ЭПИЛОГ

Кира (спустя месяц)

— Стоять! Ривиан, кому говорю, стоять! — мой возмущенный вопль, кажется, сотряс вековые своды императорского дворца.

Я неслась по широкому мраморному коридору, путаясь в подоле платья, и чувствовала, как внутри закипает вполне оправданная, праведная ярость. Тьма под кожей бурлила, отзываясь на мои эмоции, и уже была готова выпустить когти, чтобы настигнуть беглеца.

А беглец, между прочим, являлся наследным принцем Люмирии! И этот самый принц, сверкая пятками, на приличной скорости улепетывал от меня в сторону оранжерей, даже не думая сбавлять ход.

— Я тебя предупреждала, Ривиан! — кричала я ему в широкую, удаляющуюся спину.

Стражники, вытянувшиеся по струнке вдоль стен, таращились перед собой, изо всех сил пытаясь сдержать улыбки. Пробегающие мимо служанки вжимались в ниши, прикрывая рот ладошками. Картина, несомненно, была достойна кисти лучшего художника: будущий Император спасается бегством от своей разгневанной невесты.

Ну а что мне оставалось делать?! Это было уже третье! Третье свадебное платье, которое этот невыносимый котяра умудрился увидеть до церемонии!

Я, как нормальная (ну, почти) невеста, решила соблюсти хотя бы одну глупую местную традицию — жених не должен видеть наряд до свадьбы. Это же классика! Интрига! Элемент сюрприза! Но судьба, видимо, решила испытать мои нервы на прочность.

Первое платье Ривиан «случайно» увидел, когда зашел в мою гардеробную проверить, не дует ли из окна. Второе — когда портниха несла его по коридору, а он, видите ли, решил проверить качество кружева. Но сегодня... сегодня он превзошел сам себя! Ввалился ко мне в покои прямо во время примерки третьего, самого роскошного наряда, который я держала в строжайшем секрете, заявив, что соскучился и жить без меня не может!

— Ты же знаешь, я очень тебя люблю! — крикнул Ривиан, на полном ходу заруливая в очередной поворот.

Раздался глухой возглас и бормотание. Я вылетела из-за угла как раз вовремя, чтобы увидеть, как Дариан, чудом отскочивший к стене, выпученными глазами смотрит на пронесшегося мимо старшего брата.

— А вы... — ошарашенно начал младший принц, переводя взгляд с него на меня.

— Брат, спаси меня! — крикнул ему Ривиан, даже не притормозив и улепетывая дальше по коридору.

— Дариан, держи его! — скомандовала я, тяжело дыша и не сбавляя скорости.

Дариан, этот предатель, театрально прислонился плечом к гобелену, скрестил руки на груди и выдал совершенно издевательским тоном:

— М-да-а-а... Брат, беги! Беги со всех ног! Сестра, ты обязательно его догонишь! Я верю в тебя!

— Вот жук! — рявкнули мы с Ривианом одновременно, хоть и находились на приличном расстоянии друг от друга.

— Ах, — донесся до меня счастливый вздох Дариана, — и всё-таки они идеальная пара! Вот бы и мне такую же найти!

Я бежала, движимая упрямым желанием догнать и высказать будущему мужу всё, что думаю о его шпионских навыках. Но внезапно дыхание сбилось. Воздух стал каким-то вязким. Коридор перед глазами предательски качнулся.

Я резко остановилась, цепляясь рукой за тяжелую портьеру. Сердце колотилось где-то в горле, а в висках застучали молоточки.

— Кира? — послышался впереди обеспокоенный, настороженный голос. Шаги стихли.

Я закрыла глаза, пытаясь сфокусироваться и унять внезапное, резкое головокружение.

— Что-то мне... — я сделала глубокий, прерывистый вдох, чувствуя, как слабеют колени, — ...плохо.

— Плохо?! — Ривиан оказался рядом за долю секунды. От его игривости не осталось и следа. — Где плохо? Что болит?

Его сильные руки мгновенно легли мне на плечи, поддерживая, не давая упасть. В медовых глазах плескалась паника.

— Прости меня! — засуетился он. — Я правда не планировал, чтобы свадебные платья попадались мне на глаза! Я просто хотел тебя увидеть! Дьявол!

— Ривиан... — прошептала я, понимая, что пол уходит из-под ног, а голоса звучат как сквозь толщу воды. — Я, кажется, сейчас...

Темнота обрушилась мягко и стремительно. Последнее, что помню — это надежные объятия принца, не позволившие мне встретиться с мраморным полом.

Ривиан

Шутливый, веселый побег перерос в панику, граничащую с полным безумием.

Когда Кирия обмякла в моих руках, мое сердце пропустило удар, а затем сорвалось в бешеный галоп. Я стоял посреди коридора, прижимая к себе одно из самого дорогого, что у меня было в этой жизни, и чувствовал, как мозг отказывается соображать. Страх, липкий и холодный, сковал все мысли.

— Брат! — рядом, словно из-под земли, вырос Дариан. Он мгновенно оценил ситуацию, и его лицо стало серьезным. Он хлопнул меня по плечу, приводя в чувства. — Не стой столбом! К отцу! Быстро! Пусть зовет Ловьера!

Я очнулся. Прижимая легкое тело Кирии к своей груди, стремительным шагом понесся в сторону кабинета Императора. Дариан шел рядом, почти бежал, стараясь не отставать.

— Всё будет хорошо, слышишь? — бормотал он, успокаивая меня, хотя я видел, по его глазам, что Дар переживает не меньше моего. — Она просто переутомилась. Предсвадебная суета, нервы, платья эти дурацкие... Лекарь сейчас даст ей какую-нибудь настойку, Кирия очнется и снова начнет на тебя шипеть.

Я кивал, не в силах произнести ни слова. Челюсти были сжаты до ломоты в деснах. Мой разум отчаянно цеплялся за соломинку: она не может заболеть. Не может! Ее Тьма выжигает любую заразу, любой яд! Она защитит ее!

Мы влетели в малый кабинет отца без доклада, едва не снеся с петель тяжелые дубовые двери.

Император, склонившийся над бумагами, удивленно вскинул голову. Но стоило ему увидеть бесчувственную Кирию у меня на руках и мое перекошенное от ужаса лицо, как он мгновенно всё понял.

— Ловьера! Живо! — рыкнул правитель так, что у стражника в коридоре, кажется, подогнулись колени.

Я бережно опустил дикарку на широкую софу. Отец подошел ближе, хмуро глядя на бледное лицо девушки. Дариан нервно мерил шагами ковер. В кабинете повисла тревожная тишина, нарушаемая лишь моим тяжелым дыханием. Я не отпускал прохладную руку Кирии, молясь всем богам, чтобы она открыла свои сапфировые глаза.

Ловьер появился спустя пару минут, запыхавшийся, с небольшим сундучком в руках. Увидев, кто лежит на софе, старик тут же посуровел и, не тратя времени на церемонии, подошел к пациентке.

— Отойдите, Ваше Высочество, — мягко, но настойчиво попросил лекарь.

Я нехотя отступил на два шага.

Ловьер достал из сундучка несколько прозрачных сфер и начал плавно водить руками над телом девушки, читая заклинания. Мы втроем — Император, я и Дариан — замерли. В кабинете стало так тихо, что можно было услышать, как колотится мое сердце. Мы боялись дышать, чтобы не мешать старику.

Я напряженно всматривался в лицо лекаря, который хмурился и молчал.

Минуты тянулись как часы.

И вот Ловьер медленно опустил руки. Сферы с тихим звоном растворились в воздухе. Старик выпрямился. Он повернулся к Императору, затем обвел взглядом нас с Дарианом и, остановив свои глаза на мне, вдруг хитро, почти по-мальчишески улыбнулся.

— Ну?! — не выдержал я, чувствуя, как натягиваются нервы. Мой голос сорвался на рык.

Ловьер выдержал паузу, наслаждаясь моментом, а затем торжественно произнес:

— Примите мои глубочайшие поздравления, Ваше Высочество! Леди Кирия в положении.

В кабинете наступила оглушительная тишина.

Ловьер посмотрел на младшего принца и задумчиво потер седую бороду.

— Я отчетливо вижу, что леди Кирия в положении, — произнес лекарь. — И развитие идет прекрасно. Но... я не вижу, какая у ребенка магия.

— Ох! — взволнованно выдохнул Император, подаваясь вперед.

— Тьма, Ваше Величество, — пояснил Ловьер, — она словно укутала плод непроницаемым коконом. Скрывает его от моего Света. Защищает.

— Тьма бережет малютку! — Дариан довольно засиял.

— Более того, — лекарь хитро прищурился, глядя на меня. — Смею предположить, что малыш там может быть даже не один.

— Не один?! — в один голос, синхронно выпалили мы втроем: я, отец и брат.

— Понимаете, — улыбнулся Ловьер, разводя руками, — такой магический симбиоз происходит впервые в истории нашей Империи. Я чувствую колоссальный всплеск энергии. Возможно, когда срок беременности будет не таким маленьким, мы сможем увидеть больше, — старик почтительно поклонился мне. — Ваше Высочество, позволите ли вы мне вести беременность будущей Императрицы?

— Ну а кто же еще удостоится такой чести! — фыркнул Император, не скрывая гордости.

— Я доверяю вам, Ловьер, — твердо кивнул я.

— Благодарю вас, — склонил седую голову лекарь. — Леди Кирия пусть пока отдыхает. Никаких отваров давать ей не будем. Дождемся естественного пробуждения. Эта беременность особенная, магия сама знает, что делает.

— Да-да! — закивал отец, счастливо потирая руки. — Делай всё, что нужно! Лучшие покои, лучшие травы — всё в ее распоряжении!

— Я стану дядей! — выдохнул Дариан, мечтательно глядя в потолок. — Какое счастье!

Гул голосов Императора, лекаря и восторженного Дариана начал отдаляться, сливаясь в единый, радостный фон. Я больше никого не слушал и ничего не замечал.

Медленно подошел к софе, опустился на колени перед спящей девушкой. Бережно, боясь даже вздохнуть, взял ее прохладную руку в свои ладони и поднес к губам, оставляя невесомый поцелуй на тонких пальцах.

— Моя колючка, — прошептал я, чувствуя, как от нежности щемит сердце. — Знала бы ты, как сильно я тебя люблю.

— Вместо того, чтобы в любви ей признаваться, пока она спит, — фыркнул прямо над ухом Дариан, — лучше бы за пледом сходил!

Брат бесцеремонно пихнул меня бедром, заставляя чуть подвинуться, и заботливо, с братской нежностью укрыл Кирию мягким пледом, который успел где-то раздобыть.

— Сестра, — Дариан тепло улыбнулся, глядя на ее спокойное лицо, — как же хорошо, что ты появилась в наших жизнях.

Я хмыкнул, не отрывая взгляда от моей невероятной, удивительной женщины.

Если бы брат только знал, насколько он прав. Кира ворвалась в наш мир ураганом, перевернула в нём всё вверх дном, разрушила вековые интриги и заставила нас взглянуть на вещи иначе. Иногда самое темное проклятие оборачивается величайшим спасением, а колючий, неуживчивый характер скрывает за собой душу, способную подарить тебе целый мир. Мир, в котором Свет и Тьма больше не враждуют, а сливаются воедино, порождая новую, прекрасную жизнь.