Глава 13

Казалось, это будет длиться бесконечно. Я умирала и снова воскресала объятая пламенем. Слезы стекали по горячим щекам, их кто-то собирал… я не помню.

— Она едва не сгорела Авриэль, ты понимаешь, что демону такого уровня, как ты очень тяжело найти наминью, которая выдержит пламя подобной силы. Тебе несказанно повезло и ты так глупо едва ее не потерял, — вещал старческий мужской голос. Я попыталась открыть глаза, что получилось не с первой попытки.

— Очнулась кроха? — перед взглядом возник седой старик с аккуратной небольшой бородой, в черном халате. Врач? — Вот и умничка, сильная девочка, теперь все будет хорошо.

Надеюсь…. Попыталась сесть, но меня уложили обратно.

— Тебе пока нельзя вставать.

К кровати подошел Риэль и тут меня прорвало. По щекам заструились слезы. Я рывком отползла в угол кровати, прикрывая рот рукой, чтоб сдержать рвущиеся рыдания. На лице демона читалась такая мука, как будто его распинают заживо. Страх уже прошел, но я все никак не могла успокоиться и перестать рыдать так, что дошло до икоты. Врач протянул мне стакан с какой-то мутной жидкость, на вкус немного сладковатой. Я выпила мелкими глотками и успокоилась, но внутри было как-то очень пусто. Упала на подушку, осмотрелась. Я не у себя в комнате. У него. Начала накатывать новая волна истерики, но тут же улеглась. Интересное лекарство, надо будет узнать рецепт.

Демон присел рядом и подхватил мою руку. Я посмотрела на свою маленькую ладонь в его лапе и что-то мне не понравилась, что-то…. Порезы. Вся рука была испещрена порезами, дальше плечо, и вторая рука тоже. Откинула простынь, на мне были одни трусики, но стеснения не было, все внимание занимали многочисленные порезы, испещряющие моё тело. Демон немного сжал мою ладонь, привлекая внимание, я как будто очнулась и резко выдернула ее с его руки.

— Шрамов не останется, — прошептал он.

Шрамов не останется…. Сознание, как-то по-жесткому тормозило. Укрылась простынею и снова откинулась на подушку.

Пристально посмотрела демону в глаза.

— Что это было? Мы о таком не договаривались, — голос был немного хрипловатым и дрожал. Страшно… страшно побывать за гранью, страшно гореть заживо в огне, страшно, когда демон, наградивший тебя подобными муками, сидит рядом с тобой на кровати.

— Я… — Риэль запнулся и отвел взгляд, — Тинал, расскажи, — бросил он врачу и выскочил из апартаментов, как ошпаренный.

Тинал вздохнул и опустился на рядом стоящий стул.

— Понимаешь дитя, — начал вещать старик, — огонь воспротивился его измене, а пострадала ты, — я непонимающе посмотрела на него. — Я так понимаю, что информации в этом вопросе у тебя по минимуму.

— Правильно понимаете, — подтвердила догадку врача.

— В таком случае проведем небольшой просветительный урок. Наминья в переводе с древнего языка ада, означает принимающая пламя. У каждого демона внутри есть пламя разной силы, которое дает силу демону, но в то же время оно выжигает его изнутри, причиняя муки, такова плата. Со временем к этому привыкаешь, как к фону, но с годами боль только усиливается и тогда демон начинает искать свою наминью, ту, которая сможет высвобождать его пламя и прекратить мучения. Огонь за жизнь принимает не больше двух носительниц и не всем легко их найти, особенно таким, как Авриэль. Пламя внутри него очень мощное. Да, это делает его на порядок сильней остальных, но в то же время и сжигает изнутри. Это чудо то, что ему удалось найти тебя в столь короткие сроки. Такой шанс был даже не на тысячу — на миллион, что он встретит достаточно сильную девушку, чтоб пламя приняло ее. Когда демон встречает свою наминью, нельзя сказать, что для него перестаю существовать другие, но не для пламени, в особенности для такого сильного как у него. У других более слабых демонов подобного бы не случилось. Риэль переспал с другой девушкой и огонь стал с двойной силой выжигать его, противясь происходящему. Естественно он пришел к тебе, чтоб избавиться от мучений, но пламя очень разбушевалось и когда высвободилось при помощи тебя, на тебе же и сорвалось. При такой силе иначе быть и не могло, еще удивительно, как ты выжила.

— Спасибо, — поблагодарила я за пояснения, — оставьте меня, пожалуйста, мне надо побыть одной.

Врач кивнул и молча удалился. Я прикрыла глаза.

Хочу, чтоб он прошел через тот же ад, что и я.