Глава 2

— Чёрт! Ну, ничего себе! Откуда? Кто это?! Дин! Иди сюда!

Нина лихорадочно суетилась, не замечая, как покатились в сторону оба котелка, не чувствуя, что сама подобралась вся, как зверь, почуявший опасность. Как осторожны и сдержанны стали шаги, как изменилось дыхание. «Опасность!» — орало сознание. «Только посмотрим,» — настаивало любопытство.

Причина же этого состояния находилась от неё в нескольких шагах, и лежала ничком, уткнувшись лицом во влажный берег.

Ещё вчера вечером здесь, в месте, где они обычно берут воду, никого не было. От замка до речки полтора квартала. Они с Дином уже хорошо изучили этот маршрут. А сегодня утром Нина увидела ЭТО. «Здорово же я отвыкла от людей, что боюсь даже подойти и посмотреть на него. Может, ему нужна помощь?» — с тревогой думала она, не решаясь пока действовать.

Паническое волнение настолько охватило её, что она застыла, не зная, как поступить. Два месяца! Два месяца Нина не видела людей, не слышала голоса. Разговаривала сама с собой или с Дином. И вот — первый встреченный ими человек. И без сознания.

Она осторожно приблизилась к незнакомцу и наклонившись тронула его рукой. Реакции никакой. Теперь она испугалась не того, что здесь внезапно каким-то образом оказался человек, а того, что он может быть мёртв! Со страхом протянула руку к сонной артерии. Не сразу, но всё же почувствовала слабый пульс. «Слава богу!» — выдохнула Нина.

Осторожно перевернула мужчину на спину. Даже и не думала, что это простое действие потребует от неё столько усилий. Заодно попыталась оттащить его от ручья. Но эта задача оказалась для девушки непосильной. Она решила подождать Дина и вместе с ним как-нибудь дотащить мужчину до жилья.

А пока она жадно рассматривала незнакомца, пытаясь составить о нём хоть какое-то мнение. Молод. Но не юноша. По земным меркам, примерно, тридцать — тридцать пять лет. Высокий, широкоплечий, с развитыми мышцами. И мокрая рубаха наглядно подчёркивает их рельеф.

Одежда необычная для неё: замшевые, узкие, чёрные брюки заправлены в невысокие сапоги. Тонкая, синего цвета рубаха с длинными рукавами, наполовину вылезла из брюк. Часть пуговиц расстегнулась, обнажая мощную грудь.

Нина перевела взгляд на лицо незнакомца. Не сказать, что, красив, но привлекателен точно. Волосы тёмные. Лицо вытянутое, бледное. Высокий лоб. Густые длинные брови. Нос прямой с лёгкой горбинкой. Рот крупный, но губы жёсткие. Сжаты в твёрдую линию. В целом, суровый облик, несмотря на бессознательное состояние.

Она оглянулась на Дина, который уже давно крутился рядом, усиленно работая хвостом и подсовывая голову под мои руки.

— Ну, что, Дин? Неси моё одеяло и верёвку, попробуем его тянуть. Тяжеловат, конечно, но не бросать же его здесь.

Одеяло было тонкое, сотканное на ручном станке. Нина нашла его в хозяйственной части дворца, выхлопала, выстирала в реке и теперь использовала в качестве пледа. Оно было очень крепким и прочным. «Надеюсь, выдержит этот груз,» — рассудила девушка.

Дин понятливо гавкнул и умчался за требуемым. Нина только покачала головой: это в первое время она удивлялась его понятливости и разумности. А сейчас, спустя два с лишним месяца, уже привыкла и на самом деле рассматривала пса, как младшего товарища, всё понимающего, только не говорящего.

Пёс вернулся с одеялом и верёвкой в зубах, волочащимися по земле, но кого это волновало. Девушка подошла к мужчине и задумалась, как его лучше транспортировать. Однако, кроме как тащить волоком ничего не придумала. Он был слишком тяжёлым для неё.

Расстелив рядом с незнакомцем одеяло, она с трудом перекатила на него тело. Затем ножом проделала дыры в одеяле возле ног и плеч мужчины. Продёрнув в эти отверстия верёвки, Нина привязала одеяло к мужчине. Теперь он не слезет с него во время транспортировки. Ещё один кусок верёвки она привязала к углам одеяла. Получилась ручка, за которую можно было тянуть их груз.

Взяла верёвку в руки и попыталась сдвинуть груз с места. Не тут-то было! Рядом схватился за верёвку Дин. Груз сдвинулся, но ненамного. Вот же, чёрт! Что бы ещё придумать? А если пропустить верёвку под плечи и сделать что-то вроде сбруи? Но тут же подумала, что тогда верёвка может повредить ему руки и плечи.

— Ладно, — сказала она вопросительно глядящему на неё Дину, — потащим потихоньку за одеяло.

И они продолжили волочь это немаленькое тело в сторону замка. Где-то за два часа друзья справились, хотя тут ходу было от силы десять минут, и дотащили мужчину до их комнаты на первом этаже.

Несмотря на то, что с появлением этого незнакомца добавилось проблем, Нина была очень рада. Целый день она находилась в приподнятом, возбуждённом состоянии, ожидая, когда мужчина придёт в себя. Она уже, как смогла, осмотрела его и кроме нескольких старых и новых ушибов никаких повреждений не обнаружила. Тем более было непонятно такое длительное отключение сознания. Мужчина ни на что не реагировал: ни на свет, ни на звук, ни на прикосновения.

И постепенно её ажиотаж стих. Она уже спокойно проходила мимо его кровати. И теперь задумалась об их благоустройстве: или себя, или мужчину надо было отделить от общего пространства.

Когда они с Дином в первый день обследовали этот замок-дворец, Нина выбрала для их проживания первый этаж. И, кажется, это были покои бывших хозяев дворца или их приближённых. Они состояли из нескольких комнат, но им столько было не надо. Нина ограничилась одной спальней, в которую можно было попасть только из прилегающей гостиной. Но ни в одной из этих комнат она не видела ширм или перегородок. «Но руки-то у меня есть?!» — подумала Нина и решила отгородить обе кровати от общего пространства с помощью оконных портьер, которые позаимствовала в других комнатах.

Небольшие альковы из плотного полотна будут создавать личное пространство и ограждать от посторонних взглядов. «Посторонних, — повторила она про себя и хмыкнула. — Надо же?! Уже посторонние появились».

Если с тканью у неё проблем не возникло, то с креплением — очень даже. Потолки были не менее пяти метров высотой. Пришлось отложить это дело и отправиться на поиски гвоздей, молотков и лестниц.

Не сразу, но в хозяйственном крыле за столовой и кладовками Нина нашла местную мастерскую. Понятно же, что в любом доме бывают нужны небольшие ремонтные работы. И во дворцах тоже. Так что, она нашла и молоток, и гвозди, и лестницу. И почему бы им тут не быть? Ведь при таких потолках и огромном количестве комнат все эти инструменты просто необходимы.

Собрав, всё нужное, Нина двинулась обратно. Но, дойдя до главного холла решила выпустить Дина на охоту. Может, принесёт какую-нибудь дичь. Немного рыбы у них ещё было, но если мужчина скоро очнётся, то хотелось покормить его мясом. Говорят, мужчины от него добреют. Сама девушка утверждать этого не бралась, так как с мужчиной под одной крышей ещё не жила и их бытовые привычки для неё были тёмным лесом. Да, и вообще: их теперь трое и о питании надо думать серьёзней.

Выпустив Дина, дотащилась до комнаты и, сбросив в кучу инструменты, начала осматривать место будущих действий. Особо долго Нина не заморачивалась. Альков решила сделать у своей кровати. Потому что мужчина, когда и очнётся явно перейдёт в другую комнату. А если сам не догадается, то она и подсказать может. За ней не заржавеет.

Обустройство своего спального места особых усилий от неё не потребовало: вколотить несколько гвоздей, пусть и в потолок, невелика сложность. Поскольку шторы представляли собой цельное полотно, Нина не стала мудрить, а сложила их гармошкой и проделала насквозь дыру в верхней части, через которую продёрнула шнур и закрепила его на вбитых гвоздях, предварительно распределив ткань по всей длине. Ну, вот. Люверсов, конечно нет, но задирать голову и смотреть на дырки в портьерах, никто не будет.

Донельзя довольная собой и результатом, подошла к незнакомцу, чтобы проверить его состояние. Оно было прежним: то же бледное лицо, закрытые глаза, тихое дыхание. Потоптавшись немного возле него и поняв, что делать здесь нечего, Нина вернулась к своим занятиям. А именно: к поискам магии у себя и во дворце.

Ещё в дворцовой библиотеке обнаружилось, что Нина вполне понимает местную письменность. И если в случае с пророчеством, это можно было назвать чудом, то библиотека подтвердила: да — чудо, что она поняла надпись на фонтане, но чудо пролонгированное, так как действует на все тексты этого мира. А, значит, это чудо — магия. Ещё больше Нина утвердилась в этом, когда в одной из книг обнаружила инструкцию по управлению магией для детей. После этого она окончательно признала, что находится в магическом мире.

С одной стороны, её шокировало это понимание. Долго не могла поверить и осознать. С другой — обрадовало и внушило надежду: а вдруг эта самая магия есть и у неё?

С того дня прошло уже больше недели, и Нина теперь ежедневно практиковалась в тех упражнениях, которые были приведены в книге. Но результатов пока не было: либо она не имела магии, либо она не могла эту магию из себя доставать.

Попутно Нина начала изучать библиотеку и обнаружила, что книги стоят по вполне понятному принципу — тематическому. Но разделы не подписаны и разделительных вкладышей на полках нет. И она нашла себе занятие на ближайшее время: уборка библиотеки и ознакомление с фондом. Каждую книгу она естественно не просмотрит, но подписать на какой полке какая тема вполне возможно. Не быстро, конечно, но ей торопиться некуда. Заодно, может ещё что-нибудь полезное по магии для себя найдёт.

И вот теперь Нина постоянно находится в библиотеке, потихоньку выполняя то, что наметила. Интересно, что Дин сюда ходить не любит. Если она ему нужна, он подходит к открытой двери и, тихонько гавкает, вопросительно подняв ухо. И Нина выходит к нему. В чём причина такого настороженного отношения к библиотеке, Нина пока не поняла.

По ходу уборки она обнаружила два тайника: один в стене за стеллажом, а другой в под видом книги. Оба легко открылись, но не содержали ничего интересного по её мнению. Это были какие-то старые документы.

Так прошла ещё неделя. Они с Дином усердно рыбачили, Дин ещё и охотился. Нина сделала некоторый запас продуктов, но без холодильника или копчения всё это дело было бессмысленно. Освоили они с Дином пока только часть первого этажа: библиотеку, кухню, кладовые и свои комнаты. Кстати, о кладовых. Там обнаружился приличный запас продуктов. И если мясо, рыбу, творог, сыры Нина трогать абсолютно не собиралась, несмотря на их привлекательный внешний вид, то мука, крупы, приправы подверглись их тщательному анализу. Вплоть до того, что они с Дином брали на язык по щепотке продукта и оценивали его.

По их представлениям все они годились для готовки. Но специи, Нина всё же отложила до лучших времён, так как ни одна из них не была ей знакома по запаху. А мало ли какое у них действие. Нину не покидала надежда, что она всё узнает из книг. Разберётся, как работает магия и тогда сможет заготавливать впрок. Ну, читала же она в земных книжках и о стазисе, и о холоде. Так что, разберётся.

Эйфория от появления незнакомца за это время сошла на нет. Он по-прежнему был в коме, а Нина по-прежнему только наблюдала за ним, подкармливала бульонами и поила водой. Делать это было довольно трудно. Приходилось приподнимать его за плечи и поить из мелкой чашки, вливая содержимое ему в рот небольшими глотками.

Она уже сомневалась, что незнакомец выздоровеет без чьей-либо помощи. А откуда тут помощь? Вот, то-то и оно.

Так они и жили. Пока в один из дней не случилось это: к Нине пришла магия! Случилось это на речке. Она хотела наловить некрупной рыбёшки и завялить её. Всё хоть какой-то запас продуктов. Да, хотела попробовать закоптить рыбу. Сама-то Нина ни разу этим не занималась, но видела мельком, читала, головой подумала. Пробовать-то никто ей не мешает: раз не получится, два не получится, а на третий, глядишь, и справится.

Так вот, они рыбачили. Дин у берега на мелководье, подстерегая крупную рыбину. Этот хитрец вообще мелких не трогал. Нина так понимала, они у него меж клыков проскакивали. А она сидела на торчащем из воды камне на середине ручья.

Сидит на камне с самодельной удочкой (леску сделала из расплетённой верёвки, а крючок — из брелочного кольца, перерубив его пополам) и чувствуют, что кто-то пробует наживку. Нина подождала, когда нить начала натягиваться и ходить из стороны в сторону и потихоньку стала выбирать её. На противоположенном конце нити усилилось сопротивление. Нина тоже поднажала, подтаскивая добычу ближе. Вот уже мелькнула спина крупной рыбы и раздался шумный плеск хвостом.

«Чёрт! Не вытяну, однако!» — с сожалением подумала девушка.

В подтверждение этой мысли, рыбина резко рванула в сторону. Нина взмахнула руками и оказалась с головой в воде. Благо речка ещё неглубока, и она смогла встать на ноги. Но прежде рыбине удалось протащить её несколько шагов. Нина разозлилась. Рыбина, наверное, тоже. Сорваться ей не удалось, и она металась вокруг рыбачки, поднимая волны и брызги.

И тут Нина на автомате со злости, ка-а-к шарахнула по ней молнией и у неё получилось! Шарахнула на самом деле! Рыба всплыла кверху брюхом.

Нина выбралась на берег и подтянула добычу. Ошарашенно переводила взгляд с рыбы на свои руки: неужели это она сделала?!

— Дин! Ты видел?! Я её прибила!

Дин одобрительно гавкнул, мол, молодец, хозяйка! Рыбу девушка почистила тут же на берегу. С трудом они дотащили улов до дворца. А там…

*

На террасе дворца, которая выходила на площадь и отделялась от неё широкой полосой газона и кустарников, стоял высокий мужчина и внимательно наблюдал за ними. Нина не сразу его заметила, так как тащить тяжёлую рыбину было неудобно. Она согнулась, волосы частично выпали из косы и закрывали глаза. Время от времени Нина стирала рукавом пот и ей было не до разглядываний. Зато Дин наверняка заметил его сразу, но почему-то промолчал. Мужчина тоже молча дожидался их приближения. Поэтому Нина увидела его только, когда в очередной раз перехватывала рыбину, чтобы держалась удобней.

Она откинула свободную прядь назад и увидела перед собой незнакомца. Вначале девушка замерла, потом дико обрадовалась — «Очнулся!», чуть было не кинулась к нему в объятья, но холодный, сдержанный тон и вопрос разом остудили весь поток радости.

— Почему тебе не помогают взрослые, тена? Почему в замке никого нет? Ты живёшь одна?

(тен, тена — обращение к простолюдинам).

И Нина закрылась. Решила тоже держаться с ним холодно и отчуждённо. Не любила она навязываться.

— Мы здесь одни, — опустила Нина любое обращение, так как не знала, как это правильно сделать, — я и собака. Мы нашли вас две недели назад в реке. Вы были без сознания.

Мужчина недоверчиво посмотрел на неё:

— Кто же перенёс меня сюда, девочка?

— Мы с Дином, — Нина махнула рукой в сторону пса.

Тот склонил голову и тихонько гавкнул. «Ну, надо же! Он ему ещё и почтение оказывает!» — вдруг обиделась Нина на всё сразу: и на холодное знакомство, и на небрежный тон в разговоре, и на неожиданное почтение Дина к незнакомцу. Поэтому, не собираясь больше разговаривать, она обошла мужчину и направилась на кухню. Рыба, между прочим, тяжёлая и держать её неудобно. Мужчина молча последовал за ними. «Да, неразговорчивый тип нам попался,» — подумала Нина.

На кухне она приступила к готовке, а незнакомец сел к столу, продолжая наблюдать за ней. Она же в это время подумала, что раз человек очнулся и даже ходит, то и питаться ему надо более основательно. Рыбный бульон на первое и отварная рыба на второе, лепёшка вместо хлеба и чай с листьями жёлто-ягодного кустарника — вполне подойдут, решила Нина.

Так же молча незнакомец наблюдал за тем, как она готовит, как выставляет на стол посуду (чего-чего, а посуды здесь было любой навалом). Ни слова не сказал, когда Нина выставила на стол бульон. Только встал и, подойдя к шкафу, как будто был тут сто раз, достал какую-то специю и щепоткой побрызгал в свою тарелку. И только когда он доел бульон, Нина всё-таки не выдержала и спросила:

— Как вас зовут? И как к вам обращаться?

Он удивлённо взглянул на меня и ответил:

— Тор Лэридей Грамон. Разве ты не видишь, девочка? — и он опустил взгляд на свой перстень.

(тор, тора — обращение к аристократам)

«Разве ты не видишь, девочка, — передразнила она про себя, — как будто я должна разбираться в ваших перстнях и гербах», — но вслух ничего не сказала. Только покачала головой.

А ещё передо ней сразу встал вопрос: а если он сейчас спросит, кто ты и откуда? Сознаваться? Или строить потерю памяти, как это делают многие попаданки из земных книжек? Честно говоря, Нина уже думала над этим вопросом, как только поняла, что попала в другой мир. И сейчас все эти мысли молнией пронеслись в её голове. «Всё-таки буду строить потерю памяти, — решила она, — ничего не помню, ничего не знаю. А там видно будет, может и сознаюсь». И, как в воду глядела.

— А ты, дитя, как здесь оказалась?

— Не помню, тор Грамон, — ответила она. — Мне кажется, я всегда здесь была и со мной был пёс.

Мужчина, который в это время перекладывал себе на тарелку ещё один кусок рыбы, приостановился и с сомнением посмотрел на Дина. Тот аккуратно доедал рыбу из своей чашки и поглядывал на них умными глазками.

— Не знаю, — протянул задумчиво мужчина, — ларсы обычно не выходят к людям. Даже представить не могу, как вы с ним встретились и, тем более, как он позволил считать себя простым псом. У Нины глаза округлились и вопрос слетел с языка прежде, чем она успела закрыть рот:

— А он — не простой пёс?

— А ты ничего не знаешь о ларсах? — в свою очередь удивился тор. — Странно, — ещё раз удивился он и продолжил:

— Ларс — полуразумное животное. Обладающее зачатками ментальной магии. Если взят щенком, то привязывается к хозяину и может разговаривать с ним мысленно, образами. Живут парами вдали от людей. В стаи не сбиваются. Очень дорого стоят. Из них получаются отличные охранники, потому что они видят намерения людей, независимо скрыты они магией или нет, и в случае опасности и угрозы передают хозяину картинку.

Нина укоризненно воззрилась на Дина. «Ничего себе! Какой у меня товарищ! А я ни сном, ни духом. И ведь вёл себя, паразит, как обычный щен. Или она не замечала?»

Дин на её посыл виновато скосил глазки как бы говоря, ну ты же всё равно меня любишь. И без этих знаний. Нина вздохнула и отвернулась от него. Конечно, любит. Простой он там или непростой. Неважно. Он — её друг.

Тор Грамон, между тем, внимательно посмотрел на Нину и повторил вопрос:

— Так, откуда ты, дитя? И как тебя зовут?

— Откуда — не знаю, тор. Зовут меня Нина, и я — не маленькая девочка. Мне двадцать три года!

— О-о! Бедное дитя! В таком возрасте остаться одной…

В голосе мужчины даже прорезалось сочувствие. А у неё суматошно забился вопрос: «А сколько же лет ему? Если я для него — дитя? На вид ему — лет тридцать, не больше».

Пользуясь тем, что тор Грамон немного смягчил свой тон, Нина решилась задать вопрос о том, что её интересовало:

— Скажите, тор, а что это за город? И почему здесь никого нет?

— Почему здесь никого нет, а ты есть, я и сам бы хотел знать, — ответил мужчина. — А город… Город — это легендарная Садха, девочка. Когда-то красивейший и многолюдный город. Столица королевства Греннидор. А ты, Нинимэль, разве не изучала всё это?

— Кто? Нинимэль? (Так её имя ещё не коверкали).

— Да. А разве не так звучит твоё полное имя?

И она сдулась. Сама же не хотела сознаваться. А если сейчас начнёт настаивать на Нине, то это вызовет подозрения. Ладно! Нинимэль, так Нинимэль, какая разница. И она ответила:

— Не помню, тор Грамон. Наверное, так. И я вообще ничего не помню: может и изучала, а может и нет.

Тор ещё раз внимательно взглянул на неё.

— Странная потеря памяти. На тебе не видно магического воздействия. И нет блоков на сознании. Вначале я подумал, что ты — простолюдинка. Но теперь вижу, что ошибся. Во-первых, у тебя есть магия и довольно мощная. А её не бывает у простолюдинов. Во-вторых, внешний вид и поведение выдают в тебе человека, привыкшего к свободе, а не к подчинению. В-третьих, странная одежда на тебе. Она непохожа на ту, что носят наши женщины. Ты — нездешняя. Что ж. Мне стало интересно из какой ты семьи и как сюда попала.

*

С этого дня начался новый этап их жизни. Как-то незаметно тор Грамон взял на себя руководство всеми делами. Первое, что он сделал — это переехал в соседнюю комнату. Она находилась напротив Нининой и дверь в неё вела тоже из гостиной. «Прямо супружеские покои,» — подумала со смешком Нина. В своей спальне тор наводил порядок сам и Нина там даже ни разу не была. Настолько чувствовалось желание тора оградить своё личное пространство. Но и к ним в спальню он больше не заходил. Встречались они, как соседи, в гостиной, на нейтральной территории. Дин же остался с Ниной, и она расценивала это, как хороший знак. После рассказа тора о ларсах, Нина боялась, что Дин может оставить её.

Затем тор помог ей разобраться с кухней. Оказывается, здесь тоже была магическая защита, но Нина её не заметила. Однако и пользоваться всем не знала как. Кладовые были под стазисом и все продукты сохранились. Тор объяснил, что маг, который накладывал стазис на дворец, был очень сильный, и его чары могли держаться ещё долго, но Нина своим появлением начала их развеивать, там, где что-то делала. А продуктами вполне можно пользоваться. Тор настроил ей заклинание стазиса и она теперь могла сама ими пользоваться. При этом он очень удивлялся тому, что аура Нины очень схожа с аурой прежних хозяев дворца.

Тор Грамон тоже был в Садхе впервые, слышал о ней из легенд. И ему тоже было интересно осмотреть город. Им повезло, что тор был опытным магом и это помогало в изучении города. Они узнавали друг друга постепенно. Первоначальная настороженность и предубеждение сменялись взаимным интересом и симпатией.

У Нины было много вопросов к тору и по истории этого мира, и по магии, но больше всего её интересовало, кто такой сам тор Грамон? Как он попал сюда, она примерно понимала: магией. Но хотелось бы узнать подробности. Однако сам тор на эту тему не разговаривал, а спрашивать напрямую Нина не рисковала, боясь нарушить их зарождающееся доверие.

Она продолжала отрабатывать бытовые и целительские заклинания, но теперь под руководством тора. Тор считал, что их надо освоить в первую очередь. Вот она и убирала комнаты дворца в качестве практики. И в одной из комнат второго этажа обнаружился портрет молодой женщины. Тор, как только увидел его остановился и долго внимательно рассматривал, как будто хотел обнаружить тайну. Потом вздохнул и ушёл, оставив Нину продолжать уборку и мучиться любопытством.

Она честно убрала пыль, сдерживая свой интерес, чтобы не подбежать к портрету немедленно. И только после того, как спрессованный шарик пыли улёгся у её ног, она дала волю своему желанию и подошла к портрету.

Если издалека Нине показалось, что это — молодая женщина, то вблизи оказалось, что не так уж она молода. Не столько красива, сколько привлекательна. Не миленькая простушка, но умная дама. Видно, что привыкла повелевать, но взгляд её был направлен на маленькую девочку, которую она держала на руках. И в этом взгляде были гордость и нежность. Обе были черноволосы и черноглазы, в одинаковых светло-зелёных лёгких платьях. Под портретом была и надпись: тора Иссамиэль Бартон с дочерью.

Нина, как и тор, надолго застыла перед портретом. Что-то её в нём напрягало, но что, она так и не уловила. Поэтому, мотнув головой, чтобы отогнать ненужные мысли, Нина подхватила пылевой шар и спустилась вниз. Показывать тору свою работу. Учителем он был строгим и требовательным.

Их занятия становились всё более сложными. Тор Грамон, казалось, хотел научить её всему и сразу. Прошёл всего месяц, а Нина умела уже довольно много. Но всё чаще она замечала задумчивый взгляд тора, направленный вдаль. И всё чаще ловила себя на мысли, что тор готовиться покинуть город. Возникал вопрос, как он поступит с ней. Но пока тор молчал, Нина тоже не затрагивала тему возвращения к людям.

Однажды вечером они сидели на террасе дворца и сам собой возник интересный разговор.

— Тор Грамон, расскажите об этом городе, что знаете, — попросила Нина, наблюдая, как Дин бегает вокруг фонтана, нарезая то большие, то маленькие круги.

— Что тебе рассказать, девочка? Если только легенду о Садхе? Странно, что ты не знаешь её.

Давно-давно, на заре времён жили в Греннедоре юноша Марион и девушка Садха. Они дружили с детства, а потом и полюбили друг друга. Но девушку Садху полюбил ещё один юноша — Рагнар. Он выкрал её и увёз в своё королевство, Банфедор. Оба юноши были наследниками правителей. Марион собрал войска и пошёл выручать любимую. Они встретились с войсками Рагнара на речке Быстрой, которая была границей этих королевств. Это — та самая речка, из которой ты каждый день берёшь воду, Нинимэль. Битва была долгой и кровопролитной. Воды Быстрой стали красны от крови. Но победа не давалась ни одной из сторон. Тогда Садха обратилась к богам. Она не хотела войны и любила Мариона. Но просьба, наверное, была слишком жаркой: в одну ночь войска Рагнара исчезли, как будто их никогда не было, а на их месте вырос могучий лес. Садха и Марион остались жить на берегу Быстрой и основали новый город — Садху, который быстро вырос и стал красивейшим городом. Их потомки перенесли в Садху столицу Геннидора. И всё было бы хорошо, но потомки Рагнара не забыли о поражении. И постоянно нападали на соседей. Веками длилась их вражда. И вот последняя королева Греннидора, ты видела её портрет наверху, покинула Садху вместе со всеми жителями, не желая продолжения войны, и зачаровала пути к нему. С тех пор прошло много времени. Никто не знал, что случилось с королевой дальше, а жители Садхи обнаружились в южных землях, где теперь стоит новая столица Греннидора — Дарсен.

Тор Грамон замолчал. Молчала и Нина, удивлённая легендой. Но затем встрепенулась и спросила:

— А на самом деле, что произошло?

— На самом деле, девочка, два королевства не поделили рудники с антимагическим минералом — селитом. И войны идут уже несколько столетий. Так как месторождение это одно во всём мире. И расположено оно на границе этих королевств, за этим древним лесом, который окружает сейчас город.

Вечерние сумерки уже опустились на Садху, а они продолжали молча сидеть на террасе, думая каждый о своём. Нина, например, об этом суровом на вид, но порядочном и благородном мужчине, который незаметно захватил её душу и не понимал этого. Или понимал, но не хотел придавать этому значение. О чём думал сам мужчина она не представляла. «Но уж точно не обо мне, с таким-то отстранённо-далёким видом,» — вздохнула Нина.