32. План по удержанию

Ривиан

Кровь всё ещё гудела в ушах, разгоняя по венам бешеный адреналин, пока я широким, стремительным шагом пересёк дворцовые коридоры. Ветерок, проникающий сквозь распахнутые окна, приятно холодил кожу сквозь дыры моего безнадёжно испорченного камзола.

Я шёл, не обращая внимания на вытягивающихся по струнке и откровенно таращащихся стражников. Мой разум всё ещё находился в спальне гостевого крыла. Перед глазами стояла оскаленная пасть призрачного зверя, а на груди горели следы от тяжёлых, искрящихся Тьмой лап. Но ярче всего в памяти отпечаталось её лицо. Разгневанная, прекрасная, пышущая яростью Кирия. То, как она чеканила каждое слово, предлагая мне, наследному принцу, унизительный договор о неразглашении... Это было невероятно. Любой другой на её месте забилась бы в угол от страха или попыталась использовать мою тайну для шантажа ради власти и золота. А эта дикарка просто указала мне на дверь, требуя вернуть ей свободу!

Губы сами собой растянулись в широкой, совершенно неуместной в данной ситуации улыбке.

Распахнув тяжёлые дубовые двери своих покоев, я шагнул внутрь и тут же остановился. У окна, нервно меряя шагами ковёр, ходил Дариан. Услышав звук открывающейся двери, он резко обернулся. Брат тут же бросился ко мне, но, не дойдя буквально пару метров, резко затормозил, словно наткнувшись на невидимую стену.

— Э-эм… что с тобой? — ошарашенно спросил он, его зеленые глаза расширились, внимательно разглядывая лохмотья, в которые превратилась дорогая ткань камзола от когтей Тьмы.

— А, это, — небрежно отмахнулся я, стягивая испорченную вещь с плеч и отшвыривая ее на спинку ближайшего кресла. Я всё ещё копошился в своих мыслях, заново переживая каждую секунду нашего с колючкой столкновения. — Да так, свидание вышло из-под контроля.

Я прошел к небольшому столику, налил себе воды из графина и залпом выпил, пытаясь остудить внутренний пожар. Мой мозг активно работал, перебирая варианты. Она поставила мне ультиматум: вычеркнуть из списков конкурсантов и отправить домой, позволив исчезнуть из моей жизни навсегда… Даже речи об этом быть не может! Точно нет! Я скорее добровольно суну руку в пасть ее агрессивной Кокоше, чем позволю покинуть меня!

— Это… люди де Валери тебя так? — спросил Дариан, не сводя глаз с моей груди, где сквозь порванную рубашку виднелись красные полосы — заостренные когти не тронули плоть (пантера намеренно не собиралась меня ранить), но она оставила свой обжигающий след Тьмы.

— Ага, — просто кивнул я, наливая себе еще воды, и тут же услышал со стороны младшего брата судорожный, полный ужаса вздох.

— И… что же ты натворил, что она… так с тобой обошлась? — Дариан подошел ближе, разглядывая меня, словно видел впервые.

В покоях повисла тишина. Я медленно поставил хрустальный бокал на столешницу и посмотрел на младшего брата, неохотно выплывая из водоворота собственных планов и размышлений.

— Она поймала меня, точнее… — я поморщился, вспоминая свою же глупость и то, как расслабился под ее нежными руками, позволив прикоснуться к артефакту на шее. — Я сам виноват, что так вышло. Потерял бдительность.

— Она… — Дариан картинно схватился за сердце. — Она увидела, как ты превращаешься в кота?!

Я молча кивнул, чувствуя, как на губах расцветает хищная улыбка, которая была сейчас вообще ни к месту.

— Не понимаю, чему ты радуешься? — покачал головой брат, глядя на меня, как на сумасшедшего. — Ривиан, это же катастрофа!

— Ты бы видел, как она разозлилась, — бархатисто, с искренним восхищением рассмеялся я, игнорируя его панику. — Такая красивая в гневе… Настоящая буря.

— Так, понятно. Я сейчас, погоди, — Дариан решительно кивнул сам себе, разворачиваясь и направляясь к массивным дверям.

— И куда ты? — я вопросительно вскинул бровь, скрестив руки на груди.

— За лекарем! — фыркнул он, даже не обернувшись. — Причем как можно скорее! Ты не в себе! Нам нужно срочно что-то придумать, чтобы она никому не рассказала о твоем секрете, а ты стоишь посреди покоя и довольно хохочешь! Ее Тьма явно повредила тебе рассудок!

— Кирия сказала, что не поведает об этом никому, — спокойно бросил я ему в спину.

— Серьезно? — Дариан тут же остановился у дверей. Его рука замерла на бронзовой ручке. Он медленно обернулся, вскидывая бровь с откровенным недоверием. — Но ее молчание чего-то стоит, да? Такие тайны просто так не хранят.

Я снова кивнул, признавая его правоту.

— И чего она хочет? — зеленые глаза младшего принца как-то хитро прищурились. Он внимательно посмотрел на мое помрачневшее лицо, и уголки его губ поползли вверх. — Дай угадаю, — хохотнул Дариан. — Она хочет, чтобы ты отпустил ее с отбора. Снял ее кандидатуру и позволил уехать.

По моим мгновенно потемневшим, сверкнувшим золотом глазам Дариану всё стало предельно понятно. Он попал в самую точку.

— Но я ее не отпущу! — упрямо, с металлом в голосе мотнул я головой.

— Будешь держать девушку силой? — Дариан отлип от двери и медленно подошел обратно, глядя на меня с искренним непониманием. — Принуждать ее остаться… Так на тебя не похоже, Ривиан. Ты всегда презирал тех, кто добивается женщин властью.

— Она… — я замолчал, чувствуя, как слова застревают в горле.

Смотрел на брата, на его открытое, честное лицо. У меня никогда не было секретов от него. Мы доверяли друг другу с самого раннего детства. Но... сейчас я не мог рассказать ему то, что так сильно хотелось.

Дариан искренне любит свою мать. Какой бы стервой ни была Императрица Октавия для всего остального мира и для меня лично, для него она оставалась матерью. Я не мог, просто не имел права сказать ему сейчас правду. Не мог рассказать о том, что его мать хладнокровно отравила Кирию на чаепитии. И уж тем более не мог выдать самую главную, опасную тайну: что благодаря этому покушению я узнал о невероятной, способности Кирии нейтрализовать смертельные яды при помощи своей Тьмы. Эта информация была слишком опасной. Расскажи Дариану, и его мир перевернется. Он пойдет к матери с вопросами, а Кирия... Кирия станет главной мишенью. Такое рассказывать нельзя. И пусть Октавия вскоре узнает, что с ядом не вышло, но... я сделаю всё, чтобы защитить мою колючку.

— Кирия пришлась мне по душе, — я печально улыбнулся, мастерски скрывая свои истинные мысли и впервые в жизни откровенно обманывал брата. — Такой девушки, как она, нет во всей Империи. Я не хочу ее потерять.

— Как же я с тобой согласен, брат, — понимающе кивнул Дариан, тяжело вздохнув. В его глазах мелькнуло сочувствие. — Она действительно особенная. Но такую удержать будет сложновато. Сам видишь, плевать ей, что у тебя власть и богатство. Ее в золотую клетку не посадишь.

— Это я уже понял, — хмыкнул я, смещая внимание на свой изображенный котами пантеры камзол, сиротливо висящий на кресле. Красноречивое напоминание о неприступности темной магианы. — Значит, нужно придумать что-то другое. Предложить ей то, от чего она, при всем своем упрямстве, не сможет отказаться.

Но на тот момент я даже не подозревал, что придумывать что-то другое мне не придется. Судьба, словно насмехаясь над моими планами, сама расставит всё по своим местам, причем в самое ближайшее время...