Глава 54. Секрет

Фелиция Олсен

– Бросьте эти глупые церемонии. Натворили же вы дел, графиня Фелиция Олсен. И что мне теперь с вами делать? — строго просил Грегориан Пятый, заставляя меня похолодеть от страха.

— Что будет угодно вашему величеству, — покорно ответила я, опуская взгляд.

— Ты истинная дочь своего отца: умная, воспитанная, преданная. Аластер поведал мне твою историю, и я зол. Не бойся, девочка. Я сердит на твоего так называемого мужа, а не на тебя. Я действительно получал отчёт Дерека Айса и усомнился в вашей лояльности мне и короне, но если бы Аластер Дарк пришёл и рассказал мне то, что узнал от тебя, то тебе бы не пришлось переживать все те лишения и тяготы, что выпали на твою долю. Да и предателя мы бы выявили и поймали гораздо раньше. Ты хочешь что-то спросить? — поинтересовался король, видя, как я нервно кусаю губы.

— Да, ваше величество. Что с Аластером? Почему он не навестил меня? — задала я самый волнующий меня вопрос.

— Каратель Аластер Дарк сидит в темнице за совершённые им преступления. Кстати, при обыске дома Дерека Айса было найдено письмо, написанное твоей рукой, что подтвердил Аластер. Тебе знакомо его содержание? Что ты скажешь об этом? — спросил монарх, показывая мне проклятую бумажку, написанную под угрозами блондинистого гада.

— В этом письме нет ни слова правды. Я написала его под давлением Дерека Айса. Он угрожал… насилием, — призналась я, обмирая от ужаса. Ал в тюрьме. Из-за меня. Чем ему помочь?

— Хорошо. Я рад, что ты не стала жертвой принуждения, но всё же… Ты ведь понимаешь, что твой брак с карателем невозможен, — твёрдо сказал король, вызывая у меня настоящую панику.

— При всём уважении к вашему величеству, но наш союз освещён в храме Матери и подтверждён. Я люблю своего мужа и не хочу его терять, — понимая, что наглею, сказала я.

— Любите? Что за глупости, Фелиция?! У меня два обескровленных старинных рода, предатели в ближнем кругу Департамента, а вы говорите о чувствах! Вы аристократка, единственная наследница одного из богатейших графств, славных своими традициями и предками. Не позорь своё имя, девочка. Властью данной мне, я объявляю твой брак недействительным! Ты прошла обряд под чужим именем, следовательно, незаконно, — гневно произнёс Грегориан Пятый.

Вокруг короля заклубилась сила. Он читал какое-то заклинание, а мою руку с брачной татуировкой жгло огнём. Я со слезами смотрела, как чёткий рисунок бледнеет, пока и вовсе не исчез с руки.

— Каратель графине не пара. Ты выйдешь замуж за другого, — безжалостно произнёс монарх.

— Не выйду. Вы не получите моего согласия, а без него даже королевская воля не сделает обряд действительным, — сдавленным голосом произнесла я.

За подобную дерзость жестоко карали, могли даже казнить, но мне уже было безразлично. Если в моей жизни не будет Ала, то и толку от такого существования мало. Быть может Вечные будут милостивы к нам, и в следующей жизни я буду рядом со своим карателем.

— Как ты смеешь?! — взревел Григориан Пятый.

— Отец! Ты обещал, — неожиданно заступился Сайрус.

— Ты не будешь противиться жениху, если хочешь увидеть своего карателя живым и свободным — это моё условие, — немного пригасил огонь своего гнева король.

— Если… если я сделаю то, что будет приказано, вы отпустите Аластера и никакое наказание или лишение имущества его не коснётся? — уточнила я.

— Единственная вина карателя Дарка состоит в том, что он скрыл беглую графиню и женился на ней против моей воли, поэтому — да. Ты примешь нового супруга, а я не только освобожу Аластера и восстановлю его в должности и правах, но и награжу не только за раскрытие заговора, но и за то, что сумел сохранить последнюю представительницу славного старинного рода… пусть и таким неоднозначным способом, — подтвердил мои слова Грегориан Пятый.

Внутри всё переворачивалось от боли и отвращения к какому-либо другому мужчине, но у меня не было права на малодушие и эгоизм.

— Я выполню вашу волю. Даю слово графини Олсен, — едва слышно произнесла я слова древней клятвы, и её знак отпечатался на моей ладони и запястье короля.

— Вот и прекрасно. Не задерживайся долго, Сайрус. Нам ещё нужно решить ту гору проблем, что успел создать ты, — бросил король своему сыну, гордо удаляясь из выделенных мне покоев.

Как только дер закрылась, из меня как будто вынули стержень. Не обращая внимания на присутствие Сайруса, я прижала опустевшее запястье к сердцу и горько разрыдалась, до конца ещё не веря в то, что не смогу больше обнять своего Аластера, целовать его, таять от нежных ласк или сгорать от страсти.

— Лисс… ты разрешишь мне по-прежнему к тебе так обращаться? — спросил принц, осторожно присаживаясь рядом со мной.

Я молча отодвинулась, не позволяя наследнику себя обнять.

— Я не могу тебе много сказать. Отец заставил меня дать клятву, — сообщил мне принц, показывая ладонь со знаком. — Не плачь, Фелиция. Доверься мне — всё будет не так плохо, как ты вообразила. Я тебе помогу, только не гневи отца. Сделай так, как он приказал, — попросил Сайрус.

— Спасибо. Называйте меня, как раньше, — вытирая слёзы, попросила я. — Вас не было на балу. Всё хорошо? — спросила я, надеясь немного отвлечься от разрывавшей меня боли.

В конце концов, Сайрус не стал бы обещать мне помочь, если бы не собирался нам посодействовать.

Сейчас я была готова на всё что угодно — сбежать после свадьбы (ведь клятва не даст уклониться от обязательств) или любую другую авантюру лишь не принадлежать другому мужчине, а принц стал моей надеждой — соломинкой для утопающего.

— Ты не поверишь, что я сделал! — с каким-то мальчишеским восторгом заявил Сайрус, закатывая рукав и показывая мне золотую вязь эльфийской брачной татуировки.

— А ваш отец? — спросила я, убаюкивая своё осиротевшее запястье.

— Ни у него, ни у эльфийского короля нет власти над этим. Только, это пока секрет. Не могу рассказать больше, хочу только поблагодарить и попросить себя не накручивать. Отец… сердится на вас не так сильно, как хочет показать, остальное… прости. Потом узнаешь. Просто верь мне, — сказал Сайрус, прежде чем поцеловал руку и торопливо ушёл, оставляя меня полную смятения и тревог.