Глава 2. О ТОМ, ЧТО СМЕРТЬ ЭТО НЕ ВСЕГДА КОНЕЦ.
Чёрт! Как же плохо!
Тошнит. Внутренности, судя по ощущениям, морским узлом связало. Всё тело ломает так, будто меня вместо мяча использовала команда футболистов. И холод просто собачий. Ненавижу холод! Издержки детдомовского детства с вечно холодными комнатами, когда, чтобы согреться, тайком пробирались в постель к друг другу и лежали, прижавшись носами, в обнимку с Дашкой...
Дашка…
Вадим…
Осознание случившегося со мной накрыло в одно мгновение подобно безжалостной, сметающей всё на своём пути, лавине.
Только вот…
Осознанием всё и закончилось! Внутри был абсолютнейший вакуум.
Я должна была захлебнуться от разрывающей души боли потери и предательства. Должна была биться в агонии. Рыдать, размазывая по лицу слезы. Но ничего этого не было. Я ничего не чувствовала. Абсолютно ничего!
Почему я ничего не чувствую? Почему не бьюсь в истерике от предательства? Почему не плачу от боли, пожирающей изнутри? Почему этой боли нет? Почему внутри так холодно и пусто?
Хотяяя...
Не чувствую... Не испытываю боли... Лишь равнодушие при мысли о них...
И это так хорошо.
Может я умерла?
Умерла... Последнее, что помню, даёт однозначный ответ, что я попала под машину. Ощущения, полученные при этом, что выжить не могла. Но покойники боли не испытывают, а боль однозначно была и есть. Физическая боль. Болит тело. А раз оно болит, значит оно есть. Боль означает, что я всё ещё жива. Хотя не уверена, стоит ли радоваться этому факту.
Все эти мысли пронеслись в моей многострадальной голове со скоростью пули.
Поборов жесточайшую слабость, открыла глаза и... начала ржать!
-Очень приятно, попаданка!
Нет, баловалась конечно по юности книжками волшебными, но попасть хрен знает куда точно не мечтала.
А на небе меж тем светили два солнца: привычный золотой диск и тёмно-красный поменьше. Возникла мысль протереть глаза, но смысл? Сомневаюсь, что лишнее солнце от этого исчезнет. Не двоится в глазах уж точно, слишком разные эти два светила.
Кинула взгляд вокруг. Лес какой-то непроходимый вокруг. Деревья странные, корявые. Где-то слышала, что такие страшные деревья обычно растут в аномальных зонах. Почему то не удивлена. Я со своим везением, только в такое место и могла попасть. Ха-ха три раза.
А место действительно жуткое. Будь я барышней впечатлительной, и не чувствуй сейчас себя замороженной куклой, точно в обморок грохнулась бы.
Где я вообще?
Если взять в расчёт тот факт, что, прежде чем попасть сюда, я скорее всего умерла, может это чистилище?
А что?
Рай я однозначно не заслужила, потому как праведностью, как поступков, так и помыслов, никогда не страдала. Ад? Навряд ли. Грешна, да. Были поступки, за которые могут взыскать, но не настолько весомые. Никого за свою жизнь не убила, ну кроме мух и тараканов. Животинок никогда не мучила, даже подкармливала по возможности. Воровала? Было дело в голодной юности, но не думаю, что украденная палка колбасы и несколько плиток шоколада могли привести меня сюда.
Хотя…
Есть один момент, за который мне действительно стыдно. Роман с женатым мужчиной на заре моей молодости. И даже не могу оправдать себя тем, что любила. Нет, любви, по крайней мере с моей стороны, не было. Было тепло, в котором отогревалась моя замерзшая душа. А когда он сказал, что собирается подавать на развод, порвала все контакты. Последнее, что слышала о нём - жена родила ему мальчишек-близнецов. Бог миловал, не разрушила семью, хотя грех совершила. Может и правда чистилище?
Почему так холодно-то?
Скосила глаза на себя... Мда... Лежу на небольшом пятачке, посреди страшного леса, в чём мать родила! Попадать, так сверкая прелестями.
Зашибись!
Странная апатия, сковавшая душу, никуда не делась. Всё было, как любит говорить Дашка, по барабану.
Дашка...
Совершать какие-либо телодвижения не было никакого желания, но нудизм никогда не входил в список моих хобби.
Скрипя зубами, суставами, и всем, чем можно, заставила своё непослушное тело принять сидячее положение. Неподалёку заметила поросший мхом пенёк, кряхтя доползла до него и взгромоздилась сверху.
Уфф! Как марафон пробежала!
Ну что, проведём инспекцию когда-то движимого, а сейчас не очень, имущества? Руки, ноги, голова, все остальные, не менее нужные, части тела. Ни синяков, ни ссадин. Хотя точно помню, как слышала оглушающий хруст собственных костей, не переживших встречи с огромным джипом. Боль от перелома я бы не пропустила. Но нет её, да и остальная боль почти прошла. Осталась лишь слабость. Но что-то подсказывает мне, что если ещё немного подожду, то и она исчезнет.
Откуда знаю, спросите Вы?
Пятая точка подсказала. Та самая, которая чувствует сейчас, что от пенёчка, на который я имела глупость её примастырить, исходит странное тепло, проникающее под кожу, а затем поднимающееся вверх по телу и, словно волной, смывающее всю усталость и боль.
Чем дальше, тем страньше.
Лечебное деревце что ли?
Или у меня просто глюки? А что, окружающая меня сейчас реальность вполне вписывается в эту гипотезу.
Да какая в сущности разница? Я жива. Лучше стало, и хорошо. И не просто хорошо, а ооочень хорошо. Очень-очень хорошо! Захотелось смеяться.
Передоз с пенёчком?
Побочка от местного лечения?
Голова немного кружилась как от бокала хорошего вина. Сижу голая на волшебном пенёчке и мне чертовски хорошо! Просто класс, но что дальше то делать? Вязать юбку из лопухов и мастерить лифчик из древесной коры?
Ага... Глядишь встречу здесь какого-нибудь Тарзана, выйду за него и будем вместе по лесу бегать.
Ха-ха.
Ха-ха-ха-ха!
Уф, аж живот заболел от смеха.
Блин, а ведь это совсем не нормально, начиная с этого аномально-ненормального леса, меня сейчас окружающего, и заканчивая странным пнем, на котором сидела. Да, про идиотский, непрекращающийся смех забыла.
А, пофиг!
Давно так хорошо себя не чувствовала!
И мысли всякие болезненные в голову не лезут.
Благодать!
Сбоку что-то сверкнуло. Медленно скосила глаза в сторону и чуть позорно не завизжала.
Какого хрена?!?
Моя медная от рождения шевелюра, с редкими вкраплениями рыжего и золотого, вдруг превратилась в, переливающийся всеми оттенками красного, взрыв мозга.
Что за шутки, блин, безумного стилиста?!