Глава 4 - Индивидуальная тренировка

Герой моих сегодняшних ночных кошмаров исчезает за дверью кабинета вместе с этой женщиной.

Настя. Мы немного знакомы. Ходили на пилатес в одну группу, когда я работала админом в клубе. Озабоченная тридцатилетняя стерва с кучей подружек приживал. Перед глазами у меня стоят ее слишком густо намазанные губы. Про Громова всё выспрашивала. Когда у него смены, женат-не женат... Откуда мне знать? Сутенер я его что ли?

Даже номер его телефона у меня купить пробовала.

От возмущения поджимаю губы. Внутри неожиданно неприятно и тревожно от того, что он там с ней наедине. Какое мне дело, в конце концов?

Но сердце колотится вязко и неровно, горячая волна поднимается к шее и лицу. Как-будто она там с моим мужем, а не с инструктором. Хотя уверенна, что если бы Арай ушел туда с ней, моему сердцу было бы всё равно!

Завел бы хоть любовницу, что ли! Но нет, как по часам спешит после работы домой.

Оглядываюсь на Василия с Герой. Первый тут же ловит мой взгляд.

- Чего опять строгая? Пойдем чай пить? - кивает на комнату охраны.

- Нет, спасибо.

Мне бы лучше кофе покрепче. Вторую ночь мучают кошмары, как Арай появляется, когда Макар прикасается ко мне, сжимая мою кисть в своей большой в руке. И я просыпаюсь от липкого мерзкого страха.

Василий подходит к моей стойке, ложась подбородком на скрещенные кисти.

- Красивая... - улыбается. - Только грустная всегда.

- Василий...

- "Идти работать", я помню, ага, - вздыхает он.

Глаза у него очень добрые, светлые и немного детские. Хоть и здоровый лоб и пошляк. Мне сложно сердиться на него по-настоящему. Но и поощрять я не хочу.

- И букетов больше не надо, - снижаю я голос.

- Тогда держи шоколадку... - подмигивает он, оставляя ее на столе.

- Спасибо, - вздыхаю я.

Куда деваться от них?!

Василий достает сигареты и выходит на улицу. Здесь никто не курит. Сан Саныч и Громов не курят, а значит - не курит никто!

Сан Саныч скидываем мне смс с перечнем препаратов, чтобы собрала аптечку. В старой вышли сроки годности. Пришлось разориться на новый телефон. Как спрятать новые номера в своем, если там всего от силы двадцать номеров и они уже давно намозолили глаз Араю? Выключаю теперь новый после работы и оставляю здесь.

С тоской считаю время, которое мне придется еще жить так. Месяца два...

Дверь кабинета открывается. Настя, виляя бедрами, идет ко мне. Облизывает свои чуть потекшие губы. Её щеки пылают. Поправляет огромную  грудь в глубоком вырезе.

И мне становится еще неприятнее.

Хочется пару раз влепить себе по щекам, потому что чувствую, что меня цепляет это - что Громов возможно прикасался к ней! И я испытываю к нему горячую смесь отвращения и... что-то типа... ревности?!

Господи... Еще не хватало!

Нет, нет, нет!!! Никаких мужчин больше. Тем более таких. Пока не стану самостоятельной  и независимой, никого не хочу! Потом... Возможно. Мягкого, ласкового. На дистанции. Но никаких "эдаких"!

И на месте этой Насти я быть не хочу. А то, что меня дернуло... Так это потому, что Макар показался мне более разборчивым, что ли.  И наверное я ожидала, что не ведется он на таких, как Настя. Но... Показалось. Альфачи...

Настя оглядывается на Геру. Ухмыляясь, тот удерживает её взгляд своим. Гера тоже красавчик - смуглый и кареглазый.

Эта смена вообще особенная среди всех альфачей. Во-первых, в ней "САМ" инструктор, во-вторых, здесь только красавчики, в-третьих - "Мак", "Белый" и "Герыч"... М? Кому угодно вскружат голову. Но моя не кружится даже от их обильного внимания. Я знаю, что стоит за этими крепкими плечами.

Не все такие, как Арай? Может быть. Но проверять я не готова.

- Я еще забегу... - хищно облизывается Настя.

И стуча каблуками идет на выход.

Открываю методичку по физике.

Хочется поныть и оправдаться, что я вообще-то гуманитарий! Но что это даст? Поэтому упрямо пытаюсь разобраться с этим "рычагом" и "моментом вращения". Увлекшись, стягиваю очки. Они мешают мне немного...

- Эля, - вздрагиваю.

Громов! Тоже взъерошенный.

- Твоя тренировка сегодня в... - смотрит он на часы, - двенадцать. До часу дня. После Белого. Будут вызовы - сдвинем.

- В каком смысле - моя?

- Сегодня индивидуальные.

Индивидуальная?!?

Сглатываю ком в горле. Он будет работать только со мной?

Это меня напрягает. Час вдвоем?

Но мне же нужно! Это же замечательно. Да?

Аха... только вот...

- Я не могу в двенадцать, - расстроенно смотрю на него.

- Почему?

- Как же я ресепшен в рабочее время брошу?

- А... да Герыч за тебя посидит. Посидишь? - переводит на него взгляд.

- Без проблем!

- Переодевайся.

Подхватив из-под стойки пакет со спортивной формой, иду в кабинет.

- Мак, там жена твоя подъехала, выйди, - слышу голос Василия, заглядывающего в дверь.

Жена? Вообще отлично!

Замыкаю дверь в кабинет.

Да мне вообще все равно! Он просто мой инструктор. Все!

– Привет, Ольга, – присаживаюсь в машину рядом с ней.

– Здравствуй... – наманикюренные пальцы сжимают меховой руль.

На безымянном замечаю кольцо, которое надевал на неё на свадьбе. После развода прошло уже больше года. А до сих пор при встрече словно смещает на мгновение в ту нашу реальность. Но только на мгновение. Последняя пара лет нашей совместной жизни не вызывает ностальгии. Она извела меня ревностью и истериками. Потому что – ночные смены, вызовы, долгие отъезды на сборы... А когда вымотанный возвращаешься домой, хочется элементарного женского тепла, хорошего секса и выспаться. А не истерик, беспочвенных обвинений, бойкотов, слежки и наказательного отлучения от тела.

Когда разводились, я был в жутком состоянии, разрываясь между чувствами к ней и отвращением к происходящему. Отвращение победило. А сейчас уже совсем отпустило. И я вспоминаю свой брак как страшный сон, в котором потерялись все остальные сюжеты.

– Зачем приехала?

– Поговорить.

– Телефон?

– Не телефонный разговор.

– Ну, давай.

– У тебя сейчас есть кто-то?

– К чему вопрос?

– Просто ответь, Мак! – закатывает она глаза.

С Ольгой я очень давно усвоил одно правило – никакой лишней информации! Никогда! Всё будет использовано против тебя.

– Оль, хочешь поговорить – говори. У меня тренировка.

– До скольки ты сегодня?

– К чему вопрос, Оль?

– Не надо со мной так разговаривать! – начинает раздражаться она.

– Так... Остынешь – позвонишь, сообщишь то, что хотела. У меня работа.

– Видела я твою работу! Тёлку эту в красном. Скажи ещё – не к тебе приходила!

Анастасию? Даже не собираюсь оправдываться.

– Всё?

– Мак! Ну, пожалуйста.

– Быстро, Оль.

– Сегодня у нас годовщина.

– Развода?

– Свадьбы!

– Событие оказалось провальным. Так и что?

– Я хотела пригласить тебя на ужин, Мак.

– Не понял...

– Я много думала за этот год... Сравнивала... – вздыхает она. – Надо признаться, я сожалею, что довела до развода. У меня до сих пор никого нет. Да и лучше тебя мужчин не бывает, мне кажется. И я бы хотела провести этот вечер с тобой.

– Мда? А как же моё нескончаемое «блядство» и «враньё»?

– Иногда я накручиваю, знаю. На тот момент мне казалось, что это так и есть.

– А сейчас?

– Сейчас уже не кажется. Я вела себя неправильно.

– Я очень рад, Оль, что твои воспоминания о нашем совместном прошлом приобрели какието иные, более радужные оттенки. Но мои – нет. Ты прости... Но я пас.

Не хочу! Обида? Есть немного. Но уже не критично. Больше разочарование, наверное. Да и остыло всё давно. Тупо не хочется. Тянет меня совсем в другую сторону.

Внутри у стойки – Белый. Проходя мимо, вдавливаю большой палец ему в нервное окончание.

– Ай... ай... ай... – оседает он, взмахивая руками. – Это тебе за «жену» и «честную конкуренцию», – сбивая с ног, бережно укладываю на лопатки.

– Да я ж пошутил, Мак!

Подаю руку, помогаю встать.

– Так и я пошутил! И кстати – да. Говорю открыто – претендую.

Хромая и постанывая ковыляет до диванчика. Через часок отпустит.

– Эля где?

– Мак, – ухмыляется Герыч, – у нас же в субботу индивидуальные.

– Теперь будут по средам.

Захожу в «мягкий» зал. Эля без очков. Сидит на скамеечке, погружённая в методичку. Рядом лежит скакалка. Поднимает глаза.

– Размялась?

– Да.

– Тогда иди ко мне, – медленно выдыхаю я, пытаясь расслабиться, хотя все мышцы играют от тестостероновых волн.

– Куда? – встаёт она неуверенно.

– На маты, к зеркалам. Поработаем в нижних позициях.

- Иди ко мне, - просаживается по тембру его голос.

Мне же кажется, что это звучит двузначно?

Арай часто подзывает меня так. Мне становится неловко. Но Макар же в другом смысле?.. И голос у него совсем другой. И интонации.

- Куда? - уточняю я.

- На маты, к зеркалам. Поработаем в нижних позициях.

Замыкает дверь. Зачем??

В моей груди тревожно стучит.

Неуверенно, но послушно подхожу, убеждая себя, что мне это надо. Иначе, зачем было затевать эту опасную игру с Араем и устраиваться сюда.

Послушно иду за ним на маты, останавливаясь в метре. Протягиваю методичку.

Опускается на колени, требовательно поглядывая на меня.

Окей...

Делаю тоже самое.

- Как ты думаешь, что самое главное при самообороне?

- Не знаю... Возможно, знание физиологии нападающего.

- Это хороший ответ, - кивает он. - Но неправильный. Есть кое-что и поважнее. Этот урок я могу дать тебе только сейчас и только один раз. Потом - не выйдет.

- Почему?

- Ты будешь мне доверять.

- Не понимаю...- неуверенно бормочу я.

- Сейчас поймешь...

И первое, что я ощущаю - это всплеск адреналина и как все кружится!

Дергая за бедра, он рывком заваливает  меня на спину. Вскрикнув, задыхаюсь от его запаха и своего возмущения. Но когда тихое агрессивное рычание мне в шею смешивается с откровенными прикосновениями к ягодицам... и он впечатывает меня своим телом в упругую поверхность мата... меня сносит от страха, обиды и отвращения!

Слезы брызгают из глаз, и я истерично пытаюсь вырваться.

- Пусти!! Не трогай меня!!!

Его ладонь ложится на мою шею, я чувствую щетину.

И закрывая глаза,  начинаю просто плакать, зная, что дальше сопротивляться бесполезно, кроме дополнительной боли это не принесет ничего!

- Ненавижу... - вырывается у меня.

- Урок первый, - он говорит спокойно и негромко. - Возьми страх и эмоции под контроль.

Но я начинаю рыдать еще сильнее, вдруг почувствовав, что это он все не для того, чтобы... а потому что... чтобы спровоцировать вот это всё!

- Эмоции под контроль, Эля. Или ты заранее проиграла.

- Отпусти... - задыхаясь и рыдая шепчу я, окончательно расклеившись.

- Нет. Успокоилась! -  строго. - Тебе не больно.

Прислушиваюсь к своему телу. Нигде не больно, да! Но очень унизительно. Его рука лежит на моем горле, но не душит. Только бедра втрамбованы в меня слишком чувствительно, не позволяя выкрутится. Закрываю глаза. И дышу, хлюпая носом.

- Вот так. Тело расслабь. Будет напряжено, будут травмы - растяжения, вывихи.

Его голос прохладен.  Он не утешает и не уговаривает. Начал бы - уверенна, что рыдала бы здесь как идиотка, не в силах остановиться. А сейчас почти получается дышать ровно.

- Силой ты с этой ситуацией не справишься. Не дергайся. Нужно думать. Чтобы  думать, нужно выключить эмоции. Выключай. Рука на шее слегка придушивает.

Хныкая, зажмуриваюсь, опять пытаясь выкрутиться из его рук.

- Мерзко... больно... обидно... страшно... Все равно выключай. Этого не исправить. Ты уже в ситуации. Восприми нападающего, как механизм и работай с ним. Шарниры, нервные узлы, зоны поражения... Думай об этом. Не чувствуй своего тела. Не надо себя жалеть!

- Я не могу сейчас... - теряя половину звуков выдыхаю я.

- Значит не сможешь и потом. Соберись! Ощущай свое тело. Какие из твоих механизмов не зафиксированы.

Его рука держит мои запястья над головой, вторая на шее.  Мои ноги разведены и я раздавлена им. Невозможно вырваться!

- Я не знаю!

- Пока мое лицо прижато к твоему, а твои руки я держу двумя своими в этой позе ты не сможешь ничего.

- Я знаю!!!

- Но, чтобы тебя взять сейчас, я должен освободить одну из своих рук, так? Иначе я просто не смогу войти в сопротивляющуюся девушку.

- Господи...

- Эля... я сейчас буду тебя тискать, пока ты не начнешь реагировать правильно!

- Да! Должен.

- Значит, твои руки будут зафиксированы моей одной, так?

- Так...

- Пальцы - слабые места. Я буду вынужден держать твои запястья пальцами.

Перехватывает одной рукой, отстраняясь. Нервно дышу, глядя в его глаза. Спокойные. Совсем не такие как у Арая - азартные, полные негодования и высокомерия.

Вторая его рука сползает по моему телу вниз, ложась на пояс моих штанов. Медленно тянет вниз, не отводя от меня глаз.

- Что ты... делаешь? - задыхаюсь я.

- Кисти в кулаки. Синхронное вращение. Упор косточкой в стык моих пальцев. Рывок запястий в противоположные стороны за счет развода локтей. Так, чтобы точка приложения силы была на стык моих пальцев.

Его палец рисует внизу моего живота, не позволяя мне сосредоточиться на мыслях. И я просто беспомощно дергаюсь.

- Нет. Слабо. Вращение. Упор в стык. Рывок.

Медленно выдыхаю, закрывая глаза. И начинаю вращать запястьями. Ощущая как его пальцы вдруг становятся не такими непреодолимо каменными. Делаю этот чертов рывок. Одно запястье выскальзывает.

- Молодец!

Но второе крепко держит.

- Что теперь?

Что мне делать с этой рукой? Что она может против этого мощного тела?

- Большой палец в глазницу. Со всей силы и давишь, заставляя его увеличить дистанцию между телами. После дезориентации нападающего, удар локтём в гортань.

- А если выткну? - вздыхаю я рывками, как после длительного плача. - Господи... я никогда всего этого не смогу... Я не смогу ударить.

- Это ты отработаешь, Эля. И бить научишься. И преодолевать страх ударить  - тоже. Дело времени.

Встает с меня, протягивая руку. Поднимает. Обратно на колени. Руку не отпускает. Вытираю свободной рукой слёзы, пряча от него взгляд.

- Но будет гораздо эффективнее и быстрее, - чуть снижает он голос. - Если ты скажешь мне - кто этот человек. И я буду решать эту задачку за тебя.

Нет! Ты решишь разово. И я снова буду бояться, когда он найдет меня в очередной раз! И даст сдачи еще и за то, что ты "решил" мою проблему. Да и после твоих "решений", я окажусь на улице завтра, потому что не смогу вернуться домой. А мои документы в сейфе у Арая. Нет!

Пытаюсь выдернуть руку, но он держит крепко, только его пальцы съезжают на мои. Лицо вздрагивает. Пальцы сжимают моё обручальное, изучающе поглаживая.

- Ты замужем?

Молчу, не зная, как ответить правильно.

- Это муж? - пытливо прищуривается он.

- Нет! Это вообще... никого не касается!

- Меня касается, - сжимаются его челюсти.  - Я должен знать с чем учу бороться. Или ты рассказываешь, или...

Арай всегда говорит со мной ультиматумами. Ненавижу ультиматумы!

- Или что? - мои губы начинают дрожать.

- Или я отказываюсь тебя тренировать, - становятся ледяными его глаза.

- Понятно...

Вытягиваю пальцы из его кисти.

 Я об этом, наверное, пожалею. Но сейчас я разбита и не могу справиться с этой ситуацией. Мне хочется сбежать и спрятать от глаз этого чужого мужчины свою слабость и беспомощность. Обессиленно поднимаюсь на ноги.

- Спасибо за урок.

От горечи мои слезы высыхают.

- Пожалуйста.

На мгновение мне кажется, что он расстроен. Но его глаза не меняют прохладного выражения. Только вздрагивают ноздри и сжимаются кулаки.

Трясущимися руками пытаюсь открыть замок. Не выходит!

Чувствую, как он подходит сзади, спина горит огнем от этой близости. Я все еще шокирована и опустошена, не могу осознать, что чувствую. Только колени мои становятся мягкими. Обхватывает сверху мою кисть, поворачивая ключ.

Его спина прикасается ко мне.

- Я буду ждать, пока ты передумаешь, Эля.

- Я не передумаю.

Сбегаю от него в кабинет к Сан Санычу и замкнувшись реву, в пряча лицо в диванную подушку.

Что делать?