Глава 34. Лиза

— Даже в бассейне не успел искупаться. — бурчал Даня за завтраком.

Брат до сих пор не мог поверить, что нас так быстро выставили из дома Умарова.

Это и впрямь было неожиданно. Прошло несколько дней, а я не могла поверить во все происходящее.

Ярослав уже не думал об общем ребенке. Разрушительный гнев поглотил его мысли, забирая спокойствие и здравый смысл. В нем остались лишь горькая боль и разочарование. Он смотрел с ненавистью на меня. Рассерженный и оскорбленный, Ярослав уже не думал о справедливости. Его разум был переполнен злобой и желанием отомстить. Он уже не помнил нашу ночь, когда соединились не только тела, но и души.

Гнев поглотил его полностью, превратив в монстра, готового уничтожить все и всех, кто станет на его пути. В его глазах отражалась ярость, которая готова разрушить все вокруг. Ярослав больше не был тем мужчиной, который мечтал о ребенке и дарил мне наслаждение.

Мое сердце было разбито. Ярый уже дважды сделал мне больно. Но теперь дело касалось не только меня, но и ребенка.

Единственное за что я была благодарна Умарову — это, что предотвратил аборт. С каждым днём понимала, насколько сильно люблю малыша у себя в животе.

Но радость от будущего материнства омрачалась наступающей реальность. Мне нужны были деньги. Я прекрасно осознавала, что финансовая стабильность является неотъемлемой составляющей счастливой жизни. Каждый день напряженно искала способы заработать деньги, которые позволили бы мне обеспечить будущего ребенка.

— Даня, поторапливайся. А то в школу опоздаешь.

Я посмотрела на часы. Мне уже и самой пора выезжать на работу в госпиталь.

Даня неторопливо дожевывал свой бутерброд, продолжая мечтать о бассейне в доме Ярого.

Благодаря неторопливости брата, я сильно опаздывала. К моему счастью старшей медсестры нигде не было видно. Поэтому я успела быстро привести себя в порядок и приступить к делам.

— Ты чуть не опоздала. Токсикоз? — зашептал Маша.

— Нет. Даня долго собирался.

— Вечно твой брат тебя подставляет. А что Ярый? Не звонил?

— Ой, Маш, нет, конечно. Я и не жду.

Я врала сама себе. Ждала. А в каждую проезжающую рядом черную машину с надеждой заглядывала.

Но Умаров не появился. Он обвинял меня в том, чего я не делала. Но самое обидное было то, что Ярослав даже не дал мне возможности объясниться.

— Лиза, ты ни в чем не виновата. Надо самой поехать к Ярому и все объяснить. — доказывала Маша.

Подруга знала во всех подробностях о том, как Умаров прогнал меня из своего дома.

— Маш, он меня прогнал ночью. Выгнал, как ненужную собачонку. Я никогда не прощу его!

Я боролась с собственными чувствами, полностью охватившими меня. Мне казалось, что удалось прорваться сквозь плотную завесу суровости Ярого к нежному и чувственному Ярославу. Но это оказалось лишь иллюзией.

Я продолжала выполнять свою работу в госпитале. Но все мысли были только об Умарове. Злость, обида на Ярого не покидали. Но к ним примешалось новое чувство.

Я влюбилась. Впервые в своей жизни испытывала безумное влечение к мужчине. А он не оценил моих чувств. Я погрузилась в глубины этой непозволительной страсти, и мои мысли были наполнены лишь Ярославом. С каждым днем мое влечение становилось сильнее, а он все так же оставался неподвижным, не подозревая об этом волнующем океане чувств, который захлестывал меня.

Умаров не оценил моих чувств, не заметил того огня, который разгорался в моей груди. Мои попытки привлечь его внимание были напрасны. Боль пронзала меня, но я не могла отпустить свою любовь. Я была пленницей своих собственных эмоций, потерянной в этом вечном танце страсти и неразделенной привязанности. Моя душа трепетала от любви впервые.

На улице уже стемнело, когда я вышла из госпиталя. Даже погода отражала мое настроение. Мелкий дождь стучал по козырьку крыши. Я посильнее укуталась в теплую удлиненную кофту из кашемира.

— Лиза?

Я повернула голову. К крыльцу госпиталя подошёл знакомый мне мужчина с огненно-рыжими волосами. Это был Ржавый.