Глава 8

Посмотрел на безмятежное личико девушки. Всё же красивая. И приоткрытые губы манили бы даже без давления браслета.

Порошок должен усыпить её на пять часов. Если повезёт, проснётся она в своём мире.

Сидения достаточно широкие, девушку удалось положить так, что упасть она не должна. Снаружи было спокойно. Бросив последний взгляд на влажные манящие губы, я шагнул в тень, взбежал на второй этаж и выскочил их тени стола в кабинете главы бюро.

На сердце было неспокойно. Умом я понимал, что за несколько минут ничего не случится, но… Я пулей выскочил из кабинета, промчался мимо вытиравшего пот начальника.

— Проблема решена, ничего не опасайтесь, — бросил я на ходу, в очередной раз благодаря свою предусмотрительность, из-за которой вписал в договор очень широкие ограничения.

— Домой, — бросил кучеру и заскочил в карету.

Увидев девушку на месте, выдохнул. Сел напротив. Её волосы свисали с сидения. Наклонился приподнять и с минуту просто перебирал пряди. Сердце трепетало.

Опять брачные чары!

Я вдавился в спинку сидения, увеличивая расстояние между мной и женой.

Надеясь, что чары не усилятся.

Браслету всё равно, что будет с девушкой, лишь бы я наследника сделал, а я таким равнодушием похвастаться не мог.

Кусая губу, уставился в выбитую в стенке дырку, но отвлечься не получалось. Тянуло посмотреть на девушку, не падает ли. В один из таких проверяющих взглядов заметил на её колене запёкшуюся кровь.

В голове словно щёлкнуло, пришло осознание: я, наверное, её из неприятностей выдернул. Она плакала, была испугана, волосы в беспорядке, мужская одежда, теперь ещё эта кровь. И самое плохое — сердце от этих мыслей беспокойно сжималось.

Рука тянулась коснуться её лица, убрать с щеки прядь, провести пальцами по губам… Отвернулся, но как наяву видел свою руку, скользящую по шее девушки к верхней пуговицы её одежды.

«Не мои мысли, — напомнил себе. — Это не мои мысли».

Меня захлестнуло желанием, по телу пробежала опаляющая дрожь.

Стиснув кулаки, я боролся с навеянным магией порывом наброситься на спавшую девушку.

Мучительная поездка до дома казалась бесконечной. Меня лихорадило от близости жены. Отвести от неё взгляд было выше моих сил, шея словно закоченела. С радостью я выскочил бы наружу и бежал рядом с ящерами. От напряжения по лбу разливалась горячая боль.

Карета остановилась. Давление на меня ослабло, я посмотрел в дыру и увидел крыльцо своего дома.

Подхватил девушку и шагнул в тень.

Пропитанное родовой магией пространство легко пропустило меня в женскую спальню. Созданное Нейзалиндой убранство давило роскошью, я опустил новую жену на меховое покрывало и отступил на несколько шагов.

В первую очередь следовало погрузить её в более глубокий сон.

Потом вылечить ногу.

И, пожалуй, переодеть, но этим займутся духи.

— Ксал, принеси из спальни зелёный флакон, — велел я.

Одно прикосновение к брючине, и разрушенная тленом ткань обнажила рассечённую опухшую плоть. На мой взгляд, рана не слишком серьёзная, но я судил из опыта военных действий, по меркам которых это почти царапина, а девушке такое может показаться концом света.

Сумрачной тенью Ксал возник передо мной и протянул флакон.

Раньше дух выглядел привлекательным мужчиной. Я перевёл взгляд на застывшее лицо девушки. Её влияние на дом началось… Снова взглянул на Ксала: ни глаз у него, ни даже лица. Просто ужас ходячий.

Забрав флакон, набрал в пипетку крышки две капли и склонился над девушкой. Губы, какие у неё невыносимо соблазнительные губы! Капнул между ними маслянистую жидкость. Всё, через пару минут её сон станет настолько глубоким, что, надеюсь, даже дом не уловит её желаний и представлений о том, каким он должен быть.

Дальше колено…

Мерно вздымавшаяся грудь притягивала взгляд. Резко отвернувшись, я бросил Ксалу флакон и пошагал к двери. Прогулка до кабинета — отличная идея. Как раз то, что сейчас нужно: побыть вдали от жены.

Ещё бы браслет не дёргал в её сторону — было бы хорошо.

В кабинет я буквально ворвался, метнулся к столу, вскрывая магические замки. Из нижнего ящика вытащил шкатулку с гербом императора, распахнул. На чёрном бархате поблёскивало платиновое кольцо. Из-за острых граней и выступов оно казалось хищным, но свойства у него исключительно мирные. Внутри, под заострёнными плоскостями, пряталась капля крови императора, несущая заряд его родовой магии.

адев холодное кольцо на палец, я вернулся в спальню.

Жена лежала в прежней позе. Старясь не отвлекаться на её лицо и грудь, я подошёл и накрыл колено ладонью. Пустил магический импульс в кольцо, и оно разогрелось. Императорская магия крови с нотками моей родовой пришла в движение, проникла сквозь прикрывавшую жену родовую защиту, мягко обследовала рану и начала лечить. Очень надеюсь, у девушки только внешние повреждения: кольцо исцеляло плоть, но не кости.

А кожа тёплая. Вливание магии разгорячало её. Я не видел происходящего под ладонью, но отёк вокруг спадал, возвращая ноге стройность.

Лечение затягивалось, и я пожалел, что не вернулся в карету и не вышел из неё на глазах у сопровождения. Неудобно, когда рядом постоянно кто-то присутствует.

А кожа стала гладкая, нежная…

С Талентиной я изучил эти неприятные воздействия браслетов, когда все мысли так или иначе сводятся к чувственным фантазиям, давят, одуряют.

Но пока терпимо.

Время шло. Наконец кольцо стало холодным, возвещая о конце лечения. Я поспешно отдёрнул руку, но ощущение прикосновения к чужой коже осталось.

— Саранда, переодень её.

Из стены раздался тонкий голос духа:

— Хозяйка не желает прикосновений, я не могу пойти против её воли.

Секунду я осознавал, потом уточнил:

— Вы совсем не собираетесь за ней ухаживать, пока она спит?

— Всё что угодно, кроме прикосновений к хозяйке.

Глупо спрашивать, уверен дух или нет, все они сразу прощупали желания жены. Надо было крепко её усыплять до прихода в дом.

Я запустил пальцы в волосы, императорское кольцо цеплялось за пряди. Надо его всегда с собой носить на случай, если в этот раз проклятие сработает быстрее: вдруг девушка не из потомственных магов, тогда воздействие на неё будет сильнее.

Посмотрел на мою несчастную временную спутницу жизни. Можно ли её дополнительно защитить? Достаточно будет не выпускать из дома?

Обдумывая это, я заметил на её одежде следы пыли. Во мне боролись противоречивые чувства: с одной стороны, лишний раз прикасаться к жене не хотелось, с другой — совестно оставлять её так. О женщинах надо заботиться.

Зажмурившись, я тленом развеял её одежду, ощупью накрыл девушку краем покрывала и потёр в надежде, что распавшаяся ткань останется на мехе. Затем, по-прежнему не открывая глаз, сдвинул одеяло.

Глаза я открыл только когда закутал переложенную девушку.

Всё, о её комфорте я позаботился, пора заботиться о возвращении домой.

С намерением вытрясти из Лавентина способ отправить её назад я шагнул к двери. Рывок почти уронил меня на спинку кровати, руку вывернуло. Из-под одеяла вытянуло браслет с рукой жены, и он звонко соединился с моим.

— Нет-нет-нет, — ухватив её за запястье, я попытался отодрать браслет.

Не помогло, конечно, не помогло, но…

Есть ещё вариант с поцелуем. На ранней стадии должно помогать.

Целовать девушку я права не имел, но не сидеть же приклеенным к ней? Решительно наклонившись, я на миг прижался к неподвижным губам и отпрянул.

Не помогло.

Это переходило за все допустимые границы!

В груди стало жарко от бешенства: хватит! Хватит с меня этого всего, я больше не хочу! Я дёргался, раздирал браслеты…

Сдался минут через десять, прекрасно понимая — борьба бессмысленна.

Устало посмотрел на девушку. Она спала, грудь вздымалась едва ощутимо, а приоткрытые губы… Я склонился к ним. Застыл, не прикасаясь, но уже ощущая тепло.

Может, более глубокий поцелуй разомкнёт браслеты?

Я наклонился, губы соприкоснулись…