44

Для нее казалось странным желание разделить свою любовь еще с кем-то, кроме них. Безусловно, при рождении детей чувства делятся на несколько частей, но это совершенно другое. А как же ревность? Или в подобных отношениях она отсутствует как таковая? В таком случае вообще можно было спать с кем угодно и не заводить отношений в принципе. Зачем обязательства, ощущение принадлежности и прочая ересь, присущая семейным, стандартным отношениям? Ира смотрела на них и не могла постичь того, что двое мужчин совершенно беззастенчиво открыли перед ней дверь в жизнь без рамок и условностей, годами прививаемых обществом, и ждут, что она ступит не только на порог, но и пройдет дальше. А как же дети и связанные с ними трудности в подобных семьях, ведь до Европы им далеко? Они до сих пор живут в стране с зашоренным понятием свобод и прав человека, но уже шагнули далеко вперед, создав между собой подобие гомосексуального брака.

Ира никогда не считала себя настолько смелой. Для нее все жизненные ценности и уклад во многом граничили с абсурдной простотой и стандартами. Она могла в тихую переспать с мужчиной в первый же день знакомства, параллельно встречаться с двумя, опять-таки в тихую, но никогда не поперла бы против общественного уклада из страха быть не просто осмеянной, но изгнанной из того самого привычного, примитивного общества, в котором жила. Теперь Веремеева сравнивала этих двух красавцев по обе руки от себя, которые с восторгом рассказывали о поездке в Египет, не с дорогими изысканными напитками, а с редкими декоративными птицами, настолько смелыми, что позволили себе выбраться из клетки и высоко взлететь. А она так и останется сидеть на своей жердочке, смотреть на небо и представлять то, каким может оказаться тот полет.

Возможно, в ней говорил алкоголь, возможно, внутренние рассуждения с самой собой, но постепенно Ира расслабилась, начала смеяться шуткам Андрея, есть мясо с протянутой вилки Меркулова и даже пританцовывать сидя под музыку, что включили незаметно для нее. Мужчины были словно магниты, дополняли друг друга, как инь и янь, но при этом тянулись к ней, Ирине, будто два мотылька. К концу этого странного дня девушка была окончательно растеряна в чувствах, сбита с толку их вниманием и разомлела от их обоюдного обаяния. Уже начало смеркаться, на реке появились отблески фонарей и пространство вокруг наполнилось стрекотом сверчков, когда телефон разразился назойливой мелодией, которую Веремеева установила на лучшую подругу. Она встала из-за стола и только тогда поняла насколько пьяна, потому что лишь чудом не вписалась в мангал, отошла к кованым перилам над причалом и взяла трубку:

— Алло?

— Юстас — Алексу, прием! — загадочным голосом проговорила Аня.

— На связи, — усмехнулась Ира.

— Как обстановка?

— Странная я бы сказала.

— И чем же?

— Такое и не объяснишь в двух словах. Давай лучше дома.

— Я тебе поэтому и звоню. Останусь сегодня у Ванька, так что не волнуйся.

— Оу, — покивала Ира и чуть не рухнула через перила на причал. — Это тот парень, с которым ты познакомилась на прошлых выходных?

— Он самый. Пойдем в клуб, а потом вроде к нему. Поэтому дверь закрывай, меня не жди и, судя по голосу, ставь сразу тазик возле кровати.

— Я такая пьяная?

— Скажи «Гибралтар».

К сожалению, осилить это слово Веремеева не смогла, а вместо этого начала икать и тихо с себя посмеиваться. Аня разделила веселость подруги только потому, что не знала в какой ситуации та оказалась. Пожелала ей отличного вечера и распрощалась, а Ира отлепилась от перил и пошагала к парням, которые что-то в этот момент тихо обсуждали.

— Вызовите мне такси, пожалуйста, — еле ворочая языком, проговорила Ирина. — Кажется, мне пора домой.

— Без проблем, — улыбнулся ей Толя и потянулся за телефоном. — Только помоги убрать со стола, ладно?

Вместо ответа девушка кивнула и начала собирать пустые тарелки. На помощь ей подоспел Андрей и указал направление к дому. Оказывается, в него можно было попасть через стеклянные двери, которые выходили на задний двор. И, схватив стопку грязной посуды, пошатываясь, Ира побрела по узкой дорожке, освещенной низкими фонариками, создающими атмосферу таинственности вокруг. Дождавшись, когда она отойдет на значительное расстояние, Золотарев наклонился к любовнику и выразительно на него посмотрел.

— Ты же не собираешься вызывать ей такси? — заговорщицки спросил он.

— Конечно нет, — усмехнулся Толя и спрятал телефон в карман…

Хлопнув по плечу любовника, Андрей поспешил за девушкой, виляющей по дорожке со стопкой тарелок так, словно со всех сторон ее обдували сильнейшие ветра. Он подскочил к Ире, придержал за одно плечо и указал направление движения. Глядящий им вслед Меркулов хмыкнул и покачал головой. Примерно на такой исход событий он и рассчитывал, и приложил все силы для того, чтобы именно это и случилось.