Юля

Передо мной открывают двери ВИП комнаты, и я несмело захожу во внутрь.

— Тебе нравится меня злить? — Андрей подходит ко мне сзади и проводит рукой по пояснице. Закрываю глаза и пытаюсь выровнять дыхание. Его горячие руки обжигают, он как будто отставляет ожоги своими прикосновениями.

— Почему ты каждое мое действие воспринимаешь как провокацию? — голос срывается на хрип, пальчики рук немеют, а коленки начинают труситься.

Дьявол! Неужели у меня постоянно будет на него такая реакция?

— Потому что ты делаешь все это с целью вывести меня из себя, — все мои шаги просчитаны наперед. Этот мужчины точно демон, который читает чужие мысли!

— Зачем мне это нужно? — хочу заставить его думать иначе, но сама палюсь с каждой секундой все больше. Похоже игрок из меня плохой, мне нельзя садится за карточный стол. Голос выдает меня с потрохами, его присутствие заставляет меня нервничать, а его взгляд меня просто убивает.

— Потому что ты считаешь, что со мной можно играть в игры как с Романовым младшим? Крутить предо мной задом и диктовать свои условия? — замираю, меня как будто парализует при чем здесь Серёжа? Что именно он имеет в виду? И вообще откуда он знает, что мы хоть как-то связаны?

В моих глазах застывает ужас, кажется, мои догадки, что я здесь чисто из-за бизнеса окажутся правдой.

Сглатываю и делаю шаг вперед, Завадский подталкивает меня к столу, и я послушно падаю на стул. Стук сердца оглушает, я стискиваю пальчиками скатерть на столе и боюсь поднять на Андрея глаза. Не хочу верить в реальность, не хочу слышать о том, что в его руках я просто разменная монета.

— Вопросов не будет? — насмешливый голос мужчины вырывает меня из размышлений, заставляю себя все-таки на него взглянуть и вижу, что он специально назвал мне фамилию Серёжи. Я делаю провокацию, он бьет в ответ в этом вся суть игры.

Я решила, что могу с ним играть, решила, что могу воспользоваться его заинтересованностью в своих целях и он тут же показывает мне что это не так.

— А должны быть? — произношу сквозь стиснутые зубы и пытаюсь успокоить эмоции, которые бушуют внутри меня.

— Даже не интересно почему ты здесь находишься? — он мне подмигивает и щелчком подзывает официанта.

Я пытаюсь взять себя в руки, пока Андрей делает заказ. Он даже не спрашивает, чего я хочу, все заказывает на свое усмотрение и это тоже злит. Меня изначально не воспринимают как равную, как ту, что может иметь собственное мнение.

— Я не хочу вино, — сжимаю край стола и яростно смотрю в его глаза.

Я не злюсь на то, что он не спросил моего мнения о напитке, меня злит осознание того, что здесь я чисто по бизнесу. Значит ему выгодно меня здесь держать, выгодно будет кому-то диктовать свои условия. А пока я здесь он играет со мной как кошка с мышкой, загоняет в угол, наслаждается тем, как я трушусь под его взглядом.

— А чего ты хочешь, Юля? — хочу крикнуть, чтобы он прекратил! Чтобы прекратил так растягивать мое имя, чтобы перестал со мной играть. Хочу перестать так на него реагировать.

— Виски, — улыбаюсь уголками губ, от воспоминаний от вина меня начинает мутить. Наверное, вино я еще не скоро захочу попробовать снова.

Завадский кивает официанту и тот испаряется.

— Уверена, что готова к такому крепкому алкоголю? — Да пошел ты! Вот единственный правильный ответ!

— Вот и проверим, — пытаюсь улыбнуться, но получается как-то отстраненно. — Так что, с кем выгоднее сотрудничать? — смотрю в его глаза и даже не моргаю. Я уверена, что правильно растолковала его слова, если он упомянул Романова, значит он пока еще думает с кем выгоднее сотрудничать с моим отцом или с Романовыми.

— Я пока еще в раздумьях, — Андрей улыбается так, что у меня внутри все замерзает.

Значит все так, просто расчет, умный ход, а я разменная монета. Официант приносит напитки и снова удаляется.

Хватаюсь за бокал как за спасательный круг и делаю довольно большой глоток янтарной жидкости. Она обжигает горло, а после согревает желудок и вызывает легкий спазм внизу живота. Мне нельзя пить, но разве я думаю об этом сейчас? Мне хреново, прям кошки на душе скребут и лучше выпить, чем устраивать ему истерики.

— Тогда тебе лучше скорее принять решение, — цежу сквозь стиснутые зубы и делаю еще один глоток виски. — Уверена тебе тебя ждет хорошее предложение с обеих сторон.

Романов старший многое отдаст за то, чтобы насолить моему отцу. Да еще и Серёжа не простит того, что я его послала. А тут меня передадут ему на блюдечке, мол на, отомсти, отыграйся по полной программе.

Становиться тошно… от всего. От Андрея, от себя самой, от ситуации в которой я оказалась. Снова прикладываюсь к бокалу и осушиваю его до дна. Резко подрываюсь из-за стола и вижу, как Завадский подрывается вслед за мной.

— Я хочу уйти, — говорю слишком громко и выставляю руку вперед, чтобы он ко мне не приблизился.

— Тебе кто-то разрешал уходить? — Завадский приближается, парализует меня одним взглядом, секунда и моя рука опускается вниз.

Ненавижу себя за эту реакцию, ненавижу себя за то, что я чувствую к этому мужчине.