Глава 28

Маргарита возвращалась домой в смешанных чувствах. Перед глазами до сих пор стояло лицо Алана и то, как он глядел на неё сверху, так, будто она была центром вселенной.

«Нет, — пыталась убедить себя Бессонова. — Я поступила правильно, отказав ему…»

Всё было прекрасно до того момента, пока он не пригласил её на танец. Пришлось срочно ретироваться… Но продолжать веселье уже расхотелось.

Противный, ненавистный Вронский!

Это один из самых счастливых дней в её жизни! Грандиозное бродвейское шоу, на которое она пошла вместе с семьёй, затем приглашение в клуб. Музыка, волшебные коктейли, танец с Максом…

Будь проклят Алан Вронский! Невеста его не пустила на девичью вечеринку и правильно сделала. И тут же этот бабник потащился искать развлечений на стороне.

За тонированным окном проносились полные жизни яркие ночные улицы, мелькали весёлые лица прохожих. Отчего-то защемило сердце.

«Куда сейчас едет Алан? Искать очередную забаву на ночь или…» — додумать эту мысль Бессонова не успела.

— Грустишь, Рита? — Макс озабоченно вглядывался в её лицо.

Девушка потёрла правый висок.

— Что-то голова разболелась. У тебя есть аспирин?

Макс вытащил из-под сиденья бутылку воды и аптечку, покопавшись внутри, протянул ей таблетку.

— Только «Ибупрофен». Выпей, мы уже почти дома.

Через десять минут они подъехали к крыльцу. Сидевший за рулём Роман выскочил, обошёл лимузин и распахнул пассажирскую дверь. Морщась от нового приступа мигрени, Бессонова вышла и поблагодарила шофёра.

— Идём, — Макс повёл её к дому. — Расслабишься, примешь ванну. Это я виноват, не стоило предлагать коктейли…

Но Маргарита перебила его:

— Ты здесь ни при чём. Слишком много впечатлений за один вечер.

Если кого-то и можно винить, то только себя — не стоило соглашаться на поход в клуб, ведь она знала, что с Аланом ей будет не до веселья. Дверь открылась, и, помахивая хвостом, навстречу выскочил Дик. Девушка принялась гладить собаку.

— Чего не спишь? А ну марш в дом! — рявкнул на него Макс.

— Не кричи. Он просто ждал нас.

Подтверждая её слова, Дик ответил жалобным поскуливанием. Едва они зашли в прихожую, пёс завыл горестно и тоскливо, прерываясь на хрип. Это меньше всего напоминало радость.

— Да что с тобой такое? — Макс скинул куртку и присел на корточки. — А ну иди сюда!

У Бессоновой появилось неприятное предчувствие. Почему собака так себя ведёт? И тут же возникло подозрение. Пёс в последнее время спал в комнате отца. Может, с ним что-то случилось?

— Макс, мне что-то не по себе, давай заглянем к отцу!

Макс вскочил на ноги и поспешно пошел к лестнице. Не взбежал — взлетел на второй этаж. Превозмогая головную боль, Маргарита бросилась вслед за ним. И услышала крик брата:

— Скорее! Сюда!

Она уже неслась по коридору, дверь комнаты была распахнута настежь. И, вмиг похолодев, вскрикнула от ужаса. Макс стоял на коленях, склонившись над неподвижным отцом.

***

Спустя три часа Маргарита сидела в приемном покое в одной из лучших Нью-йоркских клиник и вместе с братом ждала, пока их пустят в палату. Макс держал её руку, повторяя:

— Помнишь, что сказала медсестра? С ним всё будет хорошо! Это не сердечный приступ. Он просто перевозбудился, слишком много впечатлений…

Но Бессонова сидела молча, не двигаясь. Эти три часа были самыми ужасными в её жизни. В тот момент, когда прибежала Нина, Макс делал искусственное дыхание, нажимая на грудную клетку отца, пульс которого едва прощупывался. Помощь подоспела быстро, медики вкололи какой-то препарат и осторожно положили отца на носилки. Как в тумане, Маргарита последовала за ними.

Макс неожиданно крепко сжал руку девушки, вырывая из тяжёлых воспоминаний

— Врач вышел, Рита!

Встрепенувшись, Бессонова подняла голову.

— Мы провели обследование. У вашего отца в крови найден антикоагулятный препарат. Что совершенно противопоказано при лечении мерцательной аритмии. «Кордарон» совместно с данным веществом способен вызвать тяжёлое кровотечение. У человека может резко меняется давление, вероятна потеря сознания, что и произошло в данном случае… — Заметив написанное на их лицах волнение, врач поднял руку. Его голос звучал обнадеживающе, уверенно: — Внутреннее кровотечение остановлено. Угроза жизни миновала. Пациент находится в удовлетворительном состоянии. Думаю, через несколько дней его можно будет выписать. Мы послали запрос лечащему врачу Юрия…

Макс резко перебил говорившего:

— Его нужно немедленно привлечь к ответственности. Я вызову полицию, пусть они во всём разбираются!

— Это врачебная ошибка, — согласился с ним врач. — Признаться, я очень удивлён.

— Можно нам увидеть отца? — Маргарита умоляюще взглянула на пожилого мужчину в белом халате.

— Сейчас он в медикаментозном сне. Думаю, лучше это сделать с утра.

Девушка прижала пальцы к вискам, чувствуя, как снова накатывает отступившая боль. Неужели им даже не разрешат посмотреть на него?

Голос врача потеплел.

— Поезжайте домой, выспитесь и возвращайтесь утром. Я обещаю, что с вашим отцом всё будет в порядке.

Макс поднялся.

— Тогда мы приедем утром, док. Раз вы обещаете.

Бессоновой ничего не оставалось, кроме как последовать его примеру. Одно она знала наверняка — вряд ли ей удастся уснуть в эту ночь.