Глава 36

— Рассказать правду, — пробормотала Анна, сама не понимая, что повторила слова Джордана, — Правду?

Склонив голову, она закрыла глаза, пытаясь воскресить в памяти хоть что-нибудь, кроме бескрайнего и безотчетного ужаса. Ничего не получилось. Все крутилось вокруг крови и ножа. Вокруг той страшной комнаты.

— Скажи мне, Анна, — настойчиво потребовал Джордан, подаваясь вперед, — Правду, которую можешь знать только ты.

Повелительный мужской голос привел Анну в чувство. Вздрогнув, она открыла глаза. Она не поняла, как это произошло, но в один момент комната словно исчезла, испарилась. Весь мир сосредоточился на мужчине, который не отводил от нее взора. Анна поняла, что сейчас, именно сейчас, впервые смотрела на Джордана, не испытывая страха. Внутри нее все дрожало, но только не из-за страха. Вовсе нет.

— Что если я не знаю этой правды, Джордан? — прошептала она.

Джордан едва не отшатнулся в сторону. Собственное имя прозвучало из уст Анны слишком неожиданно.

— Что ты хочешь этим сказать, Анна? — сквозь зубы протянул он, недовольный самим собой. Эта девчонка затуманила его разум, заставляя забывать то, что ему было необходимо. Как он мог думать о чем-то что не касалось смерти Джессики? Сейчас и всегда, только это важно. Только это и ничего кроме.

Анна вздохнула, чувствуя странное опустошение внутри себя. Опустошение, которое должно помочь сосредоточиться. Джордан хотел узнать правду? Ее правду?

Наверное, когда-нибудь этому суждено было случиться. Почему бы не позволить себе выговориться? Что если после этого, она сможет почувствовать хотя бы немного спокойствия? Пара признать себе и кому-то еще. Признать то, от чего она так долго бежала. Может пора остановиться? Позволить себе высказать в слух все, что накопилось в душе. А потом, жить так, как повезет. Так, как позволит этот мужчина, чей взгляд прожигал ее насквозь. Прожигал, но не согревал. Уже ничего не сможет спасти ее. Ничего и никто. Что еще она могла потерять?

— Меня продали в жены первому, кто смог предложить деньги моей обедневшей семье, — бесстрастно прошептала Анна, и только потом осознала, что закрыла глаза. Трусость, которую она могла себе простить. Почему-то в темноте, оказалось легче говорить. Темнота стала привычной. Все началось с нее, и точно так и должно закончиться. Иного пути просто нет. — Только вот я так и не успела стать женой. Уже следующим утром после помолвки, невеста оказалась в тюрьме. — вздрогнув, она открыла глаза. Ей хотелось посмотреть на Джордана, единственного человека, который сейчас был рядом. Пусть он и ненавидел ее, но он был здесь.

Джордан резко втянул в себя воздух, когда увидел безумие и опустошенность, которые светились в глазах Анны. Все, она должна остановиться. Ему хотелось сделать так, чтобы она замолчала. И все потому что он боялся. Прямо сейчас, он, как мелочный трус, боялся того, что скажет Анна дальше. Что если она скажет правду? Настоящую правду, с которой ему придется жить.

— Прекрати, — резко прорычал он, наклоняя голову. Он не хотел смотреть Анне в лицо. Не хотел видеть ее глаза и понять говорит она правду или нет. — я больше ничего не хочу слышать.

Но, Анна уже не думала о нем. Мысленно, она проигрывала в своей голове, каждую мелочь, каждое движение, которое должна была вспомнить. Пусть даже потом придется дорого расплатиться за это.

— Все, чего я хотела в тот вечер, сбежать, — прошептала она, уже не чувствуя слез бегущих по лицу. К чему все это, когда настоящая боль поселилась в ее сердце. Навсегда. Такая сильная, которую просто не получится излечить. Никому и никогда. — Как же сильно я хотела сбежать к бабушке. Но, она бросила меня, Джордан. Бабушка умерла. Все, что мне было дорого, умерло вместе с ней. Невыносимо больно терять любимого человека, — кивнула Анна, хмурясь, когда плечи Джордана вздрогнули. Словно ее слова легли на них непосильной тяжестью. Нет, этого быть не должно. Протянув руку, Анна осторожно провела пальцами по широкому разлету мужских плеч.

Джордан вскинул голову. Анна задрожала от его жесткого взгляда. Жестокого, но словно обнажившего его душу. Удивительно, но ей всегда казалось, что у него нет души и сердца.

— Думаю, вам это известно, — испуганно прошептала она, но руку так и не убрала. Как бы ей хотелось получить хоть немного его сил. Хотя бы немного, чтобы продолжить свой рассказ.

— Да, — резко выдавил Джордан. Анна застала его врасплох своим прикосновением. Этого он не ожидал. Так же как и ее сочувствия. Неожиданное и не желанное, но так ясно слышимое в ее голосе, — Терять дорогих людей очень больно, Анна.

Не удержавшись, Джордан оттолкнулся от стола и отошел в сторону. Почему бы просто не уйти отсюда? Прямо сейчас, чтобы больше не слышать ни слова.

Анна с трудом заставила себя усидеть на месте. Ей хотелось броситься за Джорданом. Но, нет. Лучше этого не делать. Она одна. Навечно.

— Знаешь, на что похожи мои дни и ночи? — хриплым голосом прошептала она, уставившись на собственные колени. Только поэтому она не заметила, как напрягся Джордан. — я все еще вижу ту ночь. Ночь своей помолвки. Ночь, когда я зашла в комнату. А потом боль. Сильная, невыносимая.

Джордан развернулся, сбивая рукой глиняный цветочный горшок с подоконника. Осколки жалобно захрустели под его ногами. Но, это его не остановило.

— Что ты сказала, Анна? Боль? — резко сказал он, вновь подходя к столу, — Какую боль ты испытала в ту ночь? Боль от того, что тебе пришлось кого-то убить? Ты хотела этого?

Анна покачала головой, слишком быстро и необдуманно. Виски тут же привычно заныли от резкой и уже невыносимой боли.

— Нет. Нет, — прошептала она, отворачиваясь. Ее взгляд остановился на осколках, по которым так безжалостно прошелся Джордан. Цветок, на который она прежде не обращала внимания, оказался раздавленным тяжелыми ботинками Джордана. Почему же прямо сейчас она так явно ощутила себя на месте этого невинного цветка, который даже не был удостоен взгляда. Совсем как и ее жизнь, раздавленная грубой рукой.

— Нет? — пробормотал Джордан, — Тогда почему ты это сделала?

Анна вскинула голову. Их взгляды схлестнулись в битве.

— Я никого не убивала, Джордан, — прошептала Анна, — Кто-то ударил меня по голове, — неосознанно, она прикоснулась рукой к затылку, будто вновь ощущая боль. Перед глазами появилась пелена, а голова неприятно заныла. Неловко, Анна сползла со стола, не обратив внимание на движение Джордана в ее сторону.

— Кто ударил тебя? — спросил Джордан, притягивая Анну к себе, — Посмотри на меня и ответь. Кто ударил тебя?

Анне было все тяжелее удерживать сознание. Джордан расплывался перед ней, отчего ее еще больше затошнило.

— Настоящий убийца, — прошептала Анна, отчаянно моргая и почти обмякнув на руках Джордана, — Тот, кто пытался убить меня на корабле, — уронив голову на мужскую грудь, она хрипло рассмеялась, — Тот, кто больше не сможет добраться до меня. Потому что вы рядом со мной.

Джордан не успел справиться с изумлением от ее слов, потому что ему пришлось удержать Анну, когда она потеряла сознание.

Когда Анна проснулась, то сразу поняла, сегодня к работе ей уже не вернуться. Темнота за окном подсказала ей, что уже слишком поздно, а может быть совсем рано. У Анны не было часов, чтобы понять сколько сейчас времени. Но, судя по усталости, которая так и не испарилась, до рассвета еще очень далеко. Анна вздохнула, внезапно почувствовав себя счастливой от такой мелочи. У нее просто не было сил, чтобы прямо сейчас сделать хоть что-то. Все, на что она оказалась способна, несколько простых движений на кровати.

Осторожно, стараясь не шуметь она приподнялась на локте. Ее взгляд тут же запнулся на спящем Джордане, который выглядел до смешного нелепо на единственном узком стуле, имевшемся в этой комнате. Вытянув длинные ноги, Джордан скрестил руки на груди и хмурился. Даже спящий, мистер Баррингтон хмурился. Анна не стала бы винить за это. Она не сомневалась, что сама засыпала и просыпалась точно с таким же выражением на лице.

Молясь о том, чтобы кровать не шумела, Анна снова опустилась на тонкую, но очень удобную подушку. С недавнего времени, она научилась ценить даже то малое удобство, которое выпадало на ее долю. Но, такое случалось не слишком часто. Поэтому, она собиралась насладиться всем, что у нее было прямо сейчас.

Подложив ладонь под щеку, Анна опустила другую руку на живот, поверх одеяла. Ее взгляд все так же неотрывно следил за спящим Джорданом, а вот мысли сосредоточились на внутренних ощущениях своего тела. Сейчас, в тишине и иллюзии покоя, она осталась наедине с терзаниями, которые не позволяли ей жить спокойно. Ребенка, который родится уже совсем скоро, но она никак не могла привыкнуть к этому. Иногда ее удивляла собственное бесчувствие к этому невинному существу. Неужели ее душа стала настолько черствой?

Анна вздрогнула от едва уловимого толчка. Отдернув руку, она сильно сжала пальцы и зажмурилась. Она хотела избавиться от этого ощущения, но если бы все оказалось так легко. Этого не забыть и уже не исправить. Никогда.

Ребенок становился все активнее, начиная настоящую борьбу в животе. Он словно понимал ее беспокойство. Только вот она сомневалась, что он когда-нибудь сможет принять все это. Очередной удар под самые ребра едва не заставил Анну вскочить с кровати, но она вовремя остановилась. Нужно просто немного потерпеть. Но сделать это оказалось тяжелее, чем представлялось.

Поморщившись, Анна на минуту задумалась, а потом отбросила прочь нежелание будить Джордана. Лежать и дальше не было сил.

Осторожно выпрямившись, Анна спустила ноги с кровати, а потом встала. Одеяло упало на пол. Наклонившись, чтобы поднять его, Анна только тогда поняла, что кто-то снял с нее платье. Осталось лишь нижнее белье.

Сжав губы, Анна покачала головой. Она сомневалась, что нашелся бы еще один человек, пожелавший прикоснуться к ней. Взглянув через плечо на Джордана, она нахмурилась. Зачем он сделал это? Почему не ушел после их разговора? Не похоже, чтобы стул был удобнее чем мягкая кровать в его комнате.

Вздрогнув, Анна поспешно отвернулась. Снова схватив одеяло, она вернула его на кровать.

— Как ты себя чувствуешь?

Вскрикнув, Анна развернулась, оказываясь прямо в руках Джордана. Возвышаясь над ней, он словно тисками сжал ее руки, но при этом совсем не причиняя боль. Его грудь вздымалась, будто он пытался совладать с каким-то внутренним, одному ему известному, порыву. Анна распахнула глаза, не в силах отвернуться. Она привыкла к его безразличию. И сейчас, то, что она видела ей не нравилось. Совсем не нравилось.

— Я не слышала, как вы встали, — прошептала Анна, вздрагивая и поспешно сбрасывая с себя испуг и странное оцепенение. Сердце колотилось. Неосознанно подняв руки, Анна схватилась за крепкие предплечье Джордана, всего на минуту, позволяя позаботиться о ее дрожащих ногах, — Вы испугали меня, — выдохнула Анна, хмуро глядя на него, но рук не разжимая.

Джордан тоже нахмурился. На лице не было и намека на то, что совсем недавно он так крепко спал. Или он лишь притворялся? От этого Анне стало неловко. Разжав руки, она отошла на шаг назад. Сейчас она очень жалела что у нее не было ничего похожего на халат. Обхватив себя за плечи и вскинув голову, она посмотрела на Джордана.

— Я не собиралась так долго спать, — сказала она, тут же поморщившись от собственного тона. — Не знаю, что со мной случилось.

Джордан приподнял брови. Анна поняла, что ее слова его удивили.

— Я бы не назвал это сном, — сухо сказал он, вновь осматривая ее, — Ты потеряла сознание сразу после нашего разговора. Ты провела на этой кровати большую часть дня. Думаешь это сон?

Анна нахмурилась от странного тона, с которым Джордан говорил с ней. Невольно, она отступила еще дальше.

— Наверное, я очень устала, — уклончиво сказала она, отводя взгляд. Что если он захочет вновь повторить этот разговор? Она сомневалась, что сможет еще раз пережить все это. Искренне сомневалась.

Джордан кивнул, впервые выражая согласие с ее словами. Пусть и молчаливое согласие. Скрестив руки на груди, он махнул головой в сторону кровати. И, в этом довольно простом жесте, сквозил самый настоящий приказ. Приказ, которого нельзя ослушаться.

— Возвращайся в кровать. Тебе следует отдохнуть, — теперь уже в слух озвучил приказ Джордан, заметив что Анна задумчиво смотрит на кровать.

Слова возражения застыли у Анны на губах, когда она почувствовала еще один толчок ребенка. Прижав руку к животу, она отвернулась, скрываясь от мужского взгляда, который сейчас стал только пристальнее.

— Что с тобой? — спросил Джордан, следуя за Анной, когда она подошла к кровати. Остановившись за ее спиной, он заглянул ее через плечо, что было сделать очень легко. Ее макушка едва ли доставала до его плечам. Джордан замер, рассматривая живот Анны, скрытый лишь тонкой, почти прозрачной тканью.

— Хорошо, я вернусь в кровать. Мне и правда лучше еще немного поспать, — прошептала Анна. Она уже согнула ногу, собираясь лечь на кровать, но тяжелые мужские руки остановили ее. Напрягшись, она попыталась дернуться в сторону, но и это у нее не получилось, — Я не хочу.

Джордан втянул в себя воздух, едва слыша что говорит Анна. Все, что он чувствовал сейчас, это нежность ее кожи под своими загрубевшими пальцами. Тяжело сглотнув, он провел пальцами вверх по обнаженной руке. Жар вспыхнул в его крови. Желание, которое не подавалось контролю.

— Нет, — выкрикнула Анна, все же умудряясь вывернуться из его рук. Резко развернувшись, она посмотрела ему в лицо, — Я не хочу этого. Не хочу.

Прищурившись, Джордан шагнул назад.

— Только мне решать, хочешь ты этого или нет, — рыкнул он, едва сдержавшись чтобы вновь не схватить Анну и прижать к себе. — Важнее то, чего хочу я.

Анна вздрогнула.

— Я не лягу с вами в кровать, — напряженно пробормотала она, — этого не будет.

— Нет, Анна, — отрубил Джордан, — Это произойдет. Как только родится ребенок, ты вернешься туда, где тебе место.

Джордан только потом четко осознал, что именно сказал. Он был так же удивлен, как и Анна. Но и отступать он не собирался. Черт бы его побрал. Он все равно сделает, то что сказал. Анна вернется в его постель. Теперь, он точно знал это.

— Но, — растерянно и очень испуганно прошептала Анна, — вы ведь говорили, что я вам противна. — ее рука легка на живот, словно защищаясь и это не укрылось от Джордана. Ничего не могло укрыться от него, — Вы не собирались, — она снова запнулась, не в силах подобрать верного слова.

Джордан не дал ей шанса. Шагнув к ней, он настойчиво оттеснил ее к кровати. Анна легко подалась ему. Она все еще не могла собраться с мыслями. То, что сказал Джордан крутилось у нее в голове, словно заезженная мелодия.

— Я собираюсь, Анна, — тихо и очень вкрадчиво сказал Джордан, склоняясь над ней, — И ты тоже. Тебе не удастся скрыться за ребенком, которого носишь, — его взгляд метнулся к ее животу, а потом вернулся, цепляясь за ее испуганный взгляд.

Не удержавшись, он осторожно взял ее за подбородок и поцеловал в нежные губы. Анна не успела удивиться или воспротивиться, когда Джордан быстро выпрямился.

— Ты живешь в этом доме только до рождения ребенка, Анна. Запомни это. — он усмехнулся и легко толкнул Анну на кровать, заставляя лечь на подушку, — Теперь спи.

Анна молчала и только смотрела на него. Джордану не нужны были ее слова. Не теперь. Не сейчас. У него появилось много вопросов, но получить ответы выйдет не так быстро, как хотелось бы. И к сожалению, единственным человеком, который ничем не мог ему помочь, была сама Анна.

Джордан вышел на улицу, плотно закрыв за собой дверь. Озабоченность появилась на его лице, когда он сойдя со ступеней, оглянулся, чтобы посмотреть на дом. Сказала Анна правду или нет, он выяснит это. И уже очень скоро.