Глава 5

Егор

Встреча с начальством оптимизма не принесла, но отменять операцию никто не собирается. Придется как-то выкручиваться самому. Поддержка и прикрытие, блин. Грохнет меня Рыков, и дело с концом. Но делать нечего, еду к нему на ковер.

Сворачиваю к его дому, а внутри все сжимается от неприятного предчувствия. Чего можно ждать от разъяренного мужа? Придется пойти и проверить. А вдруг она тоже будет там… Сердце взволнованно реагирует на эту шальную мысль и учащает свой ритм. Невольно вспоминаю тонкие черты лица, соболиные брови вразлет, густые пушистые ресницы и четко очерченные, чувственные губки, которые так и хочется поцеловать. «Нельзя думать о ней», – мысленно одергиваю себя, но воображению все равно. Игнорируя все мои запреты, рисует в голове картинку, как я целую изящную шею, кончиками пальцев скольжу по плечам вниз, кожа такая нежная, словно бархатная, покрывается мурашками от моих прикосновений, и сладостный женский стон отчетливо раздается в ушах. Тело реагирует совершенно определенным образом.

– Твою мать! – резко давлю на тормоз. Машина встает колом в нескольких метрах от ворот. Энергично трясу головой, прогоняя к херам все видения и откровенные фантазии. Сдурел я совсем. Она чужая женщина. Чужая жена. Мы по разные стороны баррикад. А проблемы мне ни к чему.

Откидываюсь на спинку, прикрываю глаза и вспоминаю таблицу умножения, чтобы хоть немного снизить градус возбуждения. Тело нехотя отзывается, мстительно награждая болезненным послевкусием в штанах. Вот мало было мне проблем. Идиот. От неудовлетворенности мерещится уже всякое, надо вечером подцепить какую-нибудь красотку и снять напряжение. Если доживу, конечно…

Шумно выдыхаю и подъезжаю к воротам. Створки разъезжаются в разные стороны, пропуская меня внутрь. Останавливаюсь на парковке и выхожу на улицу. Навстречу идет Макс. Пожимаем руки в знак приветствия.

– Насколько все плохо? – негромко спрашиваю у него.

– Не критично, – подбадривает и ведет к входу в дом.

Облегченно выдыхаю, если бы хотели убить, загрузили бы в багажник. Пока поднимаемся на второй этаж, я окончательно успокаиваюсь и снова чувствую уверенность в себе.

– Здесь жди. – Макс останавливает меня перед входом на террасу и один проходит внутрь. Нервно осматриваясь, невольно ища Алену, и прислушиваюсь к их разговору.

– Михаил Алексеевич, Егор приехал.

– Надо же, не испугался. Ну зови.

Усмехаюсь. Да, конечно, не испугался. Выбора просто нет, вот и все. Макс выходит и жестом приглашает меня войти. Выдыхаю и решительно захожу внутрь. Рыков с бокалом стоит около невысокого бордюра и смотрит вдаль.

– Добрый день, – приветствую его напряженную спину.

– Алена – моя жена, – разворачивается, стреляя в меня убийственным взглядом. – И ты очень сильно ее разозлил.

– И то, и другое я уже понял, – сухо констатирую, с готовностью выдерживая его натиск. Не считаю, что поступил неправильно. Моя совесть чиста.

– Нихрена ты не понял, – рявкает он, швыряет бокал в сторону и подлетает ко мне. Хватает меня за грудки и встряхивает, как тряпичную куклу. – Никто не имеет права огорчать мою жену, кроме меня, – цедит сквозь зубы и небрежно отталкивает. – А она расстроена и виноват в этом ты, Егор, – тычет в грудь морщинистым пальцем.

– Я так не думаю, – говорю очень спокойно и с каким-то извращенным удовольствием наблюдаю за тем, как его выкручивает от эмоций.

– Заткнись, – орет Михаил и буквально трясется от ярости. – Я плачу тебе деньги, чтобы ты выполнял свою работу, а не высказывал свое мнение. Ты понял меня?

– Я другого не понимаю: я был честен с вами, выполняя свою работу, вы же не посчитали нужным, сообщить, что это ваша жена.

– Я предупреждал тебя, чтобы с нее не упал ни один волос. – Его грудь тяжело вздымается, а глаза наливаются кровью. – Предупреждал тебя!

– И ни один волос не упал с ее головы, – равнодушно пожимаю плечами. Я сделал все, что было в моих силах, и упрекнуть мне себя не в чем.

– Алена так не считает.

– Откуда вы знаете, что она считает? – криво ухмыляюсь и вспоминаю нашу встречу. Ее потерянный взгляд, который она пыталась спрятать за пьяной агрессией. Не такая она. Не стала бы ему жаловаться, а значит, Рыков блефует.

– Она моя жена, Егор, и у нас замечательные отношения.

Внутренности скручиваются тугим узлом, а дыхание застывает в горле. С каким бы удовольствием втащил ему за эти слова. За то, что касается этой женщины. За то, что я сам не имею права к ней прикоснуться. Помешательство какое-то.

– И поэтому вы наняли человека, незнакомого ей, чтобы следить? – с трудом выдавливаю из себя, судорожно пытаясь поймать равновесие. – У вас прекрасные отношения, просто замечательные. Полное взаимопонимание.

– Тебя это не касается!

Тут он прав. Но меня такой расклад не устраивает. Точнее, у меня словно раздвоение личности. Головой понимаю, что не надо лезть на эту чужую территорию, но инстинкты, эмоции, сердце, в конце концов, вторят об обратном. Холодный разум побеждает. Глубоко вдыхаю и медленно выдыхаю. Почти полностью прихожу в себя и говорю ему то, что должен.

– Вы наняли меня на работу, разглядев во мне неглупого человека, а теперь огорчаетесь, поняв, что это действительно так? В чем моя проблема?

– Проблема в том, – Михаил подозрительно прищуривается, сканируя меня взглядом, – что я не верю тебе…

– Я тоже вам не верю, – развожу руки в стороны. – И у меня причин гораздо больше. – Чувствую, что его натиск слабеет, и продолжаю. – Я не собираюсь оправдываться за то, чего не делал. Обещал работать на вас, но под вами я никогда не буду.

– Пошел вон, – шипит он.

Не спорю. И так считаю, что этот раунд остался за мной. Разворачиваюсь и ухожу. Удача сегодня явно на моей стороне. Дохожу до лестницы и слышу какое-то движение сверху. Поднимаю голову и вижу Алену. Заметив меня, она застывает на верхней ступеньке.

Скольжу взглядом по ее бесконечно длинным ногам, виднеющимся в вырезе халата, по тонкой талии, перетянутой поясом, по аппетитной груди, мерно вздымающейся в такт дыханию, и останавливаюсь на лице. Точнее, тону в бездонных голубых озерах ее глаз. Замираю, не смея пошевелиться, лишь сердце разгоняется все быстрее и с силой врезается в ребра.

Чувствую, как губы сами собой расплываются в улыбке. Но Алена не отвечает. Нахмуривается и сбегает от меня. Едва сдерживаюсь, чтобы не стартануть следом. Черт. Вот попал. Недовольно качаю головой и заставляю себя спуститься. Похоже, встрял я не по-детски. Эта женщина творит со мной что-то невообразимое. Один взгляд – и я готов рухнуть к ее ногам. Что это еще за херня такая? Срочно телку мне! И выпить!

* * *

Сразу от Рыкова еду на встречу со своими. Они ждут результата, а мне, в общем-то, не о чем доложить. Налажал по всем фронтам, что теперь будет? А хрен его знает.

Сворачиваю к уже знакомому пустырю. Автомобили Стаса и Сергея уже здесь. Давно ждут, интересно? Хотя нет, мне совсем не интересно. Это их проблемы.

Паркуюсь аккурат между двух кроссоверов своих начальников и выхожу из машины. Они о чем-то негромко переговариваются, но, увидев меня, идут в мою сторону. Пожимаем руки.

– Как все прошло? – хмуро спрашивает Стас.

– Да хрен его знает, – пожимаю плечами. Сам не понимаю, чем закончилась наша встреча. Рыков явно был крайне зол, но я выжил, а это, наверное, много значит.

– В смысле? – встревает Сергей.

– В прямом.

– Ну что он сказал-то?

Шумно выдыхаю и вкратце излагаю им наше милое общение с МихАлом, исключая встречу с Аленой. Ни к чему им знать о моей маленькой слабости.

– Дело плохо, – сухо констатирует Стас и напряженно потирает подбородок. – Надо выводить его из-под удара…

– Ты с ума сошел? – Сергей сразу же начинает противостояние. – Он увяз там по самые уши!

Как дети, ей-богу. Закатываю глаза к небу и складываю руки на груди, наблюдая за их перепалкой. Делать, что ли, нечего?

– Мы так не договаривались, – рычит Стас, напирая на Сергея. – Я не позволю подставлять своего человека.

– Стас, остынь. – Тот смягчает ситуацию и пытается договориться. – Ничего пока не случилось.

– Хочешь подождать, пока случится?

– Вас не смущает, что я здесь и все слышу? – словно между делом интересуюсь и окидываю их снисходительным взглядом.

– Не вмешивайся, – рявкает Стас, пронзая испепеляющим взглядом насквозь. И правда, лучше не лезть, пусть сами разбираются.

Примирительно поднимаю руки и отхожу. Опираюсь на капот своей тачки и достаю телефон. Медленно листаю контакты и раздумываю, кому позвонить. Юлька вроде ничего такая и не будет ломаться… Позвонить или написать?

– Что за дела, Серег? Мы так не договаривались. – Краем уха слышу продолжение перепалки и хмыкаю себе под нос.

– Ну извини, не всегда все получается, как планируешь.

– Да как-то хреново ваше ведомство планирует!

– У нас завелась крыса, и пока мы ее не поймаем, Егора нельзя вывести из игры. Это опасно в первую очередь для него! – Сергей отчаянно пытается отстоять свою позицию, но со Стасом трудно спорить.

– Ты понимаешь, что, если с ним что-то случится, я поеду и разнесу эту богадельню к чертям собачьим?

– Понимаю, – на удивление быстро соглашается Сергей. – Даже отмажу тебя в этом случае.

– Лады.

Краем глаза замечаю, что пожимают руки. Слава богу, договорились. Хотя как договорились. Без меня меня женили, и дело с концом. Офигеть просто какие красавцы. Усмехаюсь и качаю головой.

– Егор, – окликает меня Стас.

Отталкиваюсь от капота, убираю телефон в задний карман джинсов и иду к ним. Что-то эта идиотская ситуация мне порядком поднадоела. Я уже давно взрослый мальчик, способен сам за себя решать, и няньки мне совершенно не нужны.

– Значит, так, товарищи начальники, – обвожу их невозмутимым взглядом. – Эта операция – дело принципа. И пока могу, я буду в ней участвовать. На этом предлагаю дебаты закончить, – жму им руки, все так же бесстрастно разглядывая их недоумевающие физиономии. – До связи.

Ухожу обратно к машине, сажусь за руль и завожу двигатель. Телефон словно прожигает карман, напоминая о незавершенном деле. Я же хотел позвонить. Разблокирую его, но почему-то лезу не в контакты, а в галерею. Нахожу фотографию Алены и залипаю на несколько секунд. Глаза, губы, изящная шея, тонкие пальчики. А-а-а, я хочу ее. Нет, не так. Я хочу только ее! До трясучки. До дрожи в пальцах. Твою мать!

Несколько раз бьюсь головой о подголовник, чтобы выбить дурь, но не помогает. Перед глазами так и стоит ее образ в длинном атласном халате. Изгибы тела, бесконечно длинные ноги и упругая, высокая грудь. Невозможно быть такой… Не могу думать ни о чем, кроме этой чертовой бабы. Проворожила она меня, что ли?

Стискиваю зубы от злости на себя. Нельзя встревать в эту историю. Ну совсем нельзя. Никак! Небрежно бросаю телефон на пассажирское сидение, открываю окна и выжимаю газ, резво трогаясь с места. Скорость поможет выплеснуть адреналин и проветрить бестолковую голову. Нахрен все.