Глава 15

Тимофей

Может ли мужчина витать в облаках? Особенно, если влюбился так, что вокруг происходящее прекращает существовать. Да, может. И я ответственно об этом заявляю. Находясь на рабочем месте, составлял кучу документов, которые пришлось с утра переводить на два языка, ведь начальник затребовал от меня скоростной работы, да и объем был таким, что можно было с головой утонуть в бумагах. Твою мать!

— Тимофей, — ко мне обращается секретарь моего руководителя. Подняв на девушку взгляд, я поправил свои очки, а потом вовсе снял их.

— Что случилось?

— Там к вам пришел Макар Властный, — она хихикнула, заливаясь румянцем. Твою мать, что он тут забыл. Я встал. — Вы пропустите его, пусть внизу выдадут карточку гостевого посетителя. Я сейчас буду. Через пару минут. — Смотрю на часы. Обеденный перерыв наступит примерно через четверть часа. Отлично. В это время я хотел списаться с Лерой и пригласить ее на обед. Девушка кивнула, затем удалилась. Взяв с собой телефон и портмоне, я заблокировал компьютер, затем закрыл свой кабинет. Здание кишело людьми; все куда-то бежали, загруженные своей работой, кто-то, уткнувшись в телефон, стоял у стены и быстро печатал текст. И так каждый день. У стойки регистрации стояла толпа, как обычно ожидающая своей очереди, чтобы подать документы на гражданство, или оформляли другие вопросы, касающиеся именно посольских дел. Мой будущий (уже нет) тесть встретился практически на выходе. Я попытался пройти мимо, словно не заметил его, но старика не проведешь, и он окликнул меня, улыбаясь своей широкой улыбкой. Стефания написала мне на неделе, что своим родителям уже сообщила, она не собирается выходить за меня, потому что встретила настоящую любовь и готова выйти за него, хоть сейчас. Лев Григорьевич, конечно, вспылил. Может, не так, как мой, но, что удивительно, оба друга еще не просветили в своих планах друг друга. А ведь новости не совсем приятные. По крайней мере, для них.   

— Тимофей! — он махнул рукой, подзывая к себе. В этот момент я встретился взглядами среди многочисленной толпы с Макаром. Я показал ему на часы, чтобы подождал у входа, мне нужно пару минут. Тот кивнул, уставившись в никуда. Подойдя к Льву Григорьевичу, моему непосредственному начальнику, мы пожали друг другу руки. Оно было крепким несмотря на то, что старик едва сжимал свои пальцы в хватке. Все-таки возраст дает свое. Сквозь шум было трудно слышать, что он проговорил практически шепотом. А потом попросил отойти немного в сторону. — Мне нужно с тобой сегодня поговорить, — он прокашлялся, пряча глаза. Точнее, отвел их в сторону, и у меня засосало под ложечкой. Я сам собирался с ним сегодня побеседовать и добить тему расторжения брачного договора, довести начатое до конца. Не дело, когда родители принимают решения за нас со Стефой. Против наших желаний. Пусть девушка переживала, что тогда соседи могли доложить, что видели Леру в моей квартире, но это стало как особенным толчком к тому, что сама Стефания опустила ситуацию. И я рад такому раскладу. К черту мое повышение, потому что ради Леры, я готов отказаться от всех благ. Работу всегда можно найти, тем более, я во многих местах на хорошем счету. А тут, ну, если Льву Григорьевичу не нужен специалист в трех областях – языках, то это его проблемы.

— Я, собственно, тоже, — отвечаю, и киваю. Мужчина переминается с ноги на ногу. А я сам поглядываю на часы, потому что не хорошо заставлять Макара ждать. Что он удумал, мне не терпится узнать, потому как в последний раз, мы готовы были растерзать друг друга. Тогда, в парке, я увидел их двоих стоящих в обнимку, и надо же как шустро Макар оказался с Верной рядом. Всегда, словно тенью следует за ней, не понимая, что, если девушка узнает о его брате, будет фатальная ситуация. Я в курсе, в прошлом с Лерой произошла очень неприятная ситуация, и брат Макара пытается теперь отыскать ее, чтобы попросить прощения за содеянное. Практически. Твою мать! Внутри все кипит, что тогда я не оказался рядом и не смог защитить невинную юную девушку, которой таким беспощадным образом запудрили мозги. Вот, только теперь я не позволю приближаться этому уроду к ней, даже на расстояние пушечного выстрела.

— Тут Стефания с нами поговорила, кх-м, — мужчина никак не решается озвучить свою мысль, хотя уже все понял.

— Вы с моим отцом связывались? — обрываю его, задав вопрос. Мужчина мгновенно бросил на меня взгляд, сжав с силой губы. Он кивнул в ответ, а потом протянул руку, чтобы пожать еще раз. Я нахмурился, но все-таки на жест ответил.

— Я, конечно, был бы рад видеть тебя в своих зятьях, но пойти против дочери тоже не могу, Тимофей. Отчего-то мне казалось, что вы были неравнодушны друг к другу, и потому настаивал на этом браке. Но, если это прихоть только со стороны Стефы, то вынужден попросить у тебя прощения за дочь, и возместить убытки, которые понес твой отец, — старик так быстро говорил, словно выучил речь перед тем, как все рассказать мне. Я похлопал его по плечу.

— Знаете, — обращаюсь к нему, и он внимательно уставился на меня, — если бы я не встретил девушку, которая засела в моем сердце, возможно, так бы и не понял, что Стефа заслуживает другого мужчину. Возможно, мы бы с ней и жили вместе, в браке, но были бы мы счастливы так, как, например, сейчас, когда нашли свои вторые половинки? — улыбнувшись, я оставляю Льва Григорьевича в подвешенном состоянии. Он стоял, наверное, минут пять, прежде чем до него дошло, что я имел ввиду. А, обернувшись, я махнул рукой, и он просто улыбнулся в ответ, затем направляясь к лифтам. Вот и поставлена точка в первом вопросе, который терзал мою душу. Я благодарен девушке, что та все-таки осмелилась признаться.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Ты чего тут забыл? — подхожу к Макару, который все это время ждал меня, скрестив руки на груди.

— У нас небольшая проблема, — прорычал, но так, что услышал его только я. А рядом стоящие люди продолжали заполнять бумажки.

— Идём, — схватил того под локоть, чтобы скорее покинуть этот муравейник. Я заметил, что Властный получил пропуск, но не стал его использовать. Макар вырвался из моей крепкой хватки, и поправил пиджак, напрягая скулы на лице. Не удивлен, что многие девушки заворожены глазами мужчины, они настолько синие, особенно в гневе, что даже я не мог этого не заметить. Мы вышли и встали с боку здания, где обычно курят сотрудники. Но сейчас нам круто повезло, потому что оказались один на один.

— Что за проблема? — нахмурившись, стал интересоваться. Макар молчал, как будто нарочно время тянул.

— Во-первых, — он рявкнул, и уставился на меня, глядя яростно, — не смей хватать мужика. А, во-вторых, почему ты все еще не рассказал Лерке о нашем с тобой споре. Девчонка сама не своя ходит на работе. Или тебе по башке твоей съездить, как тогда в баре, может, наконец, дойдет до тебя, что Верная верна тебе и влюбилась по уши, — Макар протараторил в тираде. Потом толкнул меня в грудь, с силой, и я отшатнулся. Хотел было ответить, но что-то меня остановило, и я просто сжал кулаки, обуздав в себе желание дать по морде Властному. Но, с другой стороны, хочу сказать ему спасибо, ведь это была его идея, скорее вывести Стефанию из замкнутого круга, А Лере дать больше пространства рядом со мной. Оказалось, что Властный положил глаз на Стефу, а Грозная всячески отмахивалась от его ухаживаний, боясь, что вдруг наши предки прознают. А вот, что касается ее съемок на телефон, позже девушка созналась, что таким образом пыталась собрать на меня компромат и представить на свадьбе, чтобы ту сорвать. Мы, конечно, посмеялись потом по телефону, но привкус неприязни все же остался.

— Я собрался сегодня ей об этом сказать, — грубо отвечаю, кивнув. Повисла неловкая пауза.

— Это еще не всё, — фыркнул он. — Мой брат устраивается в компанию Шацких, он программист, и сейчас идет набор в штат, боюсь столкновение неизбежно, Тимофей. И Лера твоя встретится с ним лицом к лицу.

— Я все еще удивлен, почему она не узнала в тебе его, — покачал головой, хотя понимал, оба были настолько разными, и как хорошо, что практически не родными, хотя сходство прослеживается.

— Послушай, я не знаю, как ты догадался о моих чувствах к Стефе, но, — Макар запнулся, переминаясь на одном месте, — я не хочу, чтобы Лера разочаровалась во мне, потому что она мой друг, — последнее слово он подчеркнул, выделил особенной интонацией, в которой ощущалось тепло. — Пусть, взбалмошная, со своими шутками, но мне стыдно, что я пошел ее же методами, — он хохотнул, пряча руки в карманы.

— Я думаю, она пришибет нас двоих, когда все станет очевидным, как ясный день, — тоже рассмеялся.

— Ты только не смей сказать, что во всем этом и Стефа принимала участие, иначе будет война, — подмигивает мне.

— Не волнуйся, эту часть стоит опустить, — я киваю. — А на счет брата, — задумавшись, тру подбородок, — он у тебя, вроде как женат, так пусть придержит свои извинения при себе. Ты уж его настраивай на эту волну.

— Антон, конечно, мудак, но Лизку свою он любит. Поэтому, не думаю, что станет руки распускать, — Макар не уверен в своих словах, но пытается вроде как стать на защиту брата. И я его понимаю, потому что точно так же поступил, если бы Артем куда влез, хоть он мне и не брат. Я взглянул на часы, пока между нами образовалась опять пауза. И, вскинув на Макара взгляд, протянул руку, наверное, сегодняшний день можно обозначить, как день рукопожатий. Властный ответил, крепко взяв мою ладонь.

— Стефе не слово, а Лерке признайся про спор, — поучает меня, — она, конечно, вспыльчивая мадам, но, думаю, быстро остынет. Тем более сохнет по тебе уже который месяц, уж со счетов сбился. И, знаешь, — он нахмурился, а я весь внимание, — в баре мне понравилось лупить тебя по твоей физиономии. — Мы рассмеялись.

— Уж поверь, я бы и сейчас был бы не против как следует дать тебе за то, что в парке посмел к ней так близко приблизиться, — хмыкнул я, напоминая об инциденте. Макар едва сдерживал ухмылку, а я заподозрил неладное. — Что?

— Я ее поцеловал, придурок, — бросает он, еще крепче сжимая мою ладонь. — Не смог устоять, — подмигивает, издеваясь надо мной.

— Это не смешно, Властный, я ведь могу и сейчас исполнить свою хотелку, — озлобленно рычу на него, разрывая пожатие. Глубоко дышу, чтобы успокоиться не принимать поспешных решений. Но осознание того, что Макар посмел переступить черту, хотя мы обговаривали каждый шаг, доводит до белого каления. Я сделал шаг к нему, и видя мою ярость, Макар поспешил отступить и выставить руки перед собой. Ухмыляется, намеренно дразня меня своим спокойствием.

— Эй-эй, — одергивает меня, отходит еще на пару шагов, — не забывайся, все ради нашего с тобой мнимого спора против твоей девушки. Но, — он уже развернулся, готовый оставить меня возле входа в здание, и стал потирать руки, посылая ядовитую ухмылку предвкушения, — жду, когда Лерка тебе зад надерет. Не надейся, что она так просто все тебе спустит с рук. А уж если Васька узнает, считай ты пропал, друг. — Макар рассмеялся, отсалютовав мне, затем оставил одного. Мать твою, об этом я совершенно не подумал, какого будет Верной, узнай она, что я так безжалостно согласился на спор с Властным против нее. Но, разве я не хотел тем самым привязать её всеми возможными способами. Именно – хотел. И теперь придется здорово постараться не потерять Леру, потому что в ее руках мое сердце, которое я отдал в тот самый вечер, когда мы познакомились в клубе. Поток моих мыслей прервала телефонная трель в кармане брюк, и вытащив его, я разблокировал экран, на котором была установлена фотография спящей Леры в моих объятиях. В то утро, когда мы якобы оказались вчетвером в одной постели, я сфотографировал ее, потому что не мог оторвать от любимого личика взгляд. Я хохотнул, потому что, когда она все вспомнит – а собственно, и нечего вспоминать, она прибьет всех нас. Сообщение от Леры. Я улыбнулся, почувствовав, как тепло разлилось в венах, согревая мою душу любовью к этой шалунье. Я думал о ней все три месяца, которые были для меня будто запретом приближаться к ней, а потом как плотину прорвало, особенно ее попытки сместить Стефу с заветного места, только чтобы находиться рядом со мной. А я идиот, готов был закрыть глаза, ведь отцовские решения превыше всего. Но любовь – она не ждет, что мы сами ее выберем, потому что она уже сделала за нас выбор, осталось только хорошенько встряхнуть и столкнуть лбами, тогда все встанет на свои места. Значит, Шацкие уже прибыли и ждут нас в гости. Вот и отлично, потому что это лучший повод, чтобы рассказать Лере о недоразумении. Печатаю в ответ, что не против и буду ждать ее после восемнадцати ноль-ноль у выхода.