Глава 44. Откровения

Ни один человек не может заставить другого открыться добровольно. Он может только ждать. И может это случится.

Открыться перед кем-то — это сродни тому, как упасть в ледяную воду, не зная, умеешь ли ты плавать. Глубоко там или мелко… И так постоянно допускала ошибки в отношениях с Максом. Те же разговоры на цыганском, не в меру проявленная искренность… И наконец, я получала настоящее удовольствие рядом с ним, не задумываясь ни о чём.

Узнай бы о таком Джелвира или мои наставники, то, наверное бы, не одобрили подобное поведение. Хотя почему, наверное?

Но с ним я всегда была настоящей. Раньше не задумывалась об этом. Но лишь с Вотеру большую часть времени начинала дышать полной грудью, забывая о проблемах, о яде, о том, что это вообще-то моя работа. Охмурять… Да, Данев, моя видимо более расчётливая и хладнокровная половина, постоянно напоминал мне о моих целях, но так ли это было действенно? Отнюдь.

Шагнуть сейчас в бурлящую реку, отражающуюся в глазах Вотеру, чтобы открыть все карты было страшно. Но так же понимала, что он не шутил на счёт единственного шанса. Такой уж он. Слов на ветер не бросает, иначе не быть ему Императором столько лет.

И как назло на этот раз Данев не спешит давать мне советы. Затих. Затаил дыхание. Как и Максимилиан, смотрящий с непроницаемым лицом. Впрочем, неплохо изучила этого мужчину. Его едва заметное волнение выдавали сжатая челюсть и поддёргивающийся уголок рта. Для общей картины не хватало только подсвечивающихся красным глаз. Но он держал себя в руках.

— За моим появлением в твоей жизни стоит Джелвира Вотеру, — сказала и сама растерялась.

Потому как вроде бы не давала команды мозгу на подобные откровения. Макс же будто бы выдохнул с облегчением и кивнул мне, чтобы продолжала.

— Как и сейчас. Этот наиглупейший план — её рук дело. Перес её любовник и она решила, таким образом, снова обратить твоё внимание на меня. Я была против, но меня никто не слушал, — признавалась и чувствовала, как на сердце становится легче с каждым произнесённым словом.

И не подозревала, как сильно это давило на меня.

— Ты сама к ней пришла? Вчера. После того как… покинула наше с Данеру общество.

Этот он сейчас так тактично говорит о вспышке моей ярости и трусливом побеге от хозяина и возможного будущего опекуна?

— Нет, конечно, — покачала головой, не отводя взгляда. — Она сама нашла меня сегодня ночью. Не знаю как. Но Вира весьма искусна в зельеварении и ядах. Вполне могла давать мне что-то, что помогает ей следить за моими передвижениями. Но это только догадка. Она не знает, чья я дочь и о моей сущности, так что ночью пришлось соврать ей, что ты узнал, что я цыганка и прогнал прочь. Ничего другого в голову просто не пришло. И вот таким образом она решила посмотреть захочешь ли ты вернуть меня, увидя в руках другого.

— Какие цели она преследует?

— Тем, что подсунула меня тебе? — уточнила и, дождавшись едва заметного кивка, продолжила: — Это сложно.

— А ты попробуй, Дана. Уверен моей эрудиции хватит, чтобы понять её мотивы.

С моих губ сорвался смешок. Он недооценивал Джелвиру. И не в хорошем смысле, а в плохом.

— За четыре года мне удалось неплохо изучить эту тварь, — скривилась. — Она от чего-то считает, что за каждым успешным мужчиной стоит женщина, которая управляет им.

Он выглядел обескураженным. И я его понимаю. И сама когда в первый раз услышала об этом, не могла поверить своим ушам. Ладно бы ещё этим самым мужчиной был не Максимилиан Вотеру…

— Допустим, могу понять, откуда у неё такие мысли, — задумался он. — Она крутила Оллериком как хотела.

— Вира надеялась, что ты проникнешься ко мне и станешь доверять. А уж в дальнейшем? О тут её желания были безграничны и ещё более абсурдны. От твоего убийства до полного контроля. Она, несмотря на то, что ты добровольно передал трон своему племяннику, панически боялась, что захочешь всё переиграть, когда осознаешь, насколько тот никудышен в этом качестве, и тогда власть утечёт из её рук.

— Положим. Но почему ты? Почему она выбрала именно тебя?

— О-у, — вот тут я смутилась и отвела глаза в сторону.

— Дана?

— Может, ты лучше ей задашь этот вопрос? — стыдливо посмотрела на него и покраснела.

— Я хочу услышать это от тебя, малышка, — мягко, но твёрдо потребовал Макс.

Шумно выдохнула…

— Меня обучали, — выпалила и, кажется, покраснела ещё больше.

— В качестве рабыни? — он приподнял бровь. — Но это и так очевидно.

— Нет, — покачала головой. — В качестве идеальной для тебя девушки.

Его зрачки расширились, а я опустила взгляд вниз.

— Манипулирование, искусство лжи, что тебе нравится в постели… Я встречалась с твоими бывшими любовницами. Вообще это были странные годы, Макс, направленные на изучение… тебя.

Шокированное молчание говорило само за себя, но всё же нашла в себе силы поднять глаза снова.

— Я не могу сказать, почему выбрали меня конкретно. Джелвира выбирала невинную, красивую и ещё говорила что-то про вызов, огонь и непокорность. Честно? Мне немного неловко это обсуждать.

— А сколько из твоего поведения было правдой? — от этого вопроса моя душа ушла куда-то в пятки.

Вот как ему объяснить, что толком и не играла всё это время? Да никак не играла. Просто была собой… Это было совсем уж стыдно признаваться насколько сильно мне хорошо с этим демоном. Настолько, что совсем потеряла голову.

"А стоит признаться", — язвительно первый раз влез в разговор Данев.

Ну не знаю… Всё же я цыганка. Мы гордый свободный народ. Как бы не пытались меня перекраивать сначала отец, потом Императрица мою гордость и упрямство им сломить не удалось. Да научили подстраиваться. Вливается в пространство как песок, принимая нужную форму. Но одно дело притвориться и играть, а совсем другое признаться в своих настоящих чувствах. Это как-то…

"Стыдно?" — съехидничал внутренний демон.

Зараза! Не знаю почему, но на этот раз Макс не стал настаивать, а продолжил этот нелёгкий для меня допрос. Без пристрастия, но выворачивающий наизнанку.

— И наконец, последний вопрос, Дана… Что именно тебя подвигло продолжать осуществлять этот наиглупейший план? А что он именно такой очевидно сразу… Но ты же могла мне всё рассказать… Неужто ты не понимала, что моя защита для тебя лучший выход при любом раскладе? Особенно, когда убили Оллерика.

Уже хотела открыть рот, чтобы признаться в яде, но нас прервал стук в дверь.

— Войдите, — резко крикнул Вотеру, явно недовольный тем, что нас прервали.

Но зашла сюда никто иная как Джелвира… Макс уже вскинул руки по направлению к ней. Не знаю, что конкретно он хотел сделать. Обездвижить? Убить? Но невольно, опасаясь второго варианта, крикнула ему:

— Нет!