Глава 9

Я очнулась, когда меня кто-то крепко держал в темноте. Сильные руки обхватили мою талию, и лишь по знакомому аромату хвои и бергамота я узнала Алекса. – Отпусти! Что ты себе позволяешь? – воскликнула я, вырываясь из железных тисков его рук. – Очнулась? Ненормальная! Ты же чуть… Да осторожно, я тебе говорю! – он опять схватил меня за руку и потащил в сторону. – Что? – Смотри! – Алекс поднял с земли фонарь и осветил им пространство впереди. Дороги там не было, только пустота. – Ох, ты же! – выругалась я, заглядывая вниз. – Тут пропасть? – Дороги нет, она обрывается вниз, а ты как ненормальная ринулась вперед не проверяя! Кто же так ведет себя в незнакомых пещерах! А тебя еще охранять нас наняли! Как ректор мог так ошибиться? – Да я не… – Одно дело студентов нянчить, и совсем другое серьезная экспедиция! Алекс выговаривал, ругаясь и не отпуская мою руку, тащил обратно к выходу. И я понимала, что он прав. – Вот зачем ты пошла туда? Нам нужно сначала осмотреть символы на стенах коридора! – Но я что-то слышала! – я рассказала ему про странную музыку. – Я ничего не слышал, никто ничего не слышал, – хмуро ответил он. – Но после  вспышек уже ничему не удивлюсь. Мы вернулись в начало коридора. Остальные участники нашей команды обеспокоенно обернулись. Брюнет усмехнулся: – София искала встречи с мумией? В самый раз для такой… – Заткнись, Майк, – прервал его Алекс. – Вы закончили с этими символами? Вскоре перепроверив, все ли сфотографировано и измерено, мы двинулись дальше. Каменные стены коридора разветвлялись, и одному богу известно, почему я пошла к пропасти. Ну и  архитектору этого лабиринта, конечно. Еще бы чуть-чуть и я попрощалась бы с жизнью!  Выходит, Алекс меня спас? Вот уж чего не ожидала от этого типа. Теперь мы уже тщательно осматривались, прежде чем сделать хотя бы шаг вперед. Мощные фонарики освещали путь, а в старину здесь использовали факелы. Кое-где на стенах они крепились до сих пор. На очередной развилке мы остановились. – Надо проверить оба пути, давайте разделимся, – предложил Алекс. – София, идешь со мной. Я фыркнула от недовольства, но послушалась. Странная музыка, что почудилась мне у входа, больше не повторялась, и я всерьез стала опасаться за свою психику. Грег и Майк пошли в один туннель, а остальные в другой. На стенах опять нашлись незнакомые символы. Алекс внимательно рассматривал их и фотографировал. Пройдя еще метров тридцать, мы окончательно потеряли понимание, куда  идем. – На запад, -констатировал Ник, вглядываясь в свои часы с компасом. – Вот только вверх или вниз, непонятно, – заметил Алекс. Я подумала, что мы тут совсем заблудимся, и не вмешивалась в разговоры профессионалов. В археологии и истории древних миров я в целом разбиралась, но мои знания были не такими глубокими. Университет мне пришлось бросить вот из-за этого блондина, в спину которому я сейчас с ненавистью смотрела. И пусть ректор предлагал потом пересдать некоторые дисциплины и забыть о первоначальных планах, я не захотела. Находиться в одном помещении с ненавистным Алексом было выше моих сил. Кто же знал, что через несколько лет мне придется отправиться с ним в эту экспедицию? Я горько вздохнула, погруженная в свои мысли, и тут же врезалась в мужскую спину. – Ай! – возмутилась я и подняла голову. Впереди была большая каменная плита с символами. Похоже, она перекрывала нам путь, являясь как бы дверью. Пока Ник искал способ ее открыть, Алекс самозабвенно фотографировал и пытался прочитать письмена на старинной двери. Железные штыри оказались на том же месте, что и на плите у входа в гору. Ник присвистнул. – Они научились обрабатывать железо? Я думал, тот народ более древний. – Возможно, это была какая-то обособленная ветвь древних людей. А, может, железной руды хватало вокруг. Инженер присел на колени и стал поочередно вытаскивать штыри. Алекс, наоборот, отошел чуть подальше и начал переводить вслух: – «Когда-то множество миров были связаны лабиринтом переходов, и древние могущественные народы древности свободно перемещались между этими мирами. В сердце этого переплетения переходов находилось святилище забытых ныне богов. Были ли они настоящими богами или народом ещё более могущественным, чем титаны, а, может, сами великие титаны построили это место – ныне никто не знает. Но ходят легенды о том, что в этом святилище был спрятан ларец с могущественными артефактами древних – вещи, которые могли влиять на время и пространство, перемещать из одного мира в другой и даже менять судьбу. Что-то произошло между богами – одни говорят, что это была супружеская драка, другие – что братоубийственная война. Но ларец оказался открыт, и хранившиеся в нём артефакты разлетелись по вратам миров. А после, когда боги покинули людей, и сами врата во многие миры закрылись, так что никто из живущих там людей теперь и не помнит о тех временах. Амулеты же, поскольку имели власть над судьбой, временем и пространством, разлетелись по разным временам». – Ого! Какой это язык? – удивилась я. – Это еще более древний, -пояснил Алекс. – Похоже, легенду просто скопировали из другого источника. Остальные символы, встретившиеся нам не такие. – Думаешь, это смесь нескольких языков? – Скорее, интерпретация более древнего. Но эта плита навела меня на мысль. – Какую? – спросила я. – Мне кажется, я знаю, как расшифровать остальные символы. Но на это нужно время. А сейчас, главное, все зафиксировать на фото. Он принялся фотографировать, а потом достал современный пергамент и карандаш. Осторожно приложив лист к высеченной на плите легенде, он начал осторожно штриховать текст, чтобы скопировать его в натуральную величину. Прошло полчаса и Ник наконец-то разобрался с древних затвором. – Алекс, помоги! -попросил он и они вдвоем принялись отодвигать плиту. Как только мужчины открыли дверь, вытащив штыри и с силой надавив, я опять услышала музыку. – Что за…, – начала было я и опять ринулась вперед. Но Алекс обхватил меня. – Стой, не спеши! – Алекс, что с ней? – слышала я сквозь пелену. Музыка, звучавшая впереди, казалось необыкновенной и манящей. Пока мужчины обсуждали мое сумасшествие, впереди послышались голоса. В изумлении мы вышли в другой зал и нашли там остальных членов нашей команды. – Как вы тут очутились? – удивился Майк. – Выходит, два пути объединяются в общем зале, – догадался Алекс, светя фонариком то в один, то в другой тоннель. Моя голова болела, и разговоры мужчин я слышала будто через толщу воды. Звучала музыка, и именно она казалась самой важной здесь. Я двинулась вперед. Большой зал, встретивший нас, был восьмиугольным, это я уже рассмотрела потом, а сейчас шла в самый его центр. Небольшой постамент возвышался примерно на полтора метра. Его вершину венчала каменная чаша, а над ней будто висел в воздухе и медленно вращался красный камень. Тогда я еще не знала, что это был один из знаков судьбы. Мужчины, увидев такое, ахнули. Даже Майк с Грегом, оказавшиеся здесь за минуту до нас, не увидели его сразу. В зале было темно, а в луч фонаря не поместится вся обстановка. – Это что такое? – послышались удивленные голоса. Неожиданно камень запульсировал, и музыка стала громче. Я схватилась за голову, закрывая ладонями уши, потому что звук был невыносимо громким. И конечно же, его никто не слышал. – София! – ко мне кинулся Грег и стал руками поворачивать к себе мое лицо, чтобы рассмотреть зрачки. – Это давление, почему-то только она его чувствует. – Музыка! Я слышу музыку! Остановите ее! – Ей лучше выйти! – скомандовал Алекс, выведите ее поскорее! Сам же он направился к камню. Осторожно начал фотографировать, приговаривая восхищение трудами древних людей. – Так вот что сияло по ночам! Камень поворачивался, и в какой-то момент его лучи преломлялись и находили выход через один из воздуховодов! А я понять не мог! – Наверное, там магниты! Именно поэтому он будто завис в воздухе! –вторил ему Ник. Грег попытался поднять меня и вывести, но  я замотала головой, не слушаясь. Вырвавшись из его рук, я кинулась к постаменту и, не обращая внимания на крики мужчин, схватила камень.