Глава 5. Виктория

Сердце подпрыгивает к горлу, и, если бы не чужая рука, сковывающая мой голос, замок, наверное, содрогнулся от душераздирающего вопля. Пытаюсь вырваться, но незнакомец не позволяет мне отстраниться. – Успокойся, Лея! Это я, я – Элдрик! – голос звучит твердо, но без угрозы. Я сглатываю, но останавливаюсь, хотя меня по-прежнему трясет, и тогда ладонь на моих губах расслабляется. Поворачиваю голову и вижу мужчину. Его лицо частично скрыто капюшоном плаща, но я могу разглядеть суровую линию подбородка, покрытого легкой щетиной. – Элдрик? – повторяю едва слышно. – Шшшш, – отвечает тот, прикладывая палец к губам. А затем приподнимает край капюшона, и я утыкаюсь в красивые глубокие глаза цвета морской волны, глядящие на меня внимательно и нежно. – Скорее! – человек протягивает руку, закованную в грубую кожаную перчатку, потрескавшуюся от времени. Тысяча вопросов вертится у меня на языке, но голоса, приближающиеся к нам, становятся все громче. Времени на раздумья нет и, повинуясь странному чутью, я киваю, позволяя незнакомцу увлечь меня в темный боковой коридор. Кто он? Друг или враг? Союзник Аделлеи или еще один, кто желает ей – мне – смерти? Не знаю. Но сейчас у меня нет выбора, кроме как довериться этому человеку, появившемуся из ниоткуда. Только бы не из огня да в полымя! Послушно иду за ним, чувствуя, как его пальцы крепко сжимают мою ладонь. Возможно, это глупо. Возможно, именно так и попадают в еще большую беду. Но сейчас он – моя единственная надежда. А надежда всегда слегка отдает безумием. – Сюда, – шепчет он, резко дергая меня за руку и вжимая в стену, когда из-за угла показываются люди в форме. Я задерживаю дыхание. Сердце бьется так громко, что, кажется, его слышат все вокруг. Однако, стражники проходят мимо, не замечая нас в тени тяжелых бархатных штор. Когда звук их шагов затихает, мы продолжаем путь. Наблюдаю за своим проводником. Он движется решительно, но иногда останавливается, оглядываясь по сторонам, словно не до конца уверен в маршруте. Его брови хмурятся, когда мы подходим к развилке коридоров, и он на мгновение колеблется, выбирая направление. Нет, он определенно не слуга этого дворца и не частый его гость. Он действует по наитию или, возможно, по заранее изученной, но не идеально запомненной карте. Мы поворачиваем за очередной угол и застываем на месте. Прямо перед нами – трое стражников, ведущих оживленную беседу. Секунда замешательства, и мой проводник резко дергает меня в сторону, пока не стало слишком поздно. Еще пара поворотов, и он внезапно тормозит, дергает какую-то неприметную дверь, буквально втаскивая меня внутрь, после чего мы оказываемся практически в полнейшей темноте. Я ничего не вижу. Чувствую только, как руки крепко хватают меня за плечи, оттаскивая вглубь комнаты. А потом – неожиданно – его губы обрушиваются на мои в пылком, отчаянном поцелуе. Шок парализует меня. На несколько секунд я замираю, не зная, как реагировать. И лишь затем отталкиваю его. – Лея? – в его голосе звучит удивление. Мысли лихорадочно мечутся в голове. Очевидно, что между ним и Аделлеей что-то есть… или было. Но что я могу ему сказать? Извините, но я не имею понятия кто вы такой и не привыкла лобызаться с первым встречным? – Сейчас не время, Элрик, – произношу я, стараясь звучать твердо, но не слишком отстраненно. – Элдрик, – поправляет тот с ноткой раздражения. – Все хорошо? «Хорошо?!» – хочется мне закричать. Я заперта в чужом теле, в чужом мире, отдана на растерзание какому-то жуткому императору и скрываюсь от стражи с человеком, которого не знаю, но который, очевидно, ожидает от меня определенных чувств. Ничего не хорошо. Все катастрофически плохо. – Я… не… – слова застревают в горле. Сказать правду? Невозможно. Он примет меня за сумасшедшую, и тогда я точно останусь без помощи. Нужно играть роль Аделлеи, какой бы сложной она ни была. – Не волнуйся, Лея, – голос Элдрика смягчается, в нем появляются нотки нежности. – Я здесь. Я пришел за тобой, любимая. И я не отдам тебя этому ужасному человеку. «Любимая». Слово обрушивается на меня тяжелым грузом ответственности. Этот человек рискует жизнью ради Аделлеи. Ради женщины, которой я не являюсь, но которой должна притворяться, если хочу выжить. – Как тебе удалось проникнуть сюда? – спрашиваю, стараясь звучать естественно. – Стража Валериана не настолько безупречна, как надеется император, – в его голосе слышится определенное ехидство. – Во дворце не так уж мало желающих набить свой карман за небольшую помощь. Что ж, это не удивительно и ожидаемо. Такое случается в каждом из миров… – И какой план? – возможно, мой вопрос звучит слишком прагматично, но мне нужно знать, что нас ждет. Сегодня свадьба первого лица государства, замок наверняка уже кишит гостями и стражей. Не представляю, как можно умудриться выбраться отсюда незамеченными. – Оставим объяснения на потом, – уклончиво отвечает он. Это не устраивает меня. Может, настоящая Аделлея и слепо доверяла этому Элдрику, но я – нет. Пусть я и импульсивна, но далеко не дура. А сейчас на кону слишком многое – наши жизни. Не думаю, что попытку побега мне так просто простят… Так что я решительно качаю головой. – Нет. Я хочу знать, как мы выберемся отсюда. Я не сделаю ни шага, пока ты не расскажешь, что задумал. В темноте я слышу тяжелый вздох, а затем чувствую, как его руки снова находят мои и прижимают к его груди. – Ты мне веришь, Лея? – его голос звучит почти умоляюще. – Веришь мне, как я верю тебе? Вопрос застает врасплох. Верю ли я ему? Человеку, которого встретила десять минут назад? Единственное, что я знаю точно – сейчас он, возможно, моя единственная надежда выбраться из этого кошмара. Но ответить я не успеваю, ведь дверь комнаты распахивается, и яркий свет из коридора врывается внутрь, буквально ослепляя нас. В дверном проеме вырисовывается огромная фигура, от которой по спине пробегает холодок. Даже не видя лица, я чувствую исходящую от незнакомца властность и силу. А затем низкий, насмешливый голос прорезает звенящую тишину: – А вот это очень зря, Улвин!