Глава 26

Богдан

Наблюдаю, как Марина ставит цветы в вазу с водой в гостиной. Любуется букетом, зависая. Забывается, что обижена, и улыбается, как очень довольная девочка. Оглядывается на меня и тут же прячет улыбку, сжимая губы. Лицемерка.

И вот я мог ничего ей не объяснять. Наш спектакль для ее матери феерично потерпел крах. В постель я эту женщину затащил. Не один раз и в разных позах. Всё, игра окончена. Можно было под предлогом «я женатый подлец» слиться с этой истории. Ведь серьёзных отношений я в принципе после брака с Жанной не планировал.

Но нет. Мне не хочется ее отпускать и заканчивать эту историю. Я снова влипаю в женщину похлеще, чем в Жанну. Снова хочу в этот омут с головой. Да потому что Марина нереальная. Мне откровенно кайфово с ней. Даже ее дурость меня цепляет. Мне нравится в ней всё. За исключением ее матери. Но и это можно пережить, если дочь играет на моей стороне. А она играет. Поэтому сейчас Богдан Борисович будет исповедоваться.

Сложно.

Это чертовски сложно объяснить и донести.

— Присядь, — указываю ей на диван. Послушно садится, складывая руки на коленях, и смотрит на меня пытливо. — Как зуб? Не болит больше?

— Не болит. Вы мне зубы не заговаривайте, Богдан Борисович. Вы пригласили меня на разговор. Говорите, — велит мне с видом богини.

Ладно, не спорю. Богиня. Она даже скандалит и обижается мило. Прям лапочка-девочка. Снова начинаю сравнивать ее с Жанной. И вот моя бывшая супруга всухую проигрывает Марине.

Ну где ты раньше была, моя девочка?

Почему мне пришлось пройти этот брак до встречи с тобой?

Вопрос риторический.

— Да, я женат, — признаюсь.

— Замечательно, — фыркает Марина.

— Давай ты меня выслушаешь, а потом начнешь бить посуду? Окей? — смиряю ее взглядом. Притихает.

И это тоже мне в ней нравится. Она дама с острым языком, но власть мужчины покорно принимает.

— С чего начать… — потираю лицо руками. — Ну, давай сначала, чтобы открылась вся картина. Женаты мы с Жанной были семь лет. Она – дочь полковника МВД. Нет, я сначала не знал, чья она дочь. Познакомились мы на вечеринке у общих знакомых. Красивая, раскованная, без ужимок. Жанна была немного вульгарна. Но меня тогда под градусом почему-то это вставило. Слово за слово, откровенный флирт, и вот мы уже трахаемся на ВИП-этаже загородного дома.

— А можно без подробностей? А то я тоже тебе могу рассказать, как познакомилась с Сережей, — недовольно выдает Марина, стреляя в меня гневным взглядом.

— Я тебе расскажу, — рычу ей. — Понимаю, неприятно. Но без подробностей никак. Иначе ты не поймешь логику происходящего. Не ревнуй, ты лучше. Ты идеальная женщина, и сравнения неуместны.

Марина хочет улыбнуться, но тут же сжимает губы.

Да улыбнулась уже, женщина. Ты лучшая.

— Так вот. Меня, наверное, вставил с ней секс. Первый месяц наши отношения держались на голом сексе. Я полюбил не Жанну, как женщину. А секс с ней. Это потом я узнал, что она дочь Ильина. В принципе, в мои планы не входило знакомиться с её отцом, как и серьезные отношения. Но Жанна решила по-своему. Она нас познакомила. Пригласила на обед, где уже ждал её отец. Серьёзный дядька. И вот по ходу обеда он мне начал внушать, что если его дочь в меня влюблена, то я должен войти в их семью. Я пытался съехать, апеллируя тем, что нам некуда торопиться. Но Ильин выдал мне весомый аргумент. Бизнес, детка. Он пообещал ради благополучия его дочери открыть мне все дороги. Нет, финансово он не вкладывался, все вложения были мои и Руслана. Но поверь, не всё решают деньги. Связи и возможности – костяк бизнеса. И вот тогда я меркантильно задумался. А почему нет? Жанна привлекательная, в сексе у нас идиллия. И так наши отношения из койки переросли в брак. Любовь? Хрен ее знает. Она любила, да. Но опять же ей только казалось. Она не умеет любить, а я, как мужчина, не проникся к этому слащавому слову. Рационально всё хорошо. Супруга, дом, влиятельный тесть, гармония. Бизнес растёт, жизнь налаживается. Налево меня не тянуло. Ибо в изменах ищут секс. А секса с супругой у меня было предостаточно. И вот живем мы вроде хорошо. Не нуждаемся, путешествуем, строим брак. Я даже в какой-то момент привык и проникся. Жанна не работала, ничем не была занята, ну, там, хобби или какие-то бабские увлечения. Я и не настаивал. Зачем? Всё есть. Женщина дома, и это хорошо. Только ничем не увлеченная женщина начала скучать и прикладываться к бутылке. Сначала бокал вина за обедом, потом мартини на ночь, ибо ее мучает бессонница, потом больше. Начались скандалы. Она обвиняла меня, что я уделяю ей мало внимания. А я пашу, как проклятый. Чтобы Жанна могла позволить себе Мальдивы или новое украшение. Нельзя иметь успешный бизнес и быть свободным человеком. Тогда я понял, что нам нужно перейти на новый уровень, а не бесцельно прожигать эту жизнь. Для кого это всё? Ради чего? Я вдруг решил, что наш брак спасет ребенок. Казалось, наличие детей разбудит в Жанне женщину, поменяет ее, создаст те тепло и уют, ощущение полноценной семьи, которых мне не хватало. И чем больше я об этом думал, тем больше понимал, что сам хочу детей. Сына, дочь – неважно. Мне больше тридцати. Мне надо для кого-то и ради кого-то жить. Поговорил с Жанной, она согласилась. Реально, даже не задумываясь, кивала и улыбалась. Замечательно. Мы начали делать детей. Активно так делать. Но вот незадача. Я потею над супругой, а беременность не наступает. Отправил ее в клинику. Сам проверился. Нет, всё в норме. Мы не бесплодны. Какая-то умная тётенька из центра планирования семьи, которую нашла Жанна, говорила, что так бывает. Не все залетают с лету. И бла-бла-бла. Окей, ведём здоровый образ жизни, без алкоголя. Я бросил курить. Начали пить витамины, микроэлементы и прочие тонны химии. И вот я стал замечать, что моя благоверная опять прикладывается к бутылке, скрывая от меня. А потом от неё ещё и стало попахивать табаком. Снова скандалы, упреки, претензии, ее слёзы и громкие заявления, что она не хочет так жить. А как, мать её, она хотела жить? Бухать и трахаться всю жизнь? Бесцельно. Я совсем прекратил её понимать. Остыл к ней в плане секса. И вот смотрел на неё и думал, что я ошибался. Любовь всё-таки нужна. А нет её во мне и уже не будет. Да и в Жанне нет любви и понимания ко мне. Она эгоистично хочет жить только ради себя любимой. Я уже тогда задумался о разводе. Ибо наш брак ни к чему не приведёт. Но вслух пока свои желания не озвучил. Жанну накрыла тогда клиническая депрессия. Психолог, антидепрессанты. Её кидало из крайности в крайность. То она, как овощ, ничего не хочет, кроме как бухать, то кидается на меня с агрессией… Уехал тогда в командировку на неделю. Мог не уезжать, делов-то на пару дней, их мог решить и Рус. Но я решил дистанцироваться от Жанны и выдохнуть. Подумать. Вернулся я, в принципе, ни с чем. Не было у меня решения. Мне посоветовали хорошего семейного психолога. Я хоть и не верю в чудо психологии, но решил попробовать. У меня есть отвратительная черта характера – не бросаю начатое до конца и помешан на стабильности. Во всём: в быту, в бизнесе, в женщинах. И вот возвращаюсь я домой, Жанна спит на диване в обнимку с бутылкой. В доме бардак, всё пропахло табаком и алкоголем. Домработница уволена. Не воодушевляет, да? — вскидываю брови. А Марина притихла, как мышка, обнимая себя руками. Но смотрит на меня огромными печальными глазами. Вот-вот хлынут слёзы.

Ну что ты, малыш. Это ещё не трагедия.

— Не стал её будить. Ходил по комнате, проветривал, разгребал бардак, долго смотрел на супругу и думал, что ведь мог её и полюбить. Зачатки были. С себя вины не снимал. Может, это действительно я эгоистичная сволочь и пытаюсь навязать ей своё видение семьи. Может, неправильно вёл себя, не то говорил, не был достаточно убедителен. Не додал. Хрен его знает. Как из привлекательной сексуальной женщины она превратилась в это? В какой-то момент начал трезвонить её телефон. Я не реагировал, не имел привычки лезть в её личное пространство, потому что требовал от Жанны того же самого по отношению ко мне. После звонков пришло голосовое сообщение. Случайно заметил на экране имя её гинеколога. Подумал, что это важно. Решил прослушать. Лучше бы, на хрен, не слушал и не знал. Мы по-любому разошлись бы, всё к этому шло. Но тот день стал роковым. В общем, её доктор переживала, что Жанна не пришла на плановое УЗИ. Ведь это очень важно после аборта…

Сглатываю, прикрывая глаза и откидываясь на спинку кресла. Дышу. И вроде всё давно переварил, и, кроме пустоты к Жанне, ничего не осталось. Но всё равно грудь сжимает, и дыхание спирает. Тошно мне от этого всего.

Марина молчит, кажется, даже не дышит. Не думал, что вообще буду так подробно с кем-то этим делиться. Зачем? Кому это нужно? А ей хочется отдать.

— В общем, я разбудил её, растряс, привел в чувства пощечиной. Разнес полгостиной. Оскорблял её. Вытряс правду. Она избавилась от моего ребенка. А до этого глотала противозачаточные. Детей никогда не хотела и в общем испытывает к ним отвращение. А хочет она, мать ее, сама не знает чего. Эгоистично гулять, бухать, видимо, всю жизнь. Нет, Жанна что-то там вопила, пытаясь впихнуть мне свою версию. Я не слушал, не помню, что она несла. Меня тогда так перекрыло, что я ее чуть не придушил. Когда понял это, оттолкнул, швырнул на кровать и уехал из дома от греха подальше. Неделю бухал, потом улетел на Алтай – давно хотел дом у озера, леса и тишины. Когда показалось, что через неделю завою от одиночества, перебрался в город. Там продолжил бухать и трахаться со шлюхами. Телефон отключил, бизнес свалил на Руслана. Взял себя в руки, вернулся сюда, подал на развод. С Жанной не общался. Ушел в работу. Она пыталась мной манипулировать, угрожала покончить с собой. Но нет. Я не вернулся. Поначалу видеть ее не мог. Не то что как женщину – как человека просто. Как к женщине я к ней давно остыл. Жил то на работе, то на съемной хате. Потом переехал сюда…

Марина всхлипывает, закрывая лицо руками.

Ну вот, расстроил девочку.

На хрен ей надо было все это дерьмо выслушивать?

Идиот.

— А потом встретил прекрасную, но немного сумасбродную соседку. И жизнь заиграла яркими красками, — усмехаюсь я.

Марина не реагирует, пряча от меня лицо в ладонях.

Выдыхаю. Поднимаюсь с места, сажусь к ней на диван. Обнимаю, зарываясь лицом в шелковые волосы, глубоко втягивая в себя ее сладкий аромат.

— Ну прекрати. Это просто жизнь такая. Ничего страшного. Все живы, здоровы. Иди побей мне посуду. Я заслужил. Не сказал, что на бумагах женат.

— Так! — отталкивает она меня от себя. Быстро моргает, пытаясь согнать слёзы. — А почему вы не развелись в итоге? Делите имущество?

— Да бог с тобой. Какое имущество? Бизнес я основал до брака, он идёт в доле с Русланом. А дом и машину я ей оставил, — прикасаюсь к лицу Марины, стирая пальцами слезы. Эта женщина даже плачет красиво. Такая трогательная. Хочется залюбить.

— А почему тогда не развёлся? Всё-таки любишь ее? Нет, я пойму, это сильные переживания, и просто так они не проходят. Ты сейчас ненавидишь ее, но в душе… — начинает тараторить и отодвигается от меня все дальше и дальше.

— Блять! Поразительная женская логика! — качаю головой. — Ты слушала меня? Любви не было изначально. И если отмести драму, то это стало основой нашего краха. Я это признал. Нельзя построить что-то серьезное без любви! А не развелись мы, потому что Жанна препятствует.

— Это как? Если детей нет и ничего не делите, вас должны были развести и без ее согласия.

— А ты, я смотрю, прям спец в разводах? Я о тебе чего-то не знаю? — прищуриваюсь.

— Нет у меня скелетов в шкафу! — гневно выдает она.

— Жанна пользуется властью отца. А там законы не писаны. Они сами их пишут. Мне в принципе плевать. От того, что у меня штамп в паспорте, супругами мы больше не станем.

— Получается, она тебя любит и хочет вернуть?

— Какая разница, что она хочет? Я не хочу. Понимаешь? Я тебя хочу. Иди сюда, — хватаю Марину за руки и тяну на себя. Сопротивляется.

— Нет, я не сплю с женатыми мужчинами!

— Ну зачем же лицемерить? Спишь. Еще как спишь. В разных позах, — всё-таки дергаю ее на себя и утыкаюсь губами в ее ухо. — И кончаешь с воплями. Всё, Мариша, поздно ломаться, ты уже отдалась! — начинаю расстёгивать пуговицы на ее блузке. — Ты моя.

— Ну подожди, я так не могу, — шепчет она, а сама обвивает руками мою шею и царапает затылок.

Целую ее шею, распахивая блузку и касаясь пальцами горячей кожи на талии. Сжимаю от возбуждения.

— Девочка моя, ты мне очень нужна. Расслабься и отдайся.

И Марина расслабляется со всхлипом, когда я дергаю чашечки ее бюстгальтера вниз и одновременно впиваюсь в сладкие губы.