Глава 24

Всё это время я думал, что спасаю её, но из раза в раз это она спасала меня. Кая приносила себя в жертву, выходила вперёд, заставляла меня поверить ей и всё это только ради меня.

Когда отец рассказал мне, что Талия отправилась на другую сторону для того, чтобы встретиться с Каей и её матерью, мой разум затуманился. Я почти не помнил своих дальнейших действий до тех пор, пока девушка не нашла и не стала бороться за меня.

Я видел страх и беспокойство в её глазах, когда она пыталась помочь и отвлечь меня любым известным ей способом, и у неё получилось.

Я увидел её.

Не кровь и хаос, разливающийся перед моими глазами, а её.

Мою Каю. Моего Бойца.

Она была не виновата. Если бы мы все платили за грехи наших родителей, Доминик уже давным-давно убил бы меня, но прямо сейчас мы все вместе направлялись по трапу к самолёту, как одна семья.

– К чему такая спешка? – недовольно спросил я.

Нам с Каей удалось поспать всего несколько часов прежде, чем мне пришлось отпустить её и позволить собрать вещи для перелёта.

– Парнишке едва исполнилось двадцать один.

Сантьяго Риверо вместе со своим отцом Мартином проживали в Калабрии, навещая Сакраменто только по очень важным случаям, и Джулия последний год жила вместе с ними.

Я вёз наш с Каей чемодан по асфальту, когда Доминик и девушка шли по обе стороны от меня.

– Пока твой отец зарабатывает нам новые проблемы, Мартин разгребает уже существующие, – объяснил друг. – Амелия – невеста Сантьяго, – подчеркнул он для Каи, которая уже путалась во всех именах, которые мы ей называли. – Дочь одного из крупнейших предпринимателей Италии. Этот союз сыграет нам на руку.

Кая отставала от нас, поэтому мы с Домиником старались идти медленнее.

– У вас есть самолёт, – удивление отражалось на лице девушки, когда мы всё ближе подходили к нему.

– И не один, – гордо заявил Доминик.

Тот, который стоял перед нами, принадлежал семье Де Сантис. А на принадлежащем семье Нери полетит мой отец и мать, но я не собирался садиться в него вместе с ними, чтобы случайно не выбросить их из него прямо на лету, сразу после того, как они позволят себе выкинуть что-то в сторону Каи.

– Он будет там, – неожиданно решил предупредить меня Доминик, но по его тону было слышно, что он не хотел делать этого, потому что знал, как я реагировал на любое упоминание об этом человеке.

– Он только портит праздники, – злостно ответил я.

Доминик тяжело вздохнул, не разделяя моё мнение и ненависть.

– Кто «он»? – послышался вопрос Каи.

Не вздумай отвечать ей, Доминик!

– Старший брат Кристиана – Себастьян, – объяснил друг.

Глаза Каи полезли на лоб, когда она повернулась, чтобы посмотреть на меня, не переставая идти.

– У тебя есть старший брат?

– У меня нет брата, – скрипя зубами, ответил я.

Губы девушки сомкнулись в тонкую полоску, жалея, что она решила спросить меня об этом, а мне захотелось лечь под колесо самолёта, чтобы он проехался по мне перед взлётом, потому что я заставил её чувствовать себя плохо.

Мы продолжили идти молча. Кая неуклюже передвигалась, поспевая за нами, а Доминик старался не засмеяться во весь голос, начиная понимать причину её смешной походки. И, видимо, решив разбавить обстановку, которую сам и заварил, спросил, смотря на неё:

– Чем занимались вчера вечером, ребятки?

Румянец пополз по щекам Каи и я зыркнул в сторону друга.

– Ужинали, – тихо ответила она, поправляя платье на бёдрах.

– Кто кем? – сразу же полюбопытствовал Доминик, улыбаясь во весь рот.

Я пнул его, подгоняя вперёд, чтобы он перестал смущать Каю.

Парень поднял руки, сдаваясь и пытаясь остановить смех, вырывающий из горла, и пробежался до самолёта, а потом поднялся и исчез в нём, пока мы с девушкой не спеша следовали за ним.

– Я предупреждал тебя, – прошептал я, наклоняясь к ней – Может мне стоит понести тебя на руках?

Она улыбнулась мне, пока её щёки пылали красным.

– Довольно заманчивое предложение, – Кая прикусила губу, раздумывая. – Но я, правда, в порядке.

– Точно?

Она кивнула мне и я подал ей руку, когда она начала подниматься в самолёт.

Мои глаза остановились на краях чёрной ткани, обтягивающих её бёдра, и я пожалел, что мы решили полететь на помолвку вместе с Домиником, а не послать всех к чёрту и продолжить дальше заниматься приятными вещами в каждом уголке дома.

– Моя задница тоже залилась краской от того, как ты на неё смотришь, – прошептала Кая, не оборачиваясь, заходя в салон и прикрывая ладонями свои ягодицы, когда я поднимался следом за ней.

– Но она также не против моего внимания.

Кая хихикнула и упала на сидение рядом с Домиником, а я сел слева от неё, тем самым зажимая её между нами.

Нам принесли шампанское и закуски, к которым никто из нас не притронулся, и я хотел попросить Доминика пересесть, чтобы девушка могла смотреть в окно, пока мы летели, так как, наверняка, это был её первый полёт и ей должно было быть интересно, но как только она проскользнула своей рукой под мой бицепс и прижалась ко мне, с того момента чёрта с два, кто бы смог отлепить её от меня.

Нам предстоял долгий перелёт, поэтому когда Кая заснула, прижав ко мне и вторую руку, я решил тоже немного вздремнуть и положил на лицо раскрытый журнал, перекрывающий свет.

Аккуратно, чтобы не разбудить её, положил свою свободную ладонь на её сцепленные между собой пальцы двух рук и почувствовал мягкость её кожи под собой.

Кая была очаровательной. Девушка, умеющая сохранять свою женственность и доброту, одновременно с духом воина, сражающегося на бесконечных битвах за себя и своих близких, была моей.

Чувствовать её вчера было лучшим, что когда-либо со мной происходило. То, как она игралась со мной, как просила не останавливаться и как нежно целовала, заставляя забыть мою сущность, было незабываемо. Но и приносило боль, потому что я знал, что когда-то мне придётся оставить её.

Мне больше будет не для кого специально шуметь в доме в надежде увидеть, как она вылетит из своей комнаты и попросит меня быть тише, потому что я мешаю её сладкому сну, а я в ответ позову её поужинать со мной. Жаль, что она была упрямее, чем я предполагал, и никогда не велась на мои провокации, потому что она так и не вышла и не закричала, как бы усердно я не старался и не ждал.

Я перестал пользоваться подвалом по его предназначению и держал его в чистоте, хотя и так всегда это делал. Но всё равно нашёл для ублюдков, с которыми я работал, другое место, ожидая, что Кая когда-нибудь снова спустится вниз, а я опять найду её, но уже не буду просить бежать.

Душ на первом этаже вновь станет только моим, а стены будут напоминать мне, как она прижималась к ним, разрешая мне делать с ней всё, что желало моё существо.

Она наполнила этот дом воспоминаниями, которыми он никогда не обладал, и это место без неё станет ещё более ненавистным мне, чем до того, как она впервые зашла в него.

У меня не получалось заснуть с постоянными мыслями о Кае и её шоколадном аромате, который обволакивал меня, не давая мне забыть о ней, даже с закрытыми глазами.

– Почему ты защищаешь меня? – шепотом спросила девушка, отрывая от меня свою голову.

Разве она не спала?

Я уже хотел поднять руку и убрать журнал со своего лица, чтобы ответить ей, как раздался голос человека, которому она на самом деле задала вопрос:

– Кристиан – моя семья, – тихо ответил Доминик.

– Но я – не твоя семья, – парировала Кая.

Затем наступило молчание и я хотел прервать их, чтобы никто из них не наговорил лишнего, но не успел.

– Ты – его семья, – твёрдо заявил Доминик.

А затем я почувствовал, как они оба посмотрели на меня, хотя моё лицо было спрятано за глянцем.

Спустя время Кая опустила свою голову обратно на моё плечо и слегка потерлась об меня щекой, и мне не удалось сдержать улыбки, существующей из-за неё.

Она была нежной, несмотря на то, насколько толстым был её панцирь.

Мы прибыли в Калабрию поздним вечером и Доминик сразу же покинул нас, отправляясь к человеку, значащего для него мир.

– Кто такая Джулия? – спросила Кая, когда мы уже выходили из машины прямо у виллы на побережье Ионического моря.

– Его младшая сестра.

Кая открыла рот, словно маленький пазл в её голове наконец сложился.

– Он рассказывал тебе о ней? – спросил я, надеясь узнать.

– Упоминал однажды, но совсем немного, поэтому я даже не знала её имени, – объяснила Кая. – Почему она не живёт вместе с Домиником в Сакраменто?

– Город напоминает ей об утрате.

– Их родители… – прошептала Кая больше для себя, чем для меня, когда я заносил наш чемодан внутрь.

Да, но не только.

Девушка разглядывала зал, в котором мы стояли.

Вместо стены было одно сплошное стекло и такая же стеклянная дверь, которая давала выход прямо на песчаный берег. Здесь было теплее, чем в Сакраменто, но вода всё равно была холодной, так что нам придётся воздержаться от купания.

– Это ещё один твой дом?

– Нет, – ответил я.

Постройка была похожа на мой дом, но только в светлых тонах.

– Это одно из мест, принадлежащих моей семье. Мы расположимся здесь, но никто не будет нам мешать. Мы совершенно одни, – уточнил я.

Кая стеснительно улыбнулась, расхаживая по дому.

– На втором этаже есть спальни, так что ты можешь принять душ, если хочешь, а я пока посмотрю, есть ли здесь что-нибудь съедобное.

Прислуга присматривала за этим домой, ожидая приезда моего отца или кого-нибудь ещё, кто не любил предупреждать их, поэтому вилла всегда была готова для принятия гостей на ней.

– В какой из спален я могу остановиться? – переступая с ноги на ногу, спросила Кая.

Я поднял уголок губ, смотря на неё.

– Ты будешь спать со мной, – ответил я. – Здесь, – а потом посмотрел за её спину, где стояла большая двуспальная кровать с белыми простынями, открывающая незабываемый вид на море.

Кая последовала моему взгляду и прикусила губу, увидев на что именно я смотрел, а потом недолго думая, убежала и скрылась наверху.

Я проводил её взглядам, затем заглянул на кухню и нашёл уже накрытый для ужина стол.

Конечно, Кая сможет съесть всё это, но только, когда я уже буду сыт.

Находится в одежде, думая о ней, становилось слишком тесно.

Я расстегнул рубашку, замечая порез на груди, и почувствовал тепло, разлившееся внутри, от воспоминаний о том, как девушка всё же заставила меня обработать раны, как бы я не пытался отговорить её.

Она сказала, что она моя должница после того, как я помог ей в первый день нашего знакомства и во второй, когда она порезала руку, пытаясь защититься от меня, что ей никогда не нужно было делать.

Но Кая ничего никогда не была должна мне. Я относился к ней так, как она этого заслуживала, хотя мне иногда и, правда, хотелось запереть её в подвале в наказание.

Я сбросил рубашку и помял шею, прежде чем начать подниматься наверх в поисках девушки.

Шума воды не было. Чем она занималась?

Если я застану её за тем, как она в очередной раз ласкает себя, думая обо мне, я трахну её так, что она сразу поймёт, что ей не нужно фантазировать обо мне. Потому что я здесь и принадлежу ей. Особенно после того, как узнал, что она бы никогда не отказалась от моих прикосновений к себе.

Я добрался до второго этажа и прошёлся глазами по комнатам, пока не нашёл открытую дверь, в которой с большей вероятностью находилась Кая.

Было тихо. Ни шуршаний, ни звуков её ходьбы.

Я прошёлся по коридору, пока не остановился в проходе, облокотившись на косяк двери, наблюдая затем, как Кая, стоя на коленях задницей верх, искала что-то под кроватью.

Кровь моментально прилила к члену.

На девушке не было почти что ничего, кроме её шелкового черного белья. Она начала двигать бёдрами, пытаясь добраться до чего-то и заставляя меня поправить себя в штанах от этого вида.

– Чёрт, – выругалась Кая и вернулась в исходное положение, усевшись на ягодицы.

– Что-то потеряла? – хрипло спросил я, прокашлявшись.

Девушка подпрыгнула на месте от неожиданности и повернула голову в мою сторону, когда я начал подходить к ней.

– Не говори мне, что разбила ещё одно зеркало и решила спрятать несколько осколков.

По мере моего приближения она медленно поднимала голову, смотря на меня, и когда я подошёл вплотную, вид на неё был слишком заманчив.

Я опустил руку и взял её за подбородок, не позволяя девушке опустить взгляд и потерять контакт со мной.

– Я так больше не делаю, – призналась она.

Чем дольше мы не отводили друг от друга глаз, тем тяжелее вздымалась её грудь. Её соски под тонкой тканью лифа затвердели и она поёрзала на месте.

– Тогда что ты делаешь?

Девушка облизнула губы и провела своим взгляд по моему голому торсу, пока не нашла болезненно затвердевший член в штанах, который мечтал из них выбраться.

Её рука поднялась и легла на него, сильно сжав.

– Кая, – тихо прорычал я.

– Тебе нравится? – шёпотом спросила она.

Она даже не пыталась казаться сексуальной, но была таковой. Всё, что она делала, заставляло меня захотеть уложить её на живот, поднять её задницу и трахать, пока она не упадёт от бессилия, постанывая моё имя.

– Если я не могу принять тебя сегодня, это не значит, что ты должен оставаться не удовлетворённым. Я могу…

Но я не дал ей договорить, подняв её с колен и кинув на кровать, поймав ошеломлённый взгляд.

– Если не удовлетворена ты, значит не удовлетворён я.

Кая начала прижимать колени к груди, но я схватил её за щиколотки и дёрнул на край кровати, раздвигая для себя её длинные ноги.

– Кристиан, – выдохнула девушка, опираясь на локти и выпячивая грудь.

Я наклонился и, ухватившись за край её трусиков, медленно, смотря ей в глаза, начал спускать их по её ногам.

Девушка прерывисто дышала и я уже чувствовал запах её возбуждения в воздухе.

– Сегодня на ужин я хочу сладкое.

Я откинул трусики Каи в сторону и встал на колени перед кроватью, раскрывая её перед своим лицом.

Её киска уже сочилась для меня, но я начал с поцелуев по внутренней стороне её бёдер, наблюдая, с каким трудом она держалась на локтях.

– Ты не против? – спросил я, мягко прикусив немного гладкой кожи, а затем облизав это место, замечая как её глаза закатились назад от удовольствия.

Она была не в силах ответить мне, поэтому просто промычала, закинув голову назад.

Я медленно подбирался к её центру, от запаха которого кружилась моя голова.

– Ты даже не будешь сопротивляться мне, Боец? – спросил я, продолжая целовать её.

Она замотала головой и закрыла глаза. Её руки сжимали простыни в кулаках.

– Перестань мучать меня, – еле слышно прошептала она.

– Я думал тебе нравятся мои наказания.

Она улыбнулась.

– Но я ещё даже не успела провиниться.

– Ты только собиралась?

Она хотела дать мне ответ, но я наконец опустил свой рот на неё, пробуя девушку на вкус.

Кая, не выдержав, упала на кровать. Я протянул свои руки под её зад и подвинул её ближе ко мне, сжимая её упругие ягодицы в своих ладонях, проводя языком по её мокрым складкам.

– И как долго ты находилась в таком состоянии, Боец? – спросил я, лаская её своим языком.

Её руки отпустили простыни и легли на грудь, массируя её и периодически играя с напряжёнными сосками.

Это заставляло меня затвердеть ещё больше.

Мне нравилось смотреть на то, как она ублажает себя, но ещё больше мне нравилось делать это самому.

– Думаю, не переставала с прошлой ночи, – дрожащим голосом ответила девушка. – Ты всё это время был рядом со мной, а я не могу контролировать себя, когда ты рядом.

Я улыбнулся и втянул её клитор в рот, заставляя Каю выгнуть спину.

Её сладость распространялось по моему языку.

Секс раньше не был чем-то удовлетворяющим, но теперь когда я побывал внутри этой девушки, когда почувствовал, каково это, когда её стенки сжимают меня, я мог думать только о том, чтобы повторять это снова и снова.

Но сегодня ей было больно, а мне хотелось утолить голод, облегчая её боль.

– Кристиан, – простонала Кая, когда я просунул в неё свой язык.

Она хотела сжать бёдра, чтобы унять напряжение, но мои широкие плечи удерживали их на месте.

– Не вздумай кончать, Кая, – горячо прошептал я в её мокрую киску. – Я не наелся.

Я сам был готов кончить только от одного её вкуса и стонов, которые она мне дарила, продолжал целовать её, пока она извивалась, хныкая, пока через несколько минут Кая не развалилась на кусочки, когда я в последний раз щёлкнул языком по её клитору.

– Прости, – еле слышно прошептала она, улыбаясь и хватая воздух ртом.

Я облизывал свои губы, упиваясь ей, и наблюдал, как девушка, спустя время отдышавшись, поднялась на локтях и посмотрела на меня.

Она выглядела, как дикарка.

Её распущенные волосы торчали во все стороны, губы распухли от вечных покусывай, а щёки покраснели.

Моя рука потянулась в сторону и схватила её трусики валяющиеся в сторону, а потом засунула их в задний карман моих брюк.

– Это моё, – возмутилась Кая, пытаясь не заулыбаться.

– Больше нет.

Она широко хитро улыбнулась и её глаза заискрились.

Ей нравилось ходить без белья и мне нравилось, когда она делала это, но никогда вокруг нас было полно озабоченных мафиози, готовых встать в очередь, лишь бы побывать на моём месте хотя бы секунду.

– Ты наденешь новые завтра, – предупредил я, шлёпнув её по бедру. – И я проверю это перед отъездом.

Кая хмыкнула и свесила ноги с дивана, присев, чтобы встать, но я толкнул её назад, закинул ноги на свои плечи и зарылся между них.

– Куда ты собралась? – облизнув её распухшую киску, спросил я. – Я ещё не утолил свой аппетит.