Глава 26. Гуля

Сердце бьется не просто часто — оно, кажется, пытается пробить мне ребра и выпрыгнуть на холодный асфальт. Нож. Чертовски блестящий, хромированный нож в руке этого ублюдка. На свету фонаря он сверкает, как хищный глаз. Амбал огромный, его тень на асфальте, словно монстр. А Миша… Миша выглядит таким напряженным, но абсолютно собранным. Как натянутая до предела стальная струна, готовая порваться.

Вымогатель с ножом, рычит, как раненый зверь, и кидается на Мишу. Резкий, остервенелый выпад! Лезвие свистит в воздухе всего в паре сантиметров от груди Миши.

Я визжу, но звук застревает в горле, превращаясь в немой, отчаянный хрип. Не могу пошевелиться, как будто меня приклеили к земле, а в венах застыл лед.

Они вдвоем, будто бы начинают свой дикий, безумный танец. Смертельный балет.

Бандит нападает раз за разом, делая выпады в живот, в лицо, пытаясь вспороть Мишу, но Миша — он как призрак. Уворачивается, ныряет, отступает, используя пространство, как щит. Чудом. Каждое движение выверенное, четкое, без лишних движений, как будто он делает это не в первый раз. Он не нападает, он защищается, он ждет. Выискивает тот самый, единственный момент.

Один раз бандит успевает чиркнуть ножом по рукаву его футболки. Тонкая ткань рвется с тихим шшшик…

От ужаса у меня перехватывает дыхание. Миша отпрыгивает, и в его глазах вспыхивает молния — он, наконец, готов.

Адреналин, этот чистый животный страх, наконец-то пробивает меня. Я чувствую жуткую, ноющую боль в коленях и локте. Это я поранилась, когда этот зверь меня оттолкнул. Саднит, жжет, но это неважно.

Что делать? Бежать? Кричать? Звать на помощь? Я в панике! Господи, что же делать-то?! В страхе смотрю на драку, не отрывая взгляда от блеска ножа. Мой спаситель один против двух головорезов! В машине точно больше никого нет?

И тут мой взгляд падает на того, первого. Он шевелится. Ушлепок на асфальте начинает скрести руками, пытаясь подняться. Рычит что-то, он явно приходит в себя. Он видит драку, видит, что его друг проигрывает в этой игре — Миша только что ушел от смертельного удара, присев, и ответил жестким боковым в голову, но бандит даже не пошатнулся. Амбал начинает подниматься, чтобы подойти к Мише сзади.

Нет. Только не это. Удар сзади — это конец.

Мозг отключается. Остается только дикий, звериный инстинкт защиты. Мой спаситель не должен умереть из-за меня.

Превозмогая боль, я поднимаюсь и…нащупываю что-то под рукой. Хватаю с земли палку. Толстую, тяжелую, как раз валялась рядом, брошенная кем-то. Не раздумывая ни секунды, я кидаюсь к поднимающемуся амбалу.

Подбегаю и со всей силы, что есть в моих руках, луплю этой палкой его по спине. Лишь бы палка выдержала.

Раз! Он крякает, пытается повернуться. Я бью еще, под колени, чтобы точно свалить. Два! Три! Я бью его, как будто на кону моя жизнь — и, черт возьми, так и есть!

Мужик валится на землю, как мешок с картошкой. Глухой удар. Он стонет, корчится, но уже не поднимается. Прикладываю его еще раз по ногам. Контрольно.

Я, задыхаясь, поворачиваюсь в сторону Миши. И в этот же момент вижу, как второй, тот, что с ножом, наконец-то совершает ошибку. Замахивается широко, наотмашь. Миша использует это. Резкий, молниеносный рывок вперед, уход с линии атаки, и он бьет. Бьет его в челюсть, жестко, с ноги. Это не просто удар — это, кажется, удар стального молота.

Нож в его руке выпадает. Дзынь! Металлический звон о камень. Миша, не опуская взгляда, бьет ногой по ножу, откидывая его в сторону, в темноту под припаркованный автомобиль. Бандит оседает. Не стонет, не кричит. Просто обмякает, как тряпичная кукла.

Миша стоит над ним, тяжело дыша, но ровно. В его глазах — лед. Он не смотрит на меня, его глаза сканируют темноту, осматривают улицу…

— Миша… — Наконец-то я нахожу голос, хотя он звучит, как всхлип, как скулеж. Я чувствую, что сейчас рухну. — Миша, что делать? Ты… ты откуда тут?

Он не отвечает. Он делает шаг ко мне, быстро осматривает меня, проверяя, цела ли я.

И тут хлопает дверца машины… Замираем оба.

— На, держи, — Миша сует мне в руку свой телефон, холодный и тяжелый. — Быстро. Иди в квартиру и набери Пашу. Это номер два в списке контактов. Объясни ситуацию. Пошла! — Его голос — это приказ, жесткий, холодный, который невозможно оспорить.

Я киваю, не в силах вымолвить слово. Цепляюсь за спасительный свет подъезда. Его безопасность. Руки трясутся так, что я еле держу телефон.