Глава 8
– Доброе день, Татьяна Николаевна, – приветствую кадровика, поливая цветы в кабинете. Настроение просто отличное.
Ольга свалила и больше над нашей семьей нет никаких туч, а безоблачно, как и за окном небо.
По дому вновь можно разгуливать в трусах и тискать жену, где взбредет в голову.
– Как там дела с новой секретаршей? – пожилая женщина, приподняв очки, вытирает платком красные от слез глаза. Кладет на стол папку.
– Михаил Александрович, я провела собеседование, как вы и просили с двадцатью кандидатами.
– Я же просил, выберите на свой профессиональный вкус. Главное, чтобы порядочной была, – а то создается впечатление, что все секретарши, которые приходили ко мне на собеседование перепутали мой офис с шоу холостяк. Сиськи вывалят, глазки строят, мне вполне хватило Ксюши. До сих пор достает своими видео, и смсками, о том, какой же я потрясающий любовник. Сучка.
– Так это и выбрала. Девушка замечательная! Такая скромная, расторопная. Да у нее мало опыта, она еще курсы заканчивает, но тех знаний вполне хватит для работы. Если что, я помогу.
– Заканчивает? – падаю в кресло, чувствуя подвох.
Открываю папку, а на первой странице фотография Ольги.
Твою же мать!
– Да. Но послушайте, Михаил. У девочки такая сложная судьба! Она из детского дома, недавно потеряла ребенка. Еще парень забрал у нее квартиру. А еще бил ее! – Татьяна Николаевна всхлипывает и вытирает глаза. – Кого там бить то? Крошка маленькая худенькая совсем. Убила бы такого! Мой оглоед меня дубасил, так я хоть ответить ему могла. А она все терпела. Вы не представляете какой это ад, терпеть домашнее насилие! Это кажется, что из этого так легко выбраться, а на самом деле ничего подобного. Моего – Бог прибрал, а она смогла уйти! Сама!
– Она нам не подходит, – закрываю папку и кидаю на стол. – Подыщите кого-то другого.
– А в чем проблема? Девушка скромная, старательная. Одевается прилично. Вы мне сказали, что доверяете. Я подобрала согласно вашим запросам. Что не так?
– Все. Вы ее не знаете, а уже так заступаетесь.
Да что происходит с женщинами? Лена за нее горой, теперь еще строгую и черствую Татьяну Николаевну до слез довела.
– Я сказал не подходит, значит так и есть. Секретарша нужна мне, а не вам. А эта абсолютно некомпетентна!
– Я уже ее наняла и оформила!
– Ничего. Скажите, что ошиблись и начальника не устроила ее кандидатуру, – уткнулся в экран компьютера.
– Нет уж. Скажите сами, Михаил Александрович! Она ждет знакомства с вами в моем кабинете.
– Ладно. Зови.
После несмелого стука в кабинет входит Ольга.
В длинной ниже колена юбке, белой наглухо застегнутой блузке, скромно опустив глаза в пол.
– Здравствуйте. Можно? – и тут же осекается. – Ой! Дядя Миша?
– Не притворяйся! Ты прекрасно знала к кому устраиваешься в компанию.
– Нет! Мне предложили эту работу в центре занятости.
– Я сказал, чтобы ты больше никогда в жизни не попадалась мне на глаза, после той наглой выходки? Так у тебя еще хватило наглости прийти сюда и жаловаться на свою несчастную жизнь?
– Я не жаловалась! Тетя Таня просто спросила есть ли у меня парень и планируем ли мы свадьбу и ребенка. А когда не поверила, что у меня нет к этому желания, я ей рассказала про Никиту и своего не родившегося малыша.
– Это неважно. Ты меня не устраиваешь. Всего доброго, Ольга.
– Михаил, пожалуйста! Меня никто не берет без опыта на работу. А мне нужно на что-то жить. Я обещаю, что такого… – опускает глаза на огромную сумку, которую прижимает к груди и краснеет. – Больше не повторится. Дайте мне шанс. Вы же добрый!
– Я что похож на джина с безлимитными желаниями? Я и так слишком много сделал для тебя. Свали уже! – она всхлипнув, выбежала из кабинета.
Да, пусть и жестоко, но видеть эту засранку, а тем более доверять ей свою компанию, желания нет.
Дверь не закрылась и я слышу, как Ольга плачется в жилетку кадровичке, а потом благодарит ее, что та, хотя бы постаралась помочь, что ей впервые попалась такая доброжелательная женщина. Говорит, что ей придется вернуться к Никите и надеяться, что он изменится. Знает на какие болевые точки нажать. Артистка.
– Оленька, – ласково произносит Татьяна Николаевна, – Подожди меня в кабинете. Не уходи никуда, – и уже воинственно: – Мне нужно вправить мозги нашему боссу!
– Ну направляйте, Татьяна Николаевна, – откидываюсь на кресле. Впервые вижу, чтобы у нее горели от ярости глаза, а бледные щеки пылали румянцем.
– Это к мозгоправу! – отмахивается и упирает ладони в стол. – Что вы за бесчувственный сухарь? Разве сложно взять Оленьку хотя бы на испытательный срок?
– Вы забываетесь, Татьяна Николаевна! Как вы разговариваете с начальством?
– Значит так! Или вы берете эту девушку, или я сегодня же выхожу на пенсию и крутитесь как хотите с оформлением договор новых сотрудников!
– Вперёд! – указываю на дверь. Татьяна Николаевна хлопает ресницами удивлённо. – Что застыли? Вы мне еще угрожать смеете? Незаменимых нет. На выход! – она оседает в кресло и поправляет прическу.
– Мы как-то неправильно начали. Я извиняюсь за свое поведение. Поймите, Михаил Александрович. Я уже оформила ее по государственной программе воспитанников и выпускников детского дома. Я не могу рассчитать ее этим же днем. Там такая сложная процедура. Нас могут исключить из программы. Плюс мы потеряем льготы по налогообложению от государства.
– Это вы поторопились.
– Но вы же сами говорили, что доверяете мне. Что зашиваетесь без секретарши. А новые, компетентные, как Ксения, Вероника, что была после нее только и делали, что лезли к вам в штаны.
– Я говорил это вам?
– Своему заму. А такая формулировка разошлась по офису.
– Ладно. Пусть остается на испытательном сроке. И просветите ее о новом пункте договора. Харасменте. И за удержание заработной платы в пользу компании.
– Что вы! Оленька не такая, как эти профурсетки! – ага, конечно. Пока гроза за окном не сверкнет.
***
Несколько недель Оля работает на меня. Я ее не щадил, давал задания, что и прошлой секретарше. Думал уйдет от такого темпа работы. Но нет. Даже придраться не к чему. А хотел. Тогда бы с чистой совестью смог уволить ее.
– … Встреча с командой юристов, обсуждение вопроса по строительству сетей гипермаркетов в новой области.
Нужно ехать на место, договариваться с администрацией. Подмазывать. Командировка. И мне нужна помощница. Скрещиваю руки за головой, рассматриваю Ольгу, покачиваясь в кресле.
– Михаил Александрович, я еду с вами? – прижимает планшет к животу.
– Думаю еще.
– Вы все еще мне не доверяете?
– А должен? Сама то как считаешь?
– Но Михаил, я же стараюсь. Сколько раз мне еще извиняться за тот случай в вашем доме? Мне ужасно стыдно перед вами и тетей Леной. Это же не тяжкое преступление влюбиться в вас, – стараюсь сохранять маску на лице, а сам думаю, что Оля права.
Она не виновата. Она всего лишь молодая девушка. И что уж там. Мне льстит ее внимание. Я сам дал ей повод думать, что между нами может быть что-то.
– Простите. Мне казалось, что я влюбилась в вас.
– Сейчас тебе так не кажется?
– Я вас люблю. Но как отца. Нормального папы у меня никогда не было. Меня никто не учил различать эти чувства. Я приняла то что вы счастливы в браке и любите Лену. Это была влюбленность, и она прошла. В этом нет моей вины.
– А сейчас ты значит различаешь эти чувства?
– Психолог, к которому меня отправила тетя Лена, объяснил эту разницу. Да. Различаю. Мы с Костей начали встречаться и теперь я смотрю на все по-другому. И у меня к вам исключительно платонические чувства.
– Хорошо. Поедем со мной. Но учти. Твой испытательный срок еще не закончился.
– Хорошо. Можно еще вопрос, – кивнул. – Что с моей квартирой?
– Дохлый номер. Все оформлено законно. Ты сама подарила ее бывшему. Ты вменяемая. Так что…
– Ясно, – грустно улыбается. – Сама дура. Но спасибо, что попытались мне помочь. Я это очень ценю.
Выхожу из офиса уставший и раздражённый. Бой с юристами я выиграл, но это стоило мне десятка убитых нервных клеток. Полдня доказывал им, что я могу взять свои собственные деньги и пустить в оборот, что это рентабельно.
Закидываю сумку на заднее сидение машины. Внимание привлекает Ольга и Костик. Он держит в руках шарик и дарит ей его. Она с визгом запрыгивает на него и целует в щеку.
Вспоминаю, как точно так же встречал Лену после лекций в институте и улыбаюсь.
Эх, молодость. Где мои двадцать лет? Когда для счастья хватает такой мелочи, как воздушный шарик.
Я уже собираюсь отъезжать, как вижу знакомого качка, быстрым шагом приближающегося к влюбленным. Это не к добру.
Никита растаскивает их в разные стороны. Бьет Костика и тот падает на асфальт. Новый избранник Ольги хиленький, куда ему против него. Не могу остаться в стороне и смотреть также как прохожие за этой драмой. Иду к ним.
– Быстро же ты утешилась и забыла обо мне и нашем ребенке! – Оля ползает на коленях, обливаясь слезами, вытирает кровь с губ Костика. – Отвали от него! – качок сгребает ее за волосы и заносит кулак. Ольга зажмуривается, не прекращая рыдать молит его:
– Не бей меня. Пожалуйста!
– Сука! – перехватываю его кулак, и заворачиваю руку назад.
– Ты тугодум, Никита? Я предупреждал, чтобы ты не приближался к ней?
– Еще один любовничик объявился! Шлюха ты Оля! – ударил его кулаком в живот. Тот стонет и сгибается пополам. К нам спешат мои охранники.
–Уберите это, – толкаю Никиту на них. Бесят мужика, поднимающие руку на девушку.
– Все равно квартира моя! – кричит Никита. – Ни этот старпер с армией адвокатов, ни твой хиляк ничего с этим не смогут сделать! Потому что ты ду-рааа! И все будут иметь тебя!
Черт! Раздражает меня этот ушлепок. Смотрю как Ольга помогает Костику встать, и часто целует его.
– Мой герой!
– У героя лицо всмятку. В машине есть аптека. Пойдем.
Они сидят на заднем сидении. Оля прикладывает к губе ватку с перекисью.
– Ай! – шипит Костик. Она заботливо дует на рану, а потом целует в щеку. – Зря вы, дядя Миша вмешались. Так хотелось втащить этому дебилу за мою маленькую, – обнимает ее. Щеки Ольги заливаются румянцем.
Наблюдая за этой картиной в зеркало заднего вида и улыбаюсь. Наверное, она говорила правду, что любит Костика по-настоящему.
Я должен был спокойно ей объяснить, что она ошибается насчёт меня. Кто из нас двоих взрослый и умудренный опытом человек? Думал, что я.
Становится стыдно за себя. Боялся какой-то девчонки. Повел себя трусливо и недостойно.
– Куда вас везти, голубки?
– Домой, – отвечает Оля, кладет голову на грудь Костику.
– Хотели же в кино сходить?
– Костюш, мне не до развлечений.
– Ты расстроилась? Не парься. Со мной все в порядке. Раны украшают мужчину, – не смог сдержать смешок.
Мужчина!
– Не в этом дело. Мне казалось, что я стала сильнее. Пережила смерть нашего малыша, устроилась на работу, параллельно хожу на курсы, посещаю психолога. Но когда Никита тебя ударил, потом хотел побить меня, я так испугалась. Я ничего не могла сделать! Как овечка молила его о пощаде. Того, кто виноват в смерти моего ребёнка! Я же столько ночей мечтала, что когда встречу его, с наслаждением плюну ему в рожу. Покажу, какой я стала самодостаточной и успешной. Чтобы он локти кусал от того, какую девушку потерял, – она завыла, как раненый зверь.
– А еще моя квартира принадлежит ему. Ты же слышал с каким злорадством он повторял это?
– Ничего, моя принцесса. Все будет. Мы утрем этому дебилу нос, вернем квартиру. Только я пока не знаю как, – чешу указательным пальцем скулу. Помочь бы ребяткам. Тем более зацепил меня этот Никита. Старпер. Я покажу ему на что способны старперы.
– У меня есть идея, – вмешался в разговор двух голубков. – Мы заставим его оформить дарственную на тебя.
– Он на это не пойдет.
– Пойдет. Если не захочет сесть в тюрьму.
– За что? За побои? Так я не снимала их. За ним стоят очень влиятельные люди. Бандиты. Даже с вашими связями, дядя Миша, ничего не получится.
– Ерунда. За побои отделается штрафом. Или условным сроком.
– А как тогда?
– Юристы проявили инициативу и добыли на твоего Никиту любопытную информацию. Спортивный клуб в подвале, в котором он якобы проводит тренировки, на самом деле лишь прикрытие. Он продает клиентам спортивное питание с наркотическими сюрпризами. Я попрошу знакомого следователя, он устроит облаву. Может предложить ему сделку. Твой Никита пойдет по статье хранение, если переоформит квартиру на тебя. Ну или сбыт, тогда всю жизнь проведет на нарах.