Глава 7. Кто главнее?

Мальчишки увлеклись добычей шерсти и пропустили обед. Впрочем, обеда не было, так как Искра развела костёр у будущей большой печи и продолжила вчерашнюю работу. Она давно уже скинула шубу, распарившись от близкого жара огня, но останавливаться не собиралась. И была благодарна тому, что вымывшийся и обсохший оборотень самостоятельно перекусил и побежал проведать детей, прихватив еды с собой.

Печь получалась в половину будущего дома. Основное место занимала лежанка. В деревне Искры тёплую лежанку использовали не только по прямому назначению, но и для сушки осенних даров леса, для подготовки теста для хлеба.

Сейчас же девушка решила совместить детские воспоминания с тем, что видела при строительстве замка. Эльф-архитектор объяснял ей, как он делает тёплые полы, и когда она заработала на новый дом, то полы первого этажа были сделаны по его методе.

Здесь она не планировала это делать, так как думала, что полом послужат половинки брёвен, которые она уложила бы прямо на землю. Вряд ли на что-то лучшее у неё хватило бы сил, но раз в хозяйстве появился взрослый оборотень, то простора для действия стало больше. И Искра с энтузиазмом продолжала выкладывать кирпичную трубу для тёплого воздуха по периметру будущего дома.

Жаль, что домик будет крохотным, но если всё пойдёт хорошо, то к нему можно будет сделать пристройки так, чтобы комнатка с печью стала центром.

В работу пошли не только кирпичи, но и тщательно оберегаемые ею каменные пластины. Дело приближалась к концу, и она всё с большим беспокойством смотрела на сотворённого ею печного монстра и думала, что если эта конструкция не сработает так, как должна, то она зря потеряла уйму времени и сил.

Испытывая нетерпение, Искра затопила, и не в силах дождаться, пока разгорится пламя, принялась очищать место от прогоревшего костра, который грел её и раствор во время работы.

Поначалу ей показалось, что никакой тяги в печи вовсе нет и дым повалил наружу прямо в лицо через устье. Она торопливо прикрыла устье глиняной крышкой и намеренно не глядела на просачивающийся через крышку дым.

Думать о том, что всё, за что бы она не бралась, получается кое-как, было невыносимо.

Конечно, она была слишком мала, когда помогала родителям или соседям делать что-то интересное. Всех детей приглашали посмотреть, как перекладывают печь или как работает кузнец, как соседи ставят новый сарай или как старые оборотни чинят сеть. Подростки активно помогали, а малыши только подавали необходимое и слушали. Искра всегда слушала с интересом и задавала вопросы хотя бы для того, чтобы любовь всей её жизни видел, что она не какая-то там безмозглая малявка.

Уже не осталось ни уголька от рабочего костра, когда Искра вновь бросила взгляд на своего монстра-печь и поняла, что та больше не дымит, а пламя горит ровно и бодро. Бросилась к лежанке и начала её ощупывать. Та ещё была холодной, но ближайшая к огню часть начала вроде теплеть.

Девушка закрыла лицо руками, чтобы спрятать слёзы. Постоянно испытываемое напряжение и ответственность за придумки, которые получаются совсем не так, как должно, отпустили.

— Искра, ты чего? Что случилось? — подбежал Торр, накидывая ей на плечи шубу. — Одень, замёрзнешь.

Он давно уже вернулся с братьями, но не смел беспокоить подругу, видя, как она сосредоточена на работе. Она уже заканчивала, и он с нетерпением ждал объяснений насчёт той трубы, что она выложила прямо по земле внутри будущего дома. Ранее она об этом не говорила.

Когда Искра зажгла огонь в печи, он хотел было заорать, что всё получилось, но осёкся, видя, как девушка отшатнулась и занервничала. Торр думал подбежать к ней, чтобы поддержать, но ничего не понимающий дядя Рохх и весь день донимающий его своими вопросами, тоже вскочил.

Торр подумал, что дядя хочет начать командовать. Его явно злило, что самочка целый день чем-то занята, а он ничего не понимает. Поэтому Торр безразлично пожал плечами и сказал, что всё идёт по плану, но когда Искра заплакала, то сорвался и рванул к ней.

Она обняла его и, уже не сдерживая рыданий, плаксиво провыла ему в ухо:

— Всё полу-у-чи-илось! Я уж ду-у-мала, что вс-ё-ё! Думала, я безрукая, но у меня всё получилось!..

Тирр и Дирр крутились рядом, стараясь утешить Искру. Они гладили её, заглядывали в глаза и звали поесть.

— Сейчас, мои хорошие, — в последний раз всхлипнула она, — проголодались?

Рохх стоял рядом и, переминаясь с ноги на ногу, играл желваками.

Никогда ранее он не ощущал себя таким бесполезным.

Дети добыли много шерсти. Что они будут делать с ней, неважно. Главное, им было поручено дело, и они его выполнили.

Хрупкая самочка целый день строила диковинную штуку, и он видел, что она так устала, что её движения стали замедляться. Он хотел помочь, но не смог понять, как она решает, куда класть следующий кирпич.

А когда она расплакалась, он ощутил её тоску и глубочайшую въевшуюся усталость.

Умение сопереживать всегда отличало его от других, но сейчас чужие чувства приоткрылись ярко и остро. Его поразило, почему она, испытывая такой надрыв души, не бросит щенков? Зачем возится с ними? Почему не приветит его, переложив заботу о себе на него?

— Я бросил тигриное мясо в горшок, чтобы тушилось, — услышал он голос племянника, ведущего самочку за руку. Она смотрела на сопляка с улыбкой и Рохха, как громом поразило понимание, что его племянник заслужил абсолютное доверие дивной самочки.

— Давно? Вроде пахнет уже готовым, — Искра вытянула руки, чтобы Торр слил на них тёплую воду.

— Нет, — мальчик взял задубевшие шкуры, которыми накрывали банный шалаш и бросил их на место, где весь день горел костёр. С интересом прижал ладони к печи, потом к лежанке и мешающей ходить трубе.

— Она тёплая! — удивлённо крикнул он Искре, на что та счастливо улыбнулась и, подойдя к очагу, посмотрела, что там готовится в горшках.

— В ловушку попался глухарь и я варю из него суп. Это им пахнет, — объяснил подходящий к ней Торр.

— О, как хорошо, — предвкушающе простонала она. — Есть хочется ужас как, но я не могла бросить работу над печью.

— А мы уже этой ночью на ней будем спать? — усаживаясь возле очага, спросили мелкие.

— Нет, надо потерпеть до завтра. Пусть она подсохнет и все соединения схватятся.

Искра наклонилась над супом и принюхалась.

— Разольёшь по мискам? — спросила она у Торра.

— Угу, — довольно расплылся он. Ему нравилось, что сегодня он будет всех кормить. — Будем ставить навес над печью? — по-деловому спросил Торр.

— Можно перенести старый, — не уверенно предложила Искра. — Я использовала для работы почти все кирпичи, так что…

— Но тогда засыплет снегом наши припасы, — возразил паренёк.

— А мы их перенесём к печи.

Девушка ополоснула горячей водой плошки и начала подавать их Торру.

— А не будет ли там слишком тепло? — с сомнением посмотрел на неё мальчик.

Искра вздохнула, признавая его правоту: не столько тепло будет горшкам с вяленым мясом и рыбой, сколько они станут там мешаться.

— Я сделаю навес, — подал голос Рохх, но заслужил скептические взгляды.

Даже малышня смотрела на него с сомнениями. Уж они-то знали, сколько ловкости надо, чтобы работать с инструментом. Искра и Торр выглядели устрашающе, когда рубили дерево или обрабатывали его. Сцепленные зубы, безумные глаза, горловое рычание и пышущее жаром тело. Это была битва!

— Я сделаю! — повторил Рохх и даже поднялся с бревна.

Искра с Торром переглянулись.

— А может, попробуем положить завтра первый венец дома? — спросила она его, и паренек кивнул в ответ.

Он знал, что для этого сначала надо будет подкатить несколько крупных камней, которые они заранее присмотрели для фундамента. Всю мелочь они уже подготовили, а вот угловые камни дожидались крепкого рычага и времени, когда Торр станет сильнее.

Потом надо будет выровнять уложенные угловые камни и только тогда начнётся работа над теми брёвнами, которые пойдут на первый венец. Искра хотела соорудить подъёмник и поднимать бревна при его помощи, но с появлением Рохха всё упрощается. Во всяком случае до того момента, когда бревна надо будет поднимать на приличную высоту.

— Хочешь помочь? — как можно нейтральнее спросила Искра оборотня.

Она видела, что его человеческая ипостась ещё не вошла в полную силу. Мужчина часто останавливался и задумывался о чём-то, разминался и хмурился, считая, что тело не слушается его как прежде. Но помочь он явно хотел, так как даже подался вперёд, боясь пропустить хоть слово.

— Тогда тебе придётся слушать меня, — наставительно произнесла она и не дожидаясь ответа, передала ему суп. Вареву бы ещё настояться, но все проголодались и ждать лишнею минутку не хотели.

— Хорошо, — согласился Рохх, — я вижу, что ты знаешь, что надо делать.

Искра кивнула и открыла рот, чтобы рассказать о своих планах на завтра, но он продолжил:

— Но, когда я буду лучше знать, что надо делать, ты будешь слушать меня.

Искра захлопнула рот.

Оборотень оказался не промах! Вроде смотрел, как брошенный щенок, а своё условие не забыл выдвинуть! Каков нахал! Его тут приютили, накормили, приодели…

Дети смеялись и не могли остановиться.

— Искра, ты видела себя? Ты же пыхтишь, как ёж! Вот уж не думал, что ты можешь быть похожа на малявку Рюю, — хохотал Торр.

Девушка недоуменно смотрела на развеселившихся мальчишек, на напряженно смотрящего на неё Рохха и тоже рассмеялась.

О, Луна! Да она затиранила этого оборотня с первой минуты! Бедный! Наверное, он считает её чудовищем.

Она дружелюбнее посмотрела на него:

— Конечно, я буду слушать, когда тебе будет что сказать. Мы не соблюдаем иерархию стаи. Мы живём по-семейному. Помогаем друг другу, учимся взаимодействовать и стараемся обходиться без приказов.

— А я могу принадлежать вашей семье? — с надеждой спросил мужчина.

— Ну-у, ты родной дядя мальчикам, так что скорее здесь лишняя я, а не ты, — развела руками Искра. — Предлагаю просто сплотиться и сделать всё, чтобы пережить зиму, а там посмотрим.

Она протянула руку оборотню и он, следуя подсказкам Торра, пожал её. Оба сделали вид, что не почувствовали приятной волны, которая зародилась при касании.

— Ну вот, договор заключён. День закончен, пора спать. А завтрашний день покажет, как мы уживёмся, — миролюбиво произнесла Искра.