это личное дело вашей пары и припрятала тетрадку, никому ничего не сказав. Мне сообщила об этом её мать.

— Тетрадку? — Нахмурился я, предчувствуя что — то нехорошее. — Какую тетрадку?

— Я взял на себя смелость и приказал Ольге сделать перевод с русского.

— И? — рыкнул я. — Марк, не тяни.

— И я считаю, что Вам необходимо с этим ознакомиться.

— Хорошо, — проскрипел я, мысленно негодуя о том, что какая — то полукровка, которую и терпят то в стае только из — за матери и её мужа, посмела утаить от меня что — то о моей жене.

— Вышли перевод мне на почту, — приказал я ледяным тоном. — Да, и проследи, чтобы эта сука, что спрятала от меня тетрадь, получила наказание. Думаю, пять плетей будет достаточно, но решать тебе.

— Благодарю, Альфа, — услышал я довольный голос Марка, так, словно он давно сам мечтал заняться воспитанием сводной сестры, и только сейчас получил на это разрешение.

Я же, как только услышал сообщение о доставленном емейле, тут же открыл присланный файл и погрузился в чтение.

Что ж…

Если бы я сам час назад не слышал час откровений Таис, то ни за что бы не поверил всему этому бреду. Но теперь с этими знаниями…

Закончив читать дневник матери Таис, я почти сразу же набрал Грегу Лоуренсу, Альфе бостонской стаи. В его стае имелось несколько мировых светил из мира психиатрии.

Кратко обрисовав ему ситуацию, я попросил Грега об услуге.

— Так у тебя же у самого целый штат приличных специалистов, — усмехнулся Грег. — А уж Бай на психологах и психиатрах вообще повернут.

Грег, никогда не ладивший с Серильо, не смог удержаться от обязательной шпильки в его адрес.

— Я не хочу использовать специалистов ни своей, ни его стаи. Честно говоря, опасаюсь, что под давлением Альф исследование получится пристрастным, и картина окажется смазана.

-Я слышал, что между вами пробежала чёрная кошка, — по своему истолковав моё объяснение, ответил Грег. — Сделаю, что смогу. Над твоим делом будут работать сразу все лучшие доктора. Присылай своего бету с оригиналом дневника. Мои сами сделают перевод, заодно и подчерк посмотрят.

Поблагодарив бостонца за содействие, я снова перезвонил Марку, радуясь, что дело, наконец — то, сдвинулось с мёртвой точки.

Тая

Первое общение с Этьеном далось мне нелегко. Я перенервничала, переволновалась… И не удивительно, в общем- то, что в этот день я легла спать аж в половине восьмого вечера.

Зато на следующий день энергия во мне просто била ключом. Я играла с Владом, носилась по дорожкам замка за Ильёй и даже после обеда отправилась вместе с Гильермо и Илюшей в город, чтобы присмотреть мальчику новую обувь.

Конечно, Альфа Баев ни в чем не оказывал своему воспитаннику — и любую обувь легко могли привести в замок горничные или те же охранники. Но наша главная идея заключалась в социализации мальчика, который, казалось, рос слишком оторванным от настоящего мира.

Заодно Гильермо решил напоить нас молочным коктейлем — и мы с Илюшей, балуясь, воровали друг у друга трубочки.

— Какая чудесная семья, — раздалось по английски совсем рядом с нами. Пожилая пара британцев (судя по акценту, это были именно они), с умилением наблюдали за нами. Поняв, что их понимают, британцы неловко улыбнулись и прошли вперед, к стеклянным витринам, где были выставлены самые разнообразные десерты и лакомства.

Мы же с Гильермо заговорчески переглянулись.

— Хотел бы я, чтобы это было правдой, — прервав молчание, тяжело вздохнул Ги. — На сына, правда, я никогда не рассчитывал, но подержать дочь на руках — всегда было моей самой большой несбыточной мечтой.

Его теплый взгляд быстро прошёлся по Илье и остановился на мне.

— А почему ты никогда не рассчитывал на сына? — не поняла я. — Обычно мужчины мечтают о наследнике.

Гильермо грустно усмехнулся.

— Знаешь, когда — то в нашей семье обязательно рождались мальчики. Сильные беты, способные держать стаю не хуже вожака. Но однажды…

Подняв машинку, которую Илюша свалил на пол, Гильермо продолжил.

— … один из моих предков долгое время не мог встретить свою избранницу. Он так боялся не оставить после себя наследника, что выкрал дочь Альфы соседнего клана. Она не была его истинной, разумеется. Просто сильная, молодая оборотница.

— Он… принуждал её? — тихо спросила я.

Высокий, мощный мужчины, сидящий сейчас напротив меня, как — то по особенному беззащитно пожал плечами.

— Сказки из этого похищения, к сожалению, не получилось. Я слышал, что она умерла почти сразу после рождения близнецов. А Луна — Луна оборотней — по легенде, появилась перед моим предком и сказала ему, что он может порадоваться появлению долгожданного сына — ведь это будет последний сын в его семье. Так и вышло: теперь те, кто владеет силой беты, никогда не имеют сыновей. У моего дяди были дочери, у его дяди, в свою очередь, вообще не было детей.

— Но тогда как же передаётся сила? — не поняла я.

— Через дочерей, — усмехнулся Ги. — У моего дяди не было наследников, зато моя мать родила от простого оборотня щенка с силой беты. Одна из моих сестёр, которая вообще замужем за полукровкой, тоже в свою очередь, родила следующего бету. Можно сказать, моего наследника. Он сейчас, кстати, работает бетой в родном городе твоего отца.

Я удивлённо посмотрела на Гильермо.

— Мне тоже нравится это совпадение, — улыбнулся мужчина, поднимаясь из — за стола и подхватывая Илью на руки. — Мы можем как — нибудь туда съездить… когда ты будешь готова.

Протянув мне свободную ладонь, Гильермо мягко поинтересовался:

— Теперь в магазин игрушек?

В общем, я провела прекрасный, увлекательный день в компании мужчины, которому начинала понемногу доверять.

А когда вечером я вернулась в замок, в комнате меня ждал сюрприз: очень дорогой и очень тонкий лэптоп.

Компьютер выглядел как дорогая кожаная папка одного из люкс — брендов, и я, было, сначала подумала, что внутри папки какие — то документы. Может быть, решила я, Анхелика принесла, пока мы с Гильермо прохлаждались в городе… И лишь когда я взяла «папку» в руки, ощутила, что вес — то совсем «не бумажный». А когда, наконец, умудрилась папку открыть и поняла, что это компьютер…

Лет десять назад, бентли делало подобные эксклюзивные модели, и стоили они тогда не меньше тридцати тысяч долларов. А сколько стоило это плоское чудо — я даже представить себе не могла. Явно куда больше, чем моя ипотечная студия на окраине Москвы.

Вошедшая с огромным букетом Анхелика сконфуженно замерла на пороге.

— Прости, пожалуйста, я не постучалась. Не думала, что вы уже вернулись.

Огромный букет красных роз был явно слишком тяжелым.

— Куда поставить? — спросила она, кивнув на цветы. (3303c)

— Это… — я посмотрела сначала на розы, затем на лэптоп. — А это..?

Я до последнего момента надеялась, что сюрприз был от Гильермо. Но Анхелика, поставив цветы на столик неподалёку от кровати, довольно сообщила:

— Альфа Валуа велел передать.