Глава 16

— Всё готово?

— Всё, госпожа.

— Смотри, я надеюсь. Другого случая не будет и если вдруг ничего не выйдет, то и ты ничего не получишь. Поняла? Ещё раз говорю, на принца зелья не действуют. Пробовали уже. В лучшем случае, день — два без сознания побудет. Меня это не устраивает. Нужна гарантия.

— Не беспокойтесь, госпожа. Это старое надёжное средство против магов. Сейчас делают похожее, но оно намного слабее моего. Этот рецепт бабка моя от своей бабки получила. В прежние-то времена ведьмы сильные были, не то что нынче. С магами могли спорить по силе. Да.

— Ладно, иди. Хватит тут…

Старая, сгорбленная ведьма, которая не пойми сколько лет жила в родовом поместье Четтеренов, низко поклонилась и вышла из хозяйских покоев.

Анет опасливо покосилась на маленький фиал, оставленный ведьмой на столе, и обернув руку платком осторожно взяла его со стола. Ничего особенного в этом флакончике не было, но Анет инстинктивно боялась притронуться к нему. Она покрутила головой, соображая, куда положить этот опасный предмет. Здесь ему точно не место. А место ему в тайнике за книжным стеллажом, решила Анет. В библиотеке поместья тайников было несколько. Все их дознаватели обыскали, содержимое забрали, магическую защиту сняли. Однако, Анет и сама была магом. Слабым, правда, но закрыть своей магией тайник вполне могла. Она подошла к выбранному тайнику и положила фиал на полку. Закрыла дверку и долго вымучивала заклинание. Нет, текст она знала хорошо, но вот наполнить его достаточной силой получалось плохо.

Но, наконец, ей это удалось. Она аккуратно стёрла с лица выступивший пот и тяжело опустилась на стул. Одно дело сделано. Теперь она сможет открывать и закрывать тайник легко. Анет очень надеялась, что больше дознаватели сюда не явятся, а больше никто не потревожит её тайны. Анет вздохнула и сделала охраняющий знак, вспоминая богиню судьбы. Всё в её руках. Но отвернулась она от их семьи. Муж казнён. Дочь в монастыре. Она осталась одна в старом родовом поместье, в неделе пути от столицы. Выслана навсегда. Без права выезда. Горько. Как неожиданно их роскошная, яркая жизнь закончилась. Оставив после себя пепел разочарования, обиды, жажду мести.

Нет, вначале Анет мстить не собиралась. В первое время, она вообще плохо понимала, что происходит. Почему арестованы муж и дочь? Почему в их замке и столичном особняке полно дознавателей? Почему уволились все слуги? Даже те, которые служили им не одно поколение. Потом ей объяснили. На допросе. Сам Крейден Лествиц. И всё равно Анет продолжала надеяться, что всё образуется. Муж оправдается и всё пойдёт по-прежнему. Однако, по-прежнему не получилось. Мужа казнили. Её вызвали и показали обезглавленное тело. Анет стало плохо, но это никого не тронуло. Её отправили на казённом извозчике в поместье. Без одежды, без денег, без слуг. И не разрешили ничего забрать из столичных домов. Но Анет не сдалась. Она по переговорнику отдала приказ единственной оставшейся горничной, собрать их личные вещи, взять деньги и догонять Анет, которая собиралась подождать служанку в ближайшем придорожном трактире.

Больше всего Анет возмутило, что и замок, и особняк были уже описаны и выставлены на продажу. Бессовестные! Они даже не разрешили ей забрать любимые картины. Сказали, что вещи и мебель разберут родственники. Тьфу!

Анет поднялась со стула и пересела в удобное кресло у камина. Расход магии оказался неожиданно большим, и она испытывала серьёзную усталость. Надо было отдохнуть, может быть выпить чаю, но шевелиться и вызывать слуг не хотелось. Она пригрелась, укрываясь шалью, и опять свалилась в воспоминания.

А, что ей ещё делать? Одной? Это раньше к их дому тянулись экипажи и у кабинета Боно в очередь сидели богатые и знаменитые. А сейчас — никого! И ведь не запрещено. Это она не может выезжать из поместья. А к ней — можно. Но никого нет. Постовой у ворот уже не стоит на страже, как в первые дни, а сидит спокойно в будке, пьёт чай с горничной. Анет не ругается. Какой смысл? Ей уже ничего не волнует. Кроме мести. Эта мысль появилась у неё в голове недавно. Но как-то быстро освоилась и крутилась, крутилась… А, потом Анет вспомнила об этой ведьме. Только не знала, жива ли та ещё. Оказалось — жива. И вот они договорились: ведьма делает ядовитое зелье по древнему рецепту. А Анет отписывает её внучке дальнюю деревеньку и часть земли. А также признаёт своей троюродной племянницей, чтобы та получила титул торы и смогла поступить в академию, как аристократка. Вот и получилось, что старуха добилась своего, а Анет — своего.

Правда, вначале она хотела действовать, как Боно: нанять наёмников, хоть целый отряд и заказать им убийство. Но оказалось, что на это у неё банально нет денег. Наёмники дорого стоят. Да и старый Берух, который исполнял для Боно иногда такие поручения, отказался сводить её с нужными людьми. А у неё самой таких связей не было. Боно всегда берёг её от сложных проблем.

Честно говоря, особой любви между ними не было. Но всегда было взаимопонимание. Боно честно соблюдал брачный договор: предоставил ей спокойную, роскошную жизнь, без забот и тревог, но с балами, праздниками, флиртом, подарками… Его любовницы никогда не претендовали на её место, или он был настолько умён, что не связывался с амбициозными и скандальными.

Правда, и Анет в своей постели его принимала редко. Но, в конце концов, это не главное. Да и замену на ночь нетрудно найти. Зато их дочь Боно очень любил. Баловал и частенько посвящал в свои дела. Особенно в последнее время, когда они задумали сменить эту тронгову династию. Очень жалел, что у них нет сына. Но Анет тогда казалось, что она ещё успеет. Её-то всего сто пятьдесят лет. Это Боно было уже двести пятьдесят. А Лорене всего семьдесят лет. Только жить начала девочка. А её — в монастырь.

Нет! Они поплатятся! Все поплатятся. За всё! За разрушенную семью, за отнятую жизнь, за мужа, за дочь, за саму Анет, которая сейчас вместо того, чтобы привычно блистать при дворе, сидит в этом захолустье с тремя слугам! Поговорить не с кем.

Вовремя она вспомнила об этой ведьме. Вовремя. Теперь надо придумать, как это зелье применить. Думай, Анет, думай…

Придумала! Женщина села к столу и принялась писать письмо своей бывшей экономке с просьбой приехать, когда будет время. Анет не торопилась. Рано или поздно, но её план всё равно осуществится. Она так решила. Запечатала письмо и отправила его магической почтой.

А вместо ответа к ней через неделю приехала гостья: её бывшая экономка, а ныне — хозяйка пансиона для девочек, госпожа Дана Седреген.

Женщины сердечно поздоровались, правда госпожа Седреген чувствовала себя неловко. Но вскоре освоилась и живо передавала своей прежней хозяйке последние сплетни и новости, не попавшие в газеты. А потом они заперлись в кабинете и о чём там говорили никому не было известно.

Наутро госпожа Седреген уже уезжала. Провожать её вышла сама хозяйка поместья.

— Ты всё поняла, Дана?

— Всё поняла, не волнуйтесь, госпожа. Это несложный вопрос, девочки всё сделают.

Бывшая экономка уехала, увозя с собой тот страшный фиал. И Анет вздохнула свободней: ждать осталось недолго. Судя по газетам, принц как раз вернулся из Веруны. Свадьба скоро. Вот и поздравим молодых! И совсем необязательно экономке знать, что это за зелье на самом деле. Ей хватит того, что объяснила Анет: зелье проверяет любовь. Настоящая она или нет. Анет уверена, что нет, так как настоящая любовь была у принца с её дочерью. Экономка всю эту романтическую белиберду проглотила и не поморщилась. Лорену она помнила, боготворила и согласилась помочь и подлить зелье всей королевской семье. Не сама, конечно. У неё там куча знакомых служанок. С кем-нибудь договорится. А Анет осталось только ждать. Это она умеет. Всю жизнь Боно ждала: с совещаний, из поездок, от любовниц… И сейчас подождёт. Торопиться не надо. Главное, сделать всё правильно.

*

Вернулись домой и сразу окунулись в круговерть предсвадебной подготовки. Во дворцах Садхи и Дарсена слуги суетились, как муравьи, но конца их работы не было видно. Нина сбегала от всей этой шелухи в кабинет и строго запрещала себя беспокоить. Исключение было сделано только для Риты, которая, наконец, вернулась в Садху. Ольгу Нина приставила к Фелиции и, честно говоря, забыла о ней на время.

Сегодня она хотела проверить, как идут работы на тракте, и взяла с собой Риту. Сопровождал их рей, как и всегда в таких случаях с отрядом внутренней стражи.

— Вот бы у нас так дороги делали! — воскликнула Рита, наблюдая за работой магов, — быстро, качественно, красиво!

— У нас магии нет, — меланхолично заметила Нина, сидя на валуне и наблюдая за процессом.

Дорога в этом месте огибала невысокую сопку, на склоне которой они сейчас и находились. Картинка перед ними увлекала: маги заклинаниями поднимали верхний слой почвы по строго определённой разметке и глубине и переносили его в сторону. Выравнивали и заполняли полученное полотно каменной крошкой, выше поверхности. Сплавляли верхний слой высокой температурой и переходили на следующий участок, оставляя за спиной остывающую, идеально ровную широкую ленту тракта. А рабочие потом с помощью бытовых магов благоустраивали обочины. А в тех местах, где участки у дороги были уже куплены, хозяева спешно возводили трактиры. Дело продвигалось не то, чтобы быстро, но настойчиво.

— Рит, давай всё же о вас с Велом поговорим, — сказала Нина, отбрасывая в сторону травинку, которую крутила в руке.

Ей не хотелось влезать в их отношения, но Веллер — её брат. А она — правительница и будущая королева. Здесь это было важно.

— Давай, — с вызовом откликнулась Рита, — что ты хочешь услышать?

— Хочу представлять себе ваши планы. Он — мой брат. Здесь, Рит, совсем другое отношение к отношениям, — невольно скаламбурила Нина. — Это у нас вы можете начать жить вместе, не обращая ни на кого внимания. А здесь это — табу. Нет, то есть можно жить и так. Но если ты хочешь в глазах общества оставаться приличным человеком, то не допустишь этого. Особенно это касается женщины. А у Веллера — положение. Он не может позволить всяким языкам трепать твоё и его имя. Пойми! От всех не отмашешься. Сложно тут с этим, — вздохнула Нина. — Вас просто перестанут принимать в домах, а Веллером постараются не иметь дел. Станете изгоями.

— Сама уже поняла, — Рита нацелилась камешком в невидимую цель и бросила его резко, без замаха, как будто стремилась поразить противника. — В то-то и дело! Вел уже все уши мне прожужжал, что раз я живу у них, то надо быстро пожениться, а то моя репутация пострадает. Как будто он женится только из-за репутации! Обидно, даже. А я ещё думаю: а вдруг я на Землю насовсем уйду?! Как я его тогда оставлю? Женатого.

— Во-от. Дошло? — воскликнула Нина. — Между прочим, здесь нет разводов. Ты уйдёшь, но будешь жива и Вел не сможет больше жениться. Совесть не гложет? Сначала завлекла парня, осыпала надеждами, а теперь: думаю! Ты учти: Вел — мой брат!

— А я — твоя подруга! Ты меня сто лет знаешь, а Вела только несколько месяцев, — отбрехалась Ритка. — Но не боись! Сама хочу уже быстрее всё решить: или — да, или — нет.

— Да, что тут решать, Рит?! Ты же его любишь! А он тебя вообще боготворит. Женитесь! Я же выхожу замуж. Захочешь на Землю придумаем, как в гости сходить. Маги, вон, уже изучают вопрос. Дей задание дал. Не прям сейчас, но портал всё равно будет.

Рита пересела ближе к подруге и обняла её:

— Знаешь, Нинок, я тут совсем по-другому на жизнь стала смотреть. Вот раньше на Земле мне проще было: варилась в своём окружении и примерно представляла от кого чего ожидать можно. А здесь всё заново. Любой может оказаться и врагом, и другом. Во дворце вообще — серпентарий. Приличных мужиков осаждают, как крепость. Готовы и штурмом, и осадой брать. За Веллером табунами ходили, не говоря уже про твоего Дея. Почему?

— Потому что — приличные? — не удержалась от ехидной подколки Нина. — Здесь, Ритуль, люди дела и чести ярче видны. Аристократов не так уж и много. Все рода известны. И кто чего стоит известно тоже. Каждый род, Рита, каждый, имеет досье на другие рода. И брак для них никогда не бывает неожиданностью. Их с детства обмусоливают и готовят к мысли удачно выйти замуж. Заметь, не по любви, а удачно. И тут мы с тобой появились — неизвестные величины. Все планы попутали. Как к нам относиться? Вот, то-то и оно. И ладно — я. Считаюсь парой Дея, а здесь это — святое. А ты для Вела кто? Вот и думай.

— А мне кажется, мы тоже — пара. Я без него совсем не могу. А разве можно за такое короткое время так влюбиться? Он, как тогда в Мерце обнял меня и сказал, что больше меня никто не обидит, так и всё. Я сразу поверила. — Рита вновь бросила камешек, но теперь уже не целясь, наверное, врага не видела. — А недавно, представляешь, к ним в особняк какая-то дама с дочкой прямо внаглую припёрлись. «Выразить сочувствие тору Веллеру и восхититься его смелостью», — передразнила она кого-то. Я им волосёнки хотела повыдергать, а пришлось улыбаться и гостеприимство изображать. А эта мымра молодая с Вела весь вечер глаз не спускала. И по хрену ей, что он со мной сидит и меня за руку держит. Наглёж, вообще, — возмущалась Рита, исходя гневом, как чайник паром.

— Тогда, может, вы вместе с нами и поженитесь? — неуверенно предложила Нина. — Я поговорю с дядей. Сам-то Вел, что говорит?

— Сам-то Вел, — передразнила её Рита, — хочет, чтобы я от него ни шаг не отходила. Мог бы привязать, привязал бы, — с наигранным недовольством сказала Рита, но видно было, что такая позиция Вела ей наоборот очень даже нравится.

— Короче, так, — Нина поднялась с места и прошлась туда-обратно перед подругой. — Даю вам сутки на решение. Переговори с Велом и, если решитесь, мы устроим двойную свадьбу. Пойдёт?

— Ох, не знаю! Тут, как я понимаю, особых подготовок не надо будет. Всё есть. Только платье выбрать. А я заморачиваться шитьём не буду. Из готовых вполне можно выбрать. Тут очень красивая мода и готовые платья, кстати, — тоже поднимаясь и приводя в порядок брюки, заметила Рита.

Подруги обнялись и замолчали. Многое ещё можно было обговорить, но иногда лучше замолчать вовремя. У них и так прекрасно получалось понимать друг друга. Нина поискала глазами Рея. Тот был рядом с магами и что-то увлечённо с ними обсуждал. Махнув ему рукой, Нина дала понять, что пора возвращаться. Тракт строится. Дело движется. Народ доволен. Значит они всё делают правильно.

*

Лэридей остановился перед дверью кабинета и некоторое время изучал массивную ручку. Сейчас он возьмётся за неё и впервые войдёт сюда, как хозяин. Указ об отречении отец подписал уже давно, но объявили об этом только вчера. Вчера же его напечатали все газеты. Коронация была назначена одновременно со свадьбой, то есть через неделю. А сегодня он уже король. Дей решительно взялся за ручку двери и резким движением распахнул её.

Кабинет встретил его тишиной, чистотой и пустой столешницей письменного стола. Дей постоял, окидывая кабинет взглядом и сел за стол уверенно положив руки на гладкую матовую поверхность. У отца здесь стояли письменные принадлежности, небольшие подарки. У него тоже со временем появятся памятные вещицы. Дей по очереди открыл ящики стола. Они были пусты. Кроме последнего. В нём лежал конверт. Незапечатанный. С короткой надписью: сыну.

Дей не торопясь вынул из него лист. Он уже понимал, что это — напутствие короля, но не ожидал, что оно будет таким коротким.

«Любой путь начинается с первого шага. Не забывай проверять направление, в котором идёшь. Ошибиться легко. Исправить ошибку всегда трудно. Удачи, сын! И верных соратников!»

— Спасибо, отец, — вслух ответил Дей, как будто король мог его слышать. Достал из верхнего ящика чистый лист и стило. Немного подумал и быстро набросал свой первый королевский указ:

«Я, король Греннидора, Лэридей Миротворец объявляю:

Считать день заключения мира с Веруной — праздничным днём и назвать Днём примирения. Разрешить свободную приграничную торговлю с Веруной. Разрешить заключение браков между жителями Греннидора и Веруны.

Да, будет так!

Милостью Станны, король Греннидора — Лэридей Миротворец.»

Миротворцем его прозвали газетчики за заключение мира с Веруной. Дею это прозвище понравилось, и он решил присоединить его к своему имени. И про браки упомянул специально. Во-первых, в приграничных районах они и так были, только не афишировались. А, во-вторых, они с Ниной как раз такой парой и были.

Свадьба. Даже не верится, что она всё-таки состоится. Он и мечтать уже не смел, что встретит свою пару. Сто двадцать лет — немного, но уже серьёзно. У друзей уже дети подросли. И вот судьба ему сделала подарок — появилась Нина.

Дей улыбнулся, вспомнив свою невесту: маленькая, хрупкая, красивая, милая и нежная. Бойкая, решительная, честная. Ответственная и умная девочка. Сколько он ещё может перечислять? Одно то, что она выходила его тогда в Садхе достойно нескончаемой благодарности. Девчонка из другого мира, без знаний, без магии кормила, поила, убирала за ним две недели! Пока он не вышел из комы. Какая из придворных девиц была способна на это?! Никакая! Ничего. Скоро они будут вместе. Скоро!

Дей бросил взгляд на хронометр. Впереди ещё много дел. Его королевская работа только началась.

*

— Какое-то сложное действие вы придумали, — Ольга поправила венок на голове Риты, убрала невидимую пылинку с платья Нины. — Я порталы плохо переношу. А тут сразу два раза подряд: Из Садхи в Исту, из Исты в Дарсен. Сложно, — она покачала головой.

Обе невесты переглянулись и рассмеялись. Ольгина неприязнь к порталам уже стала притчей во языцех. И это несмотря на то, что она с Арвидом не то что несколько раз — несколько десятков раз уже пользовалась порталами, в том числе и дальними. Но, вот так они на неё действовали. Однако, по-другому организовать действие не получалось.

Во-первых, обряд все четверо хотели провести в Садхе, в храме богини Станны. Это даже не обсуждалось. У каждого для этого были свои мотивы, но удивительным образом они совпали. Во-вторых, Нина, как королевская дочь, уходящая замуж в другую страну, должна была поблагодарить короля и народ Веруны и затем вместе с королевской семьёй перейти в Дарсен, где собственно и должно было пройти праздничное действие.

По предложению Нины и Риты столы накрыли на дворцовой площади. Такой размах застолья для Греннидора был нов и многие придворные были шокированы таким решением. Но Нина успокоила дам, обещав, что вокруг площади будет силовой барьер и безопасность гостей гарантирована.

И вот они в Садхе и готовы к выходу. Поворчав ещё немного для вида, Ольга отошла от них на шаг, внимательно осмотрела обеих и сделала вывод:

— Готовы. Всё нормально, — и кивнула служанке, которая тут же открыла дверь.

В гостиную сразу вошли Дей и Веллер и восхищённо замерли у порога. Невесты и впрямь были великолепны. Оба мужчины почти одновременно сделали шаг вперёд, и оба трепетно поцеловали своим избранницам руки. Затем обе пары, вышли из дворца, чтобы в открытых ландо доехать до храма. Улицы Садхи были идеально убраны. Вдоль мостовой толпился народ, радуясь за свою правительницу. Здравицы, пожелания и шутки слышались со всех сторон. Многие жители знали Нину лично, многим она помогала. Такие кричали особенно громко и радостно.

В прохладном зале храма было тихо. Солнечные лучи проникали через верхние узкие стрельчатые окна, заставляя пылинки плясать в лёгком хороводе. Обе пары подошли к алтарю, где их уже ждал жрец Станны. Больше никого здесь не было. Ни родителей, ни друзей. Жрец оглядел их и неожиданно мягко улыбнувшись, велел положить руки на алтарь.

Нина и Дей, Веллер и Рита соединили свои руки на алтаре. Жрец начал ритуал. Вначале он воззвал к Станне, затем спросил у каждой пары добровольно ли они вступают в союз, затем каждый из них коснулся лбом алтаря (Нина знала, что так божественный артефакт считывает истинные желания) и только потом жрец произнёс заключительные слова обряда и на руках у обеих пар появились брачные татуировки. И у обеих — золотые.

Глядя на их руки, жрец сделал благодарственный жест богине, который обе пары тут же повторили, и сказал:

— Как давно не было у нас истинных пар. А сегодня сразу две. Это даёт надежду на возрождение Садхи. Ведь истинные пары не только сами счастливы, они приносят счастье и удачу всем окружающим. Идите, дети мои! Да будет ваш путь справедлив и долог! Во имя Станны!

Когда пары вышли из храма и ближайшие к ним увидели татуировки, гул восхищения разнёсся по улице. Все поздравляли и молодых, и друг друга. Пока молодые дошли до фонтана, откуда собирались открыть портал в Исту, передними была уже дорожка из лепестков, а сами они были обсыпаны зерном, мелкими монетами и цветами. При этом каждый стремился дотронуться хотя до кончика платья или костюма, чтобы богиня уж точно не забыла принести им удачу.

Рей с отрядом ждал их у фонтана, освободив заранее место для портала. Но перед тем, как войти в портал, Нина обратилась к горожанам:

— Жители Садхи! Благодарю вас за добрые пожелания. И угощаю сегодня всех бесплатно во всех трактирах города! Удачи всем! Да поможет нам Станна!

Толпа радостно взревела, а обе пары и отряд сопровождения вошли наконец в портал.

В Исте их встречали также горячо. Здесь Нине пришлось, стоя на балконе королевского дворца, обратиться к народу на площади и пообещать, что она, как истинная дочь Веруны и наследница принца Торвида будет всегда охранять интересы своей родины и приложит все силы, чтобы мир между Веруной и Греннидором, достигнутый с таким трудом и такими жертвами, сохранился навсегда.

— Мой народ, — обратился к толпе и Элиан. — Сегодня выпивка за мой счёт! Веселитесь и радуйтесь за наших детей!

Последний переход в Дарсен, дался всем уже труднее. А Ольга и вовсе то бледнела, то зеленела. Арвид, поддерживая её под руку тихо ругался себе под нос, и было видно, что девчонку ему жалко. Портал открылся на дворцовой площади и как только из него вышли обе пары, в небо взметнулись десятки фейерверков. Заходящее солнце подкрасило золотыми лучами цветные сполохи и площадь стала ещё наряднее.

Вся процессия потянулась к храму, стоящему через площадь напротив дворца. Здесь их тоже ждали жрецы. Но уже для коронации. Лэридей и Нина встали у алтаря. Они оба сейчас принимали короны. А страна обретала новых короля и королеву. Торжественно обратившись к Станне и испросив её благословения, жрец возложил короны на головы Лэридея и Нины. Луч света, ударивший в алтарь, показал, что всё сделано правильно. Это же подтвердили загоревшиеся в воздухе письмена: «Благославляю род Грамон. Правьте с честью». Народ в храме восхищённо ахнул. Богиня редко показывала своё отношение к людям. Это было особым знаком и особым расположением. Из храма все наконец направились к столам. Честно говоря, и Нина, и Рита уже просто хотели отдохнуть. И надеялись, что сидя за столами это удастся сделать.

Король и королева Греннидора, король и королева Веруны заняли места за своим столом. Для обеих пар молодых был накрыт отдельный стол. Нина поискала глазами дядю и с облегчением увидела, что он сидит недалеко от них. Но это же заметил и Эриден. Король встал и дойдя до Азаро Бартона лично пригласил его за свой стол.

— Мы теперь родственники, Азаро. Будет неправильно, если ты останешься в стороне. Кстати, где твоя семья?

— Они в дальнем поместье, ваше величество. И не успели бы на свадьбу.

Азаро не стал говорить бывшему королю, что семья его наказана. И как бы ни было ему тяжело, он не стал вызывать их в столицу. Наказание должно быть серьёзным и надо выдержать характер. Иначе всё будет бесполезно. Но посвящать в эти дела посторонних Азаро не собирался. Пусть даже этот посторонний — король. Азаро вместе с Эриденом перешли за королевский стол и оттуда он с гордостью и любовью наблюдал за сыном и племянницей. Хорошие дети. И невестка у него хорошая. Прислугу приструнила, в доме порядок навела, какого и при жене не было. И не подумаешь, что иномирянка.

Свадьба шла уже полным ходом. Весёлая и шумная. Гости походили и поздравляли молодых, дарили подарки и складывали их на специальный помост рядом со столом молодожёнов. Может потому что Азаро внимательно смотрел на молодых, он и заметил ту служанку, которая странно напряжённо держала кувшин с закрытой крышкой и продвигалась потихоньку к столу молодых. А вторая с таким же кувшином подошла к их столу. Машинально Азаро продолжал следить за ними, ещё не понимая, что его так насторожило, но уже понимая, что возникает какая-то неприятность. Хотя, разве обходится любая свадьба без них?

Служанка же, подойдя к столу молодых начала наливать в стаканы какое-то питьё и ставить на стол перед каждым. Никто не обращал на неё внимание: обычное действие, обычной прислуги. Азаро же насторожило то, как осторожно служанка обращалась с напитком, опасаясь, чтобы и капля не попала ей на руки. Это-то и привело Азаро в себя и заставило скинуть оцепенение.

Та, что разливала напиток за их столом уже закончила работу и собиралась исчезнуть. Но Азаро схватил её за руку и стараясь не привлекать особого внимания удержал рядом с собой. Эриден удивлённо поднял на него глаза.

— Этот напиток не пейте, — ответил на его молчаливый вопрос Азаро. Надо проверить.

Король согласно кивнул и отставил стакан в сторону. Затем встал и собрал все стаканы с этим напитком в одну кучу. Накрыл их защитной оболочкой и вместе с Азаро они подошли к столу молодых. Азаро, продолжая держать девицу за руку, собрал все стаканы с напитком, а Эриден опять накрыл их оболочкой. Эти манипуляции заметил Рей и тут же оказался рядом с ними.

— Что случилось, тор Азаро?

— Пока ничего, но надо проверить. Интуиция меня ещё ни разу не подводила. А сейчас она просто вопит об опасности. Эти девицы разливали напиток уж очень осторожно.

— Эти? — переспросил Рей, оглядывая с ног до головы служанку, которую Азаро продолжал держать за руку.

— Да. Эта, — кивнул Азаро на свою добычу, — и та, — кивнул он в сторону стола молодых. Но там уже никого не было.

Азаро повертел головой, отыскивая вторую служанку, но безуспешно. Тогда, ещё крепче перехватив за руку ту, что была рядом, он устремился во дворец вслед за Реем.

В кабинете рея оба мужчины требовательно уставились на девицу и рей сказал только одно слово: Ну?!

После чего девица спешно начала рассказывать, что подруга попросила её помочь разлить напитки за королевским столом. И всё. Больше она ничего не знает и ничего не делала.

Рей нажал кнопку звонка и приказал вошедшему секретарю:

— Мага сюда. Быстро!

Через несколько минут в кабинет стремительно вошёл Симон Фест.

— Что случилось, Рей?

Тот сунул ему в руки кувшин с остатками питья. Архимаг раскрыл над ними ладонь и сосредоточился. Затем глаза его удивлённо раскрылись и тревожно заблестели.

— Пить нельзя! — категорически запретил он. — Магия смерти. Очень похоже на боевое зелье для магов, но не оно. Где взяли?

— Сам бы хотел знать, — ответил Рей и повернулся вновь к служанке, которая тревожно вслушивалась в их разговор. — Имя подруги?

— К-к-кэ-т-ти, — сильно заикаясь и не удерживая крупных слёз проговорила она. — Я правда ничего не знаю, господин! Кэти просто попросила ей помочь. Два кувшина одной разливать долго.

— Кто эта Кэти? Где её найти?

— Кэти — служанка в гостевых покоях дворца. Давно там работает. Я тоже там работаю. Только недавно. Неделю всего. Не губите, господин дознаватель! Я ничего не знала, клянусь! Да разве бы я навредила нашему королю?! Мы его любим! Он нам помог дом купить, когда отец на войне погиб. Простите меня, господин дознаватель… а-а-а-а…

Слёзы лились и лились из глаз девицы, и она фартуком утирала и их, и нос, который уже распух от такого рёва. Но Рей не обращал на неё внимания. И жалости к ней у него не возникало. Думать надо, прежде чем на странные просьбы соглашаться. Это, если бы ей такое поручение старший повар дал, она могла бы бежать исполнять. А посторонняя, не связанная с кухней служанка… Дура! Так пусть за свою дурость отвечает!

— Не реви! Раньше надо было думать? — рявкнул Рей. — где её найти?

— Не знаю, господин, — ещё сильнее заревела девица, — она в крыле для слуг живёт.

Рей кивнул одному из стражников у двери, отправляя за беглянкой. Рыдающую девицу заперли рядом в комнате дознания. А в кабинете Рея уже собрались все короли, предчувствуя новые неприятности.

Все стаканы с зельем, которое успели разлить девицы, стояли здесь на столе, как и один из кувшинов. Второго пока не было. Не было и второй служанки. Все молча ждали, изредка тихо перебрасываясь фразами. Лишь Азаро стоял у стола с напитком и внимательно изучал его магией. Затем достал из кармана какой-то артефакт и капнул немного напитка в углубление. Тотчас по краям ямки поднялась полусфера и скрыла каплю. Артефакт загорелся белым цветом. Короли, привлечённые его действиями, подошли ближе. Через несколько мгновений цвет главного камня на артефакте сменился на голубой, затем на фиолетовый, а затем на чёрный. Короли вопросительно взглянули на Азаро.

— Пожалуй, я знаю теперь, что это такое, — медленно сказал он, — и могу точно сказать, что кто-то желал смерти всего вашего рода. Потому что, выпей вы хоть глоток этого напитка и смерти было бы не избежать. Даже просто попадание на кожу вызвало бы серьёзные последствия. А изготовить противоядие мы бы просто не успели. Да, и я сам скорее всего погиб бы вместе с вами. Это зелье называется «Месть вдовы». Изобретено в древности. Знали о нём немногие и раньше, а теперь и вовсе — единицы. Изготовить его может только сильная ведьма. Я таких не знаю. Но то, что зелье разливали только на наших столах, говорит о том, что враги эти — ваши величества — вам знакомы.

Король Веруны с сомнением покачал головой: «Надо подумать. Вот так сразу не скажу».

Эриден же задумчиво покосился на Дея и неуверенно спросил ни к кому не обращаясь: «Вдова Четтерена? Больше некому. Но она в дальнем поместье. Надо поймать вторую служанку. Боюсь, что все секреты у неё. Дей, Элиан, возвращайтесь за стол. Не надо давать повод к вопросам и портить праздник паникой. Спасибо Азаро, покушение предотвратили. Теперь надо быть внимательнее. Я дам задание магам проверять пищу на кухне. А на столы разнести артефакты-определители ядов. Объявлять ни о чём не надо. Сохраняйте спокойствие.

— Что там? — спросила Нина, когда Дей вернулся за стол и вновь занял место рядом с ней.

— Покушение. В напитке было смертельное зелье, — ответил Дей, ласково поглаживая её руку. — Не волнуйся, всё уже делается. Рей и отец разберутся.

— Сколько можно?! — воскликнула Нина, но поймав удивлённый взгляд Ольги снизила тон и тихо спросила: «Никто не пострадал?»

— Пока не знаю. Но не волнуйся. Без ответа мы эти действия не оставим.

Они вновь обратили внимание на открытую площадку перед их столами. Сюда не только выходили гости с поздравлениями и подарками, но и выступали актёры из разных трупп, приглашённые на этот вечер. Уже поздно вечером молодых. Наконец, отпустили из-за стола. Народ за дальними столами был попроще и оттуда понеслись шутки и подначки, сопровождаемые громовым хохотом и весельем. Обе пары перешли короткими порталами в те замки, где им и предстояло жить. Нина и Дей — в королевский замок Греннидора. Рита и Веллер — в родовой особняк Бартонов.

*

— Иди сюда, солнышко моё, — Дей притянул к себе жену и ласково взъерошил ей макушку. Ткнулся носом в шею под ушком и с наслаждением втянул запах любимой женщины. — Ум-м, какая сладкая, — шутя куснул её за мочку уха.

Нина тихонько счастливо засмеялась и закинув на Дея ногу, теснее прижалась к его боку. Она водила пальцем по широкой груди мужа, выписывая одной ей понятные узоры, и выцеловывала каждый сантиметр его соблазнительного тела, куда могла дотянуться из своего положения.

Ночь уже прошла, а они так и не уснули, занятые друг другом. Окунаясь раз за разом в водоворот острых, томительных и жарких ощущений. «Вот оно какое — счастье,» — мельком подумала Нина и опять пропала в чувственной волне неги, возникающей под руками и поцелуями мужа. «Мужа!» — улыбнулась Нина и заснула на середине мысли.

*

— Ты долго будешь от меня бегать? — с упрёком спросил Вел, стоя напротив Риты с другой стороны кровати.

Они уже не меньше получаса метались по спальне. Вел пытался поймать жену, которая каждый раз ускользала от него. Оказалось, что эта бойкая девчонка боится первой брачной ночи. И бессовестно мучает его, Вела, который и так настрадался за время их короткого, но насыщенного знакомства.

— Долго. Я боюсь, — честно ответила Рита, туже затягивая поясок на невесомом халатике. — Давай, как-нибудь потом, а? — просительно посмотрела она на мужа. — Я разузнаю, как и что. Подготовлюсь…

— Глупышка! Чего тут бояться? И у кого узнавать будешь? Не стыдно? — вкрадчиво поинтересовался Вел, потихоньку поднимая ногу и явно намереваясь перемахнуть через кровать одним броском.

— У Нины, — пискнула Рита, внезапно оказавшись в горячих объятиях мужа. — Вел, я не против, но ты уж как-нибудь осторожней. Я столько наслушалась про этот первый раз! Ужас просто.

— Не бойся, малышка. Я буду нежен, — прошептал Вел, наконец обнимая беглянку в полную силу и прижимая ей к своему нагому телу.

Его достоинство упёрлось Рите в живот, и она покраснела ещё гуще. Хотя, куда уж больше: она и так полыхала всё это время, бегая по спальне от обнажённого супруга. Вел поднял её на руки и осторожно уложил на постель. Аккуратно и не торопясь развязал поясок халата и раскинул его полы, не отрывая своего взгляда от Ритиных глаз. Это заводило не хуже поцелуев. Его рука, огладив Ритино бедро, нырнула под прозрачную сорочку, и Рита вздрогнула от острого приступа желания. Она уже сама потянулась к мужу за поцелуем, и мир закружился и потонул в вихре нежности, страсти, желания, охватившего и закружившего их с неимоверной силой. «Так вот оно какое — счастье,» — почти, как подруга подумала Рита, и больше она ни о чём думать не могла. Могла только чувствовать всю ночь невыразимую радость, удовольствие и счастье. Именно такое, о каком она мечтала на Земле. А нашла здесь, в Греннидоре. Оно стоило тех бед и мучений, которыми встретил её этот мир в самом начале.

*

Анет в этот день чувствовала смятение. Известий не было, и она металась по дому в поисках занятия, чтобы не думать о неудаче. Неужели Станна отвернётся от неё?

До самого вечера день тянулся медленно, испытывая терпение Анет на прочность. А потом события понеслись вскачь. Вначале её вызвала по переговорнику бывшая экономка и отчиталась о том, что зелье передано надёжному человеку и на свадебном застолье всё должно случиться. Затем она вызвала Анет ещё раз и уже тревожно сообщила, что известий от надёжной служанки нет. А поздним вечером, когда уже звёзды высыпали на небе, у ворот поместья открылся большой портал, и из него вышел главный дознаватель с отрядом стражи.

«Всё! — подумала Анет. Не вышло». И почему-то сразу успокоилась. Что ж. она сделала, что смогла. Попыталась. Боно не будет её строго ругать, когда они встретятся на той стороне мира. Она дождалась дознавателя и не отвечая ни на один его вопрос, молча направилась к выходу. «Жди, Боно! Скоро мы встретимся.»