Глава 15 - Полезные навыки

Поправляю тонкую водолазку с высоким горлом. Мне душно. Но ничего более легкого не смогу надеть в ближайшую неделю. Арай расстарался. Засосы. Периодически делает так. Специально так делает. Параноик!

Оттягиваю ненадолго ворот, чтобы вдохнуть поглубже.

Развалившись на диване в комнате охраны и закрыв глаза, Громов делает вид, что спит. Но только делает вид. Проходя мимо, из коридора вижу, как неровно  и слишком быстро вздымается его грудная клетка.

Уверена, что придется объясняться ...

Что ему надо? Мало ему женщин?!

От прозрачного намёка Насти мне плохо и тошно. И мне хочется надавать себе по щекам за эти неуместные чувства. Зачем я это чувствую?! Что мне от него надо?? Ничего мне не надо... Нет, кое что, конечно...

Да, Господи!

В очередной раз одергиваю себя. Мысли все время утекают в его сторону.

Что произошло между ним и Араем?.. Если бы прозвучало моё имя, уверена, Арай бы вел себя совсем по другому и крушил бы не мебель в нашей спальне, а меня. Значит, это никак меня не касалось. И все же...

Я должна спросить у Громова?

Мне хочется, как страусу засунуть голову в песок и чтобы просто пронесло!

Арай говорил по работе что-то. Пытаюсь я припомнить. "Внештатник", "копают"...

Может быть так, что это несвязано со мной?

Вряд ли. Зачем тогда Арай спросил не знаком ли мне Громов? А Громов - не подставил ли он меня перед Араем?

Ненавижу мужчин!!!

Но вот эти в паре метров передо мной выглядят вполне мирно, безопасно и даже весело.

Не все мужчины ублюдки. Не все. Хотя иногда мне кажется, что все до одного.

Гера и Василий развлекаются тем, что пытаются на скорость открывать защелкнутые наручники всякими случайными предметами - скрепка, булавка, гвоздь...

Я не могу представить двух этих флиртунов творящих что-нибудь жесткое с девушкой. Слишком их эмоции наружу что ли... Ничего не упаковано внутрь, как у Арая. И как у Громова, кстати. Иногда, у него тоже внутри кипит, а во вне он это не выпускает, продолжая улыбаться. Вот как час назад. Когда на его лице не дрогнул и мускул при реплики Насти, а ручка в руках разлетелась на пластиковые щепки. Мне кажется, дай ему волю, он бы... Что бы он сделал?

Пытаюсь предположить.

Но никакой жести и в его исполнении не фантазируется. Но все равно - это самая худшая черта у мужчин. Эта непрозрачность и сдержанность. Якобы. Она так легко вводит в заблуждение! Лучше бы он там рявкнул на нее, если был так сердит.

- Минута, - констатирует Гера, снимая стальные браслеты. - И то, потому что скрепка мягкая.

Мои руки давно замерли над клавиатурой, я смотрю и слушаю, как они это делают - снимают наручники. Этот навык для меня тоже жизненоважен.

- Наручники на цепочке - это херня. Вот жесткие... Если туго затянуть сзади, никак не извернешься. Хуже только пластиковая стяжка.

А у Арая наручники как раз на цепи  Мне бы научиться открывать как раз их.

- Вась... - решаюсь я. - А научите меня, пожалуйста.

Поднимают на меня удивленные взгляды. И мне даже в какой-то момент кажется, что откажут, как Громов в своё время.

- Давай! Иди к нам. Куда пристёгивать тебя будем? - игриво крутит наручники на пальце.

Тяжело сглатываю глядя на них, пытаясь контролировать свой страх. Они же не сделают ничего плохого, если пристегнут? Здесь много людей... Оператор... девочки в спортзале... Ольга... Громов, в конце концов. Мне кажется Громов не позволит.

Василий берет меня за запястье.

- Вы арестованы девушка, - заигрывающе шепчет он. - За прекрасные глаза и нежелание улыбаться.

Рефлекторно моя рука дергается, когда сталь прикасается к запястью.

- Боишься их что ли?

Вас пока больше, но...

- Да. Наверное.

- Правильно. Ограничения свободы надо бояться. Особенно девочкам. А в игры с наручниками играть только с надежными мальчиками, - подмигивает мне он.

Щелчок. Запястье знакомо охватывает металл. Я бываю так иногда наказана Араем. Пристёгнута на несколько часов.

- Садись.

Присаживаюсь на диванчик, Василий пристегивает меня к стальной дужке поручня.

- Лучше всего - булавка. Ее можно пристегнуть к одежде и всегда иметь под рукой. Эм... - поднимает он шутливо палец в вверх. - Говорят еще от сглаза помогает. Тебе актуально. Глаз от тебя не отвести...

Вздыхаю. Это скорее проклятие моё - красота. Будь я чуточку серее, может и не случился на мою голову сначала отчим со своими домогательствами, а потом Арай.

Посмеиваясь, Василий отворачивает воротник на безрукавке, отстегивает с него булавку.

- Дарю!

- Спасибо.

Эта булавка гораздо более ценная вещь для меня, чем обручальное кольцо, например.

Её острие немного гнутое.

- Булавка должна быть длинная, и не каленая, чтобы можно было согнуть, смотри...

Сгибает острие пополам.

- Эту часть отгибаешь, как упор для пальцев. В наручниках очень простой замок, особенно в простых ментовских. Надо просто повернуть язычок, вот таким движением. Подцепить и...

Щелчок!

Браслет слетает.

- Теперь - сама, - снова пристегивает он меня.

Гнутая булавка болтается в замочной скважине, периодически упираясь во что-то. Так ловко, как у них, у меня не получается. Но минут через пять мучений и докрасна стертых пальцев о булавку, замочек наконец-то щелкает.

- Молодец! - радуются они.

А мне кажется вышло практически случайно, и этот фокус я не повторю.

 - Давай еще... - снова пристегивает меня Гера за другую руку. - Всегда тренируй левую, менты за правую пристегивают, да и омон.  - А зачем тебе, кстати, Эль?

- Да просто... - пожимаю плечами. - Хочу уметь.

Тиская по очереди мои кисти, пальцы, помогая отыскать нужный наклон, они заполняют собой все моё пространство. Мне так неловко, что я уже почти не делаю ничего сама, а только подчиняюсь их рукам.

- Десять.

Поднимаю глаза. Громов. Ноздри рассерженно вздрагивают. Мои пальцы на автомате вдруг делают то, что надо и браслет расстегивается.

- Я тебя жду в мягком зале. Переодевайся.

Мне хочется ответить ему что-нибудь резкое, что-нибудь такое же неприятное, как слова этой Насти для меня. Но... Зачем? Какое я имею право? Для чего? Кто я такая вообще, чтобы иметь право реагировать на такие вещи?

Повисает неловкая пауза.

Обещал - унесет силой. Судя по взгляду так и сделает.

Если уж и выяснять отношения, то наверное, лучше наедине.  Пусть будет эта "тренировка". У меня есть к нему пара вопросов, в конце концов, от ответа на которые зависит, что ждет меня дома!

Переодеваюсь. Зачем - не знаю. Никакой тренировки на самом деле я не планирую. Это будет просто разговор. На выходе из зала сталкиваюсь с Ольгой.

- Я жду тебя, Мак, - бросает она ему.

Мне кажется чрезмерно показательно при этом глядя мне в глаза.

Не поворачиваясь и  не реагируя на ее выпад, он продолжает выбивать дух из груши. Которая вздрагивает и звякает цепью на каждый его удар. Разглядывая, как играют мышцы на его спине, я медленно приближаюсь. Нет, так как он грушу меня никогда не бил Арай, слава богу. Мне кажется одного такого удара достаточно, чтобы больше никогда не встать.

Разворачивается. Громко дышит, словно бежал стометровку на скорость. Оглядывает меня снизу вверх. Не говоря ни слова проходит мимо меня к двери. И я обескураженно смотрю ему в след, не понимая, зачем тогда так настойчиво звал.

Но он не выходит. Он закрывает дверь на ключ, убирая его в карман штанов. Разворачивается. Глаза горят...

Мне становится страшно. Делаю пару шагов назад, упираясь спиной в мягкую стену зала.

Осаживается. Собранные словно в боксерской стойке плечи расслабляются. Подходит близко-близко...

- Зачем ты закрыл дверь? - выдавливаю я из себя.

- Чтобы никто не зашел.

Обнимаю себя за плечи.

- Элечка, ты извини... - нервно облизывает он губы. - Но я должен знать.

- Что?.. - выдыхаю я не понимая.

Его руки ложатся мне на талию.

Отступать некуда, и я в недоумении замираю.

Выдергивает мою водолазку из-под пояса штанов.

- Мак... ар... - ловлю я испуганно его руки.

- Я только посмотрю, - настойчиво тянет вверх, обнажая мой живот.

Отталкивая его руки, не нахожу никакого другого пути сбежать, кроме как сползти по стене вниз к его ногам. Но он тут же падает на колени рядом.

- Я только посмотрю! - перехватывает он мои кисти, не позволяя отбиться от его рук.

- Громов!!

- Тихо... - пальцы изучающе скользят по моим ребрам

Хмурясь, дергает край водолазки выше, оголяя грудь.

Задохнувшись от возмущения, замираю.

Переворот на живот. И садится сверху. Не дернуться! Оттягивает мягкий пояс штанов вниз, обнажая мои трусики.

- Ты что делаешь?!

- Извини меня... Извини, Эль! Я просто посмотрю.

Пальцы изучающе скользят по ягодицам. Поправляет все обратно, но теперь снова задирает водолазку, аккуратно исследует пальцами спину. Снова все поправляет.

- И шею...

Оттягивает сзади водолазку.

- Нет!

Со злости делаю именно так, как учил он: упираясь коленом и ладонями в пол, с рычанием, рывком скручиваюсь. И... получается! А быть может он позволяет мне это. Но я оказываюсь под ним на спине. Лицом к лицу.

От возмущения мои губы дрожат,  и на глаза наливаются слёзы. Я не ожидала от него такого! Это дико обидно!

И напрягая пресс, я размахиваюсь, чтобы врезать ему пощечину.

Когда-то такая же необдуманная пощечина Араю, обернулась для меня ответной и разбитым лицом. Но в эту секунду мне плевать! И когда уже летит моя рука, только тогда в голове проносится, что своё лицо, возможно сейчас разбитое в ответ, я никак не смогу объяснить Араю.

Громов ловит мою ладошку. Еще бы! Куда уж мне против самого Инструктора! И мне еще хуже становится от своей беспомощности, из глаз льются  слёзы. Он прижимает мою ладонь в губам. И держа как что-то ценное, просто молча зацеловывает.

- Я не хотел обидеть.

Обессиленно реву.

Поднимает, подхватывая под спину и сгребает в объятия.

- Не надо плакать... - губы скользят по моим мокрым щекам. - Это не оскорбление... Это страх за тебя!

И теперь вместо ладони я чувствую, как он целует моё лицо. Не трогая губ. Просто веки, виски, скулы, нос.

Никогда Арай не целовал меня так... Быть может, только мама, когда я была совсем маленькой. И я застываю в его руках, они гладят меня по спине. Успокаивающе. Не пытаясь, как руки Арая, скользнуть на грудь или между ног.

- Элечка...

Ласковые пальцы рисуют у меня на затылке, от этого ощущения по телу дрожь и слабость. Наши губы встречаются на мгновение. Это как ожог! И мы дышим неровно, часто, громко... в губы друг другу. Ощущаю, как соскальзывают на шею его пальцы, оттягивая этот чертов воротник.

- Это - что?.. - замирает он, дергая его сильнее. - Это... Эль? - его голос просаживается.

Чувствую, как низко зло рычит мне в шею, до боли сжимая. Это дико пугает, но и делает со мной что-то еще. Отстраняется, заглядывая мне в глаза.

- Это засосы, так? - болезненно и с отвращением.

Ну что я могу с этим сделать?!

- Я замужем, Мак!! - отчаянно выдыхаю я. - Что ты хотел?!

- Нда...

Падает на спину рядом со мной.

- Действительно.

Взгляд словно пьяный и в потолок. Достает ключи из кармана, протягивает.

- Закончена тренировка.

Хватаю ключи и сбегаю к черту, ощущая опять, что вся наполнена его запахом, его прикосновениями...

В душ! Смыть все срочно. Смыть, пока у меня хватает сил смыть с себя этого мужчину. Если еще хватает...