Глава 8

Следующие три дня прошли относительно спокойно. Два из них были выходными, и мы с Дориссой занимались каждая своими делами. Она бегала на свидания, понятия не имею, с кем именно. Я учила теорию в книгах. Артефакторика, зельеварение, общение с магическими животными… Что только ни побывало в моих руках. Я старалась за короткий срок проглотить как можно больше материала. И конечно, при таком подходе в голове у меня частенько была «каша». Но я не расстраивалась, уверенная: в нужный момент все равно что-то, да вспомню. На третий день, тоже спокойный, без встряски и стрессов, сразу после пар я отправилась на встречу со старшекурсницей Аделью. С ней я договорилась: услуга за услугу. Она, самая сильная адептка на потоке, смотрит мою ауру, а я отдаю ей амулет от сглаза. Мы засели после пар в одной из пустых аудиторий. Адель была эльфийкой, синеглазой красавицей с точеной фигурой, волшебным, манящим голосом и волевым характером. Она точно знала, чего хочет, и шла к мечте напролом. В данный момент ей нужно было выучиться и устроиться работать при дворе императора эльфов. Для чего – я не знала. Да меня, собственно, не особо и интересовала причина. Главное, что Адель, не разбиравшаяся в артефактах, брала за свои услуги посильную для меня плату. Вытянув вперед обе руки с аккуратно подпиленными ноготками, Адель провела ими над моей головой, нахмурилась, повторила жест. Потом помолчала и спросила у меня: – Ты никогда не умирала? В этом мире, когда некроманты могли вытянуть и из-за Грани, подобный вопрос меня не удивил, но заставил насторожиться. Я не знала, что именно увидела Адель, но могла догадываться, что все дело в разнице между телом и душой. Припомнив дневники Залины, я ответила: – В четыре года сильно ударилась головой дома о ножку кровати и несколько часов была без сознания. Адель удовлетворилась ответом и сообщила: – Нет, у тебя не имеется ни порчи, ни приворота, ни сглаза. Аура чистая. Только цвет странный, такой обычно после смерти бывает: серый с вкраплениями коричневого. Когда некромант успел вовремя и сумел вытащить душу из-за Грани. Я плечами пожала, мол, не знаю ничего, отдала «плату», и мы расстались, довольные друг другом. Я шла по коридору академии и думала. Если на ауре нет следов какой-либо привязки, тогда, получается, мои чувства настоящие? Или просто Адель чего-то не заметила? Впереди внезапно раздались мужские голоса. И я, любопытная Варвара, конечно же, прислушалась. Благо расстояние было не особо большим. – Приворот, точно тебе говорю, – этот голос, уверенный, с жесткими нотками, мне был не знаком, зато насторожила тема. Что-то частенько в стенах института стали упоминать привороты. – Не жалей золотых, сходи к целителю. – Иди ты, – нервно огрызнулся второй голос. И я вздрогнула, порадовавшись, что иду по коридору одна, и некому увидеть мою ненормальную реакцию. Иштван! С кем он и кто его успел приворожить? – Она моя истинная, я уверен. – Она? – Ларс! – Что? Что там вообще можно было рассмотреть? Она же… Мужчины пошли быстрее, голоса удалились. Я же напротив встала как вкопанная в коридоре. Сердце часто билось в груди, на глаза навернулись слезы. Я прикусила губу, чтобы не расплакаться. Не дождется! Истинная у него, оказывается, есть! Ну дура же! О чем я думаю? У меня учеба! Затем защита диплома и работа! Зачем мне этот оборотень?! Тело слушать, что говорил разум, не желало. Сердце жгло каленой иглой обиды. Да, он мне никогда ничего не обещал! Но я-то его люблю! А та истинная?! Я еще сильней прикусила губу, дождалась, пока выступят капельки крови, слизнула их, проглотила. Не помогло. Хотелось рыдать от обиды и боли. Я ему точно никто, зачем все эти переживания?! Мне понадобилось минут пять-десять, чтобы прийти в себя, и просто чудом оказался совершенно пустой коридор. Наконец, когда сердце перестало болеть и больше не хотелось рыдать, я отправилась в общагу. Дорисса сегодня снова планировала сбежать на свидание. А значит, у меня имелась возможность остаться одной. Там уж я себя точно загружу по полной. Плакса Залина начнет учиться еще усердней. Ведь ей теперь точно ничего не светит. Я с удовольствием мазохиста повторила последнюю фразу несколько раз. Удостоверившись, что сердце больше не грохочет в груди, я быстрым шагом направилась в общежитие. Дорисса и правда сбежала. Я взяла в руки зельеварение, уселась на постель и начала читать очередную главу. Глаза скользили по тексту, но до мозга информация упорно не доходила. Голова была занята совсем другим, к моей полной досаде. «Она моя истинная, я уверен». Шарт норторщ харшан!