ЭПИЛОГ

ЭПИЛОГ

Екатерина

– Уф! – вошла, а точнее вкатилась в ателье, где ко мне тут же подскочила леди Фелиция.

– Катюша! – чуть ли не взвизгнула она. – Как же так? А где его величество? – вздыхала она, подхватывая на руки малышку Лисинеллу, которая всегда была рядом со мной.

– Во дворце остался, – отмахнулась я, усаживаясь на стул и поглаживая пузико, в котором вовсю ворочалась наша с Арахонтом дочка.

– Опять сбежала? – хитро улыбнулась супруга советника.

– Сам виноват, – выпалила я, – вздохнуть свободно не дает! Даже ночью надо мной стоит служанка, которая отсчитывает мой пульс через каждые десять минут!

– Ну, – качнула головой женщина, – его можно понять. Правитель переживает…

– Но ведь это не значит, что все нужно доводить до абсурда, – фыркнула я, чувствуя, как малышка больно ударила в низ живота.

– Что такое? – насторожилась леди Фелиция.

– Да с самого утра буянит, – улыбнулась я, – вся в своего отца!

Спустя несколько дней после ритуала Арахонт устроил глобальную проверку всего государства. Помимо самого правителя, ее возглавляли: Листар, глава стражи замка, вождь тикунцев Алтарион, его брат Тамиран и, не поверите, леди Фелиция. На это у них ушло больше трех месяцев, но зато теперь по улицам можно ходить свободно хоть в три часа ночи. Погибших почти не было. Но все же они были. И это те, кто хранил верность сгоревшим советникам. Они распространяли сплетни по государству и пользовались своим положением, но, на наше счастье, мы смогли вычислить их прежде, чем они сгорели и унесли с собой имена своих подельников. Алтарион помог. Он мигом прочитал их мысли, в которых было столько гадости и злодеяний, что даже страшно стало.

Кстати, об Алтарионе. Вождь тикунцев стал у нас частым гостем. Арахонт создал ему межпространственное окно, через которое можно было перейти в тронный зал в любое время суток. Вождь метался между двух огней, не имея возможности оставить свою истинную и племя, поэтому я посоветовала своему супругу открыть постоянный портал, чему Алтарион был очень рад, шныряя к нам по несколько раз на дню.

Лисинелла сразу прониклась душой к этому здоровяку, который не сводил с нее глаз. В одно мгновение он из серьезного и угрожающего вождя превращался в счастливого мальчишку, который готов был хлопать в ладоши и хохотать от счастья, когда Лисонька улыбалась ему.

Нашу с Арахонтом свадьбу мы сыграли на моем пятом месяце беременности, когда государство было очищено от грязи. Торжество получилось ужасающе масштабным. Свадьбу устроили на площади, которую предварительно украсили, спасибо за это молодым девушкам, которые таким образом решили сделать для меня и Арахонта сюрприз. Мы отмечали именно на том самом месте, где встречали новый год. На тот момент уже как раз сошел снег, и солнышко радовало своим теплом. Улицы были заставлены столами с яствами. Подарки и поздравления текли рекой. Собралось все государство. Бедняга Базира. Она готовила не покладая рук. Ей помогали все женщины города, даже стражники и я в том числе, пусть Арахонт и ругал меня, что мне нужно больше отдыхать. А я не хотела отлеживаться. Хотела быть рядом с теми, кто переживал за меня, когда я попала в чужое тело.

Этого бедного мужчину, который пострадал от рук Мистарии, предали земле. Алтарион настоял на этом, и я была полностью с ним согласна. Мужчина не виноват, что его ввязали в грязные делишки сумасшедшей. Он заслужил покой как душой, так и телом.

Душу этой мерзопакостной дряни запечатали в магический сосуд, который вождь тикунцев создал все той же магией специально для данного обряда. На нем были начертаны руны, благодаря которым душа, находящаяся в нем, испытывала адские мучения. Я считала, что это не по-божески, но разве Мистария заслужила чего-то другого? Смерти? Точно нет! Это для нее слишком легко. А вот метаться внутри непробиваемой склянки и видеть свои страхи, существовать с ними, не имея возможности избавиться ни на миг – это как раз то, что надо! Алтарион запечатал этот сосуд, помещая его в тайник под святилищем своего племени, который никогда и никто не найдет, потому что он призывается только его хозяином.

Наше государство потихоньку процветало. Мы налаживали быт, каждый раз вводя что-то новенькое. Так к концу весны во всем государстве было пять ателье и семь кафетериев, которые всегда были заполнены под завязку. Каждое утро по улицам плыл манящий запах свежеиспеченной сдобы и свежесваренного кофе. Драконы постепенно привыкали к изменениям, и это не могло не радовать. Мы решили пойти дальше и открыть подобие харчевни или таверны, которая опять же моментально стала популярной. На данный момент возводили второе здание, где можно было прийти и покушать мяса на углях и печеной картошечки со сливочным маслом и зеленью.

Ребятишки стали вести себя более смело. Они уже не шарахались в разные стороны от стражников, а наоборот, с важным видом следовали за ними, составляя компанию при обходе улиц. Кстати, о детишках. На наше счастье, за полгода двенадцать дракайн узнали о своей беременности. Как мы и планировали, женщины сменили тяжелую работу на более легкую, вот вам и результат.

Тикунцы все чаще встречались на наших улицах. Мы не были против, наоборот, это лишь еще один повод задуматься над тем, кто ранее пытался выкрасть Лисоньку. Арахонт и Алтарион решили поставить магический контур по границам наших земель, и если незваный гость переступал его, они сразу узнавали об этом.

Уголь помог пережить суровую зиму, причем как нам, так и тикунцам. Арахонт поделился столь ценной и важной находкой. Как оказалось, расщелина тянулась на несколько километров вдоль всего леса, поэтому горючего камня даже на два государства хватит на несколько сотен лет. А с отопительной системой, которую только доделали, (ох и намучились же с ней мужчины), зима нам будет вообще не страшна.

Закрытое крыло, которое стояло нетронутым, открыли. Все помыли, привели в порядок, сделали новую мебель, ведь я все никак не могла успокоиться. В каждой комнате внесла свои изменения. Ремесленники с горящими глазами ходили за мной по пятам, записывая все, что я им говорю. Мне нравилось, что им интересны мои предложения, но больше всего нравилось то, что мои идеи постепенно переходили в дома жителей нашего государства и, как оказалось, к тикунцам.

Моя тайна, что я иномирянка, для двух государств перестала быть тайной, так же как и то, что Лисинелла может открывать межмировой портал. Ни к ней, ни ко мне никто не мог прикоснуться, если в его голове были дурные мысли. Знания Алтариона и это помогли решить. На нас с Лисинеллой стояла мощная защита, снять которую или обойти было просто невозможно.

Мы ходим в мой мир каждый месяц – конечно же, вместе с вождем тикунцев, как же этот здоровяк отпустит свою Лису? Ювелир сдержал свое слово и перевел мне на счет оставшуюся сумму, которая была даже больше, чем он рассчитывал. Не стоит говорить, что он стал нашим постоянным партнером, который помогал в продаже очередного украшения. Мы даже с Арахонтом подарили ему колье, которое он отказывался брать, так как его стоимость была оценена в несколько сотен миллионов, но я уговорила его принять этот дар.

Наши планы были глобальными, и мы уверенно их превращали в реальность. Так драконы узнали про свиней, коров, кроликов, кур, гусей и уток. Мы переместили огромное количество саженцев, за которыми драконы и тикунцы ухаживали со всей душой. Поля засевались кукурузой, рожью и овсом. Жители узнали, что такое картошка, морковка и другие овощи.

Наша жизнь налаживалась. Я видела, как мой мужчина летает в облаках. Он, как и я, был счастлив.

Помню, как после ритуала мы, все окровавленные, вышли в коридор замка. У Арахонта не было сил даже открыть портал, перемещение моей души забрало почти все как у Алтариона, так и у моего супруга.

Надо было видеть, сколько народу встретило нас. ВСЕ ЖИТЕЛИ ЗАМКА. Они стояли белее мела, не произнося ни звука. Я была так растеряна и одновременно взволнована. Но леди Фелиция разрядила обстановку криком: «Катюша вернулась!» Она кинулась ко мне, сжимая в своих объятиях, несмотря на то, что я была вся перемазана в крови. Моей благодарности не было предела. Эта женщина стала для меня настоящей матерью, которая хлопотала надо мной и ругала всех, в том числе и самого правителя, если видела, что того требует ситуация. Арахонт назначил ее главной над советом. Она долго охала и ахала от такой должности, но потом все же приняла её. Леди Фелиция и по сей день не отходит от меня, отлучается только проверить, как идут дела в ателье или кафетериях. Ведь кроме меня и Лисоньки, ей свое внимание дарить некому. Пока некому. Да-да, вы все правильно поняли, ее дочь утащил тикунец. В прямом смысле этого слова. Приближенный к Алтариону распознал в ней свою истинную и как дикарь, взвалил девушку на плечо и утащил в портал. Фелиция долго возмущалась, осыпая бранными словами его голову под хохот вождя. Но потом ей объяснили, что эта девушка поцелована богами и станет одной из самых счастливых на всем белом свете. Фелиция нехотя, но все же отступила. В конце концов, она сама хотела своей дочери достойного мужа, вот он и нашелся. Тем более, что она могла в любую секунду наведаться в племя и увидеть свое чадо.

Дочь главного советника, сгоревшего при клятве, отдали замуж за простого работягу. Она даже и не сопротивлялась. Сама об этом попросила. Что сказать, даже злюкам свойственно меняться, но не всем.

– Ой, – вновь сморщилась я, когда малышка вновь ударила меня вниз живота… Или не ударила…

– Мама, – взволнованно произнесла Лисинелла, подходя ко мне.

Посмотрела на свою кроху с двумя косичками.

– Все хорошо, – погладила дочку по макушке, чувствуя, как по ногам что-то потекло…

Не что-то, Катя! Воды!

– Катюша, – перепугано зашептала леди Фелиция.

– Нам пора возвращаться… Похоже… – буркнула я, чувствуя, как низ живота вновь пронзила боль.

Лисонька моментально открыла портал в тронный зал, в котором я и вышла, попадая в самое настоящее безумие.

– Катя! – несся ко мне Арахонт. – Боги, я почувствовал твою боль и чуть с ума не сошел! Ты рожаешь! – выпалил он.

– Ох, спасибо, что оповестил, – попыталась пошутить, – а то сама все никак понять не могла, чего это со мной…

– Вот твои шутки сейчас вообще неуместны! – схватился за сердце супруг, крича, чтобы готовили покои и звали повитуху. – Ты ведь помнишь? Помнишь? – взволнованно шептал он, открывая портал в наши новые покои, так как в тех, где была спрятана Мистария, я наотрез отказалась жить.

– Да помню я! Помню! Ты мне каждый день об этом напоминаешь! Да еще и по несколько раз!

– Я всем все наказал! – выпалил Листар, подхватывая меня под второй локоть и помогая «докатиться» до кровати.

– Ты должна тянуть из меня магию! – чуть ли не кричал Арахонт от волнения. – Или я сам войду в покои и буду стоять у тебя над душой…

– Нет! – взвизгнула я, не желая, чтобы на сие зрелище смотрел мой супруг. Не спорю, рождение ребенка – это чудо, но наблюдать за этим любимому мужчине не стоит.

– Мама, – позвала Лисонька, держась за мою юбку.

– Нет, радость моя, – превозмогая боль, улыбнулась малышке, – ты побудешь с папой и Листаром.

– И мной! – раздалось издалека от дверей.

– И с тобой, – усмехнулась, наблюдая Алтариона и тут же морщась от сильной вспышки боли. – Уходите… я прошу вас… – прошептала любимому, который сунул мне в руку амулет, заранее приготовленный для этого дня.

Арахонт мне все рассказал. Я знала, что мое тело слабо, в то время как наша малышка неимоверно сильна. Боялась до ужаса, но даже если повернуть время вспять, то никогда бы не отказалась, ведь я так об этом мечтала…

– Катюша, – послышался голос леди Фелиции, – я здесь побуду. Ну не могу оставить тебя одну! – выпалила она, упрямо смотря в мои глаза.

– Ваше величество, прошу, ложитесь… – услышала я скрипучий голос повитухи.

Последующие часы проходили в кошмарном сне. Я кричала и искусала губы в кровь. Было нереально больно. Чувствовала, что Арахонт на грани, и мысленно просила его не входить в покои.

Крепко удерживая амулет в руке, брала из него магию, подпитывая свое тело, так как оно ослабло настолько, что не передать словами. Время шло, схватки сводили с ума, а я все никак не могла произвести дитя на свет.

Слезы бежали по щекам. Молила богов мне помочь. Вновь и вновь забирала силы у своего мужа, наблюдая, как за окном темнеет.

– Не могу… – прошептала одними губами, рыдая. – Я больше не могу…

– Боги, Катюша! – упала рядом со мной на колени леди Фелиция. – Что мне сделать? Правитель! – закричала она. – Правитель! Помогите!

Дверь с громом распахнулась, являя моему взору перепуганного до ужаса Арахонта и не менее перепуганного вождя.

– Катя! – рыкнул любимый. – Я здесь!

Хотела попросить, чтобы он ушел, чтобы не смотрел, но схватка вновь скрутила мое тело, и я прикусила губу, задыхаясь.

– Брат, чем ей помочь? – слышала голос Листара над головой, после которого меня сложило пополам, а повитуха закричала, что наконец появилась головка.

Мужчины замерли, а я неосознанно схватила руку Лиса, больно сжимая ее.

– Дай ей своих сил! – выпалил Алтарион.

– Но я же не…

– Дай! – рявкнули они вдвоем с Арахонтом.

Я едва могла дышать. Боль сводила с ума.

Когда в мое тело потекла струйка магии Лиса, легкие наполнились кислородом, и я судорожно задышала, прикладывая все оставшиеся у меня силы при очередной потуге.

– Еще! – командовала повитуха. – Дайте ей еще!

Лис усилил напор, и я вновь натужилась, чувствуя, как моя девочка покидает мое тело, крича на все покои…

– Дочка! – счастливо всхлипнул Арахонт, пытаясь взять малышку на руки, но его отпихнул Лис, с дрожащими губами смотря на сморщившееся тельце, которое уже успели очистить магией и запеленать.

– Боги! – со слезами на глазах произнес он под шокированным взглядом огненного дракона. – За что вы так со мной?! За что дали истинную, которая в родстве со мной?!

Из его глаз потекли слезы, и он упал на колени, закрывая лицо ладонями…

Этот день мы запомнили на всю свою оставшуюся жизнь. Помню, каким взглядом смотрел Листар на Арахонта, когда он виновато рассказывал ему, что родства как такового между ними и нет, но вскоре обязательно появится. Листар не расстроился ни капли. Он был благодарен огненному правителю за все…

Наша жизнь так скоротечна и не всегда с положительными эмоциями, но все же, нужно верить в лучшее. Я верила, и не напрасно! Я обрела свое счастье, того же желаю и всем вам!