Глава 22. В гостях у вампиров

Последняя часть пути далась всем тяжело. Дорога, потом трудный день в стае Старха и сразу же бессонная ночь в переходах по волчьим тропам, тревога из-за близости к вампирам, да и неприятный осадок после встречи с бывшими соплеменниками — всё заставило мрачно оценивать будущие перспективы. Даже дети выглядели вялыми, несмотря на то, что ранее они горели желанием увидеть, как живут вампиры, да и побывать в родной стае им хотелось.

— Нам надо отдохнуть и привести себя в порядок, — потянув зверя Рохха за шею, попросила Искра.

Вскоре волк выбрал место для отдыха, остановился и сошёл с дороги. Все с радостью сняли с себя ношу и обернулись в человеческую ипостась, чтобы обсудить увиденное. Они пробежали мимо нескольких поселений, где жили оборотни-рабы, и каждому хотелось рассказать о том, что он заметил.

Вонь, налёт обречённости, но вместе с этим много землянок, наличие одежды и еды.

— Скоро день кормления у вампиров, — тихо напомнил Войтек Рёху, который вдруг стал говорить, что в рабстве не всё так уж плохо. В ответ на это оборотень замер с открытым ртом и повесил голову.

— Да знаю я, — угрюмо бросил он, отводя глаза, — но я хотел сказать, что, возможно, мы заслужили рабство и хозяев! Посмотрите: ведь освободились, а хозяевами своей жизни не стали.

— Как не стали? — удивился Поррт.

— Я имею в виду не нас, а тех, кто остался в лесу.

Искра слушала разгорающийся спор — и уголки её губ приподнимались в лёгкой улыбке: их маленькое сообщество полюбило посидеть у костра, обсуждая разные проблемы. Иногда темы для разговоров были бытовые, но чаще искали истину в философских вопросах, а когда началось общение с орками, то всё чаще поднимали глобальные темы и говорили о мироустройстве.

Даже дети становились активными участниками в этих беседах. Искре нравилось, что её семья теперь осознанно смотрит на мир. Никто не чувствует себя безвольной щепкой, несущейся в бурной реке и не осознающей ни себя, ни того, что не управляет своей жизнью.

— Пора, — решил Рохх, подавая руку жене и смотря ей в глаза. Он не сказал вслух, но его взгляд спрашивал её:

«Не передумала? Может, повернём обратно — и плевать на всё?»

Она лишь покачала головой и прижалась к его груди. Им нельзя отступать, как бы страшно ни было.

В зверей уже не оборачивались, и мужчины несли короба на своих плечах и в руках. Подходя к городу, они каждое мгновение ожидали неприятностей, но ничего, кроме нарочито плотоядных взглядов, злых слов или неприличных жестов не встретили. Лорд Таний дал чёткие указания страже по поводу своих гостей, а слухи о том, как он покарал тех, кто посмел напасть на его личную оборотницу, уже наводнили город, и все ждали её, чтобы посмотреть.

— Это она… — звучало со всех сторон.

— Она уже была здесь, помните… — шептались другие.

— Не похожа… у той платье было…

— А эта без платья, что ли?

— Всё равно они все животные, и лорд делает ошибку, выделяя одну их них…

— Он её пьёт, так что у нас всё по-старому…

— Говорят, что её кровь — деликатес…

Искре хотелось заткнуть уши, но она шла с гордо поднятой головой и снисходительно улыбалась горожанам и, наверное, из-за этой маленькой провокации они старались делиться своими мыслями как можно громче.

— Какие славные щенята! Я бы выпил их прямо сейчас! — раздалось совсем рядом, и Риско дёрнули за руку, намереваясь втащить в толпу.

Поррт бросил корзины, намереваясь прыгнуть за сыном, но ничего не успел сделать, потому что Рохх зарычал, удерживая его на месте и запугивая-придавливая силой альфы городских вампиров, а вспыхнувшая яростью Искра кинулась в толпу, как нож в мягкое масло. Защита лорда Тания действовала, и кровососы с ужасом бросились врассыпную, а те, кто оказался поблизости, верещали, наблюдая как части тела каменеют и осыпаются прахом.

Риско вытолкнули прямо на Искру, едва не сбив её с ног. Мальчишка, да и все остальные отделались испугом, но идти дальше ни у кого не хватало сил.

Оборотни стояли, понимая, что попытка вновь разделить их повторится, и дело не в том, что вампиры голодны, а в том, что им противен сам факт появления в городе в качестве гостей оборотней. Да к тому же найдутся те, кто желает бросить вызов лорду Танию, используя его гостей.

Искра не очень понимала устройство жизни вампиров. Глава клана считался отцом своим подданным, и они от него зависели физически, но враги у лорда имелись, а значит, политическая борьба существовала, и Искра оказалась на острие в данный момент. Об этом надо было подумать заранее, хотя что бы это изменило?

Сделав несколько глубоких вдохов, стараясь успокоить колотящее сердце, она дала знак Торру, чтобы он взял на руки Рюю и держался поближе к ней. Тирра и Дирра она сама взяла за руки, а Риско и сын Аи должны были идти позади неё, прикрытые взрослыми оборотнями по бокам. Рохх собирался замыкать их маленькую процессию, но его надо было избавить от котомок. Одну могли взять мальчики и нести вдвоём, другую Ая, но…

…толпа раздвинулась, пропуская одного из приближенных лорду вампира.

— Прелестная гостья! — чуть скривившись, но всё же демонстрируя некоторую радость, воскликнул он. — Глава ждёт тебя, поспеши!

За этим вертлявым юнцом показались стражники. Они окружили гостей своего лорда, ограждая их от толпы. Никто не помог нести корзины, не сказал: «Добро пожаловать!»

В общем-то, это отметила только Искра, а её друзья настороженно оглядывались, ожидая нового подвоха. Но, слава Луне, добрались до замка, где Таний встретил их лично.

Придирчиво оглядев Искру в простеньком, но свежем платьишке, он перевёл взгляд на Аю, потом на малышку Рюю и остался доволен их внешним видом. Усилия Искры по наведению красоты не остались незамеченными. И дело было не в том, что лорд оценил красоту оборотниц, а в том, что они были ухожены и опрятны. Любой, кто обозвал бы их животными, выглядел бы вздорным.

— Оборотница Искра и все, кто с ней пришёл — мои гости! — громко обратился ко всем служащим Таний. — Если с ними что-то случится, то ВСЕ в замке будут казнены.

Гробовое молчание было ему ответом. Слуги переводили взгляд с лорда на его гостей и соображали. Кто-то с тревогой смотрел на ворота, собираясь то ли бежать, то ли закрывать их, чтобы никто посторонний не зашёл и не навредил бесценным гостям.

Искра физически ощущала, как превращается в объект пристального внимания, но в безопасности всё равно себя не почувствовала. Лорд что-то затеял. Его угрозы слугам и тем, кто проживает в замке, никак не могут быть обоснованы интересом от скуки к иномирной оборотнице. В прошлый раз он использовал её, чтобы спровоцировать своего отца и расправиться с ним, а что же он задумал сейчас?

— Прошу! — Таний величественно повёл рукой, приглашая пройти, и даже проводил немного.

— Шами, доченька, я могу положиться на тебя? — обратился лорд к девушке, стоящей в стороне с подружками.

Она заволновалась и поспешно кивнула.

— Вот и хорошо. Рамина, — обратился он старейшей ученой, —ты хотела поговорить с нашей гостьей. Дозволяю.

Улыбнувшись всем и никому конкретно, Таний отправился по делам, а к Искре подошла женщина, от которой кровь в жилах стыла. Очень красивая и одновременно пугающая. Черты её лица были резковаты, но совершенны в своей правильности. Яркие глаза передавали ум и холодность.

— Рамина, — холод разбил нежный голосок дочери Тания, — сначала я устрою наших гостей, а потом…

— Ты слишком много внимания уделяешь мелочам, — небрежно бросила колючая дама. — У нас в руках иномирянка, а тебя волнуют приличия.

— Для отца это важно, — чуть замявшись, но гордо вздёрнув носик, ответила Шами и широко открыла глаза в удивлении, заметив, как ей провокационно улыбнулся Торр, да ещё затейливо выгнув бровь.

Искре хватило времени, чтобы сообразить, как лучше вести себя. Её спутники немного растерялись и чувствовали себя подавленно, находясь в огромном помещении среди вампиров высшего сословия.

Сколько бы ни рассказывала Искра о замке, о том, что чем изящнее кровосос, тем он сильнее, но в голове оборотней это укладывалось с трудом.

— Леди Шами, — почтительно обратилась Искра к юной вампирше, а старая упырица насмешливо посмотрела на неё. — Нам потребуется немного времени для отдыха, чтобы привести себя в порядок с дороги и подготовить для показа то, что мы привезли. Но мы не всё могли захватить с собой, и если бы нам предоставили место на кухне и печь, то наш подарок был бы полным.

— Да, да, — девушка приосанилась, а потом тихо спросила: — А что такое печь?

Теперь уже Искра смотрела на неё, широко открыв глаза.

— Волчица, тебе надо к кузнецу, — фыркнула Рамина. — У него ты найдёшь печь.

— А где же вы жарите мясо? — не дала себя сбить с толку Искра и вновь обратилась к юной леди.

— Ах, очаг? — быстренько перехватила инициативу Шами. — Я всё покажу!

Молоденькие вампирши, держась стайкой, повели гостей к лестнице и, постоянно оглядываясь на Торра, о чём-то шушукались, а он надменно поглядывал на них и делал интересное лицо, если видел, что на него смотрит дочь лорда. Неожиданная смелость парня и устроенные им гляделки неожиданно разрядили обстановку, и оборотни стали с интересом осматриваться.

На них произвела впечатление уходящая ввысь чёрная лестница, сама высота тоже захватывала, и все подходили к перилам, чтобы посмотреть вниз и вверх. Искра понимала, что её друзьям всё в диковинку! Многоэтажность и прочность замка, окна со стёклами, огромные гобелены и мебель, высокородные вампиры. Но Искра не давала всем задерживаться, понимая, что сейчас на них устремлено множество глаз, и всё будет обсуждаться в невыгодном для них свете. Этого не избежать, но пусть лучше это будут измышления, чем правдивые насмешки.

— Вот, — объявила Шами, когда одна из девушек толкнула дверь в ближайшие к лестнице покои. — Я выбрала вам самые большие, чтобы не разъединять вас. Папа сказал, что стая держится вместе, — не совсем уверенно закончила она.

— Благодарю вас, леди Шами, — неожиданно произнёс Рохх, прежде чем Искра успела что-то ответить. — В данных обстоятельствах вы сделали наилучший и мудрейший выбор.

Юная леди хлопнула глазами, и чтобы скрыть смущение от удовольствия услышанной похвалы, важно кивнула и удалилась. Через несколько шагов подружки сплотились вокруг неё и перебивая друг дружку торопливо обменялись впечатлениями, несколько раз оглядываясь на оборотней.

— А ты, оказывается, дамский угодник? — тихонько проворчала Искра мужу.

— Думаешь, у меня получилось быть вежливым? — нервно спросил Рохх.

— Ещё как! — хохотнула Искра.

— А знаешь, это не страшно — разговаривать с вампирами, — задумчиво ответил он. — Их превосходство не безусловно, и ты абсолютно права, что всё в наших руках.

— Рохх, только не забывай, что всему своё время. Сейчас наша цель обратить на себя внимание и чтобы к нам отнеслись, как к разумным, имеющим определенную ценность для мира.

— Не волнуйся, милая. Я тебя не подведу. Я костьми лягу, но создам для нашего ребёнка безопасное пространство.

Искра согласно кивнула, хотя всё ещё надеялась вернуться в свой мир. Там им всем было бы спокойней и безопасней. Она ни разу ни словом, ни делом не солгала, и действовала всегда исходя из блага для всей расы местных оборотней, но ведь не откинешь тот факт, что в одиночку не изменить устоев!

Мальчишки разбежались по выделенному помещению и громко выражали свой восторг всему увиденному. Мужчины осматривались настороженно, а Ая подошла к окну и не могла оторваться от него.

— Это кровати? Какие мягкие! — изумлялась маленькая Рюя.

— Там вода, она сама течёт, и сама уходит куда-то! — орали мальчики.

Стоило больших трудов всех угомонить и заставить по-быстрому вымыться.

— У нас ещё много дел! — повторяла в сотый раз Искра. — Вечером простирнёте свою одежду и сами ещё раз вымоетесь.

— А я зверем помоюсь, можно?

— Можно, только убрать за своим волком придётся самому.

Искра потёрла виски, пытаясь сосредоточиться. Страх за Риско, которого горожане чуть не утащили, вылился в ярость и в последующее осознание безнадёжности своего положения. Едва удалось справиться с эмоциональными качелями, когда появился сопровождающий. Искра вошла в замок и разговаривала с лордом Танием как в тумане.

Спроси её сейчас, что она говорила и отвечала — не вспомнит. Пришла в себя, только когда Рохх что-то сказал юной хозяйке замка. Она с самого начала знала, что её друзьям и даже рассудительному мужу будет трудно перебороть враждебность к вампирам, и не ждала от них многого. Но Рохх её удивил, да и остальные выглядели более чем достойно. Вот только дети сейчас перевозбуждены и слишком активны, но пусть лучше так, чем тихие слезы или глухая ненависть.

Искра посмотрела на Аю:

— Нам надо посмотреть замковую кухню, — устало произнесла она. Новость о том, что в замке готовят на очаге, оказалась полной неожиданностью и рушила планы.

Ая подошла к Искре и обняла её.

— Ты бледная. Как ты себя чувствуешь?

— Без сил, — выдохнул девушка.

— А мне всё кажется сном. Кошмар наяву, — призналась Ая. — Надо было оставить детей в стае Старха. Там плохо, но…

— Но угрозы жизни не было бы, — продолжила Искра, коря себя за самонадеянность. Из-за благодушного отношения к ней Тания она неверно расставила приоритеты опасности, и первым за это чуть не поплатился сын Поррта. Они все прошли по грани в тот момент.

— Но всё обошлось, и мы здесь, — твёрдо сказала Ая, а подошедший к оборотницам Войтек добавил:

— Переживать обо всем будет потом. Сейчас надо делать то, что задумано.

— Шаман, — обратился к Войтеку Рёх, — ты видишь наше будущее?

— Я не провидец, — рассердился он.

Все взрослые прислушивались к получившемуся разговору. У всех голова шла кругом от увиденного и случившегося. Каждому требовалось услышать какие-то поддерживающие слова, наставления.

— Войтек? — Рохх внимательно смотрел на шамана. — Ты нервничаешь?

— Мы все нервничаем, — огрызнулся он.

— Но ты сам не свой.

— Здесь слишком много камня для меня. Я словно оглох и ослеп, — неожиданно пожаловался шаман.

Рёх рыкнул: лишиться поддержки шамана в столь неподходящий момент... этого никто не ожидал.

Впрочем, планы Искры продемонстрировать разнообразие выпечки тоже рассыпались. Что ещё пойдёт не так?

— Послушайте, — Войтек нахмурился и закрыл глаза. Его кулаки были сжаты, а мышцы напряжены. — Мы не просто так сюда пришли. Я давно чувствовал, что грядут перемены и лунная оборотница будет в центре всего. Мы не должны отступать. Наши жизни уже не имеют значения. Я не знаю, выживем ли мы и будем участниками перемен, или погибнем, и благодаря нашим смертям перемены будут неизбежны. Но мы там, где должны быть, а всё остальное — в наших руках.

— Мы в руках вампиров, — мрачно поправил шамана Поррт. Он чуть не потерял Риско и до сих пор не мог прийти в себя.

Рохх ободряюще похлопал его по плечу и произнёс:

— Но мы не жертвы, и этим надо пользоваться.

А дальше всё так закрутилось, что некогда было гадать, чем закончится визит к вампирам. Рохх отправился с девушками на кухню и помогал им, чем мог. Искра, Ая и он держались вместе. Надо было идти в хранилище продуктов, значит, шли втроём. Надо было идти во двор и набирать зерно — опять шли вместе.

К обеду удалось собрать все необходимые продукты и подготовить к использованию. Из зерна, которое хранилось как корм скоту, смололи муку. Поставили размораживаться найденное в холодном запаснике масло, частично успели подготовить ингредиенты для начинки для пирожков. А проблему с печью решили обойти так: часть пирожков надеялись поджарить в масле, часть приготовить на пару, соединив котелки и устроив пароварку, и малую часть выпечь при помощи толстостенной чугунной сковороды с крышкой, которая должна была послужить аналогом минипечи. Но первые результаты будут ближе к вечеру, а пока их пригласили на обед, и оборотни надеялись, что не в качестве основного блюда.

Повара на кухне сторонились оборотней, всячески выражая свою брезгливость, но наказ главы помнили, и предпочитали даже не приближаться к ним. Искре их поведение было на руку. Она хотела, чтобы секреты выпечки сохранялись как можно дольше, и в процессе подготовки продуктов делала много лишнего, стараясь запутать приглядывающих за ними поваров. А когда пришла служанка леди Шами предупредить о скором обеде, Искра собрала все заготовки и потащила в выделенные покои, опасаясь пакостей. И ей плевать было, как посмотрели на это работники кухни. По пути она ещё зачерпнула полный таз колотого льда и вручила его Рохху.

Конечно, не было никакой гарантии, что продукты не испортят прямо в покоях, но она хотя бы об этом узнает, так как где только можно оставила метки. Чуть-чуть рассыпала муку при входе; положила яйцо на крышку, закрывающую фарш, и прикрыла его уголком полотенца; на ручке входной двери оставила волос; проход перегородила стульями, так что чужой обязательно оставит следы пребывания.

На обед шли все вместе. Искра попросила служанку леди Шами принести несколько маленьких плетёных корзинок, которые прилично было бы выставить на стол, и когда она их принесла, то выложила порезанный на кухне тот хлеб, что они привезли. Его пришлось немного реанимировать, обрызгав водой и подержав на толстой горячей сковороде под крышкой, чтобы хлебный дух ожил.

Никто никогда не выглядел так нарядно, как сейчас, и этот факт вызывал нервные смешки и дурацкие шутки. Даже малышка Рюя высказала надежду, что если её будут есть, то подавятся бантиками на косичках и на платье. Она знала, что вампиры пьют оборотней и Искра совершенно не пострадала, когда лорд вкушал её кровь, но также малышка видела, как безумный вампир разрывал на части взрослого волка, и это надолго стало её кошмаром. Казалось, что множество дел и время позволило ей забыть об увиденном, но нет, вспомнила.

Огромные резные двери распахнули перед особыми гостями главы клана и впервые за всю историю оборотней посадили за стол вместе со всеми в оглушающей тишине.