Глава 38

Эверин

Возвращаюсь домой через несколько часов, узнав, что Адриан еще не вернулся из Саванны. Уверена, что охрана сообщила ему о моем побеге, и я не знаю, звонил ли он мне. Мобильник сел еще днем.

Мой одиночный заезд помог хоть немного разгрузить голову, но тяжесть на душе так и осталась. Одно я поняла совершенно точно, что не смогу жить без Адриана. Он так глубоко засел в моем сердце, что не поддается никакому описанию. Каждую минуту мне не хватает его. До ломоты в теле хочется оказаться в сильных объятиях и до головокружения вдыхать его мускусный запах. Хочется прикасаться к нему, ощущая твердость мышц мощного тела. Раствориться в нем и стать одним целым. Смотреть в стальные глаза и тонуть в их бездне.

Поздоровавшись с Агатой, отпускаю ее домой, а сама поднимаюсь в нашу спальню. Морально готовлюсь к встрече с мужем. Больше не хочу замыкаться в себе. Не хочу сдерживать свои чувства. Я готова открыться и протянуть ему свое сердце на открытой ладони, если он все еще этого хочет.

Принимаю прохладный душ и, закутавшись в махровый халат, выхожу из ванной. Собираюсь пойти в гардеробную, чтобы переодеться, как слышу за дверью громкие мужские голоса.

– Где она? – раздается голос мужа, полный гнева.

Кто-то отвечает ему, но я не слышу ответа. А через доли секунды слышатся приближающиеся уверенные шаги. Дверь в комнату резко распахивается, с грохотом ударяясь о стену, и в проеме появляется разъяренный Адриан. Глаза налиты кровью, волосы торчат в разные стороны, руки сжаты в кулаки.

Сердце срывается в дикий галоп и уходит в пятки, когда наши взгляды встречаются. В следующий момент он сдвигается с места и как лев на добычу надвигается на меня.

– Адриан… – в испуге шепчу, попятившись от него, и налетаю спиной на стену.

Быстро настигнув, муж вжимает меня в стену своим крупным телом и больно схватив за волосы на затылке, сталкивает нас лбами.

Его дурманящий запах сразу бьет в нос, распаляя все рецепторы. Мужественная энергетика накрывает с головой. От тепла любимого тела начинает кружиться голова.

– Какого черта ты творишь, bella? – рвано задышав, шипит сквозь зубы, другой рукой обхватывая мой подбородок.

– Мне нужно было, Адриан, – шепчу, ощущая, как горлу подступает плач.

Опускаю дрожащие ладошки ему на грудь, чувствуя отдающие сильные удары сердца.

– Ты смерти моей захотела, девочка? – трется о мою щеку колючей щетиной.

– Нет, ты мне живым нужен, – всхлипываю, и слезы начинают скатываться по щекам.

– Не отпущу никогда. Слышишь? Можешь считать меня чудовищем, монстром, убийцей. Кем хочешь. Но я никуда тебя не отпущу, bella. Моя до гроба, хочешь ты этого или нет, – отстраняется, заглянув в мои глаза, полные слез. – Потому что люблю тебя, как ненормальный. Люблю, как не позволено любить. Без тебя я не человек, а лишь гребаная тень.

– Ад-дриан… – сжимаю ткань рубашки в кулачках, начиная захлебываться в слезах.

Все скопившееся за эти дни напряжение вырывается наружу, и я больше не в силах контролировать себя.

– Я знаю, что ты тоже меня любишь, Эверин. Я чувствую это, – обхватывает мое лицо ладонями.

– Люблююю… – плачь перерастает в настоящие рыдания, и я обнимаю его за шею, едва стоя на ногах.

– Малышка моя, – он прижимает меня к себе, и я утыкаюсь носом ему в шею, рыдая навзрыд. – Мы будем счастливы. Я все для этого сделаю, – хрипло шепчет мне в макушку.

Впервые в жизни меня накрывает такая сильная истерика, что, кажется, сердце сейчас просто разорвется. Адриан подхватывает меня на руки и садится на край кровати, продолжая держать в своих крепких объятиях. Плачу, пока его рубашка полностью не пропитывается моими слезами. Когда плач прекращается, он кладет меня спиной на матрас, а сам ложится сбоку, опершись на локоть.

– Я выиграл джек-пот, сделав тебя своей, – блуждает взглядом по моему лицу, нежно проведя пальцами по линии челюсти. – Такая чертовски прекрасная, – ведет к декольте, раздвигая полы халата. – Самая красивая и невероятно сексуальная, – слегка касается розового комочка под тканью.

– Адриан… – выдыхаю, облизав соленые от слез губы.

– Моя…вся…в каждом миллиметре, – наклоняется и накрывает мои губы в глубоком и собственническом поцелуе.

Сумасшедшее желание мгновенно накрывает как цунами, и мы растворяемся друг в друге, занимаясь любовью до самого рассвета.

***

Проснувшись утром, не нахожу Адриана рядом. Простынь с его стороны смята, и вся постель пропитана его запахом. Как помешанная беру его подушку и зарываюсь в нее лицом, делая протяжный вдох. Улыбаюсь как влюбленная идиотка во все тридцать два, ощущая облегчение после вчерашнего. Будто я, наконец-то, сбросила тяжелую броню, которая не давала дышать свободно. Сейчас мне хочется летать. Хочется порхать как бабочка.

Кинув взгляд на часы, я понимаю, что через полчаса мне нужно было бы уже выезжать на работу, но после моего вчерашнего порыва в этом уже нет необходимости. Но я абсолютно не жалею. Давно пора было это сделать. Вот только теперь стал вопрос о том, чем я буду заниматься. Ведь то, что мне интересно, требует образования. А снова идти на другую нелюбимую работу я не готова. И почему-то мне хочется обсудить этот момент с Адрианом, что становится для меня открытием. Я никогда ни у кого не спрашивала советов раньше. Я привыкла всю жизнь полагаться только на саму себя.

Приведя себя в порядок, спускаюсь вниз испытывая просто ужасный голод. Сразу иду на кухню, чтобы утолить его. Увидев за плитой Адриана, стоящего ко мне полубоком, на мгновенье теряюсь. Я думала он уже давно уехал на работу, как это часто бывало, а тут он еще предстает в качестве повара. Скольжу взглядом по широкоплечему торсу, скрытому под черной футболкой, и любуюсь загорелыми руками с рельефными бицепсами. Я замечаю на них следы от моих ногтей, оставленных после жаркой ночи и тело бросает в жар от воспоминаний.

В какой-то момент Адриан поворачивается и встречается со мной взглядом.

– Доброе утро, bella, – на чувственных губах расплывается мягкая улыбка.

– Доброе утро, – подхожу к острову, остановившись, с другой стороны.

Почему-то испытываю странную неловкость после своего признания.

– Не хочешь подойти и поцеловать меня? – он продолжает перемешивать что-то в сковороде, от чего идет аппетитный запах.

Обхожу остров и, приподнявшись на носочки, оставляю короткий поцелуй на его губах. Собираюсь отстранится, как он резко притягивает меня за талию одной рукой и впивается в губы жадным поцелуем, будто мы не делали этого всю ночь напролет. Целует так отчаянно и головокружительно, что я теряюсь в пространстве.

– Так намного лучше, – оторвавшись от губ, хрипло проговаривает с ухмылкой.

– Я думала, ты уже уехал на работу, – сбивчиво произношу.

– Сегодня решил поехать позже.

– А где Агата?

– Она на сегодня отпросилась к врачу.

– Так ты у нас сегодня за повара?

– А ты против?

– Нет. Пахнет вкусно.

– Поверь, ты влюбишься в мою стряпню, любимая, – от последнего слова в груди расцветают целые благоухающие сады.

– Хм…посмотрим. Я могу чем-то помочь?

– Нет. Я все сделаю сам. Садись и ни о чем не думай, bella, – проводит костяшками пальцев по моей щеке.

Через пять минут передо мной уже стоит целая тарелка с ароматным омлетом и хрустящим жареным беконом. И к этому всему свежесваренный кофе с молоком.

Адриан садится рядом поставив тарелку для себя, и мы молча принимаемся за завтрак. Украдкой бросаю взгляды на мужественный профиль, понимая, что по уши влюблена в своего мужа. Удивительно, как долго я отрицала это и боялась признаться самой себе.

– Вкусно? – неожиданный вопрос выводит меня из прострации.

– Да…кхм…очень. Спасибо, – делаю глоток горячего кофе, слегка обжигая язык, но не подаю вида.

– Пожалуйста. У тебя сегодня выходной?

– Эм…нет. Я уволилась.

– Что случилось? Мне стоит вмешаться? – его челюсть сразу напрягается, и это желание защитить меня очень подкупает.

– Нет. Я давно думала это сделать. Пора что-то менять.

– Ты можешь не переживать, Эверин. Я обеспечу нас.

– Я знаю, но я не смогу сидеть без дела.

– Ну так делай то, что тебе нравится. Неважно приносит это деньги или нет.

– К сожалению, у меня нет для этого образования.

– В чем проблема его получить? Что тебе интересно?

– После школы я поступила в колледж на кризисного психолога, но не смогла продолжить учиться из-за множества проблем.

– Я помню. Ты говорила, что в тот период ушла из дома.

– Да.

– Сейчас я не вижу никаких препятствий, чтобы ты снова попробовала поступить.

– Прошло уже много лет, я не уверена, что смогу, Адриан.

– Ты сможешь, Рини. У тебя все получится, малышка. А я тебя в этом поддержу.

– Правда?

– Слово скаута.

– Разве ты был скаутом? – смеюсь.

– Был. И очень хорошим, – берет мою руку в свою и целует тыльную сторону ладони.

– Тогда я узнаю, что нужно и начну готовиться?

– Дерзай.

– Спасибо тебе, – наклоняюсь к нему и крепко обнимаю, утыкаясь носом в шею.

– Не за что, bellа, – гладит меня по спине.

– Адриан, – отстраняюсь, заглядывая в завораживающую туманную дымку.

– Да, дорогая? – берет мое лицо в ладони, нежно поглаживая щеки большими пальцами.

– Ты правда не станешь продлевать контракт?

– Правда, Эверин. Я никогда не меняю своих решений.

– А если тебя заставят продлить?

– Не заставят. У меня достаточно заслуг перед страной, чтобы пойти на заслуженный отдых.

– И твое дело никогда не возобновят?

– Перестань зря тревожиться, bella. С делом давно покончено.

– Ладно, больше не буду.

– Умница. Мне пора собираться на работу. Я могу надеяться на то, что сегодня ты будешь вести себя хорошо?

– Я обещаю.

– Увидимся, малышка, – целует меня в губы и выходит из кухни.

***

Проведя полдня за чтением книги и игрой с Мартини, после обеда решаю поехать в приход. Охрана, как всегда, следует за мной, и я стараюсь не превышать скорость. Как только останавливаюсь у бордюра через дорогу, от которого находится здание прихода, внедорожник притормаживает за мной. Повесив шлем на рукоятку, подхожу к водительской двери, и окно опускается вниз.

– Я не знаю, сколько пробуду сегодня.

– Мы будем ждать вас сколько нужно, мэм.

– Хорошо. Старайтесь быть незаметными, чтобы не пугать прихожан.

– Конечно, мэм. Не волнуйтесь.

Перехожу дорогу и не иду через главный вход, где расположено само помещение прихода с лавочками и кафедрой, за которой пастор проводит проповеди. Я вхожу через боковой, ведущий на небольшую кухню рядом со складом, в котором хранятся вещи, принесенные прихожанами или просто неравнодушными людьми для нуждающихся. Периодически я помогаю с их сортировкой, раскладывая одежду и обувь отдельно, а также по сезонам. Но сегодня я снова планирую помогать в столовой.

На кухне готовит сестра Гленда, приятная женщина шестидесяти восьми лет, двадцать лет назад решившая посвятить свою жизнь служению богу. И рядом с ней сестра Магда, помогающая с мытьем посуды. Магда немного моложе Гленды, но обе женщины с похожей судьбой. Обе рано овдовели, и их дети живут далеко от них.

– Добрый день, – приветствую женщин, и обе поворачиваются в мою сторону.

– А это ты, Эверин? А мы только недавно вспоминали тебя. Здравствуй, милая, – сестра Магда, стоящая ко мне ближе, отставляет в сторону гору вымытых тарелок.

– Рада тебя видеть, Эверин, – сестра Гленда тепло улыбается мне.

– И я рада. Как у нас сегодня дела?

– С божьей помощью. Все хорошо.

– Как у тебя дела?

– У меня все прекрасно, – подхожу и беру чистые тарелки.

– Ты прямо вся светишься, – улыбается Магда.

– Просто теперь смогу бывать у вас чаще, – отвечаю первое что приходит в голову.

На самом деле никто в приходе до сих пор не знает, что я вышла замуж. А чтобы не догадались, каждый раз я переодеваю обручальное кольцо на другую руку. Поначалу я не стала говорить из-за наших сложных отношений с Адрианом. Тогда я действительно была полностью уверена, что ненавижу его, и мы всегда будем мужем и женой лишь формально. А сейчас я уже не знаю, как преподнести эту информацию. Но вечно скрывать все равно не получится, и мне нужно, наконец-то, решиться.

– Это хорошо. Лишние руки нам не помешают, – женщина вытирает руки о фартук, завязанный на бедрах. – Но светишься ты точно не поэтому.

– Возможно, – подмигиваю сестре и выхожу из кухни, неся тарелки в помещение, где в определенные часы раздается бесплатная еда.

Принимаюсь за работу, начисто вымыв полы и окна. Протираю столы перед ужином и когда начинают приходить первые посетители, становлюсь рядом с Глендой и Магдой на раздаче.

Сегодня на удивление много голодных ртов, и нам с сестрами приходится работать в ускоренном ритме, чтобы успеть накормить всех, пока еда еще горячая. На улице уже заметно холодает по вечерам, и нет ничего лучше согревающего ужина.

– Добрый вечер, юные леди, – перед нами появляется завсегдатай, любящий повеселить нас, одарив всех широкой улыбкой, с выбитым передним зубом.

Мистеру Бигалу чуть больше пятидесяти, он бывший профессор истории, преподававший в колледже. Когда-то он лишился жены и сына, погибших в автокатастрофе. Не выдержав свалившегося на него горя, мужчина запил и потерял работу. Из-за долгов по ипотеке банк забрал у него дом и так мужчина оказался на улице. Но попав в наш приход и познакомившись с пастором Гордоном, он пытается стать на лучший путь.

– Здравствуй, Джек. Что тебе сегодня? Суп или рагу? – обращается к нему Гленда.

– Рагу, моя дорогая Гленда. Ты сегодня особенно прекрасно выглядишь.

Женщина закатывает глаза, и Магда прыскает от смеха.

– Добрый вечер, профессор Бигал. Как вы поживаете? – приветствую мужчину с искренней улыбкой.

– Как только увидел тебя, цветочек, стало совсем тепло на душе, – демонстративно прикладывает руку к груди. – Пока ты здесь, спрошу еще раз. Ты все-таки выйдешь за меня замуж? – в очередной раз мужчина выдает свою коронную шутку, и по залу разносится хохот.

– Мне очень лестно ваше предложение, профессор. Но я вынуждена отказаться, – отвечаю, стараясь не засмеяться.

– Почему же, цветочек? Я только кажусь старым.

– Потому что она уже замужем, – за спиной мистера Бигала раздается голос Адриана и переведя взгляд, встречаюсь с любимыми прозрачно-серыми глазами.

От удивления не могу ничего ответить, заливаясь краской. Замечаю, как обе сестры окидывают моего мужа восхищенными взглядами, переглянувшись между собой.

Адриан очень выделяется среди всех не только своими габаритами вкупе с ужасно притягательной внешностью, но и дорогим синим костюмом тройкой с белой сорочкой под ним.

– Замужем? – растерянно моргает профессор, бросив взгляд на Адриана. – Да вы настоящий везунчик, сэр.

– Еще какой везунчик. Адриан Демитриус, – муж с совершенно невозмутимым видом протягивает руку мужчине. – Можно просто Адриан.

– Джек Бигал, – мужчина жмет руку моему мужу. – Но вы можете называть меня Джеком или профессором.

– Приятно познакомиться, Джек.

– И мне, сэр…вернее, Адриан.

– Почему профессор? – муж ведет себя абсолютно доброжелательно и, кажется, я еще больше люблю такого Адриана.

– Я был когда-то профессором истории и преподавал в колледже Атланты. В далекой прошлой жизни. А вы случайно, не из известной в Джорджии семьи судостроителей?

– Все верно, Джек. Мой дедушка основал завод в Саванне.

– Вот это да.

– Джек, забирай свой ужин и ешь, а то остынет, – Гленда напоминает о том, зачем профессор пришел.

– Уже-уже, дорогая Гленда. Еще раз рад знакомству, Адриан. Берегите нашу Эверин, она настоящее сокровище.

– Конечно, Джек. Приятного аппетита, увидимся.

– Спасибо, – Джек уходит, и муж подходит ко мне, заставив всю очередь за порцией ужина перейти к сестрам.

– Что ты здесь делаешь, Адриан? – ощущаю неловкость из-за того, что все бросают на нас взгляды.

– Приехал за своей женой. И хотел посмотреть, чем же ты здесь занимаешься, – осматривается вокруг, но я не вижу в его глазах злости или чего хуже – отвращения.

– Но я еще не собиралась домой, – даю ему понять, что нам еще нужно накормить много людей.

– Я так и понял. Поэтому помогу вам, – в очередной раз удивляя меня, муж обходит стол и, сняв пиджак, бросает его на подоконник. После чего расстегивает запонки и закатывает рукава рубашки до локтей.

Сестры вместе со мной наблюдают за этим, и я вижу, как на их лицах появляются улыбки.

– Надеюсь, я не помешаю, дамы? – Адриан обращается к сестрам со своей фирменной улыбкой.

– Нисколько, сэр. Лишних рук здесь никогда не бывает, – улыбается Гленда.

– Можно просто Адриан. Чем я могу помочь?

– Можете раздавать хлеб с салфетками и столовые приборы, – Магда указывает на соседний от меня стол с довольным выражением лица.

– Задание принято, – становится рядом со мной, принимаясь за работу. – Нам предстоит серьезный разговор дома, bella, – тихо произносит, наклонившись к моему уху.

– Прости, – виновато шепчу, протягивая кружку с горячим чаем одному из прихожан.

– Одним прости не отделаешься. Особенно за то, что переодела кольцо.

Больше ничего не говорю, зная, что это будет всего лишь оправданием. Весь оставшийся час мы работаем молча, лишь иногда бросая друг на друга взгляды. И даже не передать словами, сколько эмоций во мне бушует, видя мужа рядом и поддерживающего меня в этом деле.