Глава 10 - «Водитель»

Входящий от Саныча.

– Минутку...

Я еще не всё сказал.

– Да?

– Ты вчера попросил адресок пробить...

– Мхм....

– В квартире этой живёт некто Арай Каримов с женой Элиной Каримовой. Капитан полиции.

– Мент?! Скинь мне всё на почту, будь другом.

– Хотел ещё предупредить, чтобы сюрпризом не было: внештатным инструктором для коммерческих тренировок я взял Ольгу.

Ольгу... Ольгу... Какую ещё Ольгу?

– Не понял... – и тут до меня доходит, что в общих знакомых у нас только одна Ольга. – Ольгу?!

– Она меня очень попросила.

– Ну, спасибо, Саныч!...

– Не стал отказывать племяннице. Тем более что ты отказался. Разнесёшь свои смены с её тренировками, если тебе принципиально.

– Ладно. Ясно. Нет, мне не принципиально. Это ваше дело.

Её тачка уже припаркована, и она стоит рядом. Подозреваю – ждёт меня.

– Она появилась?

– Да, уже приехала.

Вот это я сейчас подставлю Эльфа под бульдозер!

Ольга, поджав губы, уже смотрит нам в лобовое.

Ну что уж теперь? Надо как-то решать эту проблему. И решать мне. Заднюю я давать не собираюсь. Попробует наехать на Элю...

Помогаю ей выйти из машины. Прости, мой Эльф, ты будешь втянута в склоки. Ольга – она такая. Но если ни я, ни Саныч не сможем тормознуть её в нападках, то вопрос я поставлю более радикально.

– Иди... – выпускаю тоненькие пальчики Эли.

Замечаю в женской стайке на крыльце ещё и Анастасию. Тоскливо вздыхаю. В отпуск уйти, что ли? Пусть бы перегрызлись тут, как паучихи в банке, и свалили в туман, пока меня нет. А Эльфа бы я забрал. В отпуск.

Вдруг осознаю, что за всё это время не видел ни одной её улыбки. А очень бы хотелось. Но как вкачать в неё немного радости, пока не представляю.

Ольга ждёт, что я подойду, наверное. Но внутри меня кипит. Нихера ей не нужна эта работа, ей хватает своего фитнес-клуба. Но думает, что прокатит второй раз войти в зону моего обитания, как при нашей первой встрече. Чтобы я среагировал.

Нет. Не прокатит. Киваю ей и иду мимо.

– Громов! – догоняет.

– Утро доброе, – стиснув зубы, рычу я. – Не прокатит, Оль. Я же сказал – не хочу.

– Из-за девки этой?!

Разворачиваюсь и давлю её взглядом:

– Один раз говорю: никаких оправданий не будет. Я – свободный мужчина. Общаюсь с женщинами, дарю своё внимание, кому пожелаю, трахаю, кого хочу. Катаю тоже любую, которую вдруг захочу покатать. Ты не имеешь права на вопросы, вмешательства и комментарии. Пришла работать – работай. Тренировки наши разнесу со следующей недели. Всё!

– А чего ты орёшь, горячий мой?! – со злой, ревнивой ухмылочкой.

Ору? Действительно?

– Не твой. А если кратко – ты мне здесь не в тему. Зря пришла.

– А может, я хочу посмотреть, как ты себя на работе ведёшь. Может, я и не ошибалась, когда подозревала тебя во всех твоих гулянках.

Знает, как меня зацепить. Не выношу пустых обвинений.

– Оля, у меня к тебе большая человеческая просьба.

– Какая? – стервозно прищуривается.

– Аа.. – машу на неё рукой. – Нет никаких просьб.

Всё равно бесполезно. Ольга – это бульдозер.

– Но если тебе интересно, то мне крайне неприятен твой заход.

Ускоряя шаг, захожу внутрь. Возле ресепшена тусовка.

– Ммм... А вот и наш инструктор, – с горячим придыханием.

Анастасия.

– Доброе утро! Тренировать вас будет Ольга Павловна Громова.

Игнорирую возмущённую Анастасию, встречаюсь взглядом с Элей. Её щеки горят...

– А вот и она. Ольга, забирай своих – и в «мягкий» зал. Эля, отправляй всех сразу в раздевалки, чтобы на ресепшене не толпились. Выход должен быть всегда свободен.

По девушкам разочарованный шепоток.

В туман, милые дамы, в туман!

Ольга, метнув мстительный взгляд в сторону ресепшена, уводит свою группу. Мы остаёмся в холле вдвоём.

Выдыхаю. Замечаю, как взгляд Эли скользит по моей руке и пальцам. Кольцо ищешь?

– Ольга – моя бывшая жена.

– Зачем Вы мне это говорите?... – растерянно.

– Для ясности, помнишь? У меня аллергия на ревность, поэтому стараюсь гасить в зачатке.

– Почему я должна ревновать Вас к бывшей жене? – скептически ведёт бровью.

– Ну а могу я просто помечтать? – улыбаюсь ей.

И... на долю секунды вижу, как краешек её губ всё-таки вздрагивает. Да! Внутри меня разливается удовлетворённое тепло. Кайф!!! От неё я бы и ревность не обломался выхватить. Потому что, как ни крути, а проявление чувств. Мои уже шкалят, а Эльф практически не реагирует. Это, блять, тяжко.

Перекладывает с места на место какие-то бумаги. Сегодня вся запакованная с головы до ног, и даже кусочка тела не видно. Высокий воротник тонкой водолазки прячет шею. Утащить её в кабинет, закрыться и стянуть бы всё это к чертям! Заласкал бы её до отключки...

– Что? – подозрительно хмурится.

Я читаем? Не хочу ничего скрывать.

– Переодевайся... Пойдём.

– Зал же занят.

– У нас есть мягкий ринг в тренажёрке.

– Я сейчас не могу…

– Пацаны посидят. Не волнуйся.

– Мне надо абонементы оформить.

– Оформляй и приходи. Жду.

Скинув обувь, повисаю на турнике и разглядываю себя в зеркало. Меняю хват на более широкий. Спину никогда не повредит докачать. Медленно, на счёт «восемь», подтягиваюсь до перекладины, ныряя под неё. Чувствую прикосновение стали к шее сзади. Так же медленно опускаюсь вниз. Статические нагрузки самые эффективные. Делаю несколько подходов, пока мышцы не начинает жечь. Спрыгиваю. Несколько скруток, чтобы размять пресс и косые мышцы...

Слышу, что дверь открывается. Не оборачиваясь, иду к рингу. Он большой, и для нас двоих там будет достаточно места. Перехватив рукой упругую верёвку, запрыгиваю наверх – ринг смонтирован на высокой платформе. Подаю руку Эле и тяну на себя, помогая ей подняться.

Ну вот... Наконец-то прикоснусь... Глядя в её глаза, уплываю в фантазию, как прямо здесь на ринге мы занимаемся сексом…

– Я буду прикасаться, – предупреждаю её. – Контакт будет самый плотный. Настройся и расслабься.

– Как в прошлый раз? – делает шаг назад.

– Как в прошлый раз нам больше не нужно. Будет по-другому. Никаких неожиданностей. Для того чтобы владеть чужим телом, тебе нужно для начала перестать его бояться. Я отдам тебе сегодня своё тело для исследований...

– Макар... – опускает она ресницы. – А вот всё это... потому что хотите помочь? Или просто из-за «плотного контакта»?

– Да. Я тебя хочу, – не отвожу от неё глаз. – Вопрос ведь был про это? И я всё ещё настаиваю на том, чтобы вмешаться в твою ситуацию. И буду настаивать. И буду рядом. Но... Учить я тебя буду по-настоящему. Давай руки...

Протягивает. Кладу себе на запястья, вращаю кулаками.

– Чувствуй, как двигается моё тело. Пределы его гибкости... Где граница двигательной подвижности. Изучай... Ищи поводки...

– Как это? – неуверенно касается пальцами.

– Например: поводок руки – большой палец. Загнув его и зафиксировав на излом, ты можешь за эту руку манипулировать противником. Любого роста и веса. Поводок головы – глазница, ноздря, болевые точки, захватив которые правильно, ты можешь манипулировать головой противника так, как тебе вздумается. Вот смотри...

Перехватываю её большой палец в залом. Слегка.

– Ай-ай!!

Тяну её за руку, обводя вокруг себя как в танце. Потом в другую сторону.

– Ты будешь двигаться во избежание ещё большей боли, рефлекторно. И неважно, какая у тебя масса или сила. Удержать в заломе большой палец – сила не нужна. Вырвать его из залома очень сложно!

– А если он ударит? Второй рукой.

– Для этого у тебя тоже есть вторая рука. Да и с поводком нужно обращаться умело, максимально удерживая дистанцию. Если я второй рукой зафиксирую твой локоть и займу позицию за рукой, ты не сможешь достать меня. А я буду продолжать тебя водить. Захочу, – тяну её руку вниз, и Эля приземляется на колени, – уложу так лицом вниз.

Укладываю, аккуратно загибая руку в залом.

– Теперь мой поводок выше. Твоя боль в плечевом суставе. За этот поводок бойцы спецназа обычно ведут тех, кого уже обезоружили. Наверняка видела в фильмах.

– Да... видела.

Отпускаю её, присаживаясь на колени рядом.

– Теперь шея, – кладу её ладони на свою шею. Мои глаза закрываются от этого ощущения. И не открывая их, продолжаю чего-то там привычное сбитым голосом: – Шея – зона поражения... Проведи пальчиками... Отыщи интуитивно самые опасные точки...

– Здесь... – шепчет она, чуть вдавливаясь над кадыком.

– Умница... Ещё...

Нежные пальчики ощупывают меня.

– Мне кажется, здесь... – слегка втыкает пальчик в сочленение под челюстью.

– Да... Ещё... – перехватываю её руку, вдавливая пальчик точнее.

И хорошо, что штаны у меня свободные, потому что её исследования и тонкий, едва заметный запах, уже вскружили мне голову, и не только её.

– И вот здесь... – веду её пальцем на ключицу. – Очень хрупкая кость и болезненный перелом, который блокирует движение руки. Если нужно вывести противника из строя надолго, то смело ломай. Он не сможет ударить этой рукой.

– Как же ломать? Это же кость!

– Пока – никак. Бить ты ещё не умеешь. Но запоминай. Дальше... – стягиваю футболку, обнажая торс.

Эля вспыхивает.

– Это просто тело, Эля. Оно не опасное. Ни плохое, ни хорошее. Оно – машина. Всё дело в водителе, – указываю пальцем в висок.

– Я понимаю, да.

Хмурится.

– Представь себя внутри моего тела. Я буду твоим «водителем», ты – моим.

– Как?...

– Я тебя обниму, и мы подвигаемся в разные позиции. Хорошо?...

Смотрит он на меня совсем по-другому. Не как Арай. Властности в его взгляде нет. Хотя могла бы быть. Понимает же, что я очень заинтересована в его помощи. И может этим пользоваться. И, возможно, станет.

Протягивает руку. Вкладываю свою ладонь.

– Немного танцев, – вздрагивают его губы в едва заметной усмешке. Опускает взгляд, сжимая мою кисть. – Ты умеешь танцевать?

– Разучилась... – пожимаю я плечами.

– «Степень свободы»... – подтягивает меня ближе. –  Вспоминай... Одна связь ограничивает одну степень свободы. Мы связаны... Твоё тело с моим... Расслабляйся... Я – профессиональный «водитель». Я тебя не разобью.

Очень хочется верить...

– Назови мне степени свободы твоего тела... Сколько их?

Мне кажется, он говорит про что-то другое, и мои щёки продолжают гореть. Нет, это всё физика, конечно. Но в его подаче, когда он так крепко держит меня, эта физика приобретает очень неоднозначные смыслы.

– Движение вверх-вниз...

– Ограничено пространством...

– Вращение...

– Правильно.

Вытягивает мою руку вверх и, манипулируя кистью, заставляет сделать поворот вокруг собственной оси, придерживая рукой за талию. И правда танцы!

– Вперёд-назад... – бормочу я.

Тянет на себя, закручивает, и, сделав шаг назад, роняет спиной вниз. Вскрикиваю от неожиданности. Но он мягко подхватывает меня у пола и рывком отправляет наверх. Поймать равновесие не позволяет, и я с очередным вскриком лечу в другую сторону, совсем не случайно запутавшись в его ногах. И снова ловит, возвращает в вертикальное положение.

Моё сердце колотится от этих «танцев». Сдуваю растерянно выбившуюся из хвоста прядь волос.

– Ещё одна плоскость?

– Лево-право?

Съёживаюсь рефлекторно. Сейчас же опять куда-нибудь полечу!

И я лечу... Плавная подножка сбоку, словно просто шагнул мимо меня. С писком подметаю хвостом ринг, и меня снова подхватывают! В этот раз не поднимает, а, поддерживая, позволяет лечь на спину.

Внутри всё трепещет. Словно только что слезла с какого-то аттракциона. На несколько мгновений этими ощущениями меня переносит в детство. И истерично посмеиваясь, я гляжу в потолок. Но почти сразу же чувствую себя неуютно открытой в этой позе и сгибаю ноги в коленях. Смотрю на него снизу вверх. Из этой позиции он выглядит огромным.

– Чем меньше точек опор и связей у конструкции, тем менее она устойчива. Тем меньше нужно воздействия, чтобы вывести её из равновесия.

Подходит вплотную к моим ногам. Носком ступни неожиданно подхватывает под колено мою ногу и делает шаг через вторую, закручивая меня. Моё тело послушно переворачивается на живот, игнорируя все попытки сопротивляться.

Господи! Это ж фокусник какой-то...

Усаживается сверху на бёдра. И мне сразу же становится страшно. Из такой позиции не вырваться... Я замираю.

– Что чувствуешь?

– Панику... – признаюсь я.

– Тогда проживи её и успокойся.

Продолжает сидеть.

– И пока ты паникуешь, мы с тобой порассуждаем, как можно выйти из этого захвата. Варианты? Какие степени свободы ты можешь использовать?

– Нет вариантов, – горестно вздыхаю я. – Я зафиксирована по всем направлениям.

– Тогда простой расчёт. Мой вес – девяносто восемь килограммов. Какие мышцы на твоём теле способны поднять такой вес?

– Никакие...

– Неправильный ответ. Двоечница! – слышу улыбку в его голосе. – Сегодня я дам тебе методичку по анатомии. Будешь штудировать. Ты должна использовать силу икроножной, – сжимает мою икру, – трицепса бедра, – тоже сжимает, – ягодичную и...

Теперь сжимаюсь я, ожидая нескромных прикосновений. Но их нет.

– ... пресс. Сделать скрутку и рывок этой мышечной цепью.

– Я не понимаю.

– Меняемся местами.

Падает рядом на спину. Поднимаюсь на колени. И как я должна сесть? Веду по его телу взглядом, останавливая его в паху. Оу... Зажмуриваюсь от неловкости, слыша, как он переворачивается на живот. Преодолевая смущение, усаживаюсь на него сверху.

Я – труп. Если Арай увидит это, я даже не представляю... Мне кажется, он в эмоциях просто задушит меня до смерти.

– Ты села или нет? – посмеивается Громов.

Смешно тебе... Стараюсь давить своим весом ему на бёдра, но я под ним, и он подо мной – это не одно и то же. Он скинет меня играючи!

– Работаешь за счёт скруток. Подтягиваешь колено, разводя бёдра, упираешь в пол ладони. У тебя три точки. Твоя задача не скинуть, скинуть ты не сможешь, твоя задача – изменить позицию. Используешь ось своего тела. Рывком поворачиваешь бёдра...

Рывок – и я подлетаю. А он уже опять на спине. Макар ловит меня за талию и снова усаживает сверху. Теряя равновесие, падаю ладонями на его обнажённую грудь. Мы оказываемся лицом к лицу.

– А это совсем уже... – скользит его взгляд по мне, – другая... поза... позиция... Чёрт... – последнее беззвучно.

Моя резинка окончательно слетает, и волосы рассыпаются. Я чувствую, как его член упирается мне в промежность. В глазах темнеет, и стучащее сердце смещается в горло. Макар заправляет прядь моих волос за ухо. И я даже не могу дёрнуться от его руки, зависнув на его растерянном взгляде. Костяшками пальцев нежно ведет по щеке, закрывая глаза. Сглатывает...

Машинально пытаюсь отыскать в его эмоциях какие-то признаки опасности, но их нет.

Чувствую, как его ладонь давит мне на спину. Моё тело почему-то безвольно опускается вниз. Слышу, как оглушающе колотится его сердце под моей щекой. И я в полной растерянности, не понимая, что со мной... И с ним...

Прислушиваюсь к происходящему. Это уже не тренировка…

Отыскав мою кисть, он сжимает её, поднимая к своему лицу, и я чувствую несколько горячих поцелуев на пальцах. Плавный перекат... Я под ним...  Встречаемся взглядами.

– Извини... – ведёт тихонечко пальцем вдоль моей брови.

Наши губы очень близко, я тону в его запахе. И меня не воротит. Меня обволакивает и расслабляет. Почему-то. Кровь внутри настойчиво пульсирует от страха. Или не страха... Я не знаю. Но это не так, как с Араем. Закрываю глаза, прислушиваясь к себе. Мне кажется, мои губы сейчас сгорят от близости его губ... Дыхание смешивается. Слышу свой тихий неконтролируемый стон. Мгновенно сжимаю губы, боясь теперь распахнуть глаза. Едва ощутимое касание в уголок губ…

– Элечка...

Этот тихий проникновенный шёпот вдруг взрывает во мне всю наращенную за это время броню. И мне хочется рыдать! Я едва сдерживаюсь... Моя грудная клетка замирает.

– Класс, Громов!

Ядовитый женский голос мгновенно разрушает эту непреднамеренно возникшую между нами необычную и болезненную открытость. И вот теперь я громко вдыхаю от ужаса. Настоящего.

Теперь этому интиму ещё и свидетели есть! Я идиотка... Что сейчас произошло вообще?! Даже если у меня полноценное ощущение измены, то Арай внутри меня уже исходит пеной.

Нет, мне плевать на «верность». Просто... Очень страшно. Дико страшно, что я не успею. Надо уезжать как можно быстрее.

Макар встаёт на колени, поднимая меня. Прячу горящее лицо в ладонях.

– Громов, выйди, пообщаемся.

Жена его. Бывшая.

Он оттягивает мои руки от лица.

– Ты не сделала ничего плохого, – шёпотом. – Перестань. Я сейчас вернусь.

Но я не дожидаюсь, когда вернётся. Сбегаю в душ в кабинете Сан Саныча, который так и не переделали под склад. Он бывает здесь редко. Проходя мимо комнаты охраны, слышу, как они на повышенных тонах выясняют отношения. Какой кошмар...

Под душем смываю с себя запах Громова. Мне кажется, я пропитана им вся насквозь, и смыть уже не получится.