Глава 12 - Знакомство с мужем

Открыв бардачок ищу свой старый пропуск в прокуратуру, который несколько месяцев назад оформляли мне, как инструктору.

Вот он!

Вытаскиваю ламинированный квадратик.

Даты еще пару дней действительны. Нет, если напрячь людей, можно сделать и новый, но отсвечивать слишком уж сильно не хочется. Хочется зайти незаметно.

Капитан Каримов в оперативно-розыскном...

Блуждаю по этажам и коридорам. На первом ремонт и все стенды с ориентацией в здании сняты.

- Громов!

Твою мать...

- Здорово, - разворачиваюсь я.

Бывший сослуживец. Пожимаем друг другу руки.

- Ты как здесь? Случилось чего или надумал к нам на постоянную.

- Ага... подумываю вот.

- Иди к нам в отдел. Опером.

- Да кто ж меня сразу в опера возьмет.

- Ну, не сразу, конечно. Но обещаю поспособствовать тебе с ускоренным профессиональным лифтом. Звание у тебя есть, военная академия к тому же... Ты еще и меня обгонишь.

- Звание-то есть, - на автомате говорю я. - Ты по центральному району в следственном?

- Да. Не самый главный начальник, конечно...

- А давай, я тебе бесплатно инструктаж личного состава по отделу проведу? Оперов. Антитеррор, например. Или самооборона? А с работой потом определимся. Ну и сам посмотрю, что за народ у вас...

- Ого... Слушай, а у нас сегодня плановые стрельбы вечером.

- Отлично. Можно включить краткую программу по работе с вооруженным противником. Обкатаем пару приемов.

- Я только "за". Но надо в верхах утвердить приказом. Ты же знаешь нашу систему. Подпишу, сразу отзвонюсь. Лады?

- Проблем с оформлением не будет, я числюсь во внештатном резерве.

Пожимаем друг другу руки.

До вечера несколько раз проезжаю мимо работы. Повода заехать на самом деле нет. И я пытаюсь держать себя в руках. Но проезжая, каждый раз смотрю на окна у ресепшена, пытаясь уловить там силуэт.

Достаю визитку "Четверочки", запоминая номер Эли. На всякий случай дозваниваюсь до  старшего смены, узнаю все ли в порядке. Все нормально. Бойцы на выезде...

Зайти? Ольга там... Не хотелось бы лишний раз провоцировать и накалять их отношения с Элей. Или уже не принципиально после вчерашней сцены?

Внутри тревожно...

Забегу на пару минут, толстовку заберу. Забыл вчера.

В холле никого, кроме Эли, дверь в операторскую прикрыта.

- Привет... - останавливаюсь возле ресепшена. - Как дела?

Поднимает на меня усталый застывший взгляд.

- Здравствуйте. У меня все хорошо.

Как робот.

Опускает глаза, продолжая  что-то набирать.

Хмурясь пытаюсь понять, в какой момент нас опять разнесло по разные стороны баррикад. Когда мы расстались между нами были совсем иные эмоции. И мне казалось, я преодолел ее броню. И сейчас меня опять словно вынесло к старту, когда я уже был в конце дистанции.

Заебись.

Ольга уже постаралась? Наверняка.

- Если будут какие-то проблемы... любые... - стреляю я взглядом на мягкий зал. - Сразу скажи об этом мне.

- Вы, Макар, с женой свои проблемы решите. А мне от Вас ничего не надо. У меня свой муж есть.

Кровь бьет в лицо, в глазах темнеет от вспышки ревности. Неожиданно.

Это - Ольга... Пытаюсь уговорить я себя. Наговорила ей гадостей. Эля просто реагирует.

Уточняю:

- Мои занятия тебе теперь тоже не нужны?

- Я решила Василия попросить... Он же долго у Вас занимается.

- Василия?... - стискиваю зубы. - И что же такого сказала тебе моя бывшая жена, что я сразу персона нон-грата?

- Избавьте меня от необходимости перетрясывать ваше с ней грязное белье.

- Эля... - мои интонации ожесточаются.

Это не на неё, на ситуацию.

Отодвигая дальше от себя нетбук, ложится лицом на руки.

- Просто оставьте меня в покое и всё... И всё! Пожалуйста.

Из мягкого зала выходит Ольга. Опираясь спиной на косяк и скрестив руки на груди с ненавистью смотрит на меня. Внутри все взрывается.

Иногда очень хочется дать женщине... леща! Вот так, чтобы перекувыркнулась и переосмыслила.

- Привет, Громов. Чего приехал? По мне соскучился? - цинично.

Выхожу, хлопнув дверью.  Сажусь в машину, достаю телефон. Набираю СМСку?

"Элечка, никого не надо слушать. Я приеду завтра, и мы поговорим. Я очень скучаю. И беспокоюсь за тебя. Обнимаю..."

И почти сразу же: "Никогда!!! Никогда не пишите мне на этот номер!"

Тут же набираю

- Почему?

- Громов! - отчаянно. - Я замужем!

- Ладно, я понял, - скручивает меня от неприятия этой ситуации. -  Удали сообщение, подчисти входящие и не паникуй. Поговорим обо всем завтра.

Скидываю.

Вперед, знакомиться с мужем.

На открытом стрельбище воняет порохом и оружейной смазкой. Распотрошенные мишени ездят по направляющим туда и обратно. Младший состав принимает стволы.

Пока идет смена дислокации внимательно разглядываю оперов, отыскивая нужного возраста, прислушиваюсь к именам. Большая часть курит, угорая над шутками друг друга в сторонке. Всего человек пятнадцать. Я замечаю нужного мне не сразу. Метис. Восточная кровь. Казах?

Он в стороне. С папкой. Весь выглажен и с иголочки.

Мой Эльф тебе рубашки наглаживает и стрелки на брюках?

Меня дергает от этого факта.

Аккуратно идет по взрыхленному ботинками газону, чтобы не запачкать начищенные туфли. Это он, однозначно. Больше не подходит никто.

На стрельбах не был, значит есть там свои, кто оформят ему протоколы, а ко мне обязали. Я не "свой". И недовольно морщась он идет по грязной траве.

Окидывает меня взглядом.

- Арай, - тянет руку первым.

- Макар, - пожимаю, внимательно вглядываясь в лицо.

Улыбка широкая, но дежурная. Глаза не улыбаются. Холодные и цепкие. Рукопожатие короткое, такое же отполированное, как ботинки. Несмотря на крепкое телосложение и высокий рост, кисть непривычно маленькая. Но такая же цепкая как и взгляд. Это почему-то вызывает у меня брезгливость.

- Макар... только с оперативного выезда я... вот даже форму не успел сменить.

- Это ничего. Самая эффективная тренировка в привычной форме. Вы же перед реальным боем спортивную форму не переодеваетесь.

- Да... Мхм... - задумчиво, скрывая недовольство.

Не хочешь ты на тренировку. Ничего... терпи... я тебя тоже немного попрессую. Пока - умеренно.

- Вывих у меня правого запястья... Не помешает?

- Повод отработать левый квадрат по самозащите. Вывих может произойти и в реальной обстановке. Это не должно снижать эффективности бойца.

- Ну да, - очень сдержанно вдыхает поглубже.

Даю привычный инструктаж.

- Принцип один — встреча атаки внешней стороной предплечья ведущей руки, изменение траектории атаки, выход на контроль и обезоруживание. Контратака и добивание. Всегда жесткое. Когда противник идет на вас с оружием его цель - убить или покалечить. Не давайте ему второго шанса. ВДВшники есть? Спецназ? Рукопашники?

Отзываются пять человек.

Разбиваю на тройки так, чтобы с ними встали те, кто подобных тренировок не проходил. Оставляю в стороне только Каримова.

- А я?..

- С Вами поработаю лично. У Вас травма и квадрат будет левый.

Объясняю  рукопашникам схему тренировки:

- Работаем по первому правому квадрату, - показываю несколько раз последовательность действий на бойце. -  Одного отрабатываете, второй смотрит, затем смена. Потом смотрите сами, как работают новички. Правите технику. Я - принимаю. Сначала работаем с ножом, потом с огнестрелом. Старшие в тройках получите боевые ножи у "оружейника".

- Может, имитацию? Опасно же...

- На любой тренировке работать надо только с реальным оружием. Привыкнув к работе с палкой, в реальной ситуации, боец ловит панику, и не может отработать ни одной схемы, пытаясь интуитивно уворачиваться от ножа.  Значит, тренировки с имитацией бессмысленны. Свой уровень адреналина по отношению к оружию и травмам вы должны усмирить уже на тренировке. Порежетесь - не смертельно. Порез заживет. Умело распоротый живот - вряд ли. Поехали...

Разворачиваюсь к Каримову. Мне хочется его просто молча сломать - из ревности, из мести за Элю. Разминаю шею до хруста позвонков. Тело превращается в упругую пружину. Но задача ведь не сломать, а понять, что за человек. Разве я уверен на сто процентов, что это он делал с ней? На девяносто девять и девять - да. Она его боится. Но и меня боится тоже...

Пока лениво работаю с Каримовым, прислушиваюсь к своим ощущениям, чтобы затоптать сомнения. В бою человека видно очень хорошо. И со мной в спарринге человек скрытный, недоверчивый. По ледяному прищуру глаз видно - расчетливый и жестокий. В своим поражениям относится болезненно и зацикленно, впадая в эмоции. Эмоции скрытые, но бурлящие во взгляде. Там не азарт, как у моих альфачей на тренировке - извернуться и обойти инструктора. Там мстительность и раздражение на меня.  И я методично роняю его и осаживаю. Одновременно поглядываю на то, как работают рукопашники, отыскивая самого жесткого. Есть один. Алексей. Молодой, борзый, здоровый вдвшник. Хочется ему выебнуться перед коллегами и показать себя во всей "рукопашной" красе. Поэтому в его тройке все жестко и на полной скорости. Если бы еще и в полную силу - пришлось бы вмешаться.

- Что-то у тебя, друг, совсем плохо по физухе, - поднимаю я Каримова после очередной неудачной попытки сделать контратаку. - Не занимался нигде?

- Честно? - оскаливается он с усмешкой. - Нахер мне не нужна физуха, когда у меня есть наручники, дубинка и ствол.

- Ну... бери свою дубинку. Проверим. На мне.

Оглядываюсь на бойца из младшего состава. Он с любопытством смотрит за тренировкой. Но им такие еще не положены по погонам. Зато, в отличие от оперов, положены дубинки.

- Эй, боец, одолжи свою волшебную палочку.

Торопясь вытаскивает и отдает.

- Я посмотрю, можно?...  - просит он.

- Конечно!

Ты мне только на руку, боец. Каримов обламывается проигрывать. А значит, сейчас в полную силу выложиться. И я его же силу использую, чтобы "нечаянно" его жестко уронить.

- Травмат нам найдите какой-нибудь. Низкой мощности, - прошу я у персонала стрельбища.

Через пять минут нам приносят. Тренировка останавливается. Все сбиваются в толпу, обсуждая происходящее.

- Вот Вам дубинка, вот ствол, вот наручники. Задача - задержать и "упаковать". Меня. Я - безоружен. Стрелять можно по обычной схеме, если окажу сопротивление или при попытке к бегству. Вперед. Работаем в полной выкладке.

- Так запястье у меня...

- Покажите. Вывих? Я вправлю.

- Да не видно ничего. Но подвижность ограничена. Растяжение, наверное.

Как же тебе облажаться не хочется! Удивляюсь просто. Но я тебя все равно изнасилую.

-  Эластичный бинт на запястье, - даю команду парнишке, что отдал нам дубинку. - Принеси аптечку, будь другом, братишка.

Собственноручно накладываю ему бинт.

- Теперь растяжение не помеха. Приступим.

Делает три  шага назад увеличивая дистанцию. Поднимает на меня ствол.

- На колени. Руки за голову. Спиной ко мне.

Опускаюсь на колени. Но лицом к нему. Поднимаю руки за голову.

- Спиной, я сказал.

- Неа... Но выстрелить в стоящего на коленях ты права не имеешь. Тебя засудят и как минимум снимут погоны. Что будешь делать?

Встряхивает наручники, убирая ствол за пояс и берет в руку дубинку. По хвату вижу, что никакого болевого симптома на запястье у него нет. Симулировал.

- Но за удар дубинкой никто меня не засудит. Тем более - сопротивление.

- Бей.

Подлетая замахивается. Делаю рывок не от него, а к нему в плотный контакт. И дубинка описываю широкую траекторию по инерции летит мимо, касаясь меня только самым основанием. Минимальное "плечо" гасит силу. Дергаю его через себя, чтобы инерция его замаха утащила его в полет. Летит на землю. Выдергиваю у него из-за пояса ствол.  Его руки заняты и вместо того, чтобы сгруппироваться, он пашет лицом землю.

"Ну, пиздец... - морщусь я.  - Кто ж так коряво падает?"

Поднимаюсь, наставляя на него ствол. Нажимаю на курок. Пуля врезается в землю в полуметре от него. Вздрагивает.

- Вы убиты, капитан Каримов. Своей самоуверенностью.

Поворачиваюсь к остальным.

- Ошибка. Замах слишком широкий. Длительность атаки позволила совершить контратаку. И отобрать оружие. Обходить стоящего на коленях противника надо на дистанции два метра. При отказе упасть лицов вниз, внушающий контролируемый толчок дубинкой в затылок. Если противник замыслил контратаку он среагирует. Но у вас будет фора, дистанция и пара секунд, чтобы выхватить обратно ствол. Ясно?

Разворачиваюсь к уже поднявшемуся на ноги Каримову. Вытирает платком лицо.

- Противник не барышня. Наручников и дубинки ему недостаточно.

Вытирает разбитые губы. На скуле ссадина.

- В реале, - снижая голос, - я бы выстрелил. И ты никогда бы ничего не доказал.

- В реале, я бы уже сделал тебя инвалидом. Даже из положения "мордой в пол". А на счет несанкционированных выстрелов... Это еще лет десять назад прокатывало. А теперь "большой брат" смотрит за нами из-за каждого угла. Камеры, телефоны... Ты не отмоешься. Даже домашнее насилие сейчас умные девочки и дети пишут на камеру. Больше нет слепых зон!

- Чего?.. - опускаются растерянно его руки.

- Это я так, к примеру. Тебя же это не касается, капитан? Характеристика у тебя хорошая. Только идиот себе карьеру будет гробить такими инцидентами. Это ж потом не отмыться, если по такой статье мелькнешь.

Отворачиваюсь.

- Все на зачет по квадрату! Каримов в тройку к Алексею. Полный контакт!