Глава 61

После всех тех событий прошла неделя, за которую все просто невероятным образом завертелось.

Я все еще продолжала жить в доме Эйдана с Аласдэром. Хотя леди Фанни, будущей тещи Эйдана, это не очень нравилось. Но на моем присутствии настоял Аласдэр, а Эйдан молчаливо его поддержал.

Аласдэр мне настоятельно рекомендовал каждый день подпитывать дракона Эйдана, да и Джон был с ним согласен. Отчего я каждый день приходила в комнату Эйдана.

Наш поцелуй в видении что-то изменил в нас. Я четко понимала, что значит для меня этот мужчина, и, видимо, тоже чувствовал и он.

Я часто ловила на себе его долгие взгляды. В них было что-то, отчего у меня сердце начинало учащенно биться. Вкладывая в его раскрытые ладони свои для подпитки, я краснела, постоянно возвращаясь мыслями в тот момент видений, где он целовал меня. Но в реальной жизни он лишь молчал. Да и в своих ведениях я более не видела перед собой человека, лишь стоящего и грустно смотрящего на меня дракона. Который постоянно просил ласку от меня, и я чесала его морду, а он счастливо урчал.

Однажды вечером, войдя, как обычно, к нему в комнату для подпитки, я застала его стоящим лицом к окну, спиной ко мне. Его силуэт чётко вырисовывался в последних лучах заката.

Я не могла отвести от него глаз. Любовалась его сильной фигурой, этими отросшими темными волосами — все это казалось мне сейчас до боли родным.

В это время его глаза в отражении поймали мой взгляд. В его взгляде была такая гамма чувств, отчего у меня сердце зашлось в учащенном сердцебиении. Эти страсть, боль, страх…

— Анна-Луиза, — прошептав мое имя, Эйдан положил еще и ладонь на стекло. Ровно на то место, где отражалась я. — Порой тебе не хотелось бы все послать и жить, как желает сердце? Бросить все… не оглядываться на то, как оценят тебя люди, а просто жить как пожелаешь. Махнуть рукой на этот долг, традиции и обязательства...

От произнесенных слегка скрипучим голосом этих слов, моё сердце пропустило удар. Сглотнув ком в горле, я пыталась найти слова. И спрятав ладони в карманы юбки, я сжала ладони в кулаки, отчего ногти больно впились в мою кожу. Но эта боль хотя бы давала мне ясность в рассуждениях.

— Порой власть имущим живется труднее всех, — произнеся это, я заставила себя, не отрываясь, смотреть в его вмиг напрягшуюся спину. — На них смотря. На них ровняются. Их оценивают, решая, достойный ли он вести всех за собой. Отчего у того человека складывается впечатление, что каждый его шаг — это битва.

— Битва, — произнес, усмехнувшись, Эйдан. — Да, порой это битва с собой. Со своими страхами, желаниями, и даже… со своим сердцем. Но нужна ли она, эта битва?

— Я не знаю, — прошептала я, чувствуя, как к глазам подступают слёзы.

Он медленно повернулся ко мне. В его глазах читалась боль. Сделав шаг ко мне, он замер, словно борясь с самим собой. И с грустной улыбкой он произнес, не отрываясь от моего лица.

— Я должен жениться на Тесс. Так нужно. Так будет лучше для всех. Я так решил уже давно. Никто кроме нее не будет столь достойной звания герцогини и…

В этот момент его голос сорвался, и он, зажмурившись, сжал кулаки. Когда же он снова посмотрел на меня, в его взгляде была решимость, смешанная с отчаянием. И он закончил:

— …и моей женой.

— Это верное решение, лорд Эйдан, — поспешно склонив голову, произнесла я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал. Хоть в моих ушах стоял гул собственного сердца, а к горлу подступил предательский ком.

Кивнув моим словам, он резко отвернулся, словно боясь, что еще мгновение — и его решимость рухнет.

Я же поспешила выйти из его комнаты. И уже в коридоре, прислонившись к прохладной стене, прошептала, стирая скатывающуюся по щеке слезу:

— Долг, обязательства и традиции — все это стоит, между нами, стеной, Эйдан…

После того разговора между нами повисло какое-то тяжелое, почти осязаемое напряжение. Каждый из нас боялся произнести вслух то, что неизбежно должно было произойти — приближалась его дата свадьбы с леди Тесс.

После того случая в его комнате мы с Эйданом избегали говорить о чем-либо кроме погоды да его состояния здоровья.

Вздохнув, я прошла к окну своей временной комнаты, и, уперевшись плечом на косяк, стала молча смотреть на открывшуюся мне красивую картину, да на снующих по внутреннему двору людей.

За окном золотились последние лучи заката, окрашивая каменные стены дома в теплые оттенки оранжевого и розового. Легкий ветерок шевелил листья старых дубов, а вдалеке слышалось пение птиц, готовящихся ко сну.

В то время как кто-то из людей внизу готовился к сегодняшнему балу — он должен был состояться за день до бракосочетания Эйдана с Тесс, — а кто-то бегал по поручениям моего слуги Итона.

Прикрыв глаза, я с легкой улыбкой на губах прокручивала все события недели.

Джон был занят с Лианом. Они что-то все время придумывали для улучшения свойств волшебных нитей. А каким именно чудом Джону удалось получить согласие артефактора для совместного производства… про это я могу лишь догадываться.

Хотя нет, у меня на руках был подписанный договор. В котором четко были прописаны детали сделки. По которым мы отдавали Лиану с его семьей пятнадцать процентов с выручки.

Аласдэр договорился с Бриджит, что ее подопечные будут ткать новую ткань, из предоставленных нами нитей. На удивление, шерстяные нити, которые предоставляла нам Виалед, отлично сочетались с нитями Лиана, и из этих составляющих выходила красивая и теплая ткань.

К моей радости, Бриджит даже сама согласилась сшить пару экземпляров сорочек по предоставленным мной эскизам. Одну из которых должны были доставить сегодня ко мне.

«Да, — мысленно напомнила я себе. — Мне не удалось толком все сделать самой. Даже в этом мире мне помогает мужчина. Хотя так хотелось сделать все самой, но… такова жизнь, Авдотья».

— Всегда легче что-либо делать в команде, и неважно какого пола твои партнеры, Авдотья, — шикнула я на свое не к месту поднявшее голову эго. — Безусловно, хозяйкой бизнеса все же являюсь я, но, и, конечно, у меня есть партнеры. Но даже они в основном все женщины: Бриджит, Виалед… А то, что в моем бизнесе также есть и мужская рука… ну куда же без нее?

Услышав отборную ругань под окном, я, нахмурившись, посмотрела вниз.

Один из работников дома Эйдана ругался с нанятым мной грузчиком. А причиной всему были опрокинутые с телеги на землю цветы и какая-то небольшая плетеная корзинка.

— Ты куда вообще смотрел, дубина! — кричал, размахивая руками, слуга дома. — У меня здесь цветы были приготовлены!

— Я нес корзину с вещами леди Анне-Луизе. И это ты не смотрел по сторонам, а прешь словно мул! — наклонившись, он быстро поднял корзинку, прижимая ее к груди. — Вот и сам все здесь убирай! Не виноват я!

После чего он с высоко задранным носом пошел в сторону дома. Но заметив, что за ним побежал, размахивая кулаками второй участник инцидента, быстро скрылся за входной дверью дома.

— Кажется, — шепнула я себе, качая головой. — Мою сорочку только что опрокинули, и даже почти с почестями занесли в дом.

Отойдя от окна, я скользнула взглядом по мебели, и остановилась на большом зеркале. Из которого на меня сейчас смотрела девушка, с небольшими от нервов мешками под глазами. Улыбнувшись своему отражению, я уже хотела выйти из комнаты, как в нее постучали.

— Леди Анна-Луиза, — прозвучал приглушенный дверью голос Лесли. — Вам здесь посылка от Бриджит. Можно войти?

— Да, — ответила я с улыбкой, в предвкушении.