Глава 11

Мама: Твоя девка сбежала.

Такое сообщение я получил, когда гнал домой со всей скорости, нарушая всевозможные правила дорожного движения, о которых в тот момент думал в последнюю очередь, уже зная, что моя мать решила навестить мой дом впервые за все время, как я жил отдельно.

Ей нужна была Кая и она приехала туда не для её спасения.

С того момента, как я покинул дом рано утром, я постоянно просматривал камеры наблюдения, ожидая, когда Кая попробует сбежать, но ничего не происходило и тогда я решил совсем немного отвлечься на работу, разбираясь с должниками Ндрангеты.

Когда решил проверить их вновь, машина матери уже стояла у ворот дома. Она чуть не въехала в них, вероятно, находясь под кайфом.

И моя теория подтвердилась, когда я приехал домой. Каи там уже не было, зато мама ожидала меня с ликующим выражением лица. Я вышвырнул её из дома и позвонил всем патрульным в округе, отослав фотографии девушки.

Они вернули мне её намного позже, чем я ожидал.

На самом деле я собирался найти её сам. Я ожидал, что она пойдёт по тому пути, по которому мы ехали с ней ранее. Я заметил, как Кая пристально следила за дорогой, запоминая её, но девушка оказалась не глупа, хотя с этим можно было поспорить, учитывая тот факт, что она пошла прямиком в лес, не зная дороги и как выбраться из него живой.

Прямо сейчас я крепко держал Каю за локоть, ведя в дом. Её кожа была обжигающие ледяной.

– Даже полиция? – недовольно спросила она.

– Этот штат работает на нас, поэтому не думай, что сможешь сбежать от меня.

Я заметил новые царапины на её руках.

Почему это девушка элементарно не могла позаботиться о себе? Ей нравится причинять себе физическую боль?

Такими темпами её тело никогда не восстановится.

Мы зашли в дом и я силком потащил её наверх, ведя в свою комнату.

– Что ты собираешься делать?

Она напугано посмотрела на меня.

– А ты как думаешь?

Она дернула рукой, пытаясь вырваться, но я лишь сильнее сжал её.

– Откуда я знаю, я не слышу твоих мыслей о себе.

Мы прошли мимо её комнаты и я открыл дверь в свою, толкнул её внутрь и спросил:

– Хотела бы услышать мои мысли о тебе?

Кая начала пятиться назад, но я вновь схватил её за руку и силой затащил в ванную комнату.

– Мне хочется убить тебя, но не думаю, что твоя кожа может стать ещё холоднее, чем уже есть, – я кивнул в сторону душевой. – Залезай внутрь.

– Нет! – крикнула девушка, снова пытаясь вырвать свою руку из моей.

Я спокойно улыбнулся.

– Хорошо.

И в этот же миг поднял её и поставил на мраморный пол душевой кабины, одновременно с этим нажимая на кнопку с горячей водой.

Она покажется ей кипятком, но это только потому, что её тело похоже на ледник. Совсем скоро она привыкнет.

Вода из встроенной наверху лейки каскадом обрушилась на Каю и она попыталась выбраться наружу, но я преградил ей путь.

– Стой смирно.

Девушка обхватила себя за плечи, закрыв глаза и морщась, пока брызги от нескончаемого потока воды отлетали от неё в мою сторону, пропитывая рубашку.

– Что она тебе сказала?

– Кто? – прошептала Кая.

– Моя мать. Что она тебе сказала? – грозно спросил.

Наталия была не в себе почти двадцать четыре часа в сутки и я не подозревал, что она могла самостоятельно доехать до моего дома, а если бы знал, никогда бы не оставил Каю одну.

– Ничего.

– Перестань врать мне, – сказал я, прибавляя температуру воды.

Но Кая продолжила молчать, дрожа и дыша через рот.

– Она сумасшедшая наркоманка. Всё, что ты услышала от неё с вероятностью в сто процентов является ложью.

Девушка несколько раз кивнула.

Мама точно ей что-то рассказала. Когда я приехал, её зрачки были увеличены настолько, что я почти не видел её голубых глаз. Я не хотел думать о том, какую чушь она наплела Кае. Тем более, если что-то из сказанного было правдой.

– Зачем ты это сделал? – спросила девушка.

Её голова была опущена вниз, мокрые волосы закрывали часть лица, моя футболка, в которой она убежала, насквозь пропиталась водой и стала её второй кожей. Я заметил, что она не надела бюстгальтер, её соски затвердели и мне захотелось поправить член в штанах. Чёрт.

– Тебе нужно было согреться, а ты не в состоянии сама о себе позаботиться.

– Я не про это! – она вскинула голову, чтобы встретиться со мной взглядом и вода из её мокрых темных прядей, обрызгала меня. – Зачем ты оставил ворота открытыми? Ты же знал, что я попробую убежать!

Я видел свирепость в её глазах, хотя несколько минут назад она была напугана незнанием того, что я мог с ней сделать.

– Ты знаешь правила этой игры и нам не стоит мешать друг другу, если мы хотим выйти из неё живыми. Так что перестань обманывать меня и вернешься домой невредимой, – отрезал я.

Кая подняла руку и прикрыла ей глаза, чтобы вода не затуманивала ей взгляд.

– Когда? – спросила она с надеждой.

Я повернулся и пошел на выход из ванной, чтобы взять ей немного вещей, в которые она могла переодеться, пытаясь вытеснить из своей головы соблазн дать ей возможность походить передо мной голой.

– Мне нужно домой сейчас! – крикнула она, когда я вышел за дверь.

Что ей там делать?

Отцу она была не нужна. Сейчас и подавно. Кая собиралась всю жизнь выплачивать его долги и быть девочкой на побегушках? Или у неё там кто-то был?

Мужчина?

Тогда почему он не помогал ей? И я не видел никаких признаков на спутника по жизни в досье, которое у меня на неё было.

Я вошёл в комнату девушки и начал рыться по пакетам в поисках домашней одежды.

Джулия скупила чуть ли не половину торгового центра, но я не был против этого. Нам с Каей предстояло посетить множество мероприятий, с которых я буду мечтать сбежать раньше, чем переступлю порог.

Здесь была не только одежда, но и косметика, украшения, обувь и прочая ерунда для девушек. Меня удивило, что выбор Джулии пал на черный цвет. Я думал она выберет что-то светлое и милое – что-то в своём стиле. Но одежда Каи была сексуальной, она будет привлекать на себя много внимания, когда наденет что-то из этого, и тогда я не пожалею и испачкаю свои белые рубашки, которые надеваю на нерабочие встречи, кровью.

Через пару минут я вернулся к Кае, прихватив с собой свободные домашние штаны, вязаный свитер, носки и нижнее белье. Девушка сидела на полу душевой, вода всё также потоком спадала на неё сверху, её голова опустилась к коленям, прижатым к её груди, и повёрнута в мою сторону, а глаза закрыты. Она размеренно дышала и на секунду я подумал, что она уснула, но потом девушка распахнула веки и уставилась на меня своим недовольным взглядом.

– Вот, – я положил вещи на тумбу рядом с раковиной. – Переоденься и спускайся вниз.

А затем вышел из комнаты, по пути избавляясь от слегка намокшей рубашки.

Я мог отправить Каю в ванную в её собственной комнате, но я до сих пор не избавился от разбитого зеркала там, а душевая с парной на первом этаже предназначалась только для меня.

Моя комната шла ей.

Каи не было около получаса и я уже думал пойти проверить не решила ли она утопиться лишь бы не проводить со мной лишней минуты, когда она одетая во всё, что я ей оставил, медленно вошла на кухню.

Одежда свободно висела на её красивом теле, не позволяя мне увидеть ни одного утонченного изгиба, которым она обладала. Её тело выглядело хрупким, но только до того момента, пока она не напрягала свои мышцы, которые по видимому заработала, дерясь в том клубе.

Я сидел за столом, ожидая её, пока еда остывала и утрачивала свой первозданный вкус.

Она остановилась в проходе и странно посмотрела на меня.

– Ты ненормальный, да?

– В какой-то степени, – пожимая плечами, ответил я. – Поэтому садись за стол, иначе я усажу тебя сам. И ты знаешь, что я сделаю это, но тогда ты будешь сидеть не на стуле, – предупредил я, повернув голову и бросив на неё нетерпеливый взгляд.

Кая стояла на месте, переминаясь с ноги на ногу. Я не выдержал и резко отодвинулся от стола, собираясь исполнить свои слова.

– Хорошо, хорошо, – успокоила меня девушка и двинулась к своему месту напротив меня.

Я подвинулся обратно и взял приборы в руки, мечтая поскорее начать трапезу, когда Кая отодвинула свой стул и уселась на него. Она продолжала озадаченно смотреть на меня своими глазами, голубизну которых я раньше не мог и представить.

– Я, правда, не понимаю, что происходит, – призналась девушка.

– Мы едим. Ничего необычного, – сказал я, наматывая пасту на вилку.

Но я понимал, что она имела в виду не это.

– Как ты отпустишь меня, если твой отец хочет видеть меня рядом с тобой?

– Ты не должна переживать на счёт этого. Просто следуй моим правилам.

Это всё, о чём я её просил. Элементарное послушание, которое спасёт ей жизнь.

– Могу я позвонить домой?

– Нет, – отрезал я.

– Тогда… Как долго я должна буду пробыть здесь?

– Чуть меньше месяца, если ты ничего не испортишь.

Я не собирался рассказывать ей о своих планах, вдруг девчонке взбредет в голову рассказать об этом Винченцо в надежде, что это спасёт её, а не уничтожит нас обоих.

Она наконец приступила к еде.

– Что за праздник?

Я вскинул бровью, смотря на неё.

– Обычно ты ходишь во всем черном. Почему рубашка белая? – спросила она, отправляя пасту в рот.

– Черные рубашки для работы. На них хуже видна кровь, – объяснил я.

Девушка подавилась после моего признания, а я в это время подавил свою улыбку, вызванную её реакцией.

– Могу я задать вопрос? – спросила она через минуту.

– Если я скажу «нет», ты не будешь?

– Нет.

Мы продолжили есть. Кая медленно жевала и иногда я слышал её тихие стоны, когда она проглатывала еду. Ей нравилось?

– Ты можешь поподробнее рассказать мне про эту историю с моей мамой и остальными девушками?

– Что конкретно ты хочешь знать?

Кая прикусила губу, обдумывая мой вопрос.

– Почему она сбежала?

– Потому же, почему ты сбегаешь от меня.

– Почему Наталия сказала, что моя мама сдала её и получила свободу взамен? Они бежали вместе?

Я прищурился, глядя на неё. Совсем недавно она уверяла меня, что моя мать ничего ей не рассказала, во что я, конечно, не поверил.

– За исключением Анны, – подтвердил её догадку я. – Она единственная осталась здесь. И Мария никого не предавала. Отец не позволил бы ей уйти, даже если бы она дала наводки на остальных девушек.

– А где сейчас эта девушка? Анна, – уточнила она.

– Она мертва.

Кая перестала есть.

– Вы убили её?

– Она погибла в пожаре вместе со своим мужем. Их особняк подожгли шесть лет назад. Только их дети смогли спастись.

Думаю, Доминик будет не против, если Кая немного узнает о его родителях. Мы все были замешены в этой истории и каждый из нас имел право знать её.

– А что с остальными девушками? Они живы?

– Твоя мать и Ирина сумели хорошо спрятаться, так что о местоположении второй мы не знаем до сих пор. Наталия решила далеко не бежать и остаться в Калифорнии, что стало её самой большой ошибкой. Её нашли почти что сразу. Елена вернулась к нам через семь лет после побега. Она решила навестить родину. Братва сама лично отправила её нам обратно. Им не нужны были ещё большие проблемы, чем они уже себе заработали из-за этих девушек.

Кая долго молчала, впитывая информацию. Ещё несколько дней назад она думала, что её мать обычная женщина, пытающаяся выжить. А она девушка, которой угрожало стать пушечным мясом на ринге, на который она постоянно выходила.

– Ты напугана?

Она долго молча смотрела на меня, пока не решила ответить:

– Обычный мир не менее жесток, чем ваш.

Кая была частью моего мира всего несколько дней. Ей предстоит еще многое узнать. Но раз она считала так, может я знал лишь малую часть того, что она пережила?

– Я не боюсь холода, – начала она. – Я чувствую его, но он никогда не заставит меня умереть.

Я хотел услышать историю дальше, но девушка решила замолчать.

– Почему ты так решила? – спросил я, заставляя её продолжить.

Кая грустно улыбнулась, будто бы в её сознании начали всплывать воспоминания из прошлого, которые она одновременно была рада видеть и ненавидела.

– Когда мне было четырнадцать, мы с мамой уже около двух лет жили в Дейтоне. Это недалеко от Рино, – объяснила она. – Максимум, на который у мамы хватило сбережений, когда мы сбегали от отца. Она пропадала на вечных подработках, мы жили в захудалой квартире на окраине, я ходила в школу. В общем обычная, ничем не примечательная жизнь, – в её тоне начали проскакивать нотки грусти. – Ближе к ночи мы собирались за ужином, мама приносила что-то с работы, когда у неё были смены официанткой по будням и мы рассказывали, как прошел наш день. И каждая из нас всегда не договаривала, – она тоскливо улыбнулась. – Мы не хотели расстраивать друг друга, но прекрасно понимали, что счастливые истории за ужином это не про нас. Она всегда предупреждала меня, если опаздывает или что вовсе не придёт домой сегодня ночью, но в тот день я так и не дождалась от нее звонка.

Кая на секунду замолчала, проглатывая ком в горле.

– Я решила сходить к ней на работу. Это было не далеко от нашего дома, так что я не боялась, хоть на улице и была глубокая ночь, а наш район был не самым безопасным местом, даже при свете дня, – поведала она, опустив свой взгляд вниз на тарелку.

Мне хотелось утешить её, потому что смотреть на то, как она грустила, было невозможно.

– Я нашла её мертвой за квартал от дома. Она лежала в переулке. Кто-то напал и ограбил её. Огромная лужа крови сопровождала её уже бездыханное тело.

Девушка ковырялась в тарелке, пытаясь закончить истории. Я слышал, как её голос подрагивал, но она не плакала.

– Не знаю, как долго сидела рядом с ней и кричала о помощи. На улице тогда пошел снег, но мне было совсем не холодно. Я прижалась к маме, пытаясь согреть её, не осознавая, что её тело больше никогда не будет теплым. Я видела, как несколько людей проходили мимо недалеко от нас, но никто так и не подошёл, пока я сама не вытащила её тело на дорогу и не вызвала скорую.

Я не мог оторвать свой взгляд от Каи. Я знал, что её мать мертва, что её убили, но я не знал, что именно она нашла её. Что ребёнку пришлось обнимать мертвое тело своей матери в попытке согреть его.

– Кая…

– Если ты, правда, отпустишь меня, – перебила она, поднимая голову и пронзая меня своим решительным взглядом. – Я буду следовать всем правилам. Но если ты солгал, тебе будет проще убить меня, потому что я буду сбегать от тебя при каждой малейшей возможности. И ничто не остановит меня, Кристиан, даже если ты запрешь меня на глубине пяти метров под землей, я вырою себе выход собственными руками и не побоюсь испачкать их в чьей-то крови.

Я не показал ей своего удивления, но только потому, что я был больше, чем просто удивлен. Она говорила серьёзно и почему-то я верил каждому её слову.

До встречи с ней я считал женщин слабыми, потому что большинство из тех, что я встречал, не могли справиться с проблемами, сваливающимися на их головы, и просто погрязали в жалости к себе, не борясь даже за собственную жизнь.

Но когда Кая начала играть со мной в мою же игру, правила которой знала ещё до того, как я решил научить её им, тогда я наконец понял, что они вовсе не похожи.

И это случилось задолго до этого разговора.