36

Что именно хотел сказать мужчина, задав такой вопрос, Золотарев не сразу понял, поэтому недоуменно воззрился в его пьяное, но сосредоточенное лицо. Тогда Андрей подумал, что незнакомец очень даже привлекательный, и если бы тот не был настолько пьян, то возможно захотел бы продолжить знакомство. Но на данный момент настроение пребывало на нуле, так же как и либидо, поэтому когда мужик потянул его за руку от бара, в первую минуту оказал сопротивление. Незнакомец оказался настойчивым и знаком показал на уши, намекая на излишний шум и желание поговорить в тишине. Закатив глаза и тяжело вздохнув, Золотарев оставил свой непочатый стакан на стойке и поплелся за мужиком на улицу.

— Как же хорошо! — блаженно провозгласил тот, оказавшись в объятьях прохлады весенней ночи, и даже на радостях развел руки в стороны. — Чуть не оглох!

— Зачем приходить тогда? — криво усмехнулся Андрей, сунув руки в карманы поношенных джинсов.

— Подцепить кого-нибудь на ночь, для чего же еще? — честно признался незнакомец и протянул руку. — Анатолий.

— Андрей, — приветствовал Золотарев ответным рукопожатием. — Так, а от меня что надо?

— У тебя талант, что ты забыл в этом гадюшнике?

— Есть вариант лучше?

— Есть, — ухмыльнулся Анатолий и сделал из бутылки увесистый глоток. — Знакомые есть.

— И ты меня просто так с ними познакомишь? — закатил глаза Андрей, глядя на раскачивающегося из стороны в сторону странного мужика.

— Не просто так, естественно, — подошел тот ближе и слегка понизил голос. — Поехали ко мне, а там видно будет.

Абсурдность ситуации граничила с тупизмом, от чего Золотарев не удержался и засмеялся в голос. Возможно, если бы он был пьян, то подобное предложение и заинтересовало бы его, но он буквально только отошел от пульта, жизнь его катилась под откос, и случайный секс с совершенно незнакомым мужиком его мало интересовал.

— Проспись лучше! И с чего ты взял, что я гей?

— Справки навел, — осклабился Анатолий, приобнимая остолбеневшего парня за плечи. — Твой друг, бармен, оказался словоохотливым, увидев косарь, — словно по секрету продолжил он в самое ухо.

— Вот сука, — в сердцах выплюнул Андрей.

— Что ты теряешь? — медленно повел его в сторону парковки новоявленный ухажер. — Всяко лучше, чем в этом борделе. Выпьем, пообщаемся… Насиловать не стану, даю слово.

— Ты думаешь, я тебя боюсь?!

— Ну и отлично, — улыбнулся во весь рот Анатолий, достал из кармана ключи от машины и нажал на кнопку брелока. Тут же приветливо мигнул стоящий рядом новенький Rover, и мужчина открыл водительскую дверь. У Андрея неприятно засосало под ложечкой, и он сделал несколько уверенных шагов к машине.

— Ты за руль собрался в таком состоянии?!

— Конечно нет. Ты поведешь.

На секунду ключи от джипа оказались в воздухе, и Золотарев без усилий их поймал, ошарашено глядя на стоящего рядом безумца. Еще никогда ему не доводилось садиться за руль столь дорогого авто, а чудаковатый Анатолий вызывал все больше интереса своим поведением. Тем временем он, пошатываясь, обошел машину и забрался на пассажирское переднее сиденье.

— И ты не боишься, что я угоню машину? — поддавшись какому-то порыву, уселся за руль Андрей и вставил ключи в замок зажигания.

— Чё, яйцо Фаберже какое-то? В карман-то не спрячешь. Поехали давай. Жрать хочу.

— Куда?

— Выедешь со двора, налево и по проспекту гони. Там скажу, куда свернуть.

Андрей вырулил в указанном направлении, а Анатолий выудил телефон из внутреннего кармана и принялся заказывать пиццу с роллами на дом. Причем он не спрашивал, что предпочитает его попутчик, а уверенно говорил названия и количество порций. В тот момент, с опаской ведя машину по пустой ночной дороге, Золотарев думал, что в более нелепой ситуации ему еще не приходилось бывать, что по прибытии домой к рядом сидящему чудаку, оставит его у подъезда и благополучно свалит восвояси, что никаких знакомых у того и в помине нет и что он никогда в жизни не станет спать с таким, как он, ради чего бы то ни было. Как же он ошибался тогда…

У Анатолия оказался талант заманивать, и парень глазом моргнуть не успел, как они уже оказались в прихожей его просторной квартиры. К слову сказать, Меркулов тогда был не настолько пьян, каким показался в первое мгновение. Он досыта накормил и напоил отменным коньяком, оказался занимательным собеседником, а когда дело дошло до постели — страстным любовником. И прошедшего вечера было бы вполне достаточно, чтобы Андрей еще долго вспоминал ту встречу, но Толя сдержал обещание и утром, стоило только парню открыть глаза, спросил:

— Ты бывал в Москве?