Глава девятая. Врата между галактиками
Предложенный план был раскритикован Тактиком 222-ого уровня в пух и прах. Претензии у лэнг Николь начались ещё на шаге выхода из нуль-прыжка – мол, если «композит» столь технологически развит, как я расписывал, то использование любых активных систем получения информации о происходящем в звёздной системе моментально будет выявлено и вызовет тревогу. А без информации от средств сканирования невозможно оперативно оценить обстановку и понять как цели для атаки, так и источники угрозы. Я успокоил собеседницу – мол, на фрегате «Паладин Тамара» имеется достаточно систем пассивного получения информации о происходящем в космосе, вроде того же лидара, детектора источников радиоактивности или анализатора электромагнитного излучения. Да и работу некоторых активных сканирующих систем обнаружить не так-то просто – поди заметь, что тебя исследует нейтринный сканер или гравитационный сканер!
Но самые большие вопросы у лэнг Николь вызвал выбор оружия, которым я собирался уничтожать противника.
– Погоди, кунг Комар, я что-то не поняла, – остановила меня адмирал на полуслове. – Выходит, у тебя корабль не предназначен для скрытной установки космических мин, и ты собираешься делать это чуть ли вручную, выталкивая мины из-под защитного купола?! К тому же ты не делал ничего подобного раньше и не можешь дать гарантию, что маскировочное поле не будет вскрыто твоей же собственной миной. И это притом, что любой проявившийся из невидимости объект моментально будет обнаружен и атакован «композитом»!
Все мои аргументы про возможность активации гравитационных мин под полем невидимости и затем оставления их в космосе путём перемещения самой лаборатории были подняты собеседницей на смех. Мол, ставить мины нужно не абы где в огромной звёздной системе, а в месте ожидаемого появления вражеских звездолётов. Где с большой вероятностью уже будут находиться корабли охранения, и к которому ещё нужно будет подобраться в невидимом состоянии. Малейшая ошибка в расчётах приведёт к выпадению из невидимости и катастрофе. Но даже если всё пройдёт гладко, после срабатывания первой же мины противник придёт в состояние повышенного внимания и активного перемещения, и установить другие заряды уже не получится.
Приходилось признавать, что претензии справедливые, и по части проведения боевых операций в космосе опыта у адмирала Николь тон Савойи имеется даже не на порядок, а как минимум на два порядка больше, чем у меня. Я пытался спорить, отстаивая какие-то детали, но всё же понимал, что моя оппонентка в целом права. План действительно был очень рискованным и при этом крайне сырым, не учитывающим множество возможных ситуаций и деталей. И когда я уже предположил, что спор окончен, и идея рейда в тыл «композита» окончательно забракована, моя собеседница неожиданно перешла от критики к конструктивным предложениям.
– Я вообще не понимаю, зачем так извращаться с минами, если можно отстреляться по целям самонаводящимися ракетами с ядерными зарядами. Выстрелил и ушёл. А ещё эффективнее взять под маскировочную сферу специализированные фрегаты-невидимки и стелс-бомберы. Которые сделают всё в лучшем виде – установят мины, уничтожат указанные цели торпедами или сбрасываемыми бомбами, скроются от обнаружения и затем тихо соберутся в оговорённой точке, где их можно будет подобрать. Такие корабли способны действовать по всей звёздной системе, к тому же имеют небольшие размеры и вполне поместятся в описанную тобой сферу невидимости.
Навык Космолингвистика повышен до сто двадцать седьмого уровня!
Вот тут настала уже моя очередь удивляться и заодно серьёзно задуматься. Так значит, в целом Николь была готова рискнуть при условии использования более пригодного к ситуации вооружения. И вопрос сейчас упирался лишь в то, согласен ли я пустить чужие корабли-невидимки в «святая святых» – под маскировочное поле неуловимой лаборатории реликтов? Момент действительно был щекотливым. Не попытаются ли «имперцы» воспользоваться столь удобной возможностью для того, чтобы отобрать у меня бесценную древнюю лабораторию? Я не постеснялся высказать свои сомнения вслух. В разговор тут же вмешалась андроид Бионика.
– Кунг Комар, за сохранность лаборатории можешь не переживать. Экипажи фрегатов-невидимок и стелс-бомберов Империи традиционно состоят из выходцев с планеты Ссс – «хамелеонов», как называют их люди. Хамелеоны очень малочисленный народ, но они бесстрашны и способны ориентироваться в невидимости лучше кого-бы то ни было.
– И что? Это должно меня каким-то образом успокоить?
Белокурая королева андроидов весело рассмеялась, показав свои идеально ровные белые зубки.
– Кунг Комар, ты просто плохо ещё знаком с нашей историей и политической ситуацией. В то, что хамелеоны не подведут, можешь не сомневаться. Их родиной является вулканическая планета Ссс, весьма богатая ценными металлами, в частности танталом, но при этом плохо пригодная для сельского хозяйства и производства пищи. Пятнадцать-двадцать тысяч особей – вот предел популяции, которая могла проживать на Ссс. Металл тантал же людям Империи нужен всегда в огромных количествах, без него не построить звездолёты. А ещё люди традиционно предпочитают брать нужное силой, особенно когда противники столь немногочисленны. И потому хамелеонам грозило тотальное истребление, всё шло именно к этому. Но ещё будучи кронпринцем, Георг ройл Инокий тон Месфель взял хамелеонов под свою опеку и выделил этой расе обширные территории на принадлежащей ему плодородной планете Унатари. Сейчас там ясли, где подрастает молодняк этой расы. Уже семьдесят тысяч малышей – больше, чем могло зародиться на Ссс! И потому хамелеоны благодарны нашему Императору и абсолютно надёжны, они никогда не пойдут на предательство. Кстати, величайший воин в истории Империи, капитан звездолёта «Сюрприз-1», была хамелеоном по расе. В грандиозной битве за систему Хнель она пожертвовала жизнью, чтобы спасти флот людей. Во многом именно благодаря её подвигу люди победили в войне против «чужих».
Что ж, тут я готов был согласиться с лэнг Бионикой – пока всё потомство хамелеонов находится на территориях людей, взрослые особи никогда не выступят против Империи, так что предательства с их стороны действительно можно было не опасаться. Возникал, конечно, другой вопрос – а что, если сам правитель Империи прикажет хамелеонам захватить древнюю лабораторию? Маловероятно, конечно, Георг Первый вовсе не показался мне вероломным, способным атаковать неприкосновенных дипломатов. Да и несложно это было выяснить, считав мысли одного-двух пилотов хамелеонов. В общем, я дал согласие на предложение Николь и готов был принять фрегаты-невидимки.
Но едва Бионика поделилась информацией с Императором, как пришёл моментальный запрет со стороны Георга Первого. По словам правителя Империи, участие боевых звездолётов Империи в далёком рейде было равнозначно объявлению войны могущественному «композиту», а это было слишком серьёзным шагом, чтобы принимать подобное решение без самых серьёзных расчётов и подготовки. Но вот использование дронов и беспилотных аппаратов Император одобрил.
– Что ж, кунг Земли, – резюмировала лэнг Николь. – Вели своему экипажу выгружать гравитационные мины и брать вместо них на борт спец-дронов «Пиявка-А». Они сверхбыстрые, самонаводящиеся, способные догнать любую цель и уничтожить её термоядерным зарядом в десять мегатонн. Считаю, они будут самым оптимальным вариантом для нашей операции.
* * *
Вышли мы удачно, в ближайшем космосе кораблей противника не оказалось. Зато приборы показали присутствие многочисленных объектов искусственного происхождения возле второй планеты. Их там были тысячи, если не десятки тысяч. Мой Навигатор герд Аюх сверился со своими данными и выдал координаты для перемещения. Через полминуты фрегат «Паладин Тамара» уже находился в прямой видимости от большой стройки, затеянной «композитом». И посмотреть тут было на что…
В космосе висела громадная сетка из светящихся ячеек правильной шестиугольной формы. Ячеек было много, не менее двухсот. Эдакие «пчелиные соты», каждая сота со стороной метров по триста, стороны и углы были отмечены мигающими красными бакенами. В каждую такую шестиугольную ячейку с периодичностью один корабль в две-три минуты влетали небольшие звездолёты, исчезая и, по-видимому, уходя в нашу галактику. С этой же стороны врат выстроилась целая очередь из тысяч и тысяч звездолётов вторжения, ожидающих своего часа на переброску. В основном, тут присутствовали небольшие корабли типа малых перехватчиков, хотя встречались и класса фрегатов, и даже чуть крупнее.
Судя по всему, работу всей этой системы переброски кораблей в другую галактику обеспечивало и подпитывало энергией несколько одинаковых подковообразных барж, неподвижно застывших в паре километров от «пчелиных сот». По крайней мере, от этих кораблей тянулись светящиеся лучи к активным «сотам». Ещё несколько таких же барж трудились в стороне от остальных, разворачивая в космосе шестиугольную ячейку гораздо большего размера, со стороной километров эдак в пять!
Навык Картография повышен до сто второго уровня!
Навык Зоркий Глаз повышен до сто двадцать третьего уровня!
Часть шестиугольных ячеек, как мы вскоре выяснили, работали «в обратную сторону» – из них появлялись и сразу же направлялись к чёрной сферической станции звездолёты, прибывшие из зоны боевых действий. Некоторые лишь слегка повреждённые или вообще целые на вид, другие разбитые в клочья и непонятно как оставшиеся в строю. Видимо, на той большой чёрной станции трёхкилометрового диаметра, местной «Звезде Смерти», происходил их ремонт и обслуживание.
– Всё гораздо хуже, чем я предполагала, – проговорила адмирал Николь, сидящая сейчас в кресле на месте Аналитика Джарга и также, как и все находящиеся на мостике, прилипшая взглядом к огромному экрану. – Переброска подкреплений «композитом» активно продолжается. Такими темпами враг способен перебрасывать в нашу галактику по три-четыре тысячи кораблей малых классов каждый час. И мне даже страшно представить, для каких звездолётов готовятся вот эти врата, – Тактик 222-го уровня указала на строящийся в космосе гигантский шестиугольник.
– Может, для ремонтной станции? – я указал на уменьшенную копию «Звезды Смерти». – Чтобы не гонять лишний раз туда-сюда звездолёты?
– Едва ли для неё, таких в большие врата одновременно штук десять пролезет, – с сомнением покачала головой лэнг Николь.
– «Бог Войны» с большим запасом проходит сквозь такие врата, – прокомментировала стоящая за спиной своей подруги андроид Бионика. – «Мамонты» не уверена, что-то на грани. А вот обе «Королевы» точно не пройдут.
– В любом случае, Бионика, мы видим применение на практике технологий, которые Георг Первый уже который год требует от наших учёных. Возможность мгновенной переброски флота в любую точку Вселенной. Да имейся у нашей Империи такие высокие технологии… – адмирал глубоко вздохнула и на пару секунд даже закатила глаза. – Даже мысль о таком опьяняет сильнее вина! Это же абсолютная власть! Человечество доминировало бы в космосе, нас невозможно было бы остановить!
О чём они говорят? Какое ещё доминирование, когда в космосе столько великих могущественных рас? Мелеефаты, триллы, да тот же «композит», который уже изобрёл столь желанные флотоводцами человечества технологии. Все эти сильные игроки на космической арене ни за что не допустят гегемонии людей. При попытке нарушить исторически сложившийся баланс случится война, сравнимая с древним конфликтом, фактически стёршим расы реликтов, предтеч и механоидов. И, кстати… неужели у Империи имеются звездолёты, ещё более крупные, чем флагман «Бог Войны»?! Но задать этот вопрос я не успел, поскольку адмирал Николь тон Савойя резко развернула крутящееся кресло и обратилась ко мне.
– Я увидела всё, что хотела узнать. Как видишь, кунг Комар, установить мины противник бы тебе возле врат не позволил. Зато тут раздолье для стелс-бомберов, которые могли бы отбомбиться по скоплениям звездолётов и хорошо сократить поголовье «мелочи», но чего нет, того нет. Какие твои дальнейшие действия, кунг Комар? У тебя семь дронов с термоядерными зарядами, две торпеды с антиматерией и лазерное оружие фрегата. Какие цели считаешь приоритетными для уничтожения?
Девушка в адмиральской военной форме впилась в меня взглядом, с каким строгий преподаватель смотрит на нерадивого студента на экзамене. Собственно, сейчас по сути экзамен и был, и преподаватель тактики Генерального Штаба Империи хотела выяснить, на что способен кунг Земли.
Что ж, я попытался её удивить.
– Пока не атакуем, поскольку из этой ситуации можно выжать больше, нежели поразить несколько малых звездолётов или временно повредить врата.
– Да? И чего же ты хочешь добиться? – мой ответ действительно удивил «экзаменатора», адмирал Николь тон Савойя и не старалась скрыть своё замешательство.
– Хочу захватить живьём одного из пилотов. Не уверен, что он сможет рассказать хоть что-либо о технологиях переброски флота, но его допрос даст бесценную информацию о планах «композита» и его возможностях. К тому же в прошлый раз такое моё действие разворошило местный улей, и за мной с остервенением гонялись тысячи кораблей. Это как раз то, что мне нужно. Тут вся звёздная система в датчиках и приборах, отслеживающих перемещение кораблей, и когда мы уйдём из системы, наш путь быстро просчитают. За нами в смертельную ловушку последует множество звездолётов врага. Гораздо больше, чем мы смогли бы уничтожить семью дронами или лазерными пушками.
Лэнг Николь внимательно выслушала андроида Бионику, которая перевела мой ответ, откинулась на спинку кресла и скрестила руки на груди.
– Что ж, действуй, кунг Комар. Очень интересно посмотреть, как ты собираешься брать вражеского пилота в плен в то время, когда поблизости тысячи вражеских кораблей.
Авторитет повышен до 132!
Похоже, несмотря на сообщение о росте показателя Авторитет, адмирал мне не очень-то поверила. Что ж, её право. Я же закрыл глаза и сосредоточился. Да, имелись подходящие цели поблизости. Повинуясь моему приказу, малый перехватчик «Деро» пришёл в движение, вышел из выстроившейся к вратам цепочки кораблей и направился в нашу сторону. Пока он набирал скорость и сокращал дистанцию, я открыл глаза и активировал панель управления вооружением фрегата. По одному дрону с термоядерным зарядом направил в две ближайшие баржи, поддерживающие работоспособность системы «сот». Ещё одного дрона в саму сеть, чтобы разнести построенные ячейки к чертовой матери и на какое-то время лишить вторгшийся флот «композита» подкреплений. Два дрона в ремонтную станцию, туда же нацелил и обе торпеды. Одного дрона в гущу вражеской мелочи, ожидающей переброски на фронт. И по одному дрону в две баржи, строящие гигантский портал. Пока что я не активировал оружие, лишь распределил цели и подготовился к атаке.
Адмирал Николь вытянула шею и с интересом взглянула на экран моего планшета, однако вслух ничего комментировать не стала. Я же включил громкую связь, приказав Бортовым Стрелкам приготовиться и взять под прицел лазерных пушек находящиеся возле нас малые корабли «композита», которые я отметил маркерами целеуказателя. Квадрупольный же дестабилизатор велел нацелить опять же на «Звезду Смерти» – ремонтная станция являлась приоритетной целью, и с её повреждением, а лучше уничтожением, рушилась налаженная «композитом» система восстановления звездолётов.
– Капитан, до перехватчика «Деро» осталось всего два километра… Полтора… – с тревогой в голосе сообщил герд Дмитрий Желтов, но я успокоил пилота и заверил, что держу ситуацию под контролем.
Расстояние быстро сокращалось, а вражеский Пилот по-прежнему послушно выполнял мои приказы. Я немного подкорректировал траекторию его полёта, чтобы перехватчик не промахнулся мимо сферы невидимости, велел игнорировать все поступающие запросы с других звездолётов, а затем приказал постепенно сбрасывать скорость. Одновременно с этим ментально связался с Паа Ум-Ум Паа и приказал искусственному интеллекту лаборатории приготовиться к нуль-переходу на оговорённые координаты, после чего к мгновенному перемещению из опасной зоны возле чёрной дыры.
А вот теперь самое интересное. Малый перехватчик «Деро» уже вползал в сферу невидимости. Можно было, конечно, ещё достаточно продолжительное время удерживать под контролем сознание пилота, но я предпочёл не рисковать ценным трофеем и не тратить ману понапрасну. К тому же я не знал, что произойдёт при нашем перемещении в опасную область возле чёрной дыры, и не спадёт ли там мой контроль над вражеским пилотом. Поэтому навык Сканирование! На моей мини-карте тут же отобразился и сам перехватчик, и его пилот, и множество сложных систем чужого звездолёта и «сшитого» организма.
Имси-Ро-О-Ла. Композит ваэ-гукко. 607-ая эскадрилья. Стрелок-Паразит 184-го уровня
Сто восемьдесят четвёртый уровень у Стрелка-Паразита… Сильный враг. Но не «статусный», а значит подавляющее преимущество в Интеллекте позволяло мне проводить любые операции над противником со стопроцентной или близкой к этому вероятностью успеха. Кстати… я задумался, почему пилоты ваэ-гукко по умолчанию не включают защиту от псионического воздействия, хотя такая у них имеется? Полагают, что в космосе защита от псионики не требуется? Или основанный на ментальном воздействии вид связи «композиту» необходим для координации действий между кораблями? Не знаю. В любом случае, отсутствие защиты у пилота было грубой ошибкой, позволившей мне с лёгкостью захватить вражеский звездолёт.
Для начала я отключил, а точнее вообще сломал «Блокиратор ментальных сигналов», чтобы пленник не смог защититься от моих ментальных атак. Причём пилот об этой «мелочи» скорее всего не узнал, поскольку я предварительно «ошарашил» его Дезориентацией. Затем меня интересовала «Система целостности композита» – именно её отключение в предыдущий раз привело к мгновенной гибели пилота, разделившегося на две отдельные особи. Есть, вот она! Вероятность отключения системы целостности с моими навыками составляла 100 %. Отключить!
Навык Дезориентация повышен до пятьдесят восьмого уровня!
Навык Управление Механизмами повышен до сто тридцать пятого уровня!
Навык Псионика повышен до сто семьдесят девятого уровня!
Навык Сканирование повышен до девяносто восьмого уровня!
Получен сто двадцать седьмой уровень персонажа!
Получено три свободных очка навыков!
Я не боялся окончательно убить пилота, поскольку практика показывала, что он способен возродиться после такого отключения. Только хорошо бы на этот раз подготовиться к его возрождению, чтобы не допустить повторения ситуации с жертвами среди моего экипажа.
Навык Ощущение Опасности повышен до сто шестьдесят четвёртого уровня!
Исчезновение одного из звездолётов уже заметили, корабли «композита» пришли в движение. Медлить было больше нельзя.
– Бортовые Стрелки, огонь! – скомандовал я в микрофон, одновременно с этим запустив торпеды с антиматерией и скоростных дронов «Пиявка-А».
Лэнг Николь испуганно крикнула что-то, но я не разобрал её слов. Всё произошло фактически мгновенно. Я лишь успел увидеть, как стартовали дроны, прыснув веером врассыпную от фрегата. Затем через секунду или около того произошёл взрыв. Большой экран погас, как и мой рабочий пульт, да и вообще половина оборудования фрегата мгновенно отключилась. Зато противно взвыла сигнализирующая об аварии сирена. Результатов атаки я не увидел, лишь строки бегущих системных сообщений.
Навык Целеуказание повышен до восемьдесят девятого уровня!
Навык Целеуказание повышен до девяностого уровня!
Получен сто двадцать восьмой уровень персонажа!
Получено три свободных очка навыков (суммарно накоплено шесть очков)!
Получен сто двадцать девятый уровень персонажа!
Получено три свободных очка навыков (суммарно накоплено девять очков)!
Судя по двойному «левел-апу», по крайней мере часть дронов или торпед всё же куда-то попала. Понять бы ещё куда именно. А затем…
ВНИМАНИЕ!!! Получен временный негативный эффект «Слепота». Срок эффекта 90 секунд.
Навык Ощущение Опасности повышен до сто шестьдесят пятого уровня!
На секунду мне показалось, что я умер… Но нет, персонаж был жив. Вот только полоска здоровья разом просела на две трети, упав в оранжевую область, Очки Выносливости вообще скатились в ноль. Ощущение было таким, словно меня сбил несущийся на полной скорости гружёный самосвал, размазав человеческое тело в тонкий блин по решётке своего радиатора. Болело всё тело, каждый сустав и каждая мышца отзывались ноющей болью. Сердце испуганной птицей металось по грудной клетке, дыхание было частым, во рту появился солоноватый привкус крови. Я прикрыл ослепшие глаза руками.
Телосложение повышено до 19.
Надпись я увидел. Но кроме неё был лишь тёмный экран и исчезающие строки предыдущих системных сообщений… Несмотря на боль и слепоту, я улыбнулся. Игровая система посчитала перенесённые нагрузки достаточными для роста показателя Телосложение. Это хорошо. Но что же это было только что? Последствия близкого соседства с чёрной дырой, от которой автоматика древней лаборатории успела увести нас в безопасное место? Скорее всего именно так, но даже тех кратких миллисекунд «соседства» с чёрной дырой мне вполне хватило, чтобы никогда больше не повторять подобный эксперимент по запредельным перегрузкам.
Прошло секунд десять. Я по-прежнему видел лишь чёрный экран с постепенно исчезающими системными надписями и изрядно просевшими цветными полосками жизни, маны и выносливости. Зато слух уже начал восстанавливаться. Я услышал, как противно ревёт аварийная сирена на фрегате. Как недовольно ворчит гэкхо герд Аюх, под которым от перегрузок сломалось его любимое кресло. Как стонет второй Пилот, и как витиевато матерится Пилот Звездолёта герд Дмитрий Желтов, тоже ослепший, а к тому же ещё и сломавший или вывихнувший в плече правую руку. Ещё я услышал, как робот-андроид Бионика невозмутимо переводит для адмирала Николь тон Савойи бурчание Навигатора и бранные слова моего основного пилота. Мда, свой лексикон адмирал Империи существенно обогатит…
– Желтов! Прекрати ныть, тебя же девушки слушают! – слова дались мне с большим трудом, во рту было мокро от крови, но мой друг всё понял и прекратил жаловаться на жизнь и боль в повреждённой руке.
Второй Пилот Сан-Дун Таки-Бу пришёл в себя и чётко по-военному доложил мне, что проводит диагностику оборудования нашего звездолёта. Сгорели камеры внешнего обзора, энергетический щит просел наполовину, перезагрузился центральный компьютер, но других существенных повреждений пока что не выявлено. Замена камер – дело пары минут. Судя по всему, фрегат «Паладин Тамара» уцелел в этой передряге и готов к продолжению полёта.
– А, наконец-то пришёл в себя! – андроид перевела слова лэнг Николь. ОЧЕНЬ рассерженной лэнг Николь. – Скажи мне, Комар, ты вообще знаком с такими понятиями, как «жёсткое излучение», «температура в три миллиона градусов», «ЭМ-импульс» и «радиус поражения»? Тебе не приходило в голову, что не стоит на маленьком кораблике находиться в семи километрах от эпицентра десятимегатонного термоядерного взрыва?!
Судя по всему, синтетическая Переводчица сильно смягчила речь своей подруги, поскольку опознанных мной в оригинальной речи слов «кретин» и «безмозглый самоубийца» в переводе уже не осталось. Я не видел пока что адмирала, но повернулся на её голос, улыбнулся и ответил «лучшей ученице Императора», что боевая задача успешно выполнена, и только это главное, а победителей не судят. «Королева андроидов» неожиданно встала на мою сторону и озвучила результаты атаки.
– Николь, остынь, кунг Земли прав. Сеть порталов уничтожена. Уничтожены три баржи и не менее четырнадцати малых кораблей «композита», точнее мне понять не удалось из-за сильного засвета и отключившегося монитора. А вот ремонтная станция «композита» успела укрыться силовым щитом и уцелела, это я заметила.
В ответ послышался гневный рык, скорее полагающийся лесному хищнику, нежели молодой женщине.
– Комар, если бы ты был одним из капитанов моего флота, я бы тебя однозначно расстреляла за некомпетентность и пренебрежение нормами безопасности, – несмотря на жёсткий смысл сказанного, тон лэнг Николь стал уже более спокойным. – А потом бы уже посмертно наградила за геройство. Или наоборот, сперва наградила, а потом расстреляла. В общем, у меня остались смешанные чувства от проведённой тобой акции.
– Ты не первая такая, – отмахнулся я от пустых угроз адмирала Империи. – Тебе же сообщили, наверное, что мой корабль называется «Паладин Тамара»? Так вот, герд Тамара меня действительно расстреляла. Дважды. А в промежутках между расстрелами восхищалась моими действиями и говорила, что только так и нужно поступать. Хотела и в третий раз расстрелять, но в тот раз я уже выстрелил первым…